Академия Высших Чар. Проклятый принц для некромантки

Глава 6

Бам-с. Бум. Шмяк!

Передо мной приземлилась внушительная стопка фолиантов. И все бы ничего, но поднятое облако пыли окутало нас с ног до головы, и я, не выдержав, оглушительно чихнула:

– Апчхи!

– Ш-ш-ш! – тут же раздалось со всех сторон. Так задушевно и единогласно, что я удивленно хлопнула глазами и мило улыбнулась. После чего зажала пальцами нос и гнусаво поинтересовалась:

– Это что?

– Пятая полка третьего стеллажа в разделе «легкая, развлекательная литература» – невозмутимо откликнулась Де Велс. Усевшись напротив меня, она добросовестно сдула оставшуюся пыль со стопки. И иронично заметила на очередной чих. – Здоровья желать не буду.

– Из вредности, что ли? – стянув верхнюю книгу, я зачла вслух название на обложке. – Как управлять миром, не привлекая внимания менталистов. Пособие для практикующих… Слушай, а ты уверена, что оно нам пригодится?

– Из принципа, – соизволила ответить на первый вопрос Катрин. А на второй все так же невозмутимо добавила. – И запомни уже, гадость моя, адепт нашей академии обязан быть готовым к любой жизненной ситуации. Даже самой абсурдной и невероятной.

– То есть планы по захвату мира ты все-таки строила, да?

На этот провокационный вопрос меня огрели по голове еще одним фолиантом. И совесть некоторых не замучила. По причине своего постоянного нахождения в летаргическом сне, не иначе.

– И вообще, ты предпочла бы, чтобы я сюда принесла какой-нибудь талмуд в стиле: «Как приготовить потрясающий ужин так, чтобы ваш мужчина от вас не сбежал»? – фыркнула Катрин. Я в задумчивости потерла переносицу и невинно так уточнила:

– Это яд в него добавить, что ли?

Де Велс смерила меня долгим взглядом, потом обратилась к своей сумке:

– Слушай, мелкий, если мы сможем спасти твоего хозяина, и ты при этом хочешь, чтобы он дожил до старости, никогда – слышишь, никогда! – не позволяй ей готовить ужин. И нет, отвечать не надо. И прыгать тоже. Рекомендация по эликсиру молчания еще в силе.

Зиги, может, и не спешил отвечать, зато зашевелился так усердно, что сразу стало ясно – он посыл понял, оценил и непременно применит. Я скорчила недовольную физиономию, а Кат решила меня окончательно добить:

– Так никто не поверит, что ты подобное можешь читать. Поэтому вот, изучай, конспектируй и прочее. А я пока займусь делом.

– Это каким?

– Важным. А главное – полезным.

И, выдав эту глубокомысленную фразу, блондинка вытащила из кармана униформы зеркальце. Чтобы вот так, прямо на моих глазах, пока я сижу в обнимку с пыльными фолиантами начать…

– Тьма тебя побери Де Велс. Только не говори, что ты тут марафет наводить собралась, пока я эти талмуды изучаю!

– Даже в мыслях не было, – почти искренне улыбнулась эта паршивка. Но стоило мне открыть рот для очередного возмущенного вопля, как на меня зыркнули исподлобья и тут же аккуратно постучали по зеркальной поверхности. – Симс, ты на месте?

– Так точно, леди Кат, – бодро отрапортовали из зеркала. И по степени обожания в голосе я без труда определила этого таинственного собеседника.

Симонс Дикс, адепт второго курса факультета алхимиков и зельеваров. Влюблен в котлы, запрещенные зелья и нелегальные эксперименты. Ну, и самую малость в Де Велс, но тут даже я не понимала, как его угораздило.

– Журнал экспериментов, будь любезен, – мило улыбнулась Кат. И от ее этой улыбки у меня лично руки чесались какое-нибудь заклятье сплести. Возможно, даже защитное, ну так, на всякий случай. – И для одной несведущей в тонком деле алхимии поясни, что у нас там вчера рвануло из-за одного очень интересного ингредиента.

– О, сей момент, – в зеркале что-то громко зашуршало, а затем вновь раздался четко поставленный голос Дикса. – В ходе проведенного анализа выявлено, что материал, использованный в эксперименте, не подлежит классификации как «ткань мертвая, ороговевшая». С другой стороны, он также не имеет отношения к так называемой «живой» ткани, но содержит признаки и того и другого, а значит…

– Дикс, проще.

