- -
- 100%
- +
“Иногда для того, чтобы счастье пожаловало в твой дом, а главное, в твою душу, с этой душой могут играть до сих пор неизведанные силы…”. Эта строчка не выходила из моей головы ещё долго после того, как я перевернула последнюю страницу книги. Чтение в эти времена было единственной моей отдушиной, а книги местом, куда я могла сбежать от холодной реальности. Да… Почему, чтобы просто быть счастливой нужно столькое пройти? Неужели и мой рок таков? Любовь это великое счастье, так почему же два сердца, которые любят не могут просто быть вместе?
– “Александра, прекращай мечтать, собирайся в костёл скорее, опаздываем!” – матушка выдернула меня из мира рассуждений ледяными щипцами житейских вопросов.
Ну, что ж, костел – это, безусловно, важно. Мои отношения с Богом сейчас претерпевали трудные времена. С тех пор, как мой возлюбленный, Александр, перестал присылать письма, я уже и не верю даже в то, что он жив.
Наша история с Александром начиналась не очень романтично.
Моя матушка большая любительница азартных игр. А после смерти татки от горя она спасалась только в картишках. Наша семья каждый год традиционно проводила зимние праздники в Вильне, там у нас большое поместье. В один такой зимний праздничный вечер, мне тогда было семнадцать лет, маменька занималась своим любимым делом – картами. Но игра оказалась весьма неудачной и она проиграла помещику целых тридцать тысяч талеров. Помещиком этим оказался Александр, мой Александр. С тех пор он стал частым гостем в нашем доме. Я в те годы была очень мечтательна, вот мысли об Александре и заполнили мою голову. Спустя бесчисленное количество моих попыток обратить на себя внимание молодого человека, наконец попытки эти увенчались успехом. Так и закрутился наш роман. Каждые зимние праздники мы с тех пор проводили вместе. Зимы у нас всегда снежные и красивые, так, что нам было чем заняться: мы играли в снежки, Александр катал меня на санках, вместе мы лепили невероятные фигуры из снега и, конечно, ходили на рождественские службы в костёл. Александр разделял со мной мою веру, я молилась за него, а он за меня. С годами наша связь только крепчала, а общих воспоминаний в нашей копилке только множилось. А почти год назад, в Рождество, Александр попросил у моей маменьки мою руку и сердце.
Преградой к нашей счастливой семейной жизни стало то, что Александр был православным. А костёл ни за что не давал согласие на такой брак. Мы с матушкой Теодорой не раз ходили к ксензу, в нашем местечке, Верейках, только он имел такой сильный авторитет над нами. Мама даже денег ему предлагала. Но, как понимаете, денег он не взял, твердил только одну лишь фразу: “Костëл никогда не одобрит такой брак!”
Александр, в свою очередь, тоже делал всё возможное, чтобы наш брак состоялся. Ездил даже в фарный костёл в Городню, но и там ксëнз оказался непреклонен.
Тогда за советом мой любимый отправился в Вильню к своему давнему приятелю, только он, по словам Александра, поможет нам решить эту проблему. И с тех пор ни письма, ни весточки. Как сгинул мой Александр. Я писала сама и не раз, но ответа не последовало. И вот я твердо решила. Сегодня. После имши в костёле буду проситься у маменьки отпустить меня в Вильню, на поиски Александра. Я должна, нет, просто обязана найти его.
Всю службу я молилась только за то, чтобы мой любимый был жив, только, чтобы с ним всё было хорошо, ведь как же я без него?
Ojcze święty, услышь меня, пусть с моим любимым всё будет хорошо, пусть он вернется ко мне живым и невредимым. Amen.
Мои размышления и молитвы меня настолько затянули, что я и не заметила, как в костеле оказалась совершенно одна. Но как такое возможно? Матушка с сестрой ни за что бы не ушли без меня. Да и ксенза нигде не видно, и хор молчит.
– Мама? – я не заметила, как сказала это вслух. По костелу покатилось эхо, и вернулось ко мне железным звоном так, что по плечам побежали мурашки.
Постойте, в костеле я не одна. Впереди стоял старичок. Другого не остается, как подойти к нему спросить, что происходит. Я знала всех в нашем местечке, оно не такое большое, чтобы всех запомнить, но этого старичка я не узнала. Высокий, очень худой, даже, можно сказать, сухой, кожа бледная, так, что практически прозрачная, белые волнистые волосы свисали ниже плеч, а длинная редкая борода была настолько белоснежной, что, кажется, отражала солнечные лучи прямо мне в глаза. Одет во всё чёрное. Это показалось мне странным, ведь в храм светлое надевают обычно.
