Северянка

Глава 2

За тридевять земель, среди гор, что ограждали жителей чудесного королевства от непрошенных гостей, находилась страна самых прекрасных существ на свете – эльфов. Берега столицы омывали морские волны.

Правил царством Альвахейм мудрый король Дзирд, вот уже пятьдесят лет. На заре его правления у несчастного умерла при родах жена вместе с долгожданным сыном. Снова Дзирд так и не женился: никто не смог занять место любимой. Он очень тосковал по ней, долго убивался, но его брат, Намиз, не давал ему оставаться в одиночестве, все время был рядом. Дзирд нашел утешение в своих племянниках, которых полюбил как родных детей, коих не суждено было иметь самому. Члены семьи Намиза стали для Дзирда самыми дорогими на всем свете созданиями.

Намиз никогда не претендовал на трон. Ему нравилось заниматься тем, чем он занимался: помогал брату править, был послом по всем важным для государства делам.

Каждый раз, возвращаясь из очередного отъезда, Намиз обязательно привозил подарки двум сыновьям и дочери. Однажды он привез три кулона, одинаковых с виду. Выглядели они простенько: листочек клевера, вырезанный из малахита, нежно-зеленого цвета с прожилками разных оттенков. Но это оказались не обычные безделушки. Как только дети их надели на себя, кулончики засветились приятным голубоватым светом.

– Пока каждый из вас жив и здоров, все три листочка кулона будут светиться. Если с кем-то из вас приключится беда, один погаснет и кулон станет двулистным. Всегда носите их при себе и берегите друг друга, – сказал отец детям.

Ребятам рассказывали истории о жестоких и диких варварах, живших на далеких землях. Говорили об их безжалостном отношении к врагам. Посланникам Дзирда случалось там бывать, сражаться с лешачами. И это при их-то мастерстве высших существ, мало кто из эльфов смог унести тогда ноги с поля боя.

Арэвил, младший племянник Дзирда, слушал эти истории с особым трепетом, мечтал поскорее вырасти и сразиться с кем-нибудь из этих лешачей. А с другой стороны было еще интереснее действительно ли они такие жестокие дикари, как о них говорят. Как они вообще живут, чем занимаются?

Каждый раз находясь под впечатлениями от услышанного и засыпая, Арэвил мечтал побывать там, увидеть все своими глазами. Брат с сестрой не разделяли с ним такого интереса, но мальчику было все равно.

Эльфы слыли прекрасными мастерами в искусстве владения мечами и саблями. Дар развивали с детства как у мальчиков, так и у девочек. Это были ловкие воины, их изящные легкие движения напоминали танец.

Племянница короля, Лерика, больше тяготела к магии. Колдовство ей давалось легче, чем фехтование. Дядя и отец нашли для нее лучших учителей магии.

Ром, старший из детей Намиза, мечтал о дне, когда станет королем. Ведь после дяди и отца он был первым претендентом на трон. Юноше хотелось власти. Он был немного заносчив и себялюбив, старался быть во всем лучше своих брата и сестры, опередить их. На тринадцатилетие Дзирд подарил ему кинжал работы самых искуссных мастеров кузнечного и ювелирного дела в королевстве. Рукоятка была сделана из белого золота, украшена драгоценными камнями. Лезвие – острее бритвы. Ром гордился таким подарком, хвастался им перед Арэвилем, Лерикой и друзьями. Намиз сдерживал в сыне эту нехорошую черту его характера, и Ром снова начинал себя вести спокойно.

Но семейное счастье короля и его брата оборвалось. Однажды, совершая очередной визит в чужедальнее государство, Намиз попал на поле боя. Ему это было не впервой, он выходил из любого сражения почти без единой царапины. На этот раз ему не повезло и он пал, защищая союзников от наступавших врагов.

Снова потеря близкого. Как пережить ее? Но Дзирд быстро взял себя в руки – ведь жена брата осталась одна с тремя детьми на руках. Каково им потерять любимого отца и мужа? Дзирд дал им все, что только смог и чего они были теперь лишены навсегда – забота и любовь отца.

