Блэкаут

Иллюстрация на обложке Алексея Шишлова

Дизайн переплета Андрея Саукова

© Левченко А., 2019

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2019

Часть 1.

Накануне новой эпохи

Выживший № 13: Лиза Вэй, женщина, 29 лет, сержант полиции города Беркана, спецотряд «Рубеж»

– Лиза, расскажите, пожалуйста, где вы находились в момент блэкаута[1].

– Меня с боевым звеном направили в оцепление поместья Ториан.

– Вы имеете в виду то самое поместье, которое удерживали члены секты «Око Давидово»?

– Да. Нас прислали буквально в последний день, когда ситуация вышла из-под контроля.

– Сколько вас было?

– Если говорить о всех силах, участвовавших в осаде, то около полусотни сотрудников полиции. Большая часть – бойцы спецотряда «Рубеж». Конкретно в моём звене было четыре человека, включая меня.

– Если не секрет, то какую задачу поставили конкретно перед вашей группой?

– Ничего секретного. Как только поступила информация о заложенных взрывных устройствах, моё звено подняли по тревоге, приказали надеть экзоброню второго класса и выдвинуться к месту проведения спецоперации. Честно говоря, на мгновение я даже заволновалась. Подумала, что нас с ходу отправят на штурм. Но капитан меня успокоил. Сказал, что звено всего лишь должно усилить блокпост на дороге. Шеф полиции опасался сектантов, оставшихся вне поместья. Думал, они могут попробовать прорвать оцепление. Или просто устроить какую-то провокацию в тылу.

– Опасения были оправданны?

– Может, да, может, нет, чёрт их знает. В любом случае всегда надо готовиться к худшему, особенно когда имеешь дело с религиозными фанатиками. В общем, мы приехали на место лишь под вечер. Нас высадили недалеко от стоянки журналистов и блогеров. И в том самом месте, как назло, оказался тот козёл Эрик Ричман. Репортёр «Беркан 24». Всё пытался взять у меня интервью, задавал тупые и провокационные вопросы. Я еле сдерживалась, чтобы не послать его на три весёлые русские буквы.

– Простите, Лиза, я вас не понял. О каких буквах идёт речь? Просто я не владею русским языком.

– Да не обращайте внимания, такая фигура речи. От капитана нахваталась.

– Ну хорошо. А почему вы так негативно относились к тому репортёру? Или вы вообще журналистов не любите?

– А за что их любить? Эти хайпожорские крысы ничем не лучше тупоголовых блогеров, вечно суют нос куда их не просят. А чертов Эрик Ричман все нервы вымотал идиотскими вопросами о случае полугодовой давности… Да как он вообще меня узнал в экзокостюме? Наверное, по личному номеру на шлеме – тринадцать… Простите, это, наверное, не относится к делу? Давайте продолжим допрос.

– Лиза, это не допрос, мы с вами просто беседуем.

– Не берите в голову, доктор. Я порой совсем забываю о языковом барьере. Похоже, ваш ящик не так уж и хорош в переводе с фьярского диалекта на английский.

– «Стив» отлично владеет всеми языками мира, но всё же старайтесь говорить проще. Желательно не использовать сокращений или жаргонизмов.

– Без проблем. Буду стараться.

– Спасибо, Лиза. Вы упомянули случай полугодичной давности, из-за которого к вам пристал репортёр. А можно подробнее?

(Пауза.)

– Честно говоря, не особо хотелось бы вспоминать, но поскольку у нас откровенная беседа, то ладно… Примерно за полгода до блэкаута я принимала участие в спецоперации по нейтрализации вооруженного преступника. Какой-то псих раздобыл древнющий «АК-47» и начал палить по людям с тридцатого этажа «коробки»… Простите, я хотела сказать жилого комплекса. Псих что-то кричал про Страшный суд и смену эпохи. Разбрасывал из окна листовки. Как мы позже узнали, он был членом секты «Око Давидова». Собственно, после того случая полиция и решила вплотную заняться их деятельностью. Похоже, тому парню сектанты серьёзно промыли мозги. А может, это был просто триггер для его больного сознания. Кто знает?