– Извините, – обратилась я к нему, – вы не подскажете…
– Куда пропал Александр? – прервал мой вопрос старик.
Что, откуда он знает про Александра? Признаться честно, в голове у меня в этот момент действительно был этот вопрос. Понятия не имею, почему мне захотелось его задать в данной ситуации.
– Откуда вы знаете про Александра? – в моём голосе явно слышались недоумение и тревога.
– Это не имеет значения, милая, – сказал старик, – важно лишь то, что ты хочешь узнать, что случилось с Александром. А точнее, важно то, что с ним произошло. Ты не просто так переживала, с ним и правда приключилась беда. По дороге в Вильню Александр остановился переночевать у одной семьи. Семья показалась весьма гостеприимной. Эти люди располагали к тому, чтобы им доверять. Вот и за келишками крамбамбули Александр и выдал всё, что терзало душу. И про любовь вашу, и про ваше желание заключить брак в костëле, и про то, что не позволяют вам быть вместе. Так горько ему было от этого, что хозяйка дома захотела помочь бедняге с его несчастьем. Как и многие в тех местах, семья эта поклонялась паганским, ну, то есть языческим, по-ихнему, богам. Что ж, не становятся же люди плохими только от того, что веры другой. Чем могла, тем помогла. Хозяйка обратилась к богине Ладе, покровительнице любви, она верила, что та сможет помочь:
“Благослови, мати,
Ой мати Лада, мати!”
И Лада услышала зов. Конечно, она разгневалась такой просьбе. Как крестьянка посмела просить за христиан, тех, кто изгнал её с земли, благодаря кому она и ей подобные на пути к забвению. И так силён был гнев Лады, что сама того не желая она отправила и хозяйку с хозяином, и деток их, и Александра твоего в своё царство, царство ни живых и ни мертвых, ни христиан и ни язычников, ни богов и ни чертей. Так и бродит по этому царству Александр и не может найти ни входа, ни выхода оттуда. – дед закончил.
Я не могла вымолвить ни слова, не могла поверить в эти россказни. Так ему и сказала:
– Дедушка, я вашим сказкам не верю, это просто невозможно!
– Понимаю, Александра Юзефовна.Ты дворянка, твой Александр, тебе и решать во что верить. Только знай, бродит сейчас твой Александр, как с завязанными глазами, как по темному лесу, как со сломанными ногами, как с зашитым ртом, как с оторванным языком. Ни шагу ступить, ни лучика солнца увидеть, ни словечка промолвить он там не может. Только молит родную, любимую спасти его. Вот передал тебе, госпожа, василёк засушенный…
Это тот самый василёк, что однажды я в кармашек рубахи его положила. Чтобы помнил обо мне всегда и везде… Так значит правда всё это, Александр действительно в царстве Лады!
– Как его искать?! – не успела я спросить дедушку об этом, как снова очутилась в обычном окружении.
Kyrie eleison, Kyrie eleison, Kyrie eleison
Christe eleison, Christe eleison, Christe eleison
Kyrie eleison, Kyrie eleison, Kyrie eleison…
Хор громко пел молитву. Служба заканчивается. Мама и сестра на своих обычных местах. Я глянула в сторону, где минутой ранее стоял старик, конечно, там его уже не было. Все прихожане на коленях, только я одна стою. Матушка уже грозно стала дёргать меня за подол андарака, чтобы я преклонила колени. Я послушно это сделала. Но на молитву не было уже ни вдохновения, ни сил.
Что это был за дед, откуда он всё это знает? Почему именно сейчас он мне об этом поведал? Почему на момент всё окружение переменилось? Как много вопросов и как мало ответов.
Я сжимала в руке василёк и осмысляла всё произошедшее. План с Вильней, конечно, сам собой отменился. Дед этот явно не из местных. А может и вообще не из живых. И тут я вспомнила про нашу местную ведьму, бабу Яню, она на короткой ноге с чёртом, должна знать, что мне делать.