Время шло, дети выросли. Лерика стала прекрасной чародейкой-эскандером, Ром и Арэвил – лучшими воинами в королевстве. Арэвил превзошел всех учителей. Ром по-прежнему стремился быть первым. И ему не давало покоя то, что младший брат опережает его в мастерстве, старался не уступать. А особенно его задевало, что девушка, которая ему безумно нравилась, предпочла Арэвила. Возможно, если бы он рассказал ей раньше о своих чувствах, она была бы теперь с ним. Но он о них умалчивал, и вместо знаков внимания, наоборот старался ее обидеть. А кому понравится такое?

Дзирд готовил Рома к тому, что в будущем принц станет королем. Он, ведь, старший из племянников, а значит, первый в очереди на трон. Король ожидал от Рома мудрых решений (парень уже помогал дяде править), но принц часто действовал холодно и расчетливо, иногда даже грубо, не заостряя особого внимания (а часто даже упуская из вида) на важных мелочах. К своему стопятидесятилетию Ром должен был быть коронован. Дзирд пожелал передать правление племяннику и заняться другими делами, которые считал более важными. Но, чем дальше продвигалось обучение принца и по мере появления результатов его деятельности, Дзирд все больше убеждался в том, что Ром – это будущий тиран, к тому же не дальновидный. Арэвил же имел все задатки хорошего правителя, такого как его дядя, отец, дед.

Своего стопятидесятилетия Ром ждал с особым нетерпением – поскорее бы стать королем… Незадолго до коронации Дзирд решил устроить Рому решающий экзамен, исход которого должен был дать окончательный ответ на вопрос стоит ли отдавать трон в его руки. Он отправил племянника с мирным визитом в соседние земли серых эльфов, чтобы призвать их к союзничеству. Ром брезгливо относился ко всем существам, что были ниже по происхождению и не принадлежали к белым эльфам, но он скоро станет королем, а значит придется со многими из ненавистных тварей любезничать. Он передал и сказал все, что должен был, но в его голосе и манере поведения проскакивали заметные нотки отвращения. Естественно ему отказали в сделках, которые полагалось заключить и высказали свое пожелание Рому сначала научиться вести себя, не выказывать своих эмоций. Рома это окончательно вывело из себя и он набросился на предводителя серых эльфов. Завязалась битва, в которой Ром одержал победу, убив соперника. Домой он вернулся гордо, с прекрасной, как он думал, новостью о том, что покорил «дикарей», как он их называл. Дзирд, узнав о случившемся, пришел в бешенство:

– Мы с твоим отцом положили столько сил, чтобы добиться их расположения! Я тебя отправил туда с миром, ты должен был все уладить, проявив себя дипломатом, а не завоевателем!

– Но они низшие! Они должны нам покориться! Я сделал все, как ты говорил!

– Да, но каким способом ты решил их покорить? Ты, хоть, понимаешь, что развязал войну между нашими расами? Если бы ты сделал все, как я говорил, ничего подобного сейчас не было бы. Ты не умеешь держать себя в руках и не готов стать королем. Я отменяю твою коронацию до тех пор, пока ты не исправишь своих ошибок и не научишься уважать других, даже если они тебе не нравятся. Может, за это время поумнеешь…

Для Рома это был удар ниже пояса. Черная мысль закралась в его голову. Он решил во что бы то ни стало короноваться в назначенный день.

Он дождался ночи и пошел к дяде в спальню. Дзирд был удивлен столь позднему визиту.

– Можно поговорить? – спросил Ром с невинным видом.

– Проходи, – Дзирд отошел в сторону, запуская племянника в свои покои.

– Я хотел извиниться за то, что не оправдал твоих надежд. Помоги мне все исправить.

