- -
- 100%
- +
Сергей, с помощью Вассы, быстро справился с оформлением раздела магазина на две части. Васса подметила, что Сергей очень способный, Герман сказал, что она абсолютно права, и что Сергей бесконечно предан ему, на что получил утвердительный ответ Вассы, которая заявила, что в этом она не сомневается. Например, по тому, что, узнав о желании Германа оформить все на нее, Сергей, проявил заботу и предложил Вассе, все-таки, не обделять так Германа, на что она, конечно, согласилась. У Сергея был всегда очень опрятный внешний вид, что подкупало Вассу. Он каждый день одевался в деловой костюм, так как имел ежедневные поездки в различные государственные инстанции. Когда он приезжал в магазин или офис, чтобы доложить Васе все новости, спросив ее разрешения, он снимал пиджак и оставался в совершенно чистой белоснежной рубашке. Казалось, что каждый день он надевает не просто безупречно чистую рубашку, а абсолютно новую. И потом, его едва уловимый запах парфюма был очень знаком Вассе, она пыталась вспомнить, кто же из ее знакомых предпочитает этот аромат, но память ей изменяла. Ей было так странно, ведь, что касается запахов, то к ним она была особенно чувствительна, и вряд ли забыла бы человека, от которого исходил столь чарующий аромат. Спросить, как называется его парфюм, она не решалась, так как считала это не совсем корректным.
На Сергее просто прекрасно сидела одежда, ведь он, как и остальные ребята, имел хорошую спортивную фигуру. Единственное, что Вассе не нравилось в Сергее, это его грустные глаза. Они оставались такими, даже когда он шутил или смеялся. Васса решила, что это вызвано какой-то пережитой им драмой, но спросить об этом у Германа, ей было все никак не досуг.
Маргарита Порфирьевна никак не ожидала, что ее новые соседи так быстро начнут такую грандиозную реконструкцию своих площадей. Признаться, ей удалось уговорить своих компаньонок продать их общую долю и на вырученные деньги, каждая смогла бы приобрести по маленькому павильончику, где спокойно бы занималась своими делами, ни от кого не завися. Развернувшееся же строительств, сильно осложняло данную задачу, так как потенциальные покупатели, оценивая масштабы соседнего строительства, начинали бояться возможной конкуренции и отказывались от покупки. В конечном итоге, Маргарита Порфирьевна и ее соучредительницы были вынуждены продолжать осуществлять торговлю на прежнем месте. Правда, на горазда меньших площадях. Маргарита Порфирьевна прекрасно понимала, что как только Васса закончит строительство и сдаст новые площади в аренду, в том числе и под реализацию продуктов питания, им здесь будет совсем не сладко. Арендаторы больших площадей – это, как правило, крупные торговые сети, у которых есть возможность демпинга, а значит, все покупатели станут их клиентами, и Маргарите Порфирьевне не останется ничего большего, чем сдать свои площади первому встречному арендатору за чисто символическую плату. Таким образом, можно сказать, что она в один момент потеряла весь свой бизнес. Маргарита Порфирьевна понимала, что за этим последует уход от нее мужа, потеря уважения сына, все родственники отвернуться от нее, соседи в деревне, где стоит ее огромный беспутный дом, начнут насмехаться над ней. Когда она рисовала в своем воображении эту картину, то готова была разорвать Вассу собственными руками.
Римма и Глафира Александровна переживали все происходящее не так сильно. Римма ушла в очередной запой, поэтому ей было все абсолютно безразлично, а Глафира Александровна, так устала жить в постоянном страхе, что у них могут отнять их магазин, что когда это произошло, даже обрадовалась. Она скинула с себя этот обременительный для женщины пенсионного возраста груз и спокойно проводила время у себя на даче с внуками.
Таким образом, строительство, задуманное Вассой и Германом, было воспринято в штыки только Маргаритой Порфирьевной. Правда внешне, она показывать это не могла, поэтому действовала из – под тешка. Она всячески препятствовала его ходу, разумеется, по мере своих сил. Она пыталась сделать все возможное, чтобы как можно замедлить строительство, и еще раз попытаться найти покупателя. С каждым днем становилось все понятнее, что совсем скоро здесь выстроится большое, современное здание.
