Северянка

Бои на сегодня были окончены. В бойцах крепко засел страх. Каждая битва для них теперь сто процентов могла оказаться последней.

– Хочешь обижайся на меня, но я тебя никуда не пущу. К кароку ты не пойдешь, – заявил Светозар.

– Это мы еще посмотрим, – огрызнулась Рагнеда.

– Посмотрим, – согласился эльф с сарказмом.

Наконец наступила ночь. К решетке подошла Смеяна. На девушке лица не было от страха. Она даже думать не хотела что карок может сделать с Ярославом.

– Ярослав, может ты передумаешь? – спросила она тихо, чтоб не разбудить стража и бойцов.

– Конечно передумает, – ответил за княжну эльф.

Но Рагнеда не собиралась отступать. Она уже подошла к решетке и хотела попросить Смеяну открыть замок. Светозар преградил ей путь.

– Не ходи – не вернешься, – наставлял остроухий.

– Отойди, – тихо, но настойчиво сказала княжна.

– Нет, – отказался Светозар.

Рагнеда ударила эльфа в солнечное сплетение. Когда тот, задыхаясь от боли, нагнулся, обрушила ему свои кулаки на затылок. Светозар потерял сознание и упал. Княжна оттащила его от дверей, чтоб не мешался. Смеяна пребывала в шоке от увиденного, но открыла дверь.

– Мне тоже страшно за тебя. Не ходи к нему, – упрашивала девушка.

– Смеяна, хоть ты меня не огорчай, – Рагнеда подошла к ней и приобняла за плечи. Это немного успокоило Смеяну. – Показывай дорогу.

Глаза Смеяны были наполнены слезами, но она повиновалась и повела за собой по коридору. Это находилось дальше, чем темница Фобиса. Странно, но этой ночью парень мирно спал, посапывая носом. Он даже не шелохнулся от того, что кто-то проходил мимо. Служба Святополку очень выматывала и отнимала много сил. Фобис все чаще и больше спал, и даже днем. В конце коридора показалась дверь, края которой и косяки были покрыты наледью и снегом.

– Это здесь, – дрожащим голосом сказала Смеяна. – Вот, совсем забыла, – она вытащила из сумки хлеб, – Он, конечно, не пес, и хлебом его вряд ли приманишь, но…

«Молодец, Смеяна! Как я сама не додумалась?» – подумала княжна.

– Спасибо, – поблагодарила Рагнеда и чмокнула девушку в щечку.

Смеяна отперла замок и с усилием отворила двери – та просто примерзла. Из открывшегося прохода пахнуло холодом, клубы пара поднялись к потолку.

– Жди здесь, я постараюсь не долго.

– А если все же … – со слезами в голосе спросила Смеяна.

– Тогда уходи.

– Если с тобой что-нибудь случится, Светозар меня убьет.

Но княжна ее уже не слушала – входила внутрь. Снова коридор. Факелы освещали покрытые снегом и сосульками стены. Со рта вырывался пар, было не просто холодно, а морозно. И стражей тут ни одного не было.

«Еще бы! Кто в такой стуже сторожить станет? – подумала Рагнеда. – Или он обедает стражами?»

Коридор переходил в комнату с высоким потолком. Посреди нее стояла клетка с толстыми прутьями (в несколько раз толще, чем на обычных решетках). Карок лежал внутки «темницы», свернувшись клубком и спрятав морду. Эту стужу создавал он сам. Жара его убивала, а вот в мороз он чувствовал себя прекрасно. Шерсть свою зверь уже вычистил, так что шубка снова стала ослепительно белой. Спал волк чутко. Услышав Рагнеду, он поднял голову и уставился на нее своими желтыми глазами. Княжна замерла на месте. Несколько секунд они смотрели друг на друга молча и пристально. Поняв, что девушка не опасна, он снова опустил свою голову на лапы, но глаз с незваной гостьи не спускал. Рагнеда замерзала и начала дрожать от холода.