– Я сам, вместе с тобой, поеду к ним. Ты не станешь мудрым и уважаемым правителем, если будешь проявлять агрессию тогда, когда можно решить дело миром. Серые эльфы отказали тебе, и ты должен был спокойно удалиться. Попробовали бы в следующий раз. Нужно было обдумать почему они так повели себя, как не допустить подобного снова. Ты тоже прости меня – я с горяча накричал на тебя.

– А если я не научусь ничему новому, не смогу перебороть себя, королем станет Арэвил? – вдруг спросил Ром. Эта мысль давно не покидала его.

– По праву ты первый наследник. Но, если ты и правда не поумнеешь, брат займет твое место. У него все задатки справедливого правителя. Но я надеюсь на тебя, не подводи меня. Ты молод и горяч. Нужно быть мудрее, то есть – хитрее, тогда все получится. Мир? – Дзирд протянул племяннику руку. Ром в ответ протянул свою, а другой выхватил из ножен кинжал, который дядя подарил ему на тринадцатилетие. Принц всегда носил этот подарок при себе. Он всадил лезвие прямо в грудь короля по самую рукоять. Все случилось так быстро, Дзирд даже не успел ничего понять и почувствовать, как упал замертво. Ром ногой откинул руку дяди, которая упала на носок сапога, и пошел прочь, как ни в чем не бывало. Преграда к трону устранена. Какое облегчение… Даже как-то рассудок от счастья помутился…

Арэвил подошел к дядиной спальне как раз тогда, когда Ром только что завернул за угол и скрылся из вида. Завтра он собирался вместе с братом и Дзирдом на охоту. Дядя просил обязательно доложить ему перед сном каких лошадей на завтра приготовят к езде. Арэвил постучал. Никто не ответил. Тогда он толкнул дверь:

–Дядя, ты спишь? – спросил принц, заглядывая в спальню.

Но, увидев короля, распростертого на полу, забыл зачем пришел и бросился к телу. Дзирд был мертв. Его открытые глаза были пустыми и ничего не выражли: ни боли, ни страха. Король не успел даже испугаться. Арэвил заметил рукоятку кинжала. Он потянул за нее и вынул клинок из дядиной груди. Кровь фонтаном хлынула, забрызгав одежду и руки молодого эльфа. Арэвил узнал кинжал брата. Он сразу все понял – он слышал как Ром и Дзирд ругались днем, слышал об отмене коронации.

В это время в спальню вернулся Ром. Убийца забыл забрать свой подарочек – ведь это прямая улика против него. Ром не ожидал увидеть здесь брата. Но тут же смекнул как можно все свалить на Арэвила. Взгляд парнишки говорил о том, что он обо всем догадался.

– Арэвил, что ты наделал?– притворно спросил Ром.

– Что?! Как ты можешь лицемерить? Зачем ты убил его? – принц стоял на коленях, глядя на брата снизу вверх. Это еще больше раззадорило Рома.

– Я убил? Я вхожу в спальню дядюшки, вижу тебя в крови, с кинжалом в руке и мертвое тело короля. И ты смеешь утверждать, что я убийца?

– Кинжал твой…

– А я его потерял сегодня днем.

– Не ври, к дяде днем ты подходил с кинжалом, когда он накричал на тебя. Неужели ты так желаешь стать королем, что готов пойти на такое?

– Я не хочу, чтобы ты занял трон вместо меня, – Ром выхватил сабли из ножен и напал на брата.

Тот отбил первый удар Рома его же кинжалом, что до сих пор держал в руке, тем временем вынимая одну из своих булатных подруг.

Обороняясь одним клинком, Арэвил вскочил на ноги, развернулся, нырнув под руку Рома и резанул ему по животу. Ром замер на мгновение, осматривая порез. Но парню повезло – брат рассек лишь одежду. Арэвил воспользовался заминкой и вынул вторую саблю. И как раз вовремя: Ром еще больше озлобился, он не любил когда Арэвил проделывал такие опасные фокусы, и с еще большей силой напал на него.

