Ни войны, ни мира
- -
- 100%
- +
Но начать новую эру единого человечества, о котором мечтают на Западе, может только новая война, поэтому с ней связываются большие надежды и чаяния. Кое-кто считает, что пора радикально сократить население Земли. Другие полагают, что только война способна вывести из всеобщей рецессии и мирового экономического кризиса. Евреи ждут воссоздания Храма Соломона, арабы в Палестине – своего государства, американцы – разгром главного экономического конкурента в лице Китая и т. д.
Многие аналитики высказывают предположения, что мировой экономический кризис, первые признаки которого стали видны в 2008 году, становится перманентным и может закончиться очередной мировой войной. Когда экономическое развитие начинает пробуксовывать, вспоминают о войне, как способе решения многих, в том числе и экономических проблем.
Признаки перманетности приобретает и ближневосточный конфликт. Может быть новая война и здесь поможет «сдвинуть камень с мертвой точки». Война даст шанс для соседних стран решить застарелые проблемы, которые в мирных условиях решить невозможно. Но ближневосточный конфликт может иметь далеко идущие последствия, если спровоцирует участие во «внутрисемитском» конфликте таких крупных международных игроков как США, Англия, Франция, Турция, Иран, Китай, и Россия. Если это произойдёт, то эта война будет не только действительно мировой, но и с широким применением атомного оружия.
С распадом Советского Союза США и их союзники получили полный карт-бланш в решении ближневосточных проблем. Но решить эти проблемы им пока не удается, хотя удается заработать на этом конфликте хорошие деньги. Дело в том, что основной задачей Америки было и остается гарантированные и дешевые поставки сырья и готовой продукции, а основным тактическим приёмом является уничтожение государственных структур в странах, где есть природные ресурсы или опасный промышленный потенциал.
Если раньше важную роль играло сырье, то сегодня Америка импортирует и большое количество готовой продукции из Европы и Азии для своего «общества потребления». По мере зависимости от подобных поставок усиливается роль политического и военного контроля, который осуществляется путем участия союзников в совместных оборонительных структурах, а для поставщиков сырья периодически проводятся показательные «порки» – локальные войны по устранению неугодных режимов. Американцы, как правило, не хотят делиться с местными элитами, поэтому запугивают их, а если это не удается, то ликвидируют целые режимы.
Что касается России, то она, как и раньше, в ходе новой войны постарается захватить Константинополь[18], а Китай – дальневосточные регионы России, которые обладают углеводородным и другим сырьем. Как это ни странно может прозвучать, на Россию могут напасть ее геостратегические союзники – Европа (Германия) на Западе и Азия (Китай) на Востоке.
Россия, как традиционно континентальная держава, опирается своими флангами на Германию и Китай, которые являются «римландом» и меняют свою политическую ориентацию, находясь в союзе то с морскими, то с континентальными державами[19]. Странную динамику мы можем наблюдать сегодня. По мере ослабления России начинают набирать политическую и экономическую мощь Германия и Китай, которые, несмотря на слабую военную составляющую, все больше заявляют о своих политических амбициях[20].
С одной стороны, Германия и Китай берет на себя часть функций, которые раньше выполнял Советский Союз. В этих странах, в частности, растет «континентальная партия», выступающая за союз с Россией. С другой стороны, вызывает опасения тот факт, что немцы, как и перед Второй мировой войной, не смогут сами остановится в своем «Drang nach Osten» и перейдут «красную черту» в отношениях с Россией, которой является Украина. И все это несмотря на большое сходство между Россией и Германией[21]. Настораживающим является и то, что если китайцы начнут военные действия против России, то Россия не сможет этому ничего противопоставить. Традиционно к нападениям с Востока (например, монголы) Россия была не готова, в отличие от нападений с Запада.
Третья мировая война должна стать настолько ужасной по своим последствиям, чтобы все страны согласились на создание мирового государства – мировой монархии, на которую давно уже претендует английская монархия. Должна произойти унификация мирового политического и культурного пространства, ибо экономическая унификация во многом уже произошла во время экономического кризиса 2008 года. По мнению немецкого юриста Карла Шмитта, мечты о мировом государстве в принципе нереализуемы: «Если «мировое государство» охватит всю Землю и все человечество, то оно перестанет быть политическим единством и считать его государством больше будет невозможно»[22].
Олег Щербаков полагает, что причиной Третьей мировой войны будет «международный сионизм», хотя это определение весьма расплывчато: «Главная цель международного сионизма была, есть и будет – установление «нового мирового порядка». Уничтожение 90 процентов населения планеты, установление фашистского рабовладельческого строя, абсолютное подчинение оставшегося населения и всех ресурсов планеты банде международных сионистов. И что особенно важно – об этом почти все молчат – захват сионистами Центральной и Северо – Восточной Сибири»[23].