В присутствии Вассы и Германа, Маргарита Порфирьевна, вела себя спокойно, но стоило им куда – нибудь, отлучиться, как она превращалась в настоящего монстра и начинала под любым предлогом препятствовать нормальному ходу строительных работ.
Васса же с Германом сейчас были заняты решением не только строительных вопросов, но в первую очередь, проблем, связанных со своей безопасностью. Поэтому, они с целью ее обеспечения, внутри помещения, по настоянию телохранителя, полностью изолировались от магазинчика Маргариты Порфирьевны, и пройти к ним минуя надежную охрану, подобранную их новым помощником, было просто невозможно. Теперь, Маргарита Порфирьевна имела только одну возможность наблюдать за всем происходящим у соседей – через небольшое окно на втором этаже.
Она могла смотреть на часть крыши, возводимого рядом здания. И делала это всякий раз, когда выдавалась свободная минута. Так и сегодня она сидела у окна и смотрела на соседнюю крышу.
Ее покой нарушила Римма, которая, как гром среди ясного неба, под вечер приехала в магазин. Маргарита Порфирьевна была удивлена, увидев свою подругу совершенно трезвой. Еще больше удивилась Маргарита Порфирьевна, когда Римма заявила ей, что бросила пить. Видимо на нее так сильно подействовало происходящее, подумала Маргарита Порфирьевна.
Римма села за свой стол и начала, как всегда аккуратно выводить цифры на ценниках. Она была совершенно спокойна, как будто ничего вообще не изменилось. Спустя несколько минут, ее «кропотливого» труда, она начала зевать, потом, утомившись, она отбросила свое занятие и тупо уставилась в телевизор, где начиналась очередная серия какого-то очередного сериала.
Маргарита Порфирьевна в это время собрала выручку, сделала заказы, отпустила продавцов и вернулась к Римме. Римма никак не реагировала на нее, пока не пошли титры. Только тут она уставилась вопросительно на Маргариту Порфирьевну. И этот вопросительный взгляд был ей хорошо знаком. Да и как же она могла поверить словам Риммы, что та бросила пить! Такого быть просто не могло. Поняв это, Маргарита Порфирьевна отправилась в торговый зал и принесла бутылку водки, глаза Риммы заблестели, и … понеслась душа в рай!
Уже было совсем темно, когда Маргарита Порфирьевна выехала с работы. И надо же такому случиться, что именно сегодня она умудрилась оставить в магазине свою сумку, заговорившись с Риммой. Она уже почти доехала до дома, когда вспомнила об этом, а завтра начиналась смена Глафиры Александровны, и ей ничего не оставалось делать, как вернуться обратно.
Войдя в магазин, она не включая свет, на ощупь пробралась к тому месту, где была ею забыта сумочка, и, отыскав ее, направилась к выходу. Тут у нее возникло непреодолимое желание выглянуть из окна, чтобы посмотреть на соседнюю крышу, для этого она пробралась к маленькому оконцу. И каково же было ее удивление, когда она заметила на этой крыше каких – то людей. По инструменту в их руках, и по шуму, она догадалась, что они там хотят делать какое-то отверстие. Было видно не очень хорошо, что они там пытаются сделать, так как их освещал только слабый свет луны и тусклого фонаря. Их присутствие на крыше в столь позднее время окончательно ее вывело из себя. Она подумала, что если они начнут работать еще и по ночам, то времени у нее для подбора покупателя точно не останется.
Она окрикнула их, приоткрыв окно, и поинтересовалась, что они делают. Мужчины переглянулись. Было видно, что они никак не ожидали быть замеченными здесь в такое время. Из – за полумрака было невозможно определить их возраст, Маргарита Порфирьевна заметила только, что оба они достаточно высокого роста.
– Вот, черт, откуда взялась эта баба, – буркнул один из них.
– Вежливо, только вежливо, ответь ей, – сказал ему другой.
– Дырку для вентиляционной вытяжки, – сказал первый, изо всех сил пытаясь показаться очень доброжелательным, специально изменив голос на более высокий, – мы быстро, уже почти доделали, – потом он тихо спросил другого, – ну и что будем делать?
–
Продолжай, как ни в чем не бывало, а там посмотрим.
Мужчины снова взялись за работу, тихо переговариваясь при этом, друг с другом.
