Теория вины в праве. Монография
- -
- 100%
- +
Таким образом, в дореволюционном законодательстве понятие вины было близко к современному: в уголовном праве вина определялась через ее формы как психическое отношение лица к совершенному деянию, а в гражданском – через непринятие соответствующих ситуации мер.
1.3. Вина в советском праве
Политические преобразования в России, вызванные революцией 1917 года, повлекли изменение законодательства, в том числе и норм, регулирующих применение мер юридической ответственности за правонарушения.
Перед новой советской правовой наукой стояла задача по преодолению влияния буржуазного юридического мировоззрения, в связи с чем предлагалось изъять из уголовного права понятия «вина», «вменяемость», «наказание» как буржуазные58.
Ни в Уголовном кодексе от 1 июня 1922 года59, ни в Основных началах уголовного законодательства СССР и союзных республик от 31 октября 1924 года60, ни в Уголовном кодексе от 1926 года61 понятие «вина» не употребляется, хотя сохранены формы вины: умысел и неосторожность. Основанием уголовной ответственности является общественная опасность – либо субъекта, либо деяния, либо того и другого. Умысел или неосторожность и вменяемость представляются как необходимые условия назначения наказания.
Исключение из уголовного законодательства всякого упоминания о вине и виновности по-разному оценивалось учеными того периода. Одни авторы видели в этом несомненное проявление влияния социологического направления (А. А. Пионтковский)62. Другие рассматривали это как принципиальный разрыв со старым буржуазным уголовным правом, избавление от прошлого наследия. Так, М. А. Чельцов-Бебутов, считая правильным отказ законодателя от принципа вины, писал: «Здесь как раз очень важно было освободиться от гипноза старых формул. Слишком уж идея вины срослась за века своего существования с идеей свободы воли, с одной стороны, и с идеей справедливого воздаяния – с другой»63. На этом основании автор считал, что следующим шагом законодателя должен быть отказ от понятий умысла и неосторожности, которые, по его мнению, практически не нужны64. Такой подход можно объяснить тем, что некоторые ученые специфику нового советского права видели в замене наказания мерами социальной защиты и в отказе от принципа вины65.
Существовали и иные точки зрения, например, по мнению П. Г. Мишунина, с первых месяцев советской власти одновременно с возникновением советского уголовного права возникает институт вины и принцип ответственности только при наличии вины, поскольку объективное вменение чуждо советскому уголовному праву66.
Назаренко Г. В. отмечает, что такие совершенно противоположные оценки давались по причине того, что четкого, однозначного и поддерживаемого всем юридическим сообществом понятия вины не существовало, не были определены границы данного понятия67.
Основы уголовного законодательства Союза СССР и союзных республик 1958 года68 и Уголовный кодекс РСФСР 1960 года69 установили, что лицо подлежит ответственности только за виновно (то есть умышленно или неосторожно) совершенное деяние. Вина в этих актах понимается прежде всего как психическое отношение к деянию.
Выводы
История развития вины – это процесс постепенного перемещения ее из сферы материальных признаков правонарушения в сферу субъективных оснований юридической ответственности. Вина, бывшая в течение долгого времени признаком объективной стороны состава правонарушения и означавшая само противоправное деяние или причастность е его совершению, с развитием законодательства и теоретических взглядов стала необходимым для привлечения к ответственности элементом субъективной стороны. Психическому отношению личности к своему общественно вредному деянию со временем придается все большее значение.
§ 2. Социально-философские и психологические взгляды на понятие вины
2.1. Предварительные замечания
Понятие вины исторически упоминалось не только в законодательстве и трудах по юриспруденции. Проблемы вины и виновности давно обсуждаются в теологических и философских трактатах, трудах по психологии, психоанализу, в юридической литературе. Проблема вины многогранна и может быть рассмотрена с позиций различных дисциплин и методологий.