Обычно сионизм связывают с евреями, но правильнее было бы связывать его с Англией. Эту мысль развивает в своих выступлениях профессор И.Н. Панарин[24]. По мнению майора ГРУ в отставке К.Ф. Ипатьева, определяющим здесь выступает тот факт, что своими корнями Англия уходит в традицию тамплиеров: «Орден Тамплиеров вошел… в Англию, перенеся все свое золото, добытое в ростовщичестве по всей Европе, в новую империю, которую неутомимые тамплиеры создали за очень короткий промежуток времени… Груженые золотом корабли, ведомые иезуитами – еще одним продуктом хитрых тамплиеров, стекались со всего мира в Лондон…
Западная Европа и Центральная Европа это марионетки Британской империи, национальных государств нет, суверенитета нет, а система управляется и направляется из Лондона. И если эту систему не уничтожить, власть Британской империи над Западной Европой и Соединенными Штатами означает, что фатальный конец фактически неизбежен… Все предыдущие революции «арабской весны» были лишь подготовкой к уничтожению Сирии – территории будущей Третьей мировой войны, к которой Лондон подталкивает Израиль и Иран»[25].
Многие эксперты сходятся во мнении, что война скоро начнется: «Воевать с НАТО, в ближайшие годы придется… не уйти нам от этой войны. Спасибо господину Путину за уничтоженные тяжелые ракеты, которые еще десятки лет могли бы гарантировать безопасность России. Вопрос стоит конкретно: когда будем воевать – сейчас, пока есть средства нанесения по натовским войскам и городам… или когда США закончат развертывание системы ПВО – ПРО и ни одна Российская ракета не выйдет даже на маршевую траекторию?»[26]. Поскольку Западу уже удалость разрушить промышленный потенциал Советского Союза, то основной военной целью стран НАТО может стать лишение России статуса атомной державы.
Для успешного начала войны США необходимо элиминировать возможность ответного ядерного удара России. Успешное применение современных противоракет морского базирования и развёртывание новейшей системы ПРО в Румынии и Польше дает надежды на то, что лишь незначительное число российских ракет с одной боеголовкой может стартовать, а контроль за ресурсами Сибири окупит расходы на эту войну.
Одностороннее разоружение России во время «перестройки и ускорения» у некоторых западных аналитиков вызывает искушение начать войну на полное уничтожение ненавистной им России[27]. Так было и перед Второй мировой войной, когда Гитлер был уверен в своей безнаказанности и собирался захватить Советский Союз за три месяца. Успехи американцев в создании противоракет, ударных беспилотников, лазерных пушек, электромагнитных бомб позволяют западным стратегам надеяться, что они за один час уничтожат все ракетные средства России, стоящие на вооружении РВСН и ПВО, а остальное будет «делом техники», сведется к уничтожению отдельных очагов сопротивления.
Н.Я. Данилевский, получивший широкую известность благодаря своей книге «Россия и Европа» (1869), писал: «Европа обвиняет нас в честолюбивых видах на Константинополь, и мы стыдимся этого обвинения, как будто и в самом деле какого-нибудь дурного поступка. Англия завладела чуть не всеми проливами на земном шаре; неизвестно с какой стати захватила скалу на испанской территории, господствующую над входом в Средиземное море; а по отношению к нам считается непозволительным хищничеством добиваться свободного входа в наш собственный дом»[28]. Ф.М. Достоевский в своем «Дневнике писателя» за 1877 год идет дальше и требует окончательного захвата города: «Н.Я. Данилевский решает, что Константинополь должен когда-нибудь стать общим городом всех восточных народностей. Константинополь должен быть наш, завоеван нами, русскими, у турок и остаться нашим навеки»[29].
Важность Константинополя для России объясняется двумя причинами. Во-первых, это традиционный центр Восточного Христианства, во-вторых, для обороны Российского государства и для выхода к теплым морям он имеет ключевое значение. В условиях мира России вряд ли удастся осуществить свои старые планы, но во время войны часто появляются новые обстоятельства и меняются границы государств. Здесь прослеживается определенная православная ангажированность, но, может быть, эта война действительно принесет для православных народов определенную пользу.
Сегодня мировое сообщество часто встает на защиту тех сил, которые в своих агрессивных устремлениях готовы развязать новую мировую бойню. Создается впечатление, что Запад специально стремится разрушить сложившийся после Второй мировой войны миропорядок. Изменение этого ставшего «старым» миропорядка чревато возникновением новых войн и конфликтов. Тот, кто утверждает об «устарелости» современного международного права, видимо, готов положить на алтарь новой войны миллионы невинных жертв.