– Да куда уж проще-то, леди Кат!

– А ты как для особо контуженных объясняй. Как для боевых магов, например.

– Там жестами эффективнее, – тяжело вздохнув, Симонс все же выдал что-то на человеческом языке. – Если уж совсем просто, то, что вы мне подсунули, леди Кат не принадлежит ни мертвому, ни живому существу. Не подлежит воздействию большей части зелий и имеет потрясающую способность к регенерации. Так что теперь уже и мне любопытно, что это за дракон и где вы его нашли, а?

И столько неподдельного интереса и любопытства было в этом вопросе, что меня одолело черное искушение сдать Зигмунда со всеми потрохами. В прямом смысле этого слова. Но прежде, чем я открыла рот и выразила свою готовность поделиться таким интересным открытием и мертвецом, Де Велс со всей дури пнула меня под столом. Прямо острым носком ботинка по голени. Вот же…

Ведьма! Хоть и целитель!

– Леди Кат? Я невовремя? Вы там кого-то уже препарируете? – тут же заинтересованно подался вперед Симс, разве что из зеркальца не вывалился, услышав мои свистящие ругательства.

– Еще нет, но перспективы имеются, – мило улыбнулась ему Катрин. И смерила меня очень уж задумчивым взглядом. – Вполне себе симпатичные перспективы… В плане визита в анатомичку.

– О-о-о, – понимающе протянул Дикс и тут же зашуршал бумажками. – Тогда не буду вас отвлекать. Но прошу иметь в виду, что я не прочь провести еще несколько экспериментов с таким выдающимся материалом… И с вами, леди Кат.

Последнее прозвучало с непонятным мне намеком и легким, томным вздохом в конце. Я даже ущипнула себя, дабы убедиться, что мне не послышалось. А потом все же не удержалась и потыкала блондинку корешком фолианта в плечо:

– Госпожа целитель, развейте мои сомнения… Это что… Это с тобой флиртовали сейчас, что ли?

Кат от такой постановки вопроса застыла на месте, глядя на меня широко распахнутыми глазами. После чего закрыла лицо ладонью и пробормотала едва слышно:

– Что-то я уже прониклась сочувствием к твоему почти живому супругу. Сильным таким, душевным… – и уже куда громче добавила, глядя на меня сквозь пальцы. – Зигмунд, когда у этой парочки будет первая брачная ночь, напомни мне поделиться некоторой обучающей литературой с этой «невестушкой». А то как бы не зачах твой лорд… Во цвете лет и сил.

– Какая еще брачная ночь?! – возмутилась я, невольно почувствовав, как к щеках приливает краска. Докатилась, ей-Тьма! Некромант и смущение, где это видано? Так мало того! Я машинально еще и эпизод со шкафом сегодняшний вспомнила, после чего смутилась окончательно, сообразив, на что мне так беззастенчиво намекали.

Ла-а-адно, Хель, себе-то можно не врать. Как ни крути, а проклятый лорд все-таки был дьявольски хорош собой. Даже я не могла этого не заметить!

– У-у-у-у, – протянула Кат, заправив за ухо выбившийся белокурый локон. – Хель, гадость моя, слушай… А тебя в жизни что-нибудь, кроме мертвяков или диплома, интересует? Пока не пришлось интересоваться этим в, так сказать, посмертии, а?

От такого наглого поклепа я буквально подавилась воздухом. Только возмутиться как-то не успела. Эта белобрысая зараза, по случайному недоразумению считавшаяся моей близкой подругой, вновь сменила тему. И уже куда более серьезно выдала, рисуя загогулины на обложке одной из книг:

– Что ж, вернемся к нашим баранам… Ой, прошу прощения, мертвецам. Хотя, судя по полученным результатам, назвать их таковыми нельзя. А вот историю с проклятьем я уже готова разобрать более детально. Потому что все в этом мире делится на условно живое и условно мертвое. А вот серединного результата мне встретить так и не довелось… До недавнего времени.

Я задумчиво почесала бровь, пытаясь понять, как реагировать на эту информацию. С одной стороны такие необычные зомби – это просто клад для будущего диплома, и некромант во мне выл от удовольствия, предвкушая неплохое веселье. С другой – проклятья это та-а-акой головняк, что я даже отдаленно не представляла, с какого боку за него браться. И стоит ли браться вообще?