Согласно философскому словарю: «Вина (виновность) – это то, что достойно упрека. Осуждая человека, ему ставят в вину то, что он вел себя неправильно и решал несправедливо, хотя мог бы вести себя иначе, а решать справедливо»70.
Толковый словарь В. И. Даля определяет вину (виновность) в двух значениях: как начало, причину, источник, повод, предлог и как провинность, преступление, прегрешение, грех, всякий недозволенный, предосудительный поступок71. Исходя из этого, можно заключить, что данная категория рассматривается в двух аспектах. Во-первых, под виной понимается внутреннее отношение индивида к совершенному поступку, во-вторых, внешняя оценка, выраженная в упреке совершенного поступка обществом72.
2.2. Понятие вины в теологии
Зарождение философского воззрения на проблему сущности вины (виновности) принадлежит теории божественной первопричины.
С утверждением христианства складывается метафизическое понимание вины: человек признается безусловно виновным не только вследствие своего несовершенства и связанной с этим неспособности до конца исполнить свой долг, но и в связи со всем происходящим вокруг него; вина ассоциируется с идеей человеческой природы, испорченной первородным грехом73.
В Ветхом Завете мы можем найти следующие упоминания о вине. Узнав о грехопадении Адама и Евы, Бог спросил Адама: «Не ел ли ты плодов с дерева, от которого я запретил тебе есть?» Но Адам сказал: «Жена, которую Ты мне дал, она дала мне плод и я его ел». Так Адам стал перекладывать вину на Еву и даже на самого Бога, давшего ему жену. В этой формуле достаточно ясно прослеживается отсутствие четкого разграничения между виной и ответственностью, а также то, что вина является причиной гнева Бога и последующих тягот и лишений, обрушенных им на людей.
Новый Завет, не используя самого термина вины, дает своеобразную трактовку ее содержания: «Раб же тот, который знал волю господина своего, и не был готов, и не делал по воле его, бит будет много. А который не знал и сделал достойное наказания, бит будет меньше»74. Из данного упоминания можно заключить, что уже на заре существования человеческого рода понятием вины охватывались и ответственность за совершенное неблаговидное деяние, и отношение лица к тому, что он совершил.
Именно божественное возложение вины на Адама и Еву явилось причиной осуждения человечества в его поступках. Мысль о греховной природе бытия человека была основополагающей в истории философской мысли первого тысячелетия75.
Идея сущности вины как акта божественной оценки грехопадения прослеживается и в трудах мыслителей средневековой философии.
Фома Аквинский (1225–1274), подвергнув анализу проблему мотивации человеческого поведения, пришел к выводу, что структура поступка состоит из четырех элементов: стремление к чему-либо; усилие воли, выбор, определение мотивов, обдумывание способа действия; одобрение и само действование. Согласно его учению, поступки должны совершаться на основе разума, который выступает основой человеческой свободы, осуществляющейся в границах, очерченных Богом76. Впоследствии в Европе на почве христианской теологии возникла уголовно-правовая теория ответственности как вины за грех. Вывод о свободе воли индивида можно считать предпосылкой к возникновению теории субъективной причины вины.
2.3. Философская трактовка понятия вины
В дальнейшем развитии философской мысли о сущности вины (виновности) отчетливее просматривается тенденция дуализма. Так, Г. Лейбниц (1646–1716 гг.) ставит под сомнение объективную природу вины (виновности) и пытается противопоставить субъективную теорию. Ученый задается вопросом о том, «каким образом душа может быть заражена первородным грехом, служащим корнем личных грехов, без того, чтобы Бог, подвергающий ее этому, не проявлял несправедливости»77. Г. Лейбниц пытается доказать объективную и субъективную природу сущности вины (виновности).
Определяющая роль в обосновании теории двойственной природы вины (виновности) принадлежит классической немецкой философии. Дуализм вины (виновности) приобретает свои современные очертания благодаря философским воззрениям И. Канта и Г. Гегеля.