– Нам свидетели не нужны.
– Да ладно, ладно, она скоро свалит, не будет же она здесь всю ночь сидеть.
– Я же не идиот, понимаю.
– Кто бы мог подумать, что она здесь появится, ведь босс утверждал, что никого быть в магазине не должно.
Маргарита Порфирьевна не понимала, вежливого тона, он просто выводил ее из себя:
– Перестаньте сейчас же так шуметь, – завопила она.
Но рабочие не унимались и продолжали свою работу, как ни в чем не бывало.
Этого она уже не выдержала и начала стучать по окну, чтобы привлечь их внимание. Когда и это не помогло, она вскарабкалась на рядом стоявший стул и вылезла через свое окно, еле-еле протиснувшись в него. Затем она потянулась за стулом, и, схватив его, вытащила на крышу.
Маргарита Порфирьевна, растолкав рабочих руками, поставила этот стул на уже проделанную дырку в крыше. Потом и сама уселась на него, заявив, что делать она им ничего не даст, так как они должны были предупредить ее о проведении подобных работ, ведь здание пока не построено, и крыша, пока на две части не поделена, поэтому они должны согласовывать с ней время проведения работ, вызывающий такой шум.
Один из рабочих попытался было продолжить пробивать дырку, но она схватилась обеими руками за отбойный молоток и заорала:
– Ты думаешь, что я шучу?!
Когда он попытался ее отстранить, она, не ожидая от себя такого поворота событий, схватила стул, и, что было сил, ударила им по голове одному из рабочих.
Он хотел наброситься в ответ на Маргариту Порфирьевну, но его напарник удержал его, а потом тихо шепнул ему на ухо:
– Не надо этого, спокойно, сделаем вид, что уходим, а потом, когда она свалит, придем и доделаем все до конца.
Таким образом, то ли не желая связываться с ней, то ли не желая наделать лишнего шума, рабочие предпочли покинуть крышу.
После их ухода, Маргарита Порфирьевна подошла к проделанной ими дырке и, нагнулась, чтобы посмотреть в нее. Дырка была проделана насквозь, так, что в нее был виден пол комнаты на первом этаже.
– Дождь сегодня не обещали, надеюсь до завтра не затопит, – подумала вслух Маргарита Порфирьевна, но, на всякий случай, решила оставить стул на крыше.
Она вернулась к себе точно таким же путем, как и попала на крышу, но уходить не торопилась, ей почему-то показались эти люди подозрительными, во-первых, остальные работы к этому времени уже были прекращены, во-вторых, на улице уже смеркалось, что, также, нельзя назвать самым подходящим временем для проведения подобных работ, в третьих, зачем им делать дырку, на ночь глядя, если установить на нее оборудование, они сегодня точно не успеют, ведь удобнее это было сделать одновременно.
Она притаилась у себя в комнате.
После того, как Маргарита Порфирьевна просидела там порядка пятнадцати минут, ее терпение иссякло, и любопытство взяло верх. Она снова высунулась в окно, и, каково же было ее удивление, когда она вновь увидела этих людей, взбирающихся на крышу. Теперь у нее уже точно не было сомнений, что дело не чисто, она решила какое-то время не обнаруживать себя, а понаблюдать за ними.
Они поднялись на крышу, осмотрелись, отодвинули в сторону стул, и один из них полез вниз через эту дыру. Она все ждала, когда он появиться снова на верху, но он так и не появился, а второй, тем временем, возился возле этой дыры. Маргарита Порфирьевна подумала, что тот, который спустился через дыру вниз, вышел через дверь, по тому, что другой, после того, как какое-то время повозился возле дыры, не дожидаясь напарника, покинул крышу обычным путем через лестницу, вернув стул на прежнее место. Подождав еще немного, и предположив, что они ушли и больше не вернуться, Маргарита Порфирьевна вновь вылезла через окно на крышу, и, подойдя к месту, где была дыра, отодвинула свой стул. Каково же было ее удивление, когда она не обнаружила под ним никакой дыры. И вообще, все выглядело так, как – будто, никакой дыры там никогда не было. Она встала ногами на то самое место, где еще несколько минут назад была дыра, и под ее весом, то место слегка прогнулось. Потом, сообразив, что дыра перекрыта каким-то тонким материалом, который можно легко проломить, она встала на корячки и прильнула к ней ухом. Внизу, почти возле самого ее уха, были слышно какое – то шебуршание. Маргарита Порфирьевна поняла, что эту дыру хотят замаскировать с обеих сторон. Теперь она не понимала, зачем эта замаскированная дыра нужна Вассе.