– Привет, – она начала разговор, – Я принесла тебе кое-что.

Она показала волку хлеб, осторожно подошла к клетке и просунула его меж прутьев, положив прямо перед носом зверя. Волк понюхал краюшку и снова уставился на человека.

– Я понимаю, – сказала княжна, – хлеб – не мясо, но хоть что-то. Мне сказали что перед боем тебя морили голодом, чтобы ты был свирепее.

Карок снова понюхал хлеб и, придавив буханку лапой, откусил зараз половину, стал жевать. Куски валились из пасти, он их снова подбирал. Зверь действительно был голоден и, судя по всему, после дебюта его плохо покормили. И того, что он сегодня унес с арены, ему явно было мало. Как, впрочем, и хлеба. Но лучше так, чем совсем ничего.

– Я хотела спросить – почему ты меня вчера не убил? Ведь я такой же боец, как и все. Ничем не отличаюсь.

Ответом было молчание. Зверь, казалось, видел насквозь. Он не спускал с девушки своих желтых глаз.

– Я не думаю, что ты глупое неразумное животное. Ты умен и хитер. Но оказался здесь не по своей воле. Это эльфы тебя привезли, так? Как тебя угораздило им попасться?

Этот вопрос, видимо, разозлил карока. Он резко вскочил и дыхнул на княжну смертельным холодом. Рагнеда среагировала молниеносно: выставила руку вперед. От ее ладони пошел такой жар, а холодный поток будто налетел на невидимую стену и превратился в испарение. Волк был удивлен. Он стоял и смотрел как рассеиваются клубы пара, открывая невредимую Рагнеду.

– Кто ты? – спросил шокированный зверь. У него был рычащий голос.

– Друг, – спокойно ответила княжна.

– Мне не нужны друзья. Особенно среди еды – с пищей не дружу.

– Что тебя так разозлило? Эльфы?

– Эльфы, – прорычал волк, – и если ты не заметила, твой остроухий друг из их числа. Если ты с ним, ты не можешь быть мне другом.

– Но, ведь, с тобой возможно подружиться, так?

– Время покажет можно ли с тобой подружиться, человечишка.

– А почему ты их так ненавидишь?

– Эльфы истребляют моих сородичей. Они ненавидят нас с пеленок. Князь обещал мне бой с твоим приятелем. Жить ему осталось недолго.

– Не смей его убивать! – Рагнеда готова была на все, чтоб защищать Светозара.

– Это еще почему? Угрожаешь мне? – усмехнулся зверь.

– Нет. Предупреждаю.

– Найдешь себе другого принца. Поверь мне, эльфы только внешне прекрасны. Душа у них уродлива.

– Откуда ты знаешь…

– Что он влюблен в тебя? Влюбленные по особому пахнут. Кстати, объясни девочке, что ждет тебя там, – он кивнул на выход, – что ты не та, кем прикидываешься. Не дури бедняжке голову. Она ведь и правда влюбилась. Как тебя остальные еще не раскусили, не пойму.

– Что-то не получается у нас разговор. Я потом приду.

– Не утруждай себя.

– Может это смешно, но я верю что внутри ты не такой, каким рисуешься снаружи. Поверь, не все эльфы таковые, как ты сказал.

Рагнеда направилась к выходу. Она дрожала, пальцы на руках окоченели. Княжна постучала в дверь, Смеяна открыла замок. Ей повезло – пока она ждала Ярослава, никто не появлялся и не видел ее. Оглядев любимого и убедившись что с ним все в порядке, девушка обняла бойца.

– Запри дверь, – сказала Рагнеда, высвобождаясь из ее объятий.

Пока Смеяна возилась с замком, княжна побрела к своей темнице.

– Я уж думала, что он тебя съел или заморозил, – Смеяна нагнала Ярослава около темницы Фобиса.

– Он не такой, каким выставляется, – ответила Рагнеда. Ее трясло от холода, который, казалось, пробирал до костей.