Так, анализируя свободу воли и рассматривая поступки человека, И. Кант предлагает оценивать как эмпирическую сторону, выраженную во внешнем проявлении поступка, так и умопостигаемый элемент деятельности, являющейся результатом свободной воли, основанный на самостоятельном трансцендентальном начале»78.
«Когда человек совершает преступление, – пишет И. Кант, – вина целиком ложится на него, ибо, несмотря на все эмпирические условия поступка, разум был вполне свободен». В своих работах «Основы метафизики морали», «Критика практического разума», «Религия в пределах только разума», «Метафизика нравов» он доказывает, что, с одной стороны, человек – существо материального мира, а с другой – существо сверхчувственное, нравственное. Рассуждая о нравственной ценности поведения человека в обществе, Кант формулирует следующее правило: «Поступай так, чтобы ты всегда относился к человечеству и в своем лице, и в лице всякого другого так же, как к цели, и никогда не относился бы к нему как к средству»79.
Г. В. Ф. Гегель, полемизируя с Кантом, утверждал, что нельзя возводить убеждения и совесть индивида в ранг закона. Гегелевская концепция позволяет рассматривать чувство вины как «рефлектированный в себя действительный дух», простую самость нравственной субстанции в целом. Он, в частности, писал, что «невинного страдания не бывает, страдание всегда есть вина»80.
Подтверждая природную сущность человека, Гегель признает, что внешнее наличное бытие может извратить поступок человека, однако лицо может признать своей виной только то «наличное бытие в действии, которое заключалось в его знании и воле, только то, что было его умыслом»81. Философ фактически разграничивает внутреннее проявление вины, которое выражается в волевом намерении лица, и внешнее (оценочное) понимание вины как суждения о поступке человека на основе его морального проявления объективных нравственных установок82. В этой связи, по Гегелю, субъекту могут быть приписаны лишь такие деяния, которые обусловлены и определены им самим – его умыслом и намерением. При этом лишь из содержания того или иного морального суждения можно определить, соответствует ли совесть определенного индивида и его представление о добре идее совести и действительному добру или расходятся с ними.
Таким образом, в своих воззрениях о вине Г. Гегель исходит из приоритета нравственного государства перед моральным субъектом. При этом идеи Г. Гегеля в полной мере дополняют и усиливают теорию И. Канта о двойственной природе вины (виновности)83.
2.4. Марксизм о вине
Решительно отвергал суждения религиозно-философских и идеалистических школ о проблемах вины Ф. Энгельс. В своем труде «Анти-Дюринг» (1878 г.) один из основоположников марксизма значительную часть посвятил жесточайшей критике идеалистических взглядов на проблему вины. Определив христианскую заповедь о первородном грехе как идею о равенстве людей, соответствующую характеру религии рабов и угнетенных84, Ф. Энгельс отвергает идеализм и его идеи о вине как извращенную и надуманную теорию.
Взгляды материалистов на отдельные научные проблемы, в том числе и на философские воззрения о сущности вины (виновности), сказались на дальнейшем развитии доктрины вины в советской России.
В теории советского уголовного права признание подсудимого виновным означало, что советский суд, обсудив все обстоятельства, установленные на судебном следствии, и установив, что подсудимый своими действиями (или бездействием) выполнил состав инкриминируемого ему преступления, дал его действиям ту отрицательную морально-политическую оценку, которая служит основанием уголовной ответственности подсудимого.
Невозможность отрицательной морально-политической оценки исключает вину, и, наоборот, отрицательная морально-политическая оценка того или иного лица означает признание его виновным.
Советский суд в соответствии с его классово-политической природой при разрешении вопросов вины должен прежде всего исходить из положения, что действие, виновное с точки зрения социалистического уголовного права, – это действие, виновное перед трудящимися, перед социалистическим государством85.
2.5. Русские философы о вине
Вместе с тем в русской философской мысли можно обнаружить и идеалистические воззрения на проблему вины (виновности).
