Запредельные силы-1: Противостояние

Глава IV

Ранним утром в доме Черновых раздался звонок. Встревоженный владелец лесопилки сообщал о найденном покалеченном сотруднике, которого он обнаружил только что, как пришел на работу.

Это была пятница, начало июня, поэтому Алексей, внук Василия, находился за двадцать с небольшим километров, в университете, расположенном в областном центре. Дед взял трубку. Выявленные после недолгого разговора подробности очень взволновали старика и он вызвался немедленно отправиться на лесопилку.

– Возможно, это просто дикий зверь забрался сюда ночью, – предположил он. – Может не стоит извещать полицию?

– Посмотрим, сперва я хочу увидеть, что там произошло.

Дед Василий был известен своей неуемной энергией. Он знал все и обо всех, регулярно появлялся на большинстве мероприятий. И для своих лет был сложен довольно крепко. По факту ему было шестьдесят пять лет – во всяком случае, так он сказал в свой последний день рождения. Что не мешало ему иметь подтянутую фигуру, как у легкоатлета.

Приехал он сюда издалека, лет десять назад, вместе с внуком. Родителей парня никто не видел. Поговаривали, что он и вовсе усыновленный дедом Василием, некоторые развивали еще более фантастические теории. Семья их просто пропускала мимо ушей, списывая на зависть, чем вызывала уважение со стороны своих многочисленных знакомых, которыми обзавелась после переезда.

Бедными людьми они не были – скорее, людьми с достатком. Сразу по переезду был куплен хороший дом, который длительное время ремонтировали и обставляли. Многие считали загадочным, откуда у человека в возрасте столько денег, но более близкие к Василию люди тонко намекали, что средств здесь достаточно.

Одним словом – во многом местные считались с дедом Василием, поэтому владелец лесопилки первым делом позвонил ему, как только обнаружил покалеченного сотрудника. Не теряя времени тот взял автомобиль и отправился на окраину города, куда свозили лес примерно с половины вырубок. Массивные корпуса были огорожены забором из бетонных плит. Обычно шумное место этим утром было непривычно тихим.

Василий оставил машину у въезда и пешком вошел внутрь. По территории, нервно растирая руки, бродил владелец предприятия, Николай. Увидев старика, он едва ли не бегом бросился к нему навстречу, но тучная фигура не всегда слушалась и, запнувшись о собственную ногу, он растянулся в пыли. Василий стремительно подошел, присел и, протянув ладонь, помог Николаю подняться на ноги.

– Это просто что-то невообразимое, – сплевывая пыль, проговорил он. – Кровищи! – он сделал большие глаза, открыл рот, чтобы продолжить фразу дальше, но Василий нетерпеливо перебил его:

– Показывай.

Николай посеменил вперед, время от времени поправляя редкие соломенные волосы. Он провел старика внутрь одного из корпусов.

– Следов здесь уже не осталось, – тараторил владелец лесопилки. – Кругом песок, ветер, я как открыл, а там… он…

На куче распиленных досок лежало тело, одетое в спецовку рабочего. Грудная клетка была вскрыта, немало внутренностей неприятной кучей лежало рядом. Похрустывая пылью, Василий подошел и, зажав пальцами нос, склонился над телом. Пару минут он изучал его, затем встал и подошел к Николаю, который осторожно держался сзади, продолжая нервно ломать себе руки.

– Вызывай полицию, надо же как-то оформить. Действительно дикий зверь, как будто бы. Но стоит все же уточнить. Сам понимаешь, формальности ради. – Он похлопал хозяина лесопилки по плечу и покинул место.

Таких случаев, как этот, Василий в этом городе не встречал. Похоже, что зверь попался опасный. Или вовсе не зверь. Будучи любителем разгадывать всевозможные таинственные события, дед Василий нередко пропадал за кипой газет и журналов, собирал информацию, порой тратил на это несколько дней подряд, забывая практически обо всем.

Приехав домой, он первым делом заперся в кабинете изучать информацию. Василий всегда считал, что чем лучше подготовиться теоретически, тем проще будет с фактическим решением задачи. При переезде большую часть грузовика составляли архивы его заметок и многочисленная литература, запечатанная настолько тщательно, что даже когда рабочий оступился и уронил один сверток, бумага не разорвалась, чем немало удивила его.