«Вот дела! – подумала она, – вот тебе и вытяжка, что-же, Васса Олеговна, вы задумали такое, но уж я – то постараюсь это узнать, будьте уверены».
Теперь Маргарита Порфирьевна была просто одержима идеей выяснить, для чего Вассе на крыше замаскированная дыра.
Как только она приходила в магазин, она первым делом взбиралась на второй этаж и смотрела на то место, где была заделанная дыра, и только, убедившись, что все выглядит по-прежнему, она надевала свой синий халат, специальную одежду для продавцов, и приступала к работе. Каждый день, она то и дело выглядывала в окно, которое выходило на крышу, как бы боясь пропустить нечто интересное, что там могло бы произойти. Не трудно догадаться, что и день ее заканчивался, так же как и начинался, с обзора все той же крыши.
Вассе и Герману, несмотря на занятость, постоянно не давала покоя мысль, о человеке, который мог бы стоять за покушениями на них. И, несмотря на присутствие рядом надежного и опытного телохранителя, постоянное чувство опасности не покидало их, так как они были уверены, что он повторит свои попытки.
При очередной встрече с Севой, Васса призналась ему, что совсем сломала голову, думая об этом, но никаких больше предположений у нее нет. Сева, после того, как в очередной раз, ее внимательно выслушал, напомнил ей, что она совсем забыла про одну немаловажную деталь, с которой, возможно ей и ее друзьям и следовало бы начать свои поиски. По крайней мере, они имеют на сегодняшний день, хотя бы одну зацепку – это то, что этот человек имеет какое-то отношение к медицине, иначе как бы он мог так хорошо знать о делах главного врача.
Васса согласилась с Севой и поспешила поделиться этим с Германом, который, в свою очередь, принимая в штыки любое предположение Севы, немного поразмыслив, вынужден был признать, что тот снова оказался прав. Германа просто бесило то, почему же ему первому не приходят в голову такие мысли, он иногда думал, что Сева, действительно умнее его.
Теперь надо было решить с чего начать свои поиски, но ему снова ничего не приходило в голову.
– Мало ли людей имеет отношение к медицине, – сказал Герман, – так можно многих подозревать.
– Например, – спросила Васса.
– Да вон, хоть нашего Сергея, он тоже у нас врач по специальности, – без задних мыслей произнес Герман.
Васса вопросительно посмотрела на Германа и подумала, как же ей это раньше не пришло в голову. Герман, увидав этот взгляд, сразу догадался о ее мыслях и сказал:
– Даже не смотрите на меня так, я знаю, что вы с Севой готовы подозревать каждого, но с Сергеем мы вместе со школы, он в бизнесе давно моя правая рука, я доверяю ему как самому себе, да я ручаюсь за него, а потом, какой у него может быть мотив?
– Напрасно, Герман, ты исключаешь наличие мотива, – ответила Васса, – мотив не виден только на поверхности, а если капнуть глубже…но, впрочем, раз ты ручаешься за него…, – она решила не продолжать спор.
– Ручаюсь, и оставим это, иначе мы начнем подозревать друг друга.
Васса, посидев немного, задумавшись над словами Германа, вдруг снова сказала:
– А мотив-то у него, все – таки, есть.
– Васса, ты снова за свое, – недовольным тоном сказал Герман.
– Постой, не перебивай, ты просто выслушай меня, а выводы сделаешь потом, я же не утверждаю, что это он, просто говорю, что мотив у него есть. Ты сам говорил, что на тот случай, если с тобой что-то произойдет, он будет делать распоряжения относительно доли в магазине от твоего имени, ты об этом позаботился, а что мешает ему делать эти распоряжения в свою пользу?
– И что? – не унимался Герман.
– Лучше сказать «Кто».
– Ну и кто?