Третья мировая война открывает перспективу решения застарелых проблем, в частности выхода к теплым морям. Здесь большую роль должна сыграть Турция, которая, став на сторону Запада, спровоцирует объединение России и Греции, столь полезное для Православия, а Константинополь наконец-то станет центром Восточного Христианства. Греция, при поддержке России, может составить в мировом океане конкуренцию Англии.
На данный момент, несмотря на срочные закупки вооружений и военной техники, Россия не готова к войне и может надеяться только на чудо. Таким чудом может стать реализация идеи, высказанной академиком Сахаровым, когда он предлагал взорвать в океане водородную «царь-бомбу» и вызвать наводнение Запада.
Глава 2
Локальные войны мировой
войны
Современные государства потеряли монополию на ведение войны, когда появилось много новых негосударственных актеров, будь то местные вожди, партизанские группы или специализирующиеся на ведении войны частные фирмы, сдающие в аренду солдат и выполняющие целые военные операции.[30] Важную роль начинают играть и международные террористические сети, способные мобилизовать большое количество своих сторонников.
Многие из этих новых актеров занимаются войной на постоянной основе, как основным бизнесом. Они сами рассчитывают свои доходы и расходы, сами находять необходимые для ведения войны материальные ресурсы. Финансовые средства они собирают с богатых клиентов, государственных структур, этнических и религиозных общин. Они продают лицензии на добычу и разведку природных ресурсов на контролируемой ими территории, занимаются продажей наркотиков и торговлей людьми. Они забирают себе помощь международных организаций, контролируя лагеря беженцев или подступы к ним. Таким образом, они в состоянии финансировать войны, используя иные источники, чем традиционные государства. Изменившиеся формы финансирования современных военных конфликтов привели к тому, что войны могут длиться в течение десятилетий, не имея при этом четкого начала и окончания, как это было раньше в традиционных войнах, после заключения соответствующих договоров.
Можно ли современные локальные конфликты называть по-старому «войной». В связи с потерей монополии государств на войну, ее контуры размываются. Война часто стала сопровождаться организованной преступностью. Иногда трудно отделить большие криминальные организации от остатков бывшей армии, от вооруженных банд самопровозглашенных командиров, которые наживаются разбоем и торговлей запрещенными товарами. Может быть, правильнее было бы называть просто «эскалацией насилия»? Ответить на эти вопросы позволяет более широкий исторический взгляд на современную мировую политику.
Сегодня ясно просматривается уменьшение доли участия государственных структур в локальных войнах. Дело в том, что в Европе на протяжении трехсот лет государства добивались монополии на ведение войны. Сейчас происходит обратный процесс, и войны все чаще приобретают частный характер, становясь конфликтами между отдельными кланами, группировками, этническими или религиозными общинами, не связанными непосредственно с какими бы то ни было государственными структурами.
Государство в XXI веке потеряло монополию на ведение войны. Во многих современных войнах мы можем видеть смесь государственных, псевдогосударственных и частных актеров. Обязательным стало наличие множества группировок, которые находят в ведении боевых действий свою выгоду и поэтому не стремятся к миру. Войны в Африке, в Югославии, на Кавказе и в Афганистане – все они напоминают тридцатилетнюю войну больше[31], чем войны между государствами в XX веке.
Особенностями современных военных конфликтов является:
наличие множества актеров;
большая длительность;
несимметричность противостояния, неравность участников конфликтов;
большие жертвы среди гражданского населения;
криминальная теневая экономика;
удешевление средств ведения войны;
отсутствие конкретной локализации и крупных сражений;
тактика изматывающей партизанской войны;
рост значения этнических и религиозных факторов;
уменьшение роли традиционных идеологий;
привлечение детей в качестве солдат;
большое количество сексуальных преступлений;
Субъектами современных локальных конфликтов часто выступают частные актеры, что стало возможным благодаря удешевлению вооружения. Легкое оружие можно приобрести достаточно дешево, также обучение не требует длительного времени.
Другая особенность современных войн состоит в их нессиметричности, то есть военные действия ведутся неодинаковыми участниками конфликта. Фронт как таковой отсутствует и крупные сражения очень редки. При этом войска не несут больших потерь, а основной удар направлен против гражданского населения. Нессиметричность приводит к тому, что тактические приемы начинают получать стратегическое значение. Большое значение начинает приобретать партизанская война.