В кабинете, занимавшем примерно 30 метров от средних размеров двухэтажного кирпичного коттеджа, стояло бесчисленное множество книжных полок, тумб и ящиков, несгораемый сейф и тяжеленный письменный стол. Дед нередко намекал, что это фамильная ценность, которой пользовались многие поколения его предков, а порой, заговариваясь в одной из своих историй, упоминал, что столу не меньше трехсот лет.

Телефонный звонок внука вырвал его из кипы бумаг, которые он старательно раскладывал по необъятной поверхности стола.

– Дед, я задержусь, – коротко прозвучал его голос.

– Угу, – хмыкнул дед, продолжая шуршать бумагой.

– Ты опять занят своими исследованиями? – настороженно спросил Алексей.

– Да тут парня одного на лесопилке задрали, – рассеяно проболтал Василий, – надо разобраться.

–Ты не против, что я?…

– Нет, нет, я даже думаю, тебе так будет лучше – с друзьями немного погуляешь, хорошо проведешь время, я же все равно буду занят.

– Хорошо, дед, тогда до завтра.

– До завтра, Леш, – сказал Василий и кинул трубку в дальнее кресло, чтобы та не мешалась на столе. Потом задумался, встал и поднял ее. Держа в руках перед собой, сел обратно за стол.

Поиск в бумагах не дал никаких точных ответов, нужно было больше конкретики. Дед задумался о внуке – парень любил детективные фильмы и наверняка придумал что-то полезное, но сейчас надо было действовать самому. Когда на окраине города находят тело, настолько покалеченное, что даже самое жестокое животное неспособно на такое, медлить нельзя. Василий посмотрел на часы – уже перевалило за полдень, и набрал номер.

Через полчаса к дому уже подъехала темно-зеленая «Нива». Пал Палыч или просто Палыч был известным охотником и нередко пропадал в самой глуши доставая кабанов, дичь, а пару раз даже прихватил волка. Он был лет на семь младше Чернова, но не отказывался от приятной компании и всегда был рад оказать помощь. Те, кто лишь слышали об этих двоих, могли подумать, что они вполне сойдут за пару братьев, но на деле между ними лежала пропасть. Взять хотя бы внешний вид: дед Василий сохранил жесткие темные волосы, строгий прямой нос и глубоко посаженные глаза. Палыч имел округлое лицо, крупный нос и кустистые брови, откуда в любой ситуации глаза сверкали задором. В то же время дед Василий иногда выглядел так, как будто недавно прошел через войну или что похуже.

Проведя гостя в зал на первом этаже, Василий разместил его на диване, сам же сел на кресло возле стола, опустил руки на колени и слегка наклонился вперед. Гость протянулся к чайнику и налил себе чашку свежего черного чая.

– Я хотел спросить у тебя, Палыч, – начал старик. Гость шумно отхлебнул горячий напиток и кивнул. – Не появлялось ли у кого-нибудь из твоих друзей по клубу собаководов новых собак или новых знакомых, которые недавно завели питомца?

– Дай подумать, – Палыч, почетный член местного общества собаководов и человек, неплохо разбирающийся во многих известных породах, отставил чашку на стол и слегка наморщил низкий лоб. – Тебя интересуют необычные породы?

– Скорее просто необычные животные. Умные, послушные. Порода роли не играет.

– Тогда это не так сложно. Тут буквально пару дней назад мне звонил Семен и спрашивал, не потерял ли кто собаку. Большущий кавказец, но умный, жуть. Не старый, знает много команд, понимает практически каждое слово. Ну, во всяком случае, так мне сказал сам Семен, а он врать не будет, хороший мужик. Вот так-то, – добавил Палыч в конце и снова взял чашку в руки.

– Я бы хотел посмотреть на этого пса. Очень интересная животина. Поехали? – предложил Василий.

Охотник, не отрываясь от чашки, исподлобья взглянул на деда, потом сказал, слегка приподняв бровь:

– Ты же не любитель собак?

– Не любитель. Внуку хотел бы. Заодно может и сам бы привык. Оттого и ищу умную.