– Так-так-так! Что значит, стоит ли?! – тут же возмущенно зашипела позабытая нами сумка. И принялась активно подпрыгивать от возмущения на месте. Да так сильно, что я едва успела поймать ее на самом краю стола.

– Идея с кляпом мне нравится все больше и больше, – выдала куда-то в сторону Де Велс. Легким взмахом руки она поставила полог тишины и маячок для отвода глаз, скрывая нашу маленькую компанию от окружающих. И все же нехотя развязала завязки, выпустив на волю одного ну очень уж недовольного дракончика.

Настолько недовольного, что едва успела отдернуть пальцы до того, как на них сомкнулась чья-то челюсть. Лишняя, судя по зловещему блеску в глазах Катрин..

– Я смотрю, кто-то очень хочет познакомиться с адептом Диксом поближе, – процедила сквозь зубы подруга и замолчала, гипнотизируя своим фирменным маниакальным взглядом чешуйчатого.

Тот презрительно фыркнул и шаркнул задней лапой, явно демонстрируя, что он думает об угрозах некоторых целителей. И тут же напыжился, глядя на меня пылко и возмущенно. А я только сейчас сообразила, что последнюю свою мысль озвучила вслух. Ну…

Упс, что ли?

– Упс? Упс?! УПС?!

С каждым новым словом дракончик аж подпрыгивал на месте от переполняющего его негодования. Он пыжился, пыхтел, бил хвостом по столу и та-а-ак проникновенно на меня смотрел, что мне даже стало стыдно. Чуть-чуть. Насколько это вообще было возможно.

– Зигмунд, я думаю, тебе стоит успокоиться, – я примирительно улыбнулась. Правда, тянуть руки к чешуйчатому перестала, здраво опасаясь за сохранность своих конечностей. Кажется, впервые с момента нашего эпичного знакомства я впала в откровенную немилость у дракончика.

– Ну что вы, невестушка, я очень даже спокоен, – выпустил облачко дыма Зигмунд и плюхнулся своей попой прямо посреди стола. Прижав свой бедный ободранный стараниями некоторых целителей хвост к груди, он задрал мордочку к потолку и страдальчески заверещал. – О, великие боги, за что вы ниспослали мне это наказание? Чем я, неразумный, разгневал вас, чем обидеть успел за свою короткую жизнь?! Да ладно я, что уж там! Вашество! Вашество-то чем провинился?! За что ему эта злая, коварная женщина, что обещала жениться…

– Замуж, – педантично поправила его Катрин.

– Тьфу ты, точно, – тут же сообразил и поправился этот король драмы кладбищенского разлива. И продолжил вещать. – За что, за какие такие грехи, за какие поступки моему бедному, обаятельному, привлекательному и совершенно, просто абсолютно неповторимому господину досталась эта особа?! Обещала замуж выйти – не выходит, брак до конца не скрепляет! Обещала спасти – спасать не хочет и вообще! Она меня на опыты сдать хоо-о-оче-е-ет!

Поморщившись, я потерла ухо, искренне подозревая, что еще чуть-чуть – и я оглохну. После чего вздохнула и шепотом поинтересовалась у хихикающей Де Велс:

– Ка-а-ат, отрава сердца моего… Ты его что, покусать успела за ночь?

– С чего такие выводы? – деланно удивилась блондинка.

– Ну, все признаки заражения на лицо: буйная фантазия, недержание языка и полное отсутствие хоть какой-то благодарности, – я загибала пальцы, перечисляя симптомы. И ткнула пальцем в сторону опешившего дракона. – Я же говорила, не тащи в рот все, что плохо лежит! Ты же приличный дракон, Зигмунд!

Ей-Тьма, у бедного чешуйчатого аж глазки в кучку собрались от такого заявления. Целую минуту он честно пытался понять, каким-таким извилистым путем мы добрались от его причитаний до моих нотаций, но так и не смог. Только вздохнул трагично и закрыл морду лапками, пробормотав:

– Мы все умре-е-е-ем. С такой женушкой род Холидрейк обрече-е-ен! А я? А как же я?

– Ну почему же обречен? – вмешалась в наши дебаты Катрин, постукивая пальцами по столу. Когда перестала тихо, но откровенно ржать. – К рождению наследников она способна. Это я тебе как целитель говорю. Другой вопрос – как ее до самого процесса довести и что потом из воспитания этих самых наследников выйдет… А так шанс есть!