Старший из братьев проигрывал младшему. Арэвил пнул Рому под ноги пуф, и тот упал. В это время в спальню на шум прибежал стражник. Когда дверь скрипнула, Арэвил на секунду отвернулся от брата, чтобы взглянуть кто вошел. Этой секунды Рому хватило, чтобы получить превосходство в схватке. Он полоснул брата по ноге, чуть выше колена. От боли Арэвил разозлился и ткнул саблей, метя Рому в сердце, но тот перекатился на живот, и клинок пронзил ковер.

– Зови остальных! Арэвил убил короля! – крикнул стражнику Ром.

Страж послушно побежал за подмогой. Братья продолжили биться.

Покои Дзирда напоминали поле боя: полог и перина были искромсаны; все, что можно было разбить, осколками валялось на полу, а братья не прекращали сражение. Нога Арэвила болела, из раны сильно текла кровь. Наконец, ему удалось прижать Рома к стене, затем пнул его в живот. А когда тот согнулся от боли, добил ударом локтя в затылок. Ром потерял сознание.

Вбежала стража. Арэвил выскочил на балкон. Бросив сабли, перемахнул через перила и спрыгнул. Под этим балконом был еще один. Принц зацепился за перила следующего балкона, взобрался на него и побежал, прихрамывая, в коридор. Навстречу ему бежали три стражника. По привычке Арэвил хотел вынуть свои сабли, но вспомнил что они остались в дядиной спальне. Один из стражей замахнулся на него своим мечом, но Арэвил перехватил его руку и отобрал оружие, вырубив его хозяина ударом о колонну. Защищаясь от двух других, вынул у одного из них из ножен саблю и мигом расправился с обоими.

Сзади послышались шаги других стражей и голос Рома, который кричал чтобы не упустили убийцу. Арэвил уже хотел бежать, но рядом с ним открылась дверь и он увидел сестру. Она звала его. Арэвил юркнул к ней, дверь тихо закрылась. Стражники и Ром этого не заметили.

– Что случилось? Что за переполох? – спросила Лерика.

– Ром убил дядю и свалил все на меня. Стража ему поверила.

– Будь здесь. Спрячься где-нибудь, я пойду все узнаю.

Лерика подождала, пока шум в коридоре стихнет, и вышла.

Она направилась к дяде в спальню. Здесь не было никого. Мертвый король лежал среди осколков и обрывков тканей, а рядом валялся кинжал Рома. У выхода на балкон Лерика увидела сабли Арэвила, быстро забрала их и пошла обратно. От «пейзажа», увиденного в королевских покоях у девушки текли по щекам слезы. Как Ром мог? Как помочь Арэвилу? Как сказать маме? Надо вывести брата из дворца. Но как? По всем коридорам расставлена стража. Принцесса вернулась в свою комнату.

– Арэвил, это я. Ты где?

Он вышел из-за занавески.

– Держи, – Лерика протянула ему сабли. – Я отведу тебя к Кассиму. У нас есть лишь пять минут. Поживешь у учителя, пока все уляжется. Я сама к тебе приду. Никуда из его дома, понял?

– Да, – коротко ответил Арэвил. А что ему еще остается?

Кассим был одним из первых учителей ребят. Он преподавал им магию. Лерика и Арэвил с тех пор, как он перестал их учить, поддерживали с ним дружбу, в отличие от Рома, который боялся старика до смерти (чувствовал, что Кассим видит его насквозь).

Лерика что-то забормотала себе под нос. Воздух вдруг задрожал. Принцесса открыла двери: все чисто.

– Идем, – сказала она.

Они спустились в зал. Было странно по дороге туда видеть в коридорах замерших стражей, Рома, некоторых дядиных советников. Сестра подвела его к большому зеркалу, одной рукой взяла руку брата, другой коснулась отражающей поверхности. По стеклу пробежала рябь, словно круги по воде от брошенного в нее камня. Арэвилу все это было странно – магия ему давалась плохо, и он перестал ей заниматься несколько лет назад. Они вошли в зеркало. На коже появилось ощущение чего-то холодного и мокрого.