– Ладно, – Палыч в один глоток допил еще горячий чай и вытер заслезившиеся глаза. – Может быть, если ты ее себе возьмешь, станешь чуть добрее.

– Может быть, – уклончиво ответил Василий. – Поехали уже, пока твой Семен на выходные не укатил за город.

Он проводил гостя до двери, обулся, вышел тщательно запер дверь и, причмокнув, последовал в машину. Сам он прекрасно знал, что большой и тем более умной – а это значило бы, дрессированной, собаке в этом небольшом городке взяться неоткуда. Все животные следуют своим целям: ищут старых хозяев, еду или пару. Семен, о котором Василий тоже немного слышал, тоже никогда не держал собак. Это было слишком странно, учитывая случай на лесопилке.

И все же, это могло оказаться обычным совпадением, еще одним в череде странностей, которые всю жизнь преследовали Василия.

– Семен же живет в квартире? – спросил Василий, усаживаясь на переднее сиденье. – И каково ему содержать такую псину…

– Если животных любишь, то даже такую можно разместить в маленькой квартирке, – парировал Палыч.

Юркий внедорожник неспешно катился по улицам города, иногда покачиваясь на ухабах. Разогнаться здесь было негде, хотя частный сектор уже давно сменился типичными многоквартирными домами.

– Верится с трудом. И как он, доволен неожиданной находкой?

– Души в ней не чает. Дети с ней играют. Лишнего звука не издаст – мои соседи давно бы пожаловались, заведи я шумную собаку, а та… просто находка, а не животина.

– Знаешь, что… Странно все это. Это его дом? – Василий ткнул пальцем на показавшийся по ходу движения трехэтажный дом.

– Да, – Палыч покивал и остановил машину у края дороги возле самого дома и заглушил мотор. – Тебе так хочется посмотреть собаку?

– Говорю же, присматриваю внуку умную псину. – Напомнил Василий и покинул автомобиль.

– Ах, ну да, – пробормотал себе под нос Палыч и отправился следом.

Квартира Семена была на втором этаже. Тихий госслужащий скромно жил с женой и парой детей, держал дома попугая и маленького терьера. Старший сын, Максим, закончил 11 класс, успешно сдал все экзамены и вообще, по мнению семьи, был очень прилежным и усердным мальчиком. Младший пока только перешел в среднее звено. Про таких говорили – стандартная семья. И больше про них нечего было сказать.

Василий поднялся до двери и нажал на кнопку звонка. Внутри квартиру раздалась громкая трель. Шагов не было слышно, дверь никто не открывал. Вежливо выждав с минуту, он постучал.

– Может быть, они гуляют? Все-таки вечер пятницы, – предположил Палыч.

Чернов повернул изогнутую дверную ручку и стальная дверь открылась.

– Как будто не знают, в какой стране живут, чтоб двери не запирать, – еле слышно пробубнил он и вошел внутрь. Палыч поспешил за ним.

– Симпатичненько тут у них, давно не был – озираясь по сторонам, произнес он.

Василий буквально ворвался в центральную комнату, но замер на пороге: на диване, перепачканный кровью, сидел Семен и держал в руках двустволку. Рядом, не сводя умных черных глаз с неожиданных гостей, сидела крупная, странного угольного окраса кавказская овчарка. Палыч поспешил внутрь и столкнулся с Василием.

– Ух ты, – только и смог сказать он, тоже замерев, как статуя чуток позади Чернова.

Собака сидела спокойно, не виляя хвостом и не показывая агрессии. Семен отрешенно смотрел на гостей, не поднимая ружья.

– Ну, здравствуй, Семен, – прервал недолгую тишину Василий.

Тот словно очнулся, покрепче сжал ружье и чуть приподнял его, но не стал целиться в пришедших.

– Я вас не ждал. И не знаю вас. Уходите – бросал он короткие фразы.

– Откуда собака? – перешел в наступление Чернов. Он сделал шаг вперед, отойдя от двери. Палыч остался на месте, чтобы в случае опасности быстро оказаться вне опасности.

– Сама пришла, – глухо ответил Семен. – Уходите, – повторил он чуть позже.

– Вась, – негромко позвал Чернова Пал Палыч. – пошли отсюда. Зачем он тебе сдался со своей собакой? Он вообще не в себе, идем же!