Светозар еще лежал без сознания, когда беглянка вернулась. Лишь когда дверь за ней захлопнулась, он открыл глаза.

– Сильно болит? – спросила Рагнеда когда эльф приложил руку к затылку.

– Не ожидал от тебя такого, – признался эльф. Он посмотрел на Рагнеду и заметил что у нее довольно влажные волосы, а кое-где в прядках еще поблескивают льдинки. Княжна протянула ему руку, чтоб помочь встать. Ладонь и пальцы девушки были ледяными.

– Все-таки ходила? – сурово глянул Светозар.

– Как видишь.

– И что он тебе сказал?

Рагнеда погрустнела:

– Что Святополк обещал ему бой с тобой. И что он тебя убьет. Говорил серьезно…

Светозар был удивлен. Рагнеда прижалась к нему всем телом и крепко обняла. Она не хотела терять любимого. Что теперь делать?

– Успокойся, – Светозар погладил ее по волосам, – что-нибудь придумаем.

Утром князь пришел лично проверить состояние каждого: Ярослава, Светозара и Данко. Каково же было его удивление, когда перед ним предстали абсолютно здоровые бойцы.

– Опять Ярослав раны заговорил? – язвительно спросил Святополк. – А кто же твои заговаривал? Сам? – он обратился к племяннице.

В ответ было одно молчание. Слышно было лишь хихиканье стражи.

– Молчишь? Хорошо, вы сегодня же будете биться, раз уж так быстро поправились.

Но князю было очень интересно – неужели спины наказанных бойцов так быстро зажили? Он обошел их сзади, остановился около княжны и задрал ей рубаху, обнажив спину. Ни единой царапины, ни шрама.

– Это невозможно, – он глазам не верил. – Ты колдун?

– Нет, я ничего не делал, – отнекивалась Рагнеда.

– А, может колдунья? – спросил князь. Стражи громко заржали. – Проверить можно – утопим тебя в реке, а там посмотрим: выживешь под водой или нет. Я видел как ты прижал ладонь ко рту, как девка, когда волк здоровяка порвал.

– Ну так проверь, – Рагнеда подалась вперед. – Узнаешь тогда колдун я или колдунья, – вместо улыбки у княжны получился оскал.

– Сегодня у меня будут особые гости. Так что придумай чем их удивить.

Святополк удалился со своей свитой, Рагнеда и лешачи вздохнули с облегчением. Эльф и Шун переглянулись.

Завтрак был очень скудным – хлеб и вода. Набив желудок, бойцы двинулись на побоище. Нужно было готовиться к вечерним битвам.

Гости и впрямь были особые. Но княжна их не видела до последнего момента, пока не вышла на арену. Зрители уже развлеклись, так сказать «разогрелись», глядя на поединки с Фобисом и волком. Настала пора любимчикам князя выступить перед публикой. Начать он решил с племянницы, натравив на нее карока. Рагнеда не разглядывала трибуны, ей было все равно кто там сидит. Она думала о предстоящем бое. Смеяна успела предупредить о противнике. Княжна придумывала как бы не ранить зверя, все еще надеялась с ним подружиться, найти общий язык. Поэтому и оружие выбрала совсем для себя непривычное – железную палку (по длине и толщине, весу как копье, но с тупыми концами). Светозар так вцепился в решетку, что казалось вот-вот вырвет ее. Он очень боялся что карок разорвет княжну, словно игрушку. Все бойцы были в похожем напряжении, они негодовали: послать мальчишку на бойню с таким чудовищем… Это было слишком.

Рагнеда стояла посреди побоища с палкой в руке. Она сама не знала как поведет себя зверь. Поговорили они не очень-то в прошлый раз.

Открылись врата и на арену, залитую вечерним солнцем, вышел волк. Прекрасный и одновременно внушающий леденящий ужас. Заметно было, что его так и не кормили. Значит, она может пойти на закуску.