– Где мы? – спросил Арэвил, когда они стояли в темной комнате, освещаемой лишь огнем в камине.

Около огня стоял дряхлый старый эльф и… дремал. Лерика его разбудила, спешно расказала о случившемся. Кассим без разговоров согласился спрятать Арэвила у себя. Принцесса попрощалась с ними и вернулась во дворец, снова пройдя через зеркало.

Она поднималась по лестнице на второй этаж дворца, а Ром в это время спускался. Вернее замер, спускаясь по ней, когда Лерика остановила время. Пять минут истекли и все снова пришло в движение. Ром оглянулся на сестру:

–Только что тебя здесь небыло. Откуда ты взялась? Где Арэвил? Помогла ему бежать, да? – Он схватил Лерику за руку и периодически встряхивал девушку, когда спрашивал.

– Отпусти, – Лерика попыталась оттолкнуть брата. – Я не знаю где Арэвил. И я была здесь.

Вид девушки был уставшим. Ром смотрел ей в глаза:

– Врешь! Ты колдовала! Ты помогла ему бежать! Где он?

– Отстань!– крикнула она.

Ром отшвырнул сестру и продолжил спускаться, а Лерика чуть не упала через перила.

– Я с тобой позже разберусь! – крикнул он, оборачиваясь.

Лерика пошла в дядину спальню. Там, перед телом Дзирда, на коленях сидела мать наследников и плакала.

– Мамочка…

– Какон мог? Ну как он мог? – женщина едва говорила. – Мой сын убийца… Арэвил, что ты наделал…

Мама верила Рому… Ей сейчас бесполезно что-либо объяснять. Принцесса посмотрела на тело короля и невольно задумалась о том, что теперь будет.

– Ром всех настроил против тебя. Он очень убедительно врет. Тебе нужно бежать из города, – спустя два дня Лерика пришла к Кассиму навестить брата.

– Из города…– повторил Арэвил. – Он и там меня достанет.

– Тогда из королевства.

Арэвил не ожидал услышать такое, хотя только что сам подумал о том же.

– А что ты так смотришь? – спросила девушка. – Нам не удастся переубедить хоть кого-нибудь. Даже мама на его стороне.

– Иримэ? – спросил Арэвил освоей невесте.

– Ром женится на ней в день коронации, – тихо ответила Лерика, опустив глаза. Она знала, как сильно ее любит Арэвил. Ее слова вырвали сердце принца. Как же было больно…

– Мудрый ход – убьет двух зайцев сразу, – произнес Кассим.

Арэвил резко встал из-за стола, уронив стул, и отошел к окну, отвернувшись от сестры и учителя. В груди все сжималось, слезы просились наружу.

– Раз так, мне здесь больше делать нечего, – Арэвил повернулся. – Помоги мне выбраться из королевства, – обратился он к Лерике.

– Куда ты пойдешь? Там некому будет помочь… Ты там можешь погибнуть…-завозражала сестра.

– Он погибнет здесь, если останется,– сказал Кассим.

Арэвил увидел в глазах старика понимание и сочувствие. Но легче от этого не стало. «Я уже умер…»

Лерика ушла.

Больно… Как больно… Почти все, кого он любил и кому верил, отвернулись от него.

Он сидел за столом с Кассимом и смотрел в одну точку, ничего не замечая вокруг. Лерика обещала все подготовить к побегу и должна была вернуться через пару дней. Стражники и солдаты шерстили город в поисках убийцы, но дом старого серого эльфа Кассима обходили стороной – никто не хотел прогневать его.

Кассим был сильнейшим эскандером (магом, чародеем) в королевстве. И он терпеть не мог лжи. Старик сразу распознавал вранье. Еще молодым он перебрался в Альвахейм, где стал преподавать магию. Серые эльфы – маги самые знающие. Таких обширных библиотек как у них, нет нигде. Такие библиотеки открыты для всех эльфов, кто желает учиться и совершенствоваться. Прожив пятьсот лет на родине, Кассим отправился странствовать. Начитавшись свитков и книг, он захотел некоторые сведения проверить сам.