Охотник положил руку Василию на плечо и слегка потянул в сторону выхода. Тот нетерпеливо сбросил руку.

– Еще раз спрашиваю – откуда взялась собака? Где она к тебе подошла? – он говорил уверенно и спокойно. У Палыча в это время медленно вытягивалось лицо. – Это важно, Семен. Важно, потому что мы знаем, что случилось на лесопилке.

– А? Там? Да, это был я… Я сделал… Он попросил… Я сделал…

– Кто он?

Пес угрожающе зарычал и оскалил здоровые зубы, потом спустился с дивана подошел к Василию

– Это все ты, – усмехнулся старик. – А где же твой хозяин? Настоящий хозяин?

Семен медленно задремывал на диване. Палыч старался взять себя в руки. В полнейшей тишине, отдаваясь громовыми раскатами от сводов черепа, взорвалось только

– Прочь!

Пес медленно ушел обратно на диван, заняв место рядом с Семеном. Тот словно ничего не слышал. Палыч издал стон ужаса, схватился за голову и с силой сжал ее, что побелели костяшки пальцев.

– Что за чертовщина? – выдохнул он. – Моя голова… Кто это был? А? – Он схватил Чернова за руку и нервно потряс в ожидании ответа. – Да объясни ты хоть что-нибудь, что это за… Это все собака??

– Собака, собака, – напряженно ответил старик. – Я тебе потом объясню.

– Нам надо пойти в полицию! – Палыч выкатил глаза и хватал воздух ртом.

– Не надо, – Семен подал с дивана голос. – Они едут сюда. Я во всем признался.

– Я не понимаю совершенно ничего! – охотник сел на табурет возле стены и вытер лицо ладонью. – Чернов, ты втянул меня в эту ересь… И что дальше?

Хлопнула входная дверь, через секунду в комнате показался сержант, в пыльной после долгой езды на мотоцикле полицейской форме. Он растерянно осмотрел странную компанию, собравшуюся в комнате, затем заметил ружье в руках Семена и потянулся к пистолету.

– Сеня, – осторожно начал сержант. – Что ты делаешь? – глядя на направленное на него оружие, он опустил руки. – Мы же так долго знаем друг друга, – пытался он его успокоить. – Наши семьи дружат, дети вместе учатся.

– За проступки воздастся всем, – отрывисто говорил Семен. – Все получат по заслугам. Тот парень на лесопилке – он получил свое. И ты тоже! – он повысил голос так, что пес завыл. Палычу показалось, что он улыбается, и тот перекрестился, сползя с табурета на пол. – Все получат и никто это не остановит. – Он вскинул ружье, повернув голову в сторону Василия. – И ты тоже не остановишь.

Оставались доли секунды до принятия решения и Чернов просто не мог медлить. Он бросился к Семену, чтобы оттолкнуть его. В ту же секунду с дивана на него спрыгнул пес. Они столкнулись. Василий рукой задел ствол ружья и буквально на сантиметр увел его в сторону перед самым падением. Секундой позже он уже лежал на полу, а грудную клетку сдавливал тяжелый пес, рычащий ему в лицо.

– Никто… не остановит, – услышал он Семена и новый выстрел. Пес сорвался с места, разодрав передними лапами рубашку, пару секунд царапал входную дверь, открыл ее и убежал на улицу.

Василий приподнялся и посмотрел вокруг. Стена и потолок позади Семена были густо обрызганы кровью, сам он обмяк на диване без половины лица. Разряженное ружье валялось рядом. Потом он взглянул в сторону сержанта – тот бился в конвульсиях на полу. Палыч сидел рядом – выстрелы привели его в чувство и он пытался зажать кровоточащую рану на шее. Ободранное дробью лицо тоже сочилось кровью. Василий громко выругался и подошел к сержанту. Глаза его закатывались, он хрипел. Палыч посмотрел на друга:

– Скорую? Звони быстрее в скорую!

Сержант дернулся еще раз и застыл на полу, повернув голову набок. Палыч убрал от него руки и встал.

– Умер, – тихо произнес он. – Вась. Что это было?