Я аж подскочила от возмущения, услышав это. Ну Кат! Еще подруга называется!

– Мне вот даже интересно стало, шанс на что? – от озвученных перспектив у меня все внутренности узлом скрутило. Нет, ну, умом-то я понимала, что когда-нибудь даже у меня будет семья: муж и дети. Но то умом, да.

А вот черная душа некроманта требовала влачить долгое, полное безнадежного одиночества и унылых, серых кладбищ существование. Без всяких там детей, мужей и прочей нечисти.

– На простое, женское счастье, конечно же.

– Упаси меня Тьма от такого подарка судьбы! – попыталась откреститься я от подобного. – И вообще, кажется, мы отвлеклись. Зигмунд, солнышко мое, красавец ты мой, король драмы без королевства…

– Уй, – Катрин смерила дракончика сочувствующим взглядом. И отодвинулась подальше от меня, на всякий случай усилив окружающий нас полог тишины. – Если что, Зиги, я за тебя обязательно отомщу. Зверски, сильно, от всей своей целительской души.

– Ась?! – недоуменно хлопнул глазками Зигмунд. Прижав снова хвост к груди, он осторожно вытянул мордочку и преувеличенно вежливо поинтересовался. – Женушка, ты что-то хотела спросить? Чем может помочь ничтожный дракончик великому некроманту?

Ну просто сама воспитанность и учтивость, как ни посмотри. И это вовсе не он минуту назад орал о том, что я неблагодарная женщина и вообще – чистое зло во плоти! Оно, конечно, не далеко от истины, но все же! Вот же… Зигмунд, Бездна его побери!

Впрочем, стоит признать, мой проникновенный взгляд на этого недозомби особого эффекта не возымел. Зигмунд как пялился на меня невинными своими глазками, так и продолжил сие черное дело. И, что самое удивительное – делал он это поразительно молча.

Прямо-таки удивительно, невероятно, но факт. Как меня с Де Велс обсуждать – так пасть не закрывается, а как по делу поговорить – как воды в рот набрал!

– Ненавижу вас, – выдала я, тяжело вздохнув. И щелкнула притихшую животинку по носу. – Отомри, упокаивать тебя в мои планы не входит… Пока что. Но было бы совершенно нелишним поделиться с нами кое-чем ин…

– Чешую не дам! – тут же надулся дракончик, перебивая меня, и предупреждающе ощерил клыки. – Зубы тоже. И когти. И вообще! Я свое согласие на участие в сомнительных экспериментах не давал!

– Что-то не помню, чтоб маньяк у жертвы согласия просил… – хмыкнула Катрин и улыбнулась. Мило так, кровожадно, предвкушающе… Бр-р-р, страшный зверь этот целитель, ей-Тьма!

– Цыц, – шикнула я на подругу. – Блондинкам слово не давали. И вообще, Зигмунд, ты б сначала дослушал. Ну так, для разнообразия. А то я с вами чувствую себя адептом-первогодкой, случайно попавшим на экзамен третьего курса. Все порываюсь объяснить, что я тут ни при чем, да слова вставить не дают!

Бездна, высказалась, и на душе аж легче стало. Но если я надеялась найти там что-то, похожее на совесть, то грош мне цена, как некроманту. Там, судя по лицам (и мордам!) даже поднимать было нечего, совесть отсутствовала как факт.

– Ненавижу вас, – снова повторила я и притворилась, что не вижу этих переглядок между Кат и Зиги. – И прокляну когда-нибудь, ей-Тьма, точно прокляну! А пока… Зигмунд, поведай-ка нам все, что ты помнишь.

– Э-э-э… – чешуйчатый завис от такой просьбы. А потом все же уточнил осторожно. – Все-все, женушка? Совсем все? Вот вообще все-е-е-е?

– Ты б уточнила, Хель, – вмешалась в наш диалог Катрин. – А то он тебе сейчас начнет рассказывать все от сотворения мира. Боюсь, у меня столько нервов нет, чтобы это слушать. Да и у тебя тоже. Так что… Что конкретно тебя интересует?

– О-о-о, все просто и банально, – я улыбнулась, скрестив руки на груди. Зигмунд инстинктивно напрягся и напыжился, подозрительно на меня глядя. – Как вы умерли? Как. Когда. При каких обстоятельствах. Мне интересно все, даже самая незначительная мелочь. И вообще, почему вы сделали это вместе?