Религиозно-философское обоснование понятия вины можно встретить в трудах Б. П. Вышеславцева. Исследователь основывает свои взгляды на божественном принципе виновности человека перед Богом. При этом в понимании Б. П. Вышеславцева воля может быть наделена этической ценностью, позволяющей свободному существу утверждать свою свободу, то есть совершать «акт выбора», «акт предпочтения», основанный на моральном предпочтении86. Рационализированное философское понятие вины как первородного греха соотносится с субъективными возможностями индивида реализовывать свою волю на основе чувственного восприятия.
Н. А. Бердяев называет грехопадение «отрицательной, пустой, формальной свободой произвола», которой противостоит содержательный свободный волевой акт. Искупая вину, лицо должно не только осознать ее, но и покаяться в ней, не доводя себя до отчаяния. По мнению Н. А. Бердяева, на такие поступки способны лишь «подлинно свободные», утверждающие волю содержательно, а не формально87. Такое мировоззрение на проблему вины и ее искупление через свободный волевой акт также, на мой взгляд, является выражением признания принципа дуализма.
Подводя итог анализу философских воззрений на понятие и сущность вины (виновности), можно сделать следующие выводы:
1. Проблема вины как одна из основных проблем человеческого бытия признается всеми философскими учениями на протяжении всего пути развития философской мысли.
2. Наиболее последовательное эволюционно обоснованное объяснение вины дается в идеалистическом учении о воле, свободе и необходимости.
3. Дуализм понимания сущности вины (виновности) приводит философские воззрения к выводу о необходимости всеобщей нравственной (общественной) оценки внешней стороны поступка человека и внутреннего, сознательного элемента.
4. С развитием и обоснованием идеи о дуализме категория виновности находит свою прочную связь непосредственно с оценочным суждением о человеческом поступке как акте, выраженном в расхождении субъективной воли и намерения с общеустановленной целью (интересами), а категория вины – непосредственно с внутренним состоянием человека в отношении к данному поступку и общеустановленным целям (интересам). Современные воззрения философов, в отличие от ранних исследователей, имеют уже отчетливую психологическую окраску, признавая прямую связь между развитием «я» и способностью человека испытывать вину.
2.6. Психологический подход к понятию вины
Обзор современной психологической и философской научной литературы показывает, как различные методологические подходы внесли соответствующий вклад в изучение и исследование нравственной природы чувства вины.
В зарубежной психологии основные разработки проблем вины были осуществлены в рамках психоанализа. Согласно этому подходу, люди испытывают чувство вины, так как им присущи асоциальные побуждения. Зигмунд Фрейд рассматривал вину как нравственную разновидность тревоги, как «тревогу совести». Этой же точки зрения придерживается и другой психоаналитик – Готфрид Мандлер, утверждающий, что вина и тревога – это разные названия одного и того же явления. Вина, по этому автору, – это тревога относительно реального или воображаемого промаха. Переживание этой разновидности тревоги запускает особый защитный механизм, с помощью которого человек пытается загладить или нейтрализовать ущерб, нанесенный его ошибочными действиями.
Бихевиоризм – ведущее направление американской психологии, возникшее на рубеже XIX–XX веков, – основывается на принципе «психология должна изучать поведение, а не сознание». В отличие от психоанализа, теории бихевиоризма обозначают условия, источники развития чувства вины. Осьюбел отмечал, что в роли одной из самых существенных предпосылок развития совести и эмоции вины можно рассматривать мощное желание родителей и всего общества в целом воспитать у подрастающего поколения чувство ответственности. По мнению Б. Ф. Скиннера, чувство вины представляет собой страх, возникающий у индивида после совершения поступка, если ранее за аналогичный поступок он был подвергнут наказанию88.
Представители экзистенционалистского направления считают, что вина существует автономно и не связана с нарушением запретов.
Ролло Мэй выделял три формы экзистенциальной вины: вину за нереализованные возможности, вину за невозможность полного слияния с другим человеком, вину за невозможность слияния с природой.