Княжна ждала атаки, не решаясь нападать первой. Волк будто читал ее мысли и сам бросился на девушку. Рагнеда увернулась – отскочила в бок. Гости князя напряглись, оба схватились за перила так, что костяшки пальцев побелели. Карок скова несся на княжну. Она ринулась к стене, бросив оружие, на бегу сделала несколько шагов по ней и, оттолкнувшись, кувыркнулась в воздухе. Карок не ожидал такой выходки и налетел на стену, а Рагнеда приземлилась ему на спину. Волк попытался сбросить наездницу, но девушка крепко вцепилась в густую мягкую шерсть. Тогда он встал на задние лапы и упал на спину, чтоб своим весом придавить седока. Но Рагнеда разгадала его план – как только он встал на задние лапы, она уперлась стопами ему в хребет. А когда карок начал падать, оттолкнулась и отпустила одну руку. Волк упал на спину, а княжна, держась за шкуру зверя одной рукой и оказавшись с боку, приземлилась на ноги. Девушка увидела свою палку – она валялась на земле совсем рядом, и подхватила ее. Как раз вовремя – волк сшиб Рагнеду с ног и опрокинул наземь. Огромная туша нависла над хрупкой девушкой. Пасть открыта и оскалена. Княжна подставила палку, когда зверь попытался ее укусить. Острые клыки впились в железо. Разозлившись, карок поднял голову, не выпуская из пасти палку. Рагнеда повисла на ней. Поняв, что страха девица не чувствует и сдаваться не собирается, он дохнул на нее холодом, все еще отбирая палку и не разжимая челюстей. Рагнеда, едва заметив облако холодного воздуха, отцепилась от палки и задрала морду волка вверх, резко толкнув в нижнюю челюсть. Карок еще больше озлобился, швырнул железяку в сторону. Палка вонзилась в стену, и довольно высоко. Рагнеда взглянула на свое оружие: сложновато будет достать. Подняв глаза еще выше, она увидела среди зрителей гостей Святополка, которые сидели около князя. Вот кого княжна не думала узреть: печенега Косту и князя Андрея. Оба следили за битвой, ловили каждое движение. Только эмоции при этом они испытывали разные: Коста – удовольствие, азарт, а вот Андрей – тревогу.

Андрей поймал на себе взгляд племянницы и собрался уже, было, что-то сказать Святополку. Но Рагнеда едва заметно качнула головой и он промолчал. Волк воспользовался заминкой и боднул девушку так, что ее отбросило и она ударилась о стену. Казалось, что легкие оторвались – дышать было очень трудно. Да и губу прикусила до крови так, что она потекла по подбородку. Перед лицом вновь возникла волчья морда. Рагнеда сдалась: будь что будет. Встать и сражаться она пока не могла, но на зверя смотрела безотрывно. Карок мотнул головой, словно прогоняя назойливых мух, и отскочил от княжны.

Врата уже открывались, и он влетел в них стрелой. Рагнеда пыталась подняться. На побоище вышел Будимир и помог ей. Сегодня ему выпало дежурить на боях.

– Князь, выпусти этого бойца со мной на поединок, – загорелся Коста, – уж больно прыткий малец. Хочу с ним силой помериться.

– Коста, ты – почетный гость. Разве гоже гостю со сбродом биться? – удивился Святополк.

– Ну, пусти, а? Что тебе стоит? Я же сам прошусь. Будет чем перед братом похвастать.

– Если победишь, – вставил Андрей. – А если проиграешь, чем хвастать будешь?

Те, кто это слышал, засмеялись. Коста насупился.

– Да ладно, княже, пусти паренька косточки размять, побаловаться, – сказал Глеб.

– Хорошо. Только пущай Ярослав в себя придет, а то сам видел – под руки увели мальца.

Каково же было удивление Андрея, когда он увидел и Светозара, и четырех лешачей на арене. Значит не все в Лешевой Пади погибли от вражьего меча. Князь черниговский не подал вида, хотя внутри эмоции захлестывали. Он твердо решил увидеться с друзьями.