В качестве важной особенности современных войн можно отметить отсутствие конкретной локализации. Регулярные армии часто теряют контроль за происходящим, поскольку повстанцы не стремятся к открытым рыцарским поединкам, а атакуют небольшими группами внезапно из засад.
Нельзя недооценивать значение идеологических факторов, однако этнические и культурные особенности, как и религиозные убеждения играют в современных конфликтах все более важную роль. Войны на Балканах, Кавказе и Афганистане были бы другими или вообще бы не состоялись, если бы там не было этнических противоречий и противостоящих друг другу религиозных групп. Эти противоречия и противостояние дают возможность для конфликтующих сторон мобилизовать местное население и находить финансовую и другую поддержку. Это происходит еще и потому, что другие источники мотивации и легитимации применения насилия, которые имели место в традиционных войнах, становятся сегодня более второстепенными.
Вопросы несправедливого распределения национальных богатств и бедности являются важным фактором и в современных военных конфликтах, но, как правило, распространение бедности не ведет автоматически к росту военной активности. Завершение конфликта часто не означает политической стабильности и экономического развития, а разрушенные гражданской войной и военными конфликтами регионы обычно не могут самостоятельно, без помощи извне, начать восстановление хозяйства.
Почти все современные локальные войны проходят на границах бывших империй, которые на протяжении столетий господствовали в мире. Так балканские войны, вызванные распадом Югославии, возникли на границе между бывшей Империей Габсбургов и Османской Империей. Аналогичная ситуация складывается и на Кавказе, который является пограничным регионом между бывшей Российской Империей и Османской Империей. Проживающие здесь горные народы России всегда с большим трудом удавалось контролировать. Окончательный распад Османской Империи в результате Первой мировой войны, способствовал появлению военных конфликтов не только на Балканах и Кавказе, но и на Ближнем Востоке и в Палестине.
То же самое можно сказать и об Афганистане, который, начиная с XIX века, являлся зоной, где столкнулись интересы Российской и Британской Империй. Ввод российских войск в Афганистан и поддержка Западом исламского движения Талибан привели к многолетней войне, в результате которой государственные структуры Афганистана практически перестали существовать. Эту ситуацию использовал Пакистан, хотевший превратить Афганистан в плацдарм для борьбы с Индией. Конфликт между Индией и Пакистаном в свою очередь также связан с распадом Британской Империи.
В государствах СНГ наблюдаются большие проблемы обеспечения стабильности и безопасности. Слабость государственного аппарата ведет к формированию двух классов – сверхнищих и сверхбогатых. Социальная пропасть между ними способствует расколу общества и обострению социальной напряженности.
Другим важным фактором локальных конфликтов является наличие за рубежом богатых конфессиональных или этических общин, способных финансировать продолжение войны. Как правило, они встают на сторону представителей своей концессии или национальности и стремятся обеспечить ей привилегированное положение.
Что касается длительности, то современные локальные войны отличаются от традиционных тем, что они могут длиться продолжительный период времени. До XX века государства стремились быстрее завершить конфликт и искали решающего сражения, который служил одновременно поводом для заключения мирного договора. Принцип концентрации военных сил в пространстве и времени часто использовался Наполеоном. Война объявлялась по определенным правилам и по правилам заканчивалась, поэтому по времени она была всегда ограничена объявлением войны и заключением мира. Однако, начиная с Первой мировой войны и особенно во время Второй мировой войны эти правила часто нарушались.
Участниками традиционных войн были главным образом солдаты, которые подчинялись определенному военному уставу и международным нормам. Сегодня, поскольку часто не существует правовых актов о начале и завершении войны, то возникает некое промежуточное состояние между войной и миром. В военные конфликты вовлекается все большее количество гражданского населения под видом различного рода «повстанцев», банд и народного ополчения.
В современных локальных конфликтах старый принцип концентрации военных сил поменялся на принцип рассредоточения в пространстве и времени, что делает их похожими на партизанские войны. Утрачивается и наличие четкой линии фронта, что позволяет проводить бои в различных местах, избегая крупных сражений, поскольку часто войска не предназначены для ведения таких войн. Боевые отряды в этих условиях готовы вести войну длительно, применяя тактику изматывания сил превосходящего по вооружению и численности противника. Благодаря такой тактике немногочисленные вооруженные формирования могут нанести значительный ущерб.
При этом существует заинтересованность участников в затягивании конфликта. У такого затянувшегося конфликта иногда даже теряются признаки войны, но она может в любой момент снова начаться, пока существует ее экономическая основа. Благоприятными экономическими условиями для продолжения локальных конфликтов может стать высокая безработица, большая зависимость от импорта товаров, слабое управление экономикой. Четкие временные рамки традиционных войн позволяли экономике перестраиваться на мирные рельсы, как только заключались мирные договора, что в случае вялотекущих локальных конфликтов практически невозможно.