(Пауза.)

– Так что там произошло?

– Простите, немного отвлеклась… Наше звено отправили на задержание. Мы облачились в экзоброню второго класса и поднялись на тридцатый этаж. Лейтенант Купер вышиб дверь жилого модуля, в котором скрывался преступник, мы вошли внутрь. Нас было четверо. Командир – лейтенант Купер, я шла замыкающей. Мы начали продвигаться по коридору, поочерёдно проверяя каждую комнату, и тут… Не знаю, как это произошло – то ли нехватка боевого опыта, то ли моя беспечность, но, когда я в очередной раз обернулась, чтобы проверить тыл, там уже стоял тот парень с направленным в мою сторону автоматом. Скорее всего, он хорошо спрятался в одной из проверенных ранее комнат, и тепловизоры его не засекли. Согласно должностной инструкции я должна была выстрелить парализующим зарядом и обездвижить его. Но по какой-то причине, сама не знаю по какой, машинально дала очередь боевыми… Буквально в одно мгновение парень превратился в кровавый фарш… Ошмётки разлетелись по всей комнате… Чёрт, какое же было хреновое зрелище. Я весь следующий день отчищала экзокостюм от фрагментов его тела…

(Пауза.)

– Да, Лиза, действительно неприятно. И что было дальше?

– А вы разве не слышали о том скандале? Совсем за горячими новостями не следите?

– В тот момент я был на полпути к Европе в гибернационной капсуле. Так что извините, но эту скандальную новость я пропустил.

– В общем, не прошло и часа, как изо всех щелей повылазили чёртовы правозащитники и начали раздувать скандал. «Мальчику не было и двадцати! От его действий никто не пострадал! Вам ничего не угрожало в бронированных экзокостюмах! Вы не имели права применять летальное оружие!» Ну и, конечно, репортеры на пару с блогерами не упустили шанса раздуть из случайности крупный скандал. Ещё бы, такой инфоповод для них был просто подарком свыше.

– И какими были последствия? Для вас.

– Да, по сути, никакими, кроме потрёпанных нервов и выговора с занесением в личное дело. Конечно, поначалу шеф полиции Диас хотел от меня избавиться, даже подготовил приказ об увольнении, но все офицеры «Рубежа» встали на мою защиту, угрожая уволиться вслед за мной. А капитан так вообще прикрывал меня, как только мог. На пресс-конференциях брал вину на себя, в общем, выгораживал всеми силами. Если бы не кэп, я бы так легко не отделалась. В итоге дело удалось замять.

– Почему же шеф полиции не встал на вашу сторону?

– Да потому, что он был тупым трусливым ублюдком, занимавшим свою должность благодаря покровителям с генеральскими погонами. Все знали, что он коррумпирован, но ничего не могли с этим поделать. Не удивлюсь, если именно он сливал сектантам информацию о готовящихся против них операциях… А вот капитан после того случая ещё сильнее укрепил свой авторитет среди полицейских. Он в очередной раз доказал, что ради нас пойдёт на всё.

– Вы имеете в виду капитана Дениса Савина, лидера вашей общины?

– Да, именно его. Между собой мы обычно называли его «капитан Дэн», а ребята из других подразделений – «русский капитан». Мы все обязаны ему жизнью. Если бы не его жестокие, но, как выяснилось впоследствии, единственно верные действия, никто из нас просто не выжил бы. Я уверена, любой гвардеец общины готов рискнуть жизнью ради капитана, а возможно, и пожертвовать ею при необходимости.

– Я заметил, многие из вас почитают капитана Савина почти как святого. Не боитесь собственными руками создать культ личности? Так и до полной диктатуры недалеко.

(Повышает голос.)

– Мне плевать, как вы на это смотрите. Вас здесь не было, когда началась хренотень со сменой эпохи или как её там. Вы понятия не имеете, через что нам пришлось пройти, чтобы выжить в том аду! Мы верим в лидера и готовы отдать за него жизнь так же, как и он готов отдать свою за нас.

– Простите, Лиза, я не хотел задеть вас. Поверьте, нам тоже пришлось многое пережить, прежде чем попасть к вам.