Когда Рагнеде стало легче, ее снова вывели на бой. Вот только соперник оказался совсем неожиданным: Коста.

– Привет, красавица. Думала я тебя не узнаю?

– И что? Дяде расскажешь? – Рагнеда не показывала страха, но все же боялась что печенег ее выдаст.

– Нет, не скажу. Не бойся.

Княжна атаковала первой. Коста отбивался и пятился – слишком напористо девушка наступала.

– Зачем ты здесь? – спросила она.

– Как ты уже догадалась – я почетный гость.

– Таких гостей сразу же рубить надо.

– Зачем ты так? Я же тебе подсобил сюда попасть. И не выдам. Как твой план? Работает?

– Не жалуюсь пока.

– Я просто хочу поквитаться: два раза уже тебе проигрывал.

Пока они сражались, почти все время переговаривались. Рагнеда не жалела ни соперника, ни своих сил на него. Коста, хоть и был сильнее и старше княжны, опытнее в бою, но не смог одолеть ее и на этот раз – проиграл снова. Зрители были довольны. Бой получился красивый и зрелищный.

Надо было отдать должное печенегу. Он проиграл достойно и не стал сетовать на противника. Коста окончательно признал мастерство княжны.

– Удачи тебе, – сказал он напоследок.

Рагнеда удивилась: давний враг желает удачи? Более чем странно.

Знать после окончания боев отправилась пировать. Андрей, выждав удобный момент, тайком пробрался в темницу. Будимир устроил им свидание в комнате (за мешочек золота), где несколько дней назад беседовали Эридан и Светозар. Князь вначале хотел поговорить со всеми лесными воинами, но, подумав, решил что это будет подозрительно и опасно, поэтому встреча состоялась с одной княжной.

Увидев Андрея, княжна обняла двоюродного дядю. Тот тоже крепко сжал племянницу и долго не выпускал ее из объятий – все еще не верил, что она жива-здорова.

– Дай я на тебя посмотрю, – он взял девушку за плечи, внимательно осматривая ее.

Рагнеда стала еще худее, чем раньше, и бледнее. Под глазами залегли темные круги, руки сбиты от побоев и постоянных тренировок.

– А где же твои косы? – спросил Андрей, вспоминая о ее шикарных длинных волосах.

– Чтобы попасть сюда, пришлось прикинуться мальчишкой.

– Но зачем? – не понимал князь. – Давай я вас вытащу отсюда?

– Нет, Андрей, я не пойду. Да и ребята без меня не двинутся с места. Я выяснила кто повинен в гибели селения. Я не могу уйти, не отомстив.

– И кто он?

– Святополк.

Андрей ушам не поверил.

– Коста, тот печенег, с которым я сегодня билась, помог мне сюда попасть. Дядя заплатил Барукхану за то, чтобы он со своими людьми вырезал всю нашу семью: отца, братьев, меня. Он, с тех пор, как зачинил историю с наместником, боялся, что отец посягнет на престол Переяславля.

– Ерунда. Если бы Ярослав этого желал, он бы давно вернулся.

– Да, но когда отец узнал о делишках и долгах Святополка, дядя всерьез подумал что брат вернется и свергнет его ради спасения княжества.

– А ради чего всех жителей вырезать надо было?

– Лешачи сплоченный народ, сам знаешь. Если кто князя тронет, то…

– Чтобы некому было мстить, – догадался Андрей.

– Рано или поздно наши все равно бы прознали кто и что. Вот поэтому всех и убили.

– Но вы-то как уцелели? – не понимал он.

– Молодцы, что здесь со мной, уехали с купцом, которого ты прислал. Потом на силу ноги унесли – засада оказалась.

– Рагнеда, я никого накануне свадьбы к вам не посылал. Я наоборот никого из селения дергать лишний раз не собирался, хотел чтобы все погуляли от души.

– Как? Он говорил, что ты присоветовал ему лешачей в охрану, – Рагнеда хотела и Андрея проверить – не замешан ли он в этом деле.

– Нет, не было такого.