– Это? Это конец. Семен был прав. Получат все, – устало сказал Василий. – И мы вряд ли справимся с этой чертовщиной. – Он глубоко вдохнул. – Вымой руки, я позвоню Лешке. И поедем ко мне. Надо действовать. – Он помолчал. – И в больницу надо позвонить. Не стоит оставлять их тут.

Палыч с бледным лицом и дрожащими руками стоял возле лужи крови и был совершенно непохож на матерого охотника. Смерть людей была для него совершенно дикой.

– Палыч? Ты поможешь?

– Ты ведь сможешь логично все объяснить?

– Не уверен. Это сложно. Очень сложно. Но времени терять нельзя. – Василий направил Палыча в ванную, а сам сперва попробовал позвонил в больницу, но линия была занята. Тогда он вызвал внука домой. В этой ситуации мог помочь каждый.

Глава V

По вечерней улице, высунув язык от жары, бежал большой пес. Он точно знал, куда ему нужно теперь, когда одно дело было сделано. Кавказец направлялся к своему настоящему хозяину – тому, кого люди знали, как Филимонова. Пес радовался, как мог. Если бы он мог улыбаться, как люди, он бы тоже улыбался, но все человеческое было ему чуждо. Он ненавидел людей. Они были другими.

Он бы с удовольствием растерзал их всех, особенно тех двоих, которые так бесцеремонно мешали ему, но хозяин запретил трогать тех, кого он не называл. У него были другие помощники и каждый хотел сделать частичку полезного – избавиться от этой мерзкой заразы, от людей.

Хозяин умен. Он знает, как нанести удар максимально сильно. Точно. Быстро. Завтра этот городок проснется совершенно другим. И будет меняться дальше так, как угодно хозяину. Солнце уже почти скрылось за горизонтом. На улицах горели фонари. Где-то перегорели лампочки и там оставались только лишь темные пятна. Пес остановился и сел. Надо чуточку передохнуть.

Он был возмущен этой несправедливостью. Люди не могли видеть ночью. Люди не чувствовали всего богатства ароматов и буйства красок. Они строили уродливые серые дома, покупали вонючие, блеклые автомобили. Как это убого. И при этом они считают себя властителями мира. Могут унижать и уничтожать все прекрасное, что находится рядом с ними.

Но они не смогут пересилить истинную мощь Природы. Им не удастся уничтожить жизнь в том виде, в котором она существовала уже сотни тысяч лет. Или даже миллионы. Пес задумался, сколько зим и лет он видел в своей жизни и сбился со счета. Много. Он едва ли не с самого рождения знал своего хозяина, а тот был стар.

Иногда они общались. Помимо исполнения приказов, просто разговаривали. И каждый раз Пес удивлялся тому, сколько всего можно помнить и знать о прошлом. Поражался, сколько ужасного совершили за свое существование люди. И каждый раз убеждался в справедливости своей ненависти к человеческому роду и каждому человеку в отдельности.

Пес присел на задние лапы возле старого покосившегося забора, за которым виднелся заросший, буйный сад. Зелень разрослась настолько, что часть крыши дома была скрыта листвой. Здесь можно было немного передохнуть. Передняя лапа была покрыта запекшейся кровью – не его, человеческой. Так было надо. Так сказал хозяин и Пес выполнил все, что было нужно. Он никогда не спрашивал, а просто исполнял.

Из глубины сада слышались приглушенные голоса, но Пес не хотел идти в траву. Повернув ухо в сторону источника, он прислушался, но растительность делала звуки едва слышимыми для него – проходящие рядом люди вообще ничего не могли разобрать. Спустя некоторое время звуки стихли. Трава зашуршала и из нее показалась маленькая старушка с палкой в руке.

– Пшел прочь! – крикнула она на собаку и замахнулась палкой. Пес поднялся на лапы, но не ушел. Он умел чувствовать людей. Его насторожил мужчина в квартире, теперь бабка. – Знаю я таких, как ты! – добавила она чуть тише.

Случайный прохожий, повернулся в их сторону в недоумении.

– Женщина, вам помочь? – никто не отреагировал на его предложение и он сделал к ним пару шагов. Пес сразу же оскалился и зарычал, старушка повернулась: – Ты иди, иди, куда шел. Мы сами.

– Ненормальная, – пробормотал прохожий и поспешил поскорее убраться оттуда.