(Немного успокаивается.)

– Да, я в курсе. Извините, не хотела грубить. Капитан может показаться излишне жестким человеком, но на то есть причины. На его плечах лежит ответственность за всю общину, отнеситесь к этому с пониманием.

– Конечно, Лиза… Давайте сменим тему. Расскажите, пожалуйста, о вашем первом контакте с инфицированными.

Сергей Калашников

Последний день Эпохи Космической Колонизации

Из динамика беспилотного такси послышался мужской голос: «Конечная точка маршрута: провинция Фьярвик, город Беркан, жилой комплекс номер семьдесят пять. Просим вас оценить качество предоставленной услуги».

Выскочила сенсорная панель с пятью звездами. Сергей нажал на правую, выставив максимальный балл.

– Благодарим за то, что воспользовались услугами нашей компании. Стоимость поездки списана с вашего счета. Удачного вечера, мистер Калашников.

Дверь плавно поднялась, и Сергей, не торопясь, вышел на улицу. Несмотря на то что в это время город был забит автомобилями, никаких пробок на дорогах не наблюдалось и в помине.

Большинство пассажиров даже не знали, что это такое. Электрокары двигались в своих рядах с одинаковой скоростью. Никто никого не обгонял, не подрезал и не создавал помех. В старых видеозаписях – хрониках двадцать первого века, которыми увлекался Сергей, всё выглядело иначе. Сложно было представить, как люди жили в мегаполисах с таким ужасным дорожным движением. Постоянный шум, пробки, аварии с пострадавшими и погибшими.

И это не считая ужасного загрязнения воздуха выхлопными газами. Как-то ему попались кадры из крупных городов Китая, где видимость не превышала ста метров. Сергей не мог поверить, что когда-то люди жили в подобных условиях.

В то время электрокар с автопилотом всё ещё считался игрушкой богачей, не имеющей никаких перспектив в будущем. Казалось, эра нефти будет длиться вечно. Как же смешно это прозвучало бы спустя столько лет. Все автомобили давно работали на электроэнергии и управлялись автопилотом.

И стоило лишь отстранить человека от управления и полностью довериться искусственному интеллекту, как большинство дорожных проблем исчезли сами собой. Давно избавились от светофоров и почти всех дорожных знаков. Они оказались просто не нужны: искусственный интеллект, управляющий всем транспортом, сам регулировал движение без участия человека.

«А ведь действительно, правильно говорят: «Есть человек – есть проблема, нет человека – нет проблемы», – подумал Сергей, переводя взгляд с дороги на жилой комплекс напротив.

Это было самое обычное здание, спроектированное по принципу «всё включено». Большинство жителей Беркана жили в таких. Каждый жилой комплекс вмещал примерно двадцать тысяч человек. Пятидесятиэтажное здание тянулось вдоль улицы на три сотни метров, имело форму квадрата и занимало целый квартал. Многие мегаполисы давно отказались от практики застраивать районы отдельными многоэтажками. Рациональней было возводить огромные комплексы с единой стеной по периметру. Жилые и коммерческие модули располагались внутри самой стены, а во внутреннем пространстве размещались небольшой парк и прочая инфраструктура, необходимая для комфортной жизни людей. Если возникало желание прогуляться, но при этом не хотелось ехать за город или в одну из межрайонных парковых зон, то было достаточно лишь спуститься во внутренний двор.

Сергей пересёк дорогу по подземному переходу. Войдя в жилой комплекс через одну из арок, он, миновав все магазины первого этажа, запрыгнул в лифт и поднялся на двадцать пятый этаж. Подойдя к своей двери, он на мгновение остановился напротив микрокамеры дверного глазка.

Лицевой сканер моментально распознал хозяина, и входная дверь открылась.

– Добрый вечер, Сергей! – поприветствовал приятный женский голос. – Ты сегодня задержался. Как прошел день?

– Привет, Элис. Все хорошо, только устал немного. Скучала без меня? – спросил он с ноткой сарказма в голосе.

– Конечно, скучала. Я прождала тебя двенадцать часов, двадцать семь минут и сорок девять секунд, – ответила Элис, не скрывая иронии. – Ты выключил свой коммуникатор около двух часов назад, и я не могла прислать новые уведомления. Что-то случилось?