Дракончик от неожиданности чихнул, выпустив облачко дыма. Потерев нос, он беспокойно переступил с лапы на лапу и как-то жалобно, даже расстроенно протянул:

– Как будто нас кто-то спрашивал, женушка…

И столько невыразимой обиды и тоски было в его голосе, что даже мое черное сердце дрогнуло на мгновение. Но я лишь вскинула бровь, демонстрируя почти искреннее желание слушать эту историю. Попутно притворившись, что не заметила, как чьи-то шаловливые ручки осторожно погладили зомбика по холке, аккуратно перебирая пальцами потускневшие чешуйки. Хотя видеть признаки сочувствия на лице Де Велс было… Несколько дико, да. Кто бы мог подумать?

– Род Холидрейк – могущественный род. Сильный магический, богатый и властью тож того… Не обделены мы были, – Зигмунд тихо шмыгнул носом. – А вашеству и вовсе во-о-от такое великое будущее грозило! Его сам император тогдашний привечал, к себе приблизил! Все у нас было с вашеством – почет, богатство, признание. А потом… Потом вашеству клеймо повесили.

– Это какое же? – поинтересовалась я, невольно поразившись, какой, оказывается, влиятельный супруг мне достался. А так и не скажешь на первый взгляд. Да и на второй тоже. Мертвец он и в империи мертвец, что с него брать-то и чего ждать?

– Во время одного из покушений на императора, он защитил его, – непривычно тихо проговорил Зиги, теснее прижимаясь к Де Велс. Была бы его воля – взял бы и на руки залез, но вредная блондинка не настолько сочувствием прониклась. – И принял предназначенный удар на себя. Целители вроде его выходили, все было в порядке. На первый взгляд. А потом выяснилось, что удар тот с проклятьем был. Оно проявилось не сразу, – чешуйчатый судорожно сглотнул и ощутимо вздрогнул. – А когда мы поняли… За лордом Холидрейком закрепилась слава чудовища. Кровавого монстра, что не щадит ни чужих, ни своих.

– Почему? – пересохшими губами спросила я, отчего-то чувствуя смятение и подвох. Как-то сказанное не сильно-то вязалось с моим сдержанным зомби муженьком. Какое, к Бездне, чудовище? Он даже голос на меня и Де Велс не повысил ни разу, хотя мы и святого из терпения вывести можем. – Что он такого сделал?

– Вырезал отряд лучших императорских солдат. В одиночку. И ни маги, ни сам император, ни родные не смогли его остановить и вразумить, – тихо выдал Зигмунд и, чуть помявшись, добавил: – Ну… Так написано в официальных документах.

– А на самом деле? – и вот вроде бы надо было мне испугаться, впечатлиться озвученными подвигами своего новоиспеченного супруга. Но как и до этого я всем своим нутром некромантским чуяла – тут что-то не так. Только вот что?

– Это ты у вашества интересуйся, женушка, – тут же перевел стрелки дракон. И, набравшись наглости, заполз прямо на плечо Катрин. Чтобы уже там, спрятав мордочку в светлых волосах, пробурчать. – Я то время плохо помню, мелкий был, дикий. Знаю, что вашество тогда предпочел уйти в тень. Делами рода занимался, меня растил и залетных храбрецов гонял, решивших, что они тут самые умные воть. А потом взял и…

– И?

– И умер!

Глава 7

Да чтоб меня могильной плитой накрыло и прихлопнуло!

Я от такого финала истории не то чтобы испугалась, скорее чуть от смеха не прыснула. Благо, вовремя язык прикусить успела и все ценные комментарии оставила исключительно при себе. А так хотелось, ей-Тьма!

– Знаешь, Зигмунд, чем дольше я тебя знаю, тем больше подозреваю, что своей смертью ты бы в принципе помереть не смог, – вздохнула Кат и дернула этого паршивца за хвост, так удачно свесившийся на девичью грудь. – Спалишь мне хоть прядь волос – я тебя…

– На ингредиенты пустишь что ли? – буркнули откуда-то из светлой копны целителя.

– А я смотрю, кто-то и жить уже не хочет, и от проклятья избавляться не спешит. Зигмунд, не тяни кота за… – тут я все же вспомнила, как страдал со мной учитель этикета и поправилась. – За лишние конечности. Я ж тебя прямо спросила – как умер, где, при каких обстоятельствах и почему с таким болтливым драконом в обнимку!