– Получается, это с подачи Святополка. Или сами печенеги придумали ложного торговца, чтоб часть воинов из Пади вывести. А напали на нас ночью. Врасплох застали – никто подобного не ожидал. Убивали всех без разбора. На моих глазах пали отец, Ивар, мама с малышкой, Влас… А он меня до последнего защищал.

– Как ты-то жива осталась?

– Барукхан хотел сделать меня своей наложницей. Но не совладал и отвел на невольничий рынок. Там меня ребята нашли и выкрали. Потом мы приехали в Падь, попрощались с мертвыми. Светозар к тебе предлагал пойти.

– Так почему не пошли? – не понимал Андрей и даже немного обиделся.

– Не обижайся, но ты слишком вспыльчивый. Наломал бы дров, а наказать виновных не смог бы. Печенеги не сознаются, а чем еще докажешь вину Святополка? Поэтому мы и пошли сюда. Договорились с разбойниками, они нас продали дяде. Сейчас мы ищем соратников, разведываем что к чему. Скоро князь за все заплатит.

– Вам какая-нибудь помощь нужна?

– Она понадобится тогда, когда будет восстание бойцов. Но день я даже не назову – сама не знаю. Сами справимся, спасибо.

– Я вернусь сюда через несколько седьмиц и останусь до тех пор у братца в гостях, пока он не падет.

В коридоре забрякали ключами и скрипнула дверь:

– Княже, пора, – сообщил Будимир.

Андрей обнял племянницу как парня: похлопал ее по спине – выдавать княжну нельзя. После каждый разошелся в свою сторону.

– Что ты за мужик растешь, а? – Святополк ломился в закрытую дверь, ведущую в комнату сына. Как девка красная крови и оружия боишься!

– Чего буянишь, Святополк? – Андрей, услышав крики и шум, поднялся посмотреть в чем дело.

Пьяный князь Переяславля учил уму-разуму сына.

– А, это ты, – увидел Святополк брата. – Да вот, пытаюсь объяснить этому… Андрей, вот у тебя уже двое подрастают. Как ты с ними ладишь? Они такие же зайцы, как и мой?

– Я люблю своих сыновей. И не требую от них невозможного, не заставляю делать то, чего они боятся. Дети подобны глине – что вылепишь, то и получишь.

– Да, гончар из меня никудышный, – согласился Святополк.

– Ты хоть раз мальчонку испросил, чего тот хочет?

– Думаешь, поможет?

– А ты попробуй.

Князь обратился к сыну:

– Сынок, выйди. Давай поговорим, – Святополк стукнул в дверь ладонью. Ответом было только молчание. Это взбесило князя и он снова стал кричать, – Да что ты за дите?! Матери твоей покойной даже гордиться нечем: родила сына, а растет девка!

То ли на Никиту подействовало то, что за дверью кроме пьяного отца был еще и Андрей, то ли слова, что чернили его мать, задели мальчика за живое, но изнутри брякнул засов и дверь резко распахнулась. Святополк от неожиданности вздрогнул и отступил на несколько шагов. Никита, словно лев, бросился на отца. Он толкнул ненавистного родителя в грудь так сильно, что тот отлетел к стене и слегка стукнулся затылком.

– Не смей так говорить о маме! Она любила меня, а ты всегда только упрекаешь и требуешь!

Андрей впервые увидел обычно тихого и спокойного мальчика, каким княжич был всегда, таким злым. Малец даже не думал о том, что отец разозлится, ударит или еще чего. Святополк и сам оторопел от напора сына и растерянно смотрел на отпрыска.

– Ты никогда не спрашивал что нужно мне! Я всегда должен был исполнять только твою волю, не имея своей! – Никита схватил папашу за грудки. Мальчик был рослым – всего на голову ниже отца.

Андрей подошел к племяннику сзади и положил ему на плечи ладони:

– Никита, отпусти его. Поверь, это того не стоит.