– Прости, дорогая, хотел побыть наедине со своими мыслями, пока ехал с работы. Надеюсь, ты не сильно беспокоилась?

– Конечно же, я беспокоилась. Будь я твоей женой, то непременно закатила бы скандал с битьём посуды.

– Элис, будь ты моей женой, я был бы самым счастливым человеком на свете, – произнёс Сергей, расплывшись в улыбке.

– Приятно слышать такое от человека, – ответила Элис с долей кокетства. – Но учти, что будь я твоей женой, то других виртуальных помощниц я бы к тебе на милю не подпустила.

– Дорогая, ты же знаешь, я верен только тебе, – ответил он, улыбнувшись в одну из камер под потолком.

За время их душевного разговора Сергей успел переодеться в домашнее и, полностью расслабившись, опуститься в массажное кресло.

– Ты не голоден? – спросила Элис. – Судя по показателям датчиков, ты не ел больше четырех часов. Если хочешь, я могу распечатать пиццу.

– Не стоит, закажу что-нибудь из ресторана.

Сергей взял со стола очки дополненной реальности, надел их и опустился обратно в кресло. В отличие от большинства жителей мегаполисов, которые жить не могли без своих смарт-очков, Сергей старался использовать их лишь по необходимости. Ему совершенно не нравилась повальная зависимость людей от подобных гаджетов. Для выхода в глобальную сеть и связи с Элис Сергею вполне хватало наручного коммуникатора, который большинство людей по привычке называли смарт-часами.

– Элис, покажи список ресторанов европейской кухни в радиусе трёх километров.

Элис вывела список на поверхность стола перед Сергеем. Точнее говоря, изображение выводилось на линзы смарт-очков, но для человеческого глаза создавалась иллюзия, будто поверхность стола превратилась в монитор с сенсорным экраном. Теперь он мог одновременно взаимодействовать с этой поверхностью и отдавать голосовые команды Элис. Выбор пал на местный стейк-хаус.

По умолчанию меню предлагало синтетическую мраморную говядину, и только после прикосновения к звёздочке у названия появлялась надпись, что при желании можно заказать аналогичное блюдо из натурального мяса. Цены отличались примерно в семнадцать раз. Позволить его себе могли лишь очень обеспеченные слои общества. Большинство же людей считало мясное животноводство пережитком прошлого, который давно не мешало бы запретить. Да и синтетические свинина с говядиной по характеристикам ничуть не уступали натуральным. Вряд ли Сергей смог определить на вкус разницу, но полученная недавно премия, что называется, жгла карман. Что-то на границе сознания подзуживало шикануть, узнать, из-за чего же весь сыр-бор. Почему кто-то готов переплачивать за то, чтобы поужинать куском тела другого живого существа.

– Элис, может, взять стриплойн из натуральной говядины? – спросил Сергей машинально, через мгновение поняв, что знает, какой прозвучит ответ.

– Употребляя в пищу натуральное мясо, ты тем самым одобряешь убийство животных. Синтезированные мясные волокна полностью идентичны натуральным, человеческий организм получает столько же белков и жиров, а зачастую и дополнительные порции витаминов и микроэлементов. Кроме того, для создания килограмма животного мяса тратится три тысячи литров воды. С точки зрения чистой логики это просто иррационально.

– Ладно, ладно, я тебя услышал, – бросил Сергей, пока Элис не начала рассказывать, что именно животноводство, по мнению климатологов, стало одной из основных причин глобального потепления и последовавшей за этим Эпохи Кризиса.

Вкладка с подтверждением заказа скользнула по поверхности стола прямо под руку. Сергей подтвердил его голосовой командой.

– Благодарим вас за покупку, – прозвучал голос виртуального продавца. – Заказ будет доставлен через одиннадцать минут.