Зиги вздохнул, видимо, поражаясь моей душевной черствости, а потом пояснил мне, как неразумной дитятке:

– А как же ж он мог без меня умереть? Он же меня создал, я к нему привязан. Умер вашество – умер и я. И просто чудо, что нас похоронили вместе!

– Сомнительное какое-то чудо, – буркнула я себе под нос, честно пытаясь переварить такую ценную информацию. У Кат это получилось куда быстрее. Блондинка сощурилась, словно вспомнив о чем-то, и осторожно так уточнила:

– В каком смысле – создал? Я еще могу понять – вырастил, но… – тут Де Велс запнулась и хмыкнула, бросив на меня многозначительный взгляд. – Это ж что ж, гадость моя, тебе в супруги драконий папаша достался? Поздравить или посочувствовать?

– Помолчать. И вообще, чего тут непонятного? – невозмутимо пожала я плечами. – Ты же сама говорила, что он химеролог. Из того самого ве-ли-ко-го рода. Так чем тебя наличие дракона удивляет, а? И думается мне, с драконом этим мы потом разбираться будем. Со смертью благородного сэра, в принципе, тоже…

Незаметно кивнув в сторону входа, я наклонилась вперед и выдала замогильным шепотом:

– Поговорить с вами мы и в общежитии успеем. Благо, там ушей лишних меньше будет. А пока… Не мешало бы в закрытую секцию попасть. Чует моя печень, если и есть тут что-то действительно ценное, то только там.

Кат на такое мое предложение очень уж выразительно покрутила пальцем у виска, намекая, что хочу я слишком многого. И явно нарываюсь на что-то поинтереснее, чем выговор или отработка у завхоза. Однако Зиги почему-то воодушевился и даже высунул свою наглую морду из укрытия:

– Так нам что, туда надо что ли? – ткнул он крылышком в сторону самой дальней и неприметной двери. – Женушка, так нет же ничего проще!

И вот мне бы в такой чудесный момент насторожиться, осадить полного энтузиазма зомби, но не-е-ет. Некроманты легких путей не ищут. А уж некроманты на пару с отбитым целителем и неправильным мертвяком и подавно. Тем более, тот самый мертвяк клятвенно заверил нас, что все будет идеально. Не придерешься. Без проблем.

Бездна, не стоило верить на слово этому дракону уже тогда!

– Ты уверен? – мрачно уточнила Кат, глядя на Зигмунда с изрядной долей скепсиса. – Там, если что, висит такой массив заклинаний, что даже моя фантазия бастует, отказываясь представлять, что от тебя останется, коли все ЭТО сработает.

– Да я, да ради вашества… Да ради женушки… Да мне этот массив, что белке семечки!

– Повторно поднимать не буду, – заверила я чешуйчатого. А сама, незаметно от всех, скрестила пальцы под столом на удачу. Не то чтобы я сомневалась в магических способностях наших преподавателей, но и Зигмунд был не просто мертвяком.

Ну, по крайне мере, я искренне на это надеялась. И потом, не зря же говорят, что дуракам везет!

Зигмунд на мой ультиматум только фыркнул и гордо задрал нос. А потом выпустил облачко дыма и….

Растворился в нем так, как будто его и не было. Как будто не сидел тут на плече у одной блондинки и не прятался в ее волосах. И все бы ничего, но я даже испугаться не успела, что кто-то его найдет, как со стороны той самой двери раздался явный стрекот молний и оглушительный треск.

Бздынь. Фьють. Бум. Бам-с!

На долю секунды вокруг нас воцарилась оглушительная тишина, пронизанная витавшим в воздухе магическим напряжением. Но прежде, чем мы поняли, что произошло и сумели хоть как-то (морально!) к этому подготовиться по всему зданию академии прокатился гулкий, низкий колокольный звон.

И почему-то навевал он нетривиальные мысли о кладбище и скорых похоронах.

Вопрос «Кого хоронить?» даже озвучивать не стоило. Потому что под гневным взором библиотекаря, щеголяющего во-о-от такой пропалиной на голове, один недобитый чешуйчатый гад гордо засеменил к нашему столику. Это остальные его не видели, а мы с Катрин глаз отвести не могли. Особенно от явного магического следа, что делал нас первыми подозреваемыми в этом происшествии. А Зигмунд…