Для современных локальных войн характерно то, что часто завершению конфликта мешает небольшая партия, которая не заинтересована с завершении конфликта. Поскольку в локальных конфликтах участвуют, как правило, несколько актеров, то и мир возможен только в том случае, если все участники будут согласны с условиями перемирия. Примирение в этих случаях возможно только когда имеется некая сила, обладающая достаточными военными и финансовыми ресурсами, чтобы принудить всех к миру. Неудивительно, что в таких условиях переговоры часто не приносят желаемого результата.
В условиях традиционных войн в XX веке около 90 % потерь было связано с участниками боевых действий. В современных локальных конфликтах около 80 % погибших и раненых приходится на гражданское население. Эти цифры ясно иллюстрируют изменение соотношения потерь гражданских и военных во время военных конфликтов, поскольку насилие в современных войнах направлено главным образом против гражданского населения. Например, во время так называемых «этнических чисток» целенаправленно уничтожаются все представители какого-либо этноса, этнической или религиозной группы.
В течение конфликта часть населения приспосабливается к новым условиям и находят свое место в распределении труда. Некоторым наиболее успешным участникам военных конфликтов удается получись чужую недвижимость или финансовые средства не только грабежом и разбоями, но и использованием рабского труда. В результате локальных конфликтов складываются целые отрасли теневой экономики, поэтому часто участники конфликтов заинтересованы в продолжении войны.
Вместо крупных сражений проводятся массовые убийства для запугивания населения и превращения его в рабов. Экономика грабежа основана на постоянном создании атмосферы страха за свою жизнь. Вооруженные люди постоянно запугивают невооруженных, что ведет отчасти к потере дисциплины в боевых отрядах. Солдаты превращаются в мародеров поскольку в таких условиях они не подчиняются законам и уставу. Это же создает почву и для сексуальных преступлений, которые иногда принимают форму систематического изнасилования для изменения генофонда. Часто мародеры издеваются над трупами и отрезают части тела, которые рассматривают как военные трофеи.
На фоне разрухи часто возникает голод и эпидемии. Не случайно в средневековой Европе война означала голод и чуму. Те, у кого нет оружия, как правило, не могут себе достать еды, а в переполненных лагерях беженцев возникают различные эпидемии. Особенно страдают от этого маленькие дети и старики, реальное число которых даже не всегда учитывается в статистике погибших. Иногда голод образуется в результате международного эмбарго, который должен стать средством политического давления на власть.
Таким образом, в отличие от традиционных войн в локальных конфликтах мы сталкиваемся с большим количеством беженцев, голодом и эпидемиями, которые бьют прежде всего по незащищенным частям гражданского населения. Часто невозможно отличить участников конфликтов от гражданского населения, нечетко определены и цели войны.
Локальные войны имеют тенденцию расползаться на соседние регионы и становятся тем самым интернациональными. Часто их участники имеют связи с международной преступностью, по каналам которой идет не только торговля запрещенными товарами, но и поставки вооружений. Все это сближает участников локальных конфликтов с организованной преступностью. Отсутствие правопорядка размывает и границы преступлений, что выгодно для интересов отдельных групп.
Некоторые военизированные группы представляют собой паравоенные образования, часто носят униформу, но не являются солдатами. Также часть военных командиров, участвующих в конфликте могут использовать отсутствие контроля ситуации в своих частных интересах, так что гражданское население становится жертвой не только преступников, но морадирующих солдат или паравоенных групп, не имеющих отношения к армии. Во время подобных ситуаций особенно ощущается отсутствие государственных учреждений, которые имеют монополию на насилие и не позволяют одним гражданам применять насилие по отношению к другим по своему произволу.
Отсутствие монополии государства, участие негосударственных и частных актеров в современных локальных конфликтах порождает новые отрасли в «военной» экономике, которые призваны обеспечить деньгами и всем необходимым воюющие группировки. Появляются предприниматели и фирмы, которые начинают специализироваться на войне, как средстве получения денег. Так они могут заниматься подготовкой солдат, которых потом сдают в «аренду». Транспортные услуги могут предоставляться фирмами, доставляющими для воюющих сторон провиант, топливо и другие товары и даже вооружение. Эти фирмы, находящиеся в частном владении, иногда прикрываясь идеологическими лозунгами, собирают товары, полученные в результате разбоя и мародерства. В результате часть военных акций проводятся не для борьбы с противником, для грабежа населения, чтобы получить необходимые для войны финансовые средства.