За последние двести лет научно-технический прогресс в области портативной электроники сделал большой шаг вперёд. Продвинутые технологии дополненной реальности позволили отказаться от большинства сенсорных экранов и панелей, которые ранее окружали человека. Лёгкие и удобные смарт-очки могли демонстрировать любые виртуальные объекты и давали возможность легко с ними взаимодействовать. Абсолютно любая стена или иная относительно плоская поверхность превращалась в видеопанель, сенсорный интерфейс или персонализированный рекламный баннер.

Фантасты, создававшие произведения на рубеже двадцатого – двадцать первого века, в своих книгах представляли будущее как эру голограмм и сенсорных экранов. В их фантазиях любая поверхность сама по себе являлась сенсорной панелью, на которой каждый мог вызвать все, что ему необходимо. Конечно же, подобные системы тоже имели место быть, но для массового повседневного использования практичней оказалась технология дополненной реальности. Через смарт-очки любой человек получал персональную информацию, которая не была видна другим. Обычные сенсорные экраны не могли похвастаться подобной приватностью.

Особенно эффективно это сработало в отношении рекламы. С городских улиц исчезли уродующие городской ландшафт рекламные билборды и баннеры – абсолютно вся реклама персонализировалась и выводилась непосредственно на линзы смарт-очков.

Но, несмотря на удобство, технологии в сфере дополненной реальности не стояли на месте. Со временем состоятельные люди начали постепенно отказываться от смарт-очков в пользу смарт-линз. Отпала необходимость постоянно носить с собой очки, которые могли разбиться или потеряться; надел утром линзы и носишь их весь день.

Однако даже это не стало пределом. В последние пару лет всё большую популярность набирали смарт-чипы, которые имплантировались непосредственно в мозг и полностью избавляли человека от необходимости носить смарт-очки или смарт-линзы. Виртуальный интерфейс проецировался непосредственно в окончание зрительного нерва, минуя сетчатку глаза.

У обычного человека из двадцатого или первой половины двадцать первого века непременно возник бы вопрос: «Каким же образом обеспечивается энергопитание всей этой микроэлектроники?»

И это неудивительно, ведь в то время электроприборы работали либо от электросети, либо от встроенных батарей, по большей части на основе лития. Для любых портативных устройств необходимость наличия внутреннего источника питания была самой большой проблемой. Батарея могла занимать бо́льшую часть устройства и при этом быстро разряжалась. Смартфоны, смарт-часы, планшетные компьютеры и другую портативную электронику приходилось заряжать каждый день, а то и несколько раз в день. Наличие малоэффективных батарей являлось основной преградой на пути прорывного развития портативной и микроэлектроники.

Всё изменилось с появлением «эфирной сети». Эта технология, изначально созданная на основе Wi-Fi, позволяла передавать энергию беспроводным способом на огромные расстояния, обеспечивая электропитанием любые устройства. Помимо беспроводной передачи электроэнергии «эфирная сеть» позволяла передавать информацию на немыслимых ранее скоростях. Концепция интернета вещей, созданная ещё в конце двадцатого века, смогла получить практическую реализацию лишь с повсеместным внедрением «эфирной сети». После этого отпала необходимость протягивать миллионы километров проводов и оптоволоконных кабелей, устанавливать сотни тысяч опор ЛЭП.

Наземные базовые станции транслировали микроволновое излучение «эфирной сети» в направлении орбитальных спутников, которые, в свою очередь, отражали его в сторону Земли. Таким образом, обеспечивалось стопроцентное покрытие всей поверхности планеты, давая возможность абсолютно любому человеку подключиться к «эфирной сети». Единственными местами, где технология была малоприменима, являлись глубокие пещеры и подземные бункеры. В них приходилось использовать оборудование со встроенными источниками питания или же устанавливать ретрансляторы, создающие локальное поле «эфирной сети».

Конечно же, портативные батареи не исчезли полностью, в некоторых сферах они всё ещё активно использовались. Даже старые добрые химические батарейки по-прежнему оставались в ходу. Например, электроника спасателей и силовых структур – ручные фонари и подобные портативные приборы хоть и работали от «эфирной сети», но часто имели встроенные или сменные элементы питания.