Дома матушка пыталась расспросить, что со мной. А ведь и правда, я как никогда молчалива и всё время в своих мыслях. За последние недели неведения даже внешне изменилась. Стою я перед зеркалом и совсем себя не узнаю. Ранее пышные золотистые кудри потеряли свой блеск и сейчас выглядят уже не так роскошно, как раньше. Похудела, да так, что от румяных щёк осталось одно воспоминание. Да даже какой там румянец, кажется, что ни одной капельки крови во мне больше не было. А глаза от стольких дней слëз стали впалые и тёмные.
Да что же это я, в самом деле! Мой Александр в большой беде, а я стою и себя жалею. Не медля, к бабе Яне. Матушке сказала, что иду прогуляться, привести в порядок мысли, а сама догуляла до самой окраины местечка. Вечереет. На улицу вместе с осенними бурыми листьями опадает мгла. Последние лучи вечернего солнца прячутся за густыми кронами клëнов. От земли, будто из самой преисподней поднимается густой, как кисель, серый туман. Из-за него тропинку становится всё труднее рассмотреть. От этого мысль о ведьме и предстоящей задаче кажется ещё более жуткой. Тропа в этот домик почему-то петляет. Кажется, Всевышний не одобряет моих намерений. Настоящий осенний хлад обнимает меня за плечи, как свою дочь, да так, что каждый выдох сопровождается паром изо рта. Вот уже совсем стемнело. Странно оттого, что слишком долго я иду к краю деревни. Ведь тут же всего пару десятков домов. Блуждая в своих мыслях я наконец-то добралась до цели. Передо мной из-за тумана, как в какой-то страшной книжке, вырос маленький домик с высокой крышей. Из дымохода на крыше клубится серый, даже местами чёрный дым. Дворик у ведьмы совсем небольшой, но ни один уголок не остается без дела: вот клумба с какими-то заморскими цветами, они, конечно же, уже не цветут, но выглядят достаточно диковинно для здешних мест, вот небольшой каменный колодец, одну сторону которого облепил темно-зеленый мох, вот растут три рябины (и зачем кому-то столько деревьев рябины во дворе), ягодки которых светятся алым так ярко, что, кажется, и в сумерках будут сиять, как при дневном свете. В общем, всё в этом дворике к месту, как надо, так идеально, что и не верится, что всё это рукотворно. Окошки все чёрные-чëрные, и только одно горит жёлтым светом зажжëнных свечей. К горлу подкрался ком, а я уже стою у двери. Ох, какой большой грех я сейчас совершу. Только собираюсь постучать, как дверь сама отворяется. На порог выскочил чёрный, как смоль, хозяйский кот, а за ним и сама хозяйка. Баба Яня улыбнулась так, будто знала, зачем я пожаловала. Она молча кивнула мне, показывая, что я могу войти. И мы на пару с котом вошли в дом. В нос сразу же ударил запах воска и засушенных полевых трав. В них я мало разбираюсь, но запах мне почему-то понравился. Внутри домик кажется больше, чем снаружи, прямо как в страшных сказках. В предбаннике я разулась, сняла накидку и вошла в комнату. Комната, даже нет, комнатушка, кажется, сжимала меня своими стенами, хотя на самом деле была довольно просторной. Справа к стене прибиты полки, а на них разная ведьминская утварь: какие-то ступки с чем-то рассыпчатым внутри, свечи уже порядком расплавленные, зеркала чем-то исцарапанные. Слева от двери стоит метла, прямо как во всех историях про ведьм, ощущение, что баба Яня сейчас на ней взлетит в облака. А вот и те самые травы, запах которых я сразу уловила, висят над дверьми, вероятно, отпугивают злых духов. В центре комнаты стоит огромный дубовый стол. Но он как будто бы не предназначен для завтраков и ужинов, а скорее для страшных ритуалов. Рядом со столом куфар, одному чëрту известно, что в этом куфаре хранит ведьма. Видимо я долго стояла, не вымолвив ни слова, что баба Яня нетерпеливо окликнула:
– Чего явилась то, Александра Юзефовна? Я думала, порядочные прихожанки не ходят к таким, как я! – съязвила ведьма.
Она права, праведным католичкам чужда всякая чертовщина. Если бы не обстоятельства, ноги бы моей здесь не было. Мы в семье всегда осуждали такое ремесло, ведь оно от самого дъябла, а не от Бога. Ох, маменька, если узнает, семь шкур с меня снимет. Но всё это ради Александра, ему нужна моя помощь.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.