Никита тяжело дышал, в глазах горела ярость, юное лицо искажала злоба. Переборов себя, чтобы не съездить кулаком по отцовскому лицу, княжич ослабил хватку и опустил руки. Реакция Святополка на случившееся удивила и его сына, и брата: князь засмеялся.

– Ай да сын! – радовался тот, – Не ожидал такого! – он похлопал отрока по плечу. – Прости, сынок. Я, наверное, и правда требовал от тебя слишком много, не думая ни о чем. Может, зря я тебя на бои таскаю? – Святополк сам от себя не ожидал такой сентиментальности. – Тебе же не нравится смотреть на битвы?

Андрей снова сжал Никиту за плечи и легонько потряс: пока отец в духе, проси все, что хочешь. Мальчик понял и решился:

– Мне нравятся битвы, но только когда поединок честный. Когда ты позволяешь бойцам убивать друг друга, я не могу на это смотреть – это жестоко. Я бы хотел сражаться так же, как Светозар или Шун. Бес владеет кинжалами, как никто другой. А Ярослав без тени страха бьется с чудовищами, хотя ему едва ли больше лет, чем мне. Можно мне смотреть как они тренируются, общаться с ними? Их бои прекрасны… – глаза княжича светились, когда он говорил об этом. Он очень хотел быть таким же вертким, бесстрашным.

– Святополк, сыну нужен учитель, – намекнул Андрей.

– Твои герои тебя и научат, – ответил князь.

Никита чуть не взвизгнул от восторга, а Андрей не верил своим ушам. И Святополк сам обалдел от своей щедрости, но подумал что, хоть и нелегко признать, среди его войска и дружины, нет ни одного воина, который превзошел бы его бойцов. Для сына хочется лучшего наставника, даже пусть он пленный.

– Я предупрежу стражу, поговорю с бойцами. Ты будешь учиться у мастеров, хоть и заключенных. Сегодня начинать уже поздно. Завтра, – Святополк потрепал сына по макушке и ушел. Андрей с Никитой смотрели ему в след, а когда тот скрылся из вида, перевели взгляд друг на друга.

– Думаешь, он спьяну так сказал? – княжич засомневался.

– Думаю, что, все-таки, нет. Не настолько он пьян, чтоб забыть все, что сказал сейчас. Но, если чего, я ему напомню. Повезло тебе – Светозар и Ярослав знают свое дело. Ты у них многому научишься.

Святополк тем временем направился в темницу, к бойцам. На улице уже стемнело, но никто не спал. Они весело болтали, было довольно оживленно. Когда князь подошел к решетке и его заметили, все веселье стихло.

– Завтра, с утра, вы начнете тренировать моего сына. Он должен учиться у лучших учителей. А вы все, по правде сказать, превзойдете любого из моих дружинников. Слабину мальцу не давать, не поддаваться. Но и в строгости не переусердствуйте. Я все сказал. Бывайте, – князь махнул рукой и скрылся.

Бойцы продолжали молчать, переглядываясь меж собой.

– Нападки князя сквозь зубы выносим, а тут еще и сына его сопливого учи… – заворчал Борис.

– Да ладно. Княжич, хоть, не такой злой как Святополк, – вступился Малюта.

– Почем тебе знать? – не унимался Борис.

– Тихо вы. Завтра и посмотрим, – сказала княжна. В ее планы совсем не входило обучать брата.

Все стали укладываться спать. Веселье, после посещения князя, испарилось напрочь. Да и поздно уже было. Рагнеда принялась в очередной раз прокручивать в голове как она отомстит дяде, что она ему скажет напоследок. Это была, своего рода, колыбельная для девушки. Без сих мыслей она не могла заснуть.

Утро выдалось прохладным, но солнечным. Кое-где стоял туман, поднимаясь дымкой вверх. После очередного «завтрака», состоящего из хлеба и воды, бойцы отправились на побоище. Светило пробивалось сквозь прохладу, приятно обжигая лучиками. Временами дул слабый ветерок, играя волосами и одеждой.