– Угадай с трех раз. Я, конечно. Ведь я вела всю эту сделку от начала и до конца, я в курсе каждого ее шага, если бы он обернул все в свою пользу, то я сразу бы заподозрила неладное, а со своими возможностями, я смогла бы его быстро вывести на чистую воду. От сюда можно сделать вывод и о наличия и у него мотива, устранить меня.
– Это все твои предположения, – сказал Герман, гоня от себя сомнения.
– А то, что он подходит уже по трем признакам: он имеет отношение к медицине, у него есть мотив убрать тебя и у него, наконец, есть мотив, разделаться со мной, тебе не кажется все это довольно странным совпадением?
Герман задумался. В словах Вассы, бесспорно, была логика. Он даже подумал о том, что она может быть права.
А она продолжала:
– Конечно, тяжело подозревать в совершении такого лучшего друга, но мне приходилось видеть разное, и я бы, на твоем месте, присмотрелась бы к твоему другу повнимательнее, тем более, что опасность угрожает не только тебе, но и мне.
Сердцем Герман не мог смириться, с тем, что должен подозревать в случившемся Сергея, но разум подсказывал ему обратное, ведь факты оставались фактами. Он вспоминал, как Васса рассказывала, что именно Сергей предложил ей оформить все документы на долю в магазине не на нее. Герман подумал, что, может быть, реальной причиной этому послужила забота Сергея о себе самом, ведь оформи они все на Вассу, и у него не было бы мотива желать его смерти, ведь в этом случае, ему не досталось бы ни копейки. Получается, если это, действительно, он, то они сами дали ему второй раз повод для охоты на самих себя.
– Фу, бред какой-то, не может этого быть, – снова стал гнать от себя эти мысли Герман.
– Во всяком случае, – сказала Васса, – нужно будет сообщить моему телохранителю, чтобы он обратил особое внимание на этого Сергея, а тебе не стоит исключать его из лиц подозреваемых.
Васса пригласила телохранителя и сказала ему о своих подозрениях. Герман же сидел и усмехался в это время, считая, что у Вассы разыгралось воображение.
– Так может быть, вы что нибудь скажете на этот счет? – саркастично спросил Герман.
– Извольте, – спокойно ответил телохранитель.
Каково же было их удивление, когда, телохранитель, никогда ранее не отличавшийся многословностью, вдруг разговорился. Он сказал, что давно хотел завести с ней этот разговор, но все ждал, доказательств предположения Вассы. Он поделился своими мыслями о том, что Сергей в курсе дела очень многих вещей, например, что в офисе и дома Васса и Герман находятся в безопасности, так как там постарались это обеспечить, и Сергею это известно. Вне дома, их невозможно застигнуть без сопровождения, это тоже ему известно, остается еще одно место – магазин, конечно, там размещена охрана, но так как сейчас идет строительство, проникнуть на объект может кто угодно, тем более в сопровождении одного из доверенных лиц, он имел ввиду Сергея. Он также предположил, что сейчас, проще всего очередное нападение на Вассу и Германа предпринять именно в магазине, постольку, в отсутствии Вассы и Германа, а отсутствуют они, надо отметить не редко, строительством руководит Сергей, то и осуществить ему задуманное, не составляет особого труда.
– Вот как? – спросил Герман.
– Именно так, – сухо ответил телохранитель.
– Вы так говорите, как будто Сергей вынашивал какой-то план, а где доказательства, назовите хотя бы одно, и я вам поверю, – никак не мог смириться Герман.
– Пожалуйста, – все так же спокойно продолжал телохранитель, – вот, например такое обстоятельство, что в комнате, которую Васса использует сейчас как рабочий кабинет, в той самой, на первом этаже, прямо над ее рабочим столом, какие-то люди проделали дыру, думаю, что вам этого известно не было.
Васса удивленно посмотрела на рассказывающего все это телохранителя.
Он, поймав ее взгляд, продолжал:
– Да, да, вы и не думали, что там была, да в общем то и осталась, дыра.
– Там точно нет никакой дыры, – сказала Васса.
– Ее сразу же замаскировали, но если встать ногами на крышу в нужное место и как следует прыгнуть, то можно оказаться прямо у вас на столе.
– Не может быть! – воскликнула Васса.