К. Изард относит вину к одной из двенадцати базовых эмоций, хотя она и не имеет отчетливого мимического или пантомимического выражения. Эмоции стыда, застенчивости и вины являются базовыми, неотъемлемыми элементами человеческой натуры. Вина играет главную роль в процессе становления совести и формирования нравственности человека. Основанием для переживания вины является «неправильный» поступок, вступивший в противоречие с моральными, этическими или религиозными нормами. Обычно эмоция вины напрямую связана с осознанием факта проступка или предательства собственных взглядов и убеждений. Кроме того, переживание вины может быть связано с безответственным поступком. Вина возникает в ситуациях, связанных с чувством ответственности.
Автор подчеркивает, что причиной для переживания вины с равной легкостью и с равной вероятностью может стать как действие, так и бездействие – то есть как имевшие место чувство, мысль или поступок, противоречащие этическим нормам, так и чувство, мысль или поступок, отсутствовавшие в определенное время и в определенной ситуации, в которой они были уместны и желательны. Главной причиной вины, таким образом, является проступок. К. Изард определяет проступок во-первых, как аморальное деяние, во-вторых, как нарушение внутреннего стандарта и, в-третьих, как предательство.
Ощущение совершаемого греха объединяет разные по форме поступки и является активатором эмоции вины. Грех автор определяет как причинение нравственного или физического вреда живому существу, и отмечает, что понимание греха во многом определяется религией, воспитанием и культурой. Схема возникновения чувства вины следующая: во-первых, диктуемые обществом стандарты поведения переходят из разряда внешних в разряд внутренних норм человека, он сам следит за их соблюдением, во-вторых, субъект совершает поступки и, в-третьих, если его поведение не соответствует усвоенным им нормам, несет ответственность за свои поступки в первую очередь перед собой, и поэтому чувствует себя виноватым89.
В. В. Столин подобным образом описывает механизм возникновения чувства вины. Он представляет вину в качестве феномена раскаяния, который входит в процесс самосознания, запускаемый конфликтным смыслом в результате совершения поступка. Поступком он называет действие, объективно связанное с двумя мотивами так, что служит шагом в направлении к одному из них и одновременно шагом в направлении от другого, и в силу этого обладающее конфликтным смыслом. Осознание чувства вины относится только к тем ситуациям, когда, во-первых, человек объективно признал поступок, то есть совершен выбор между двумя мотивами, и, во-вторых, раскаивается в нем, так как эмоции, чувства подсказывают человеку, что выбор он сделал не верный, пошел против самого себя, на деле отвергнутый мотив важнее выбранного. При этом личность переживает конфликтный смысл поступка и готова нести за него ответственность90.
2.7. Комплексный подход к понятию вины
Кроме перечисленных точек зрения на проблему вины, хотелось бы особо выделить научную позицию видного отечественного ученого К. Муздыбаева, который является основоположником отечественной комплексной теории вины.
Согласно этой теории, вина – это негативное чувство, связанное с осознанием своего поступка и умением делать каузальные выводы.
«Вина, – пишет Муздыбаев, – это негативное чувство, связанное с осознанием своего поступка»91. Индивид осознаёт результаты своих действий, признаёт, что такие действия запрещены. Именно противоречие между предписанной нормой и неверным действием индивида служит предпосылкой появления у него чувства вины. Условием возникновения чувства вины является способность нарушителя к самокритике.
Санкции за предосудительное поведение могут налагаться как окружающей средой, так и самой личностью. Диапазон санкций в последнем случае простирается от сожаления и раскаяния до угрызений совести и комплекса вины.
Переживание индивидом вины протекает в трех измерениях: аффективном, когнитивном, мотивационном. Аффективный эмоциональный компонент включает в себя внутреннее напряжение индивида, связанное с риском утраты самоуважения. Если человек признает себя виновным, у него возникает побуждение загладить причиненный вред (мотивационный компонент вины). Когнитивное измерение вины является самым важным, так как прежде всего индивид должен быть в состоянии осознать вредные последствия своего поступка92
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.