– Погадай мне, – Арэвил решил хоть как-то отвлечься от терзавших его мыслях об утраченном.

– Что? – удивился Кассим.

– Ты же двинер – умеешь предсказывать будущее. Что меня ждет?

– Раньше ты в эту ерунду не верил, – улыбнулся старик.

– Теперь я уже не знаю чему и кому верить. Хуже уже не будет – некуда.

Старик взял руки принца в свои и посмотрел на его ладони. Потом встал и принес небольшую плоскую серебрянную чашу, украшенную непонятными символами.

– Положи на чашу ладони, – сказал Кассим.

Арэвил послушно исполнил просьбу. Со дна чаши, подобно туману, стал подниматься свет. Арэвилу стало больно на него смотреть, и юноша отвернулся.

– Достаточно, – произнес старый маг. После того, как Арэвил убрал ладони, Кассим долго всматривался в дно посудины.

– Что там? – не выдержав напряженного молчания, спросил принц.

Кассим начал говорить:

– Я вижу тебя совсем другим, не того Арэвила, что теперь сидит передо мной, убитый предательством, а Арэвила возмужавшего, сильного. Покинув Альвахейм, ты потеряешь память…

« О, это то, чего мне сейчас хочется больше всего на свете», – подумал про себя принц.

– … но обретешь настоящий дом. Твоя детская мечта исполнится, только сначала тебе придется умереть.

– Что?

– У тебя со слухом плохо? – насупился старик. Арэвил сразу же замолк. Его вид говорил о готовности слушать дальше. – Твоя судьба – это маленькая девочка, поцелованная солнцем. Тебе предстоит научить ее всему, что ты знаешь и умеешь.

Арэвил пытался вспомнить о чем он мечтал в детстве, но из-за последних событий воспоминания о прошлом словно были заперты в отдаленных уголках мозга, не желая открываться.

– Чему я смогу научить дитя? Я свою-то жизнь привести в порядок не могу. От меня даже родные отвернулись…

– Не все,– напомнил Кассим. – Ты лучший из воинов в королевстве. Тебе нет равных. Даже Ром твоему мастерству завидует и боится, потому что всегда тебе проигрывал. В этом ребенке ты сможешь реализовать себя, сделать ее такой, каким мог быть, но уже не станешь волею судьбы. Будь для девочки духовным наставником.

– А как я найду ее?

– Она сама тебя найдет. Ты ее узнаешь, не волнуйся об этом. Только не теряй голову от ученицы, – лукаво подмигнул старик. Арэвил вопрошающе посмотрел на него.– Твое сердце сейчас разбито, но время лечит любые раны. Девочка вырастет у тебя на глазах, распустится, подобно бутону цветка. Она станет прекраснее, чем утренняя заря. Но не влюбляйся в нее – не ты ее суженный, а она – не твоя. Иначе любовь вас погубит, – один из вас просто погибнет, защищая другого. На красавице лежит проклятие, твоя судьба заключается в том, чтобы помочь ей от него избавиться. А в бою, как известно, нужна ясная голова. Но влюбленные ее совсем теряют и действуют безрассудно.

– А можно ее сейчас увидеть? – у принца проснулся интерес.

– Только краем глаза, – уступил Кассим. – Дай руку.

Арэвил протянул учителю ладонь. Старый эльф опустил ее на дно чаши. Снова поднялся туман, но тут же расступился, открывая взору очертания хрупкой фигуры. Она стояла к принцу спиной, вдоль которой лежала тяжелая коса. Силуэт повернулся лицом к Арэвилу. Стало видно лицо, покрытое веснушками, и озорные голубые глаза. Фигурка вскинула руки, в которых держала сабли эльфийской работы – такие же тонкие и изящные, какие были у Лерики. Принц глазам не верил, не мог оторваться от видения. Его прервал Кассим:

– Будет. Налюбуешься, когда время придет, – и разогнал иллюзию подобно стайке назойливых мух.