Не прошло и десяти минут, как напротив окна Сергея завис дрон-доставщик. Через несколько мгновений в его сторону выдвинулся рукав грузоприёмника, куда дрон опустил коробку с заказом и улетел. Спустя несколько секунд Сергей уже вскрывал картонную коробочку. Дымный аромат мгновенно заполнил комнату, заставляя забыть о любых мыслях, касающихся разницы натурального и синтезированного мяса.

– Элис, что интересного я пропустил за сегодня?

– Отбираю наиболее актуальные публикации из новостной ленты.

Спустя пару секунд стена напротив превратилась в видеопанель со списком новостей и событий. Само собой, панель была такой же виртуальной, как и ресторанное меню.

– Перечисли содержание списка, – сказал Сергей, отправляя первый кусочек стейка в рот.

– Отчет министерства экономики Земного Союза об итогах прошлого года.

– Пропустить.

– Запуск нового термоядерного реактора в североамериканской торговой зоне.

– Пропустить.

– Тридцатилетняя годовщина запуска первого межзвездного корабля «Серенити».

– Краткое содержание новости.

Элис вывела на экран кадры хроники. На момент запуска Сергею было не больше пяти лет. Он помнил шумиху, помнил, как вокруг только и говорили о «Серенити». Помнил, как родители то ли в шутку, то ли всерьёз говорили, что их сын тоже сможет стать космическим путешественником. Но в отличие от сверстников Серёжа тогда интересовался скорее прошлым, а не будущим. И эта его любовь прошла с ним всю жизнь. Как и все дети, он поначалу был очарован динозаврами, но со временем распробовал и историю человечества. Особенно ему нравились хроники начала двадцатого века. Эта любовь не прошла вместе с окончанием школы. Он и сейчас с удовольствием мог посмотреть какой-нибудь классический фильм или даже документалку.

А вот с космосом отношения как-то не сложились. Из общего курса астрономии Калашников вынес то, что в Солнечной системе нет планет, пригодных для терраформи́рования[2] и полноценной колонизации людьми. Все, что человечество достигло на данный момент, – это несколько ресурсодобывающих баз на Луне, Марсе и нескольких спутниках Юпитера и Сатурна, а также ряд форпостов в поясе астероидов. В школе заставляли знать наизусть названия всех этих «колоний», хотя и в седьмом классе было понятно, что полноценными колониями космические ресурсодобывающие базы назвать нельзя. Ведь все они зависели от регулярных поставок воды, кислорода и провизии.

Изначально NASA совместно с Роскосмосом и CNSA[3] ещё до момента их объединения в единую структуру планировали строительство полноценной колонии на Марсе с целью последующего терраформирования планеты. Таким образом, планировалось превратить Марс во вторую Землю со схожими атмосферными условиями, но более холодным климатом. Однако реализовать проект в полной мере на практике оказалось невозможным, поскольку Марс, в отличие от Земли, почти не имеет собственного магнитного поля, из-за чего постоянно подвергается сильному воздействию солнечного ветра и жёсткой радиации. Поэтому любая органическая жизнь на этой планете может существовать лишь в пределах защитных сооружений.

Элис продолжала зачитывать выжимку статьи:

– …ближайшей планетой, которую теоретически возможно подвергнуть терраформированию и полноценной колонизации, остаётся «Проксима Центавра b», получившая альтернативное название «Глория». Она вращается вокруг звезды Проксима Центавра[4], удалённой от нас на 4,2 светового года. По приблизительным расчётам, общая продолжительность полета составит 235 лет…

А это Сергей помнил. Никакой возможности доставить на Глорию людей при таких условиях не было, ресурсов корабля просто не хватит для поддержания работы гибернационных капсул с экипажем. Поэтому миссия корабля «Серенити» являлась полностью роботизированной и управлялась искусственным интеллектом с говорящим именем Ева.

– …Основная задача миссии состоит в исследовании планеты и подготовке плацдарма для прибытия колонистов с Земли, как только подобные перелёты станут возможны. Если Глория окажется пригодной для терраформирования, то «Ева» автоматически начнёт все необходимые работы по преобразованию атмосферы.

Элис закончила краткий пересказ статьи и снова вывела на экран список доступных новостей.

Выживший № 19: Анджей Новак, мужчина, 36 лет, сержант полиции города Беркана