А телохранитель продолжал:
– А это именно так. И Сергею об этом известно, по тому, что он один присутствовал, когда это все было сделано. Да к тому же, он, лично, вывел из здания человека, который спрыгнул в эту дыру к вам в кабинет, а потом, заделав ее изнутри, вышел через дверь, которую открыл ему, как вы думаете кто?
– Сергей? – спросила Васса.
– Да, именно он.
– А почему же вы тогда разрешаете мне находиться в этом кабинете, ведь вы обещали обеспечивать мою безопасность, – возмутилась Васса.
Телохранитель, посмотрев на нее, поднес ко рту указательный палец, дав ей понять, чтобы она больше ничего не говорила, чтобы не обидеть его и с чувством собственного достоинства ответил:
– Чем я и занимаюсь.
Васса виновато посмотрела на телохранителя и принесла извинения, которые были им моментально приняты.
– Ведь откуда-то ему все это известно, значит и ситуация у него под контролем, – подметила она, а потом добавила, – я не зайду больше в эту комнату.
– А вот это напрасно, – снова спокойно сказал телохранитель, – нам осталось только дождаться момента, когда они явятся.
– И что тогда? – наконец – то заволновался Герман, начиная убеждаться, что в их словах есть доля здравого смысла.
– Тогда они спрыгнут вниз.
– И окажутся нос к носу с Вассой, им только этого и надо, – сказал Герман.
– И окажутся у нас в ловушке, – продолжал сохранять спокойствие телохранитель.
– Но каким образом, будет защищена Васса? – настойчиво интересовался Герман.
– Я уже все продумал, мы тайком немного перенесли стенки комнаты, так что, нос к носу они с ней не окажутся, а попадут как раз в маленькую изолированную комнату, о которой, кроме вас и меня никто не знает, которая образовалась после моей небольшой перепланировки кабинета Вассы, вызванной ожиданием непрошенных гостей. Внешне ничего не заметно, но если измерить площадь кабинета сейчас и сравнить ее с размером, указанным в справке БТИ, то она будет меньше, как раз, на пару квадратных метров, в которых и окажутся наши гости.
– И как долго нам ждать? – спросил Герман.
– Это зависит и от нас, действовать они будут наверняка, поэтому, осуществить свое грязное дело они захотят именно тогда, когда вы будете находиться там оба. Поэтому, мы можем сейчас выбрать удобное для нас время, в которое вы каждый день оба будете приезжать в магазин и вместе запираться в кабинете, якобы для решения каких-то дел. Сергей быстро вычислит эту закономерность и сообщит нашим непрошенным гостям.
– Здорово придумано, – обрадовалась Васса.
– Прекрасная работа, – вырвалась похвала и у Германа.
– Не торопитесь, прошу вас, есть одно «но», – вдруг озабоченно сказал телохранитель.
– Какое же? – спросила Васса.
– Видите ли, можно предугадывать действия людей, когда они действуют по плану, или когда ты понимаешь, какая у них цель, но хуже всего, когда приходится сталкиваться с людьми, которые действуют хаотично, сами не знают, чего хотят, и вообще не понимают, зачем они что-либо делают.
– Это вы кого же имеете в виду, позвольте узнать, – спросил его Герман.
– Есть тут одна особа, которая может нам все испортить. Маргарита Порфирьевна. Ее принесла нелегкая в магазин, когда Сергей привел своих подельщиков делать на крыше дыру.
– И что?
– Она вылезла на крышу через окно и стала с ними драться.
– Почему?
– Спросите ее. Им насилу удалось дождаться, когда она уйдет и замаскировать эту дыру. Зато сейчас, она денно и нощно следит за этим местом.
– Извините мне мое любопытство, но откуда вам все это известно? – удивлялась Васса.
Телохранитель улыбнулся и сказал:
– Привычка, везде иметь глаза и уши, а если честно, я сразу предпринял все меры по защите дома и офиса, не оставляя другого выхода вашим недругам, как только совершить очередное покушение именно в этом магазине. Потом мне осталось только организовать особо тщательное слежение за ним, которое очень скоро дало первые плоды. Когда они явятся, Маргарита Порфирьевна может их спугнуть, снова забравшись на крышу, поэтому надо что-то предпринять, чтобы этого не произошло, и по поводу ее обезвреживания, я хотел бы с вами сейчас посоветоваться. Вы ее давно знаете, как можно ее отвлечь?