Ты не на ту нарвался, черный дракон!

Глава вторая

Дыхание сбилось мгновенно, будто кто-то невидимый сдавил грудь стальной проволокой, а лёгкие заполнил густой туман, не позволяющий сделать даже маленький вдох. Пальцы судорожно вцепились в подол золотистого платья, собирая его в бесформенные складки. Стук сердца отдавался частым гулким эхом в ушах. Папин кабинет завертелся и начал расплываться мутными пятнами, превращаясь в пугающую пустоту.

Нет-нет-нет-нет!

Я снова, как наяву, видела жуткие, наполненные тьмой, холодные глаза чёрного монстра.

«Какая вкусная энергия…» — пронеслось в голове страшное воспоминание.

И сразу же следом другое, вплетающееся рефреном в мою неспокойную жизнь все эти пять лет: «Не скроеш-ш-шься! Вез-с-сде найду… вез-с-сде!..»

Безжалостная лапа вновь сомкнулась вокруг тела, холодные чешуйчатые пальцы давили всё сильнее и сильнее, до всепоглощающей боли, до хруста костей, до затопляющего разум отчаяния...

- Алина!

Я вскинула глаза, тяжело дыша, выныривая из липких, удушающих видений. Оказывается, отец уже был рядом, присел на корточки перед моим креслом, бережно сжимал мою ладонь в своих и пытливо, встревоженно заглядывал в глаза.

- Алина… Слышишь меня? Видишь меня? — настойчиво спрашивал он с нарастающим беспокойством. — Алина, всё хорошо! Ты дома, ты в безопасности, ты в порядке!

Я закрыла глаза, глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Раз, два, три… Нужно сосредоточиться. Концентрация. Защита. Контроль.

Я дома. Я в безопасности. Не в том разрушенном мире. Не в смертельной хватке чёрной твари.

Только в одном отец был не прав. Я не в порядке. И никогда уже не буду.

- Ты подумала, что это он?

Папа продолжал удерживать мои ладони в своих. Он баюкал их, как когда-то маленькую меня в своих надежных объятиях, и паническая атака отступила, оставила меня в покое. До следующего раза.

- Поэтому испугалась? Ты же знаешь, это невозможно, — папа говорил правильные вещи, разумные. Но от этого почему-то не было легче. — Тот дракон остался заперт в своем мире, помнишь? И должно быть, уже давно там умер. Ты же сама говорила, он был на грани в тот день, и твоей крови хватило бы ему ненадолго. Скорее всего, после твоего побега он снова ослаб. А новой исцеляющей крови ему было взять негде. К тому же, драконы не умеют создавать порталы, Алина. И порвать оболочку миров тоже не способны. Поэтому, дочь, не волнуйся и перестань о нём думать.

Я не смогла выдавить из себя ни слова, поэтому просто молча кивнула. И шмыгнула носом.

Папа прав. Абсолютно прав. Кто бы ни прорывался сейчас в Ку-Ай-Дэри, это точно не чёрная разрушительная тварь из Мёртвого мира. Не он. Не он.

Я пыталась убедить себя, повторяя это снова и снова, но сердце отказывалось слушать. Оно истерило. Заходилось в новой волне паники. И требовало сделать хоть что-нибудь. Вот прямо сейчас. Немедленно.

- Папа… а те разрывы… они не опасны? — спросила я, стараясь скрыть дрожь в голосе. — Ну… пусть это и не дракон, но кто-то же их делает? Что будет, если он добьется своего?

Отец усмехнулся.

- Не добьется. Думаешь, это так просто — проделать достаточно большой проход между мирами, чтобы в него прошел хотя бы человек? Ни у кого во всей Вселенной нет такой мощи, Алина. Поэтому я сказал королю, чтобы он бросил свою затею со скорой свадьбой. Пусть не порет горячку. А то придумал — нового Хранителя ему подавай… Ага, конечно, вот сразу же после свадьбы и предъявим его, уже взрослого и опытного.

Я хихикнула. Папа с облегчением улыбнулся, увидев, что его нехитрая шутка подняла мне настроение и окончательно привела в чувство.

- То есть разрывы небольшие? — всё же уточнила я.

- Крохотные. Ребенок, быть может, и пролезет. Или небольшое животное. Поэтому я на всякий случай выставил около них охрану. А через несколько дней они и сами зарастут.

Сами зарастут…

Хорошо, хоть так.

Потому что латать такие вот прорехи в оболочках миров попросту некому.

Мои давние спутники — стыд за прошлые ошибки и чувство вины за них же — ненадолго смытые волной панической атаки, медленно выползали обратно на законное место в моей душе. И прожорливыми червячками принялись за свою привычную работу — грызть меня изнутри.

Пять лет назад я зарастила бы эти дыры на пару мгновений.

А теперь всё, на что я годилась — выйти замуж и попытаться родить следующего Хранителя!

И то не факт, что получится.

Из кабинета отца я выходила в полном раздрае чувств.

Нет, я, конечно, заверила его, что полностью успокоилась и даже обещала подумать над желанием короля. Просто чтобы папа перестал волноваться о своей непутевой дочери и спокойно жил дальше. У него и без меня забот хватает.

А вот сама я больше не хотела прятаться от созданных мною же проблем за спинами родных. Не желала отсиживаться в защищенном от любых невзгод замке, когда моему миру грозила опасность.

Стремилась перестать быть бесполезной.

Словно пробудившись после пяти лет спячки, вдруг ощутила прилив сил и решимости.

В голове роились мысли, сталкиваясь друг с другом, словно обезумевшие мотыльки в банке. Эти разрывы не давали покоя. «Крохотные», — эхом отзывались слова отца. Крохотные? А если эти крохотные дыры — лишь прикрытие? Или аккуратная точечная разведка? Если за ними скрывается что-то большее — что-то, что умеет ждать, выжидать, накапливать силы?

Я сжала кулаки, пытаясь унять дрожь. Нельзя поддаваться панике. Нужно думать. Анализировать. Действовать. Но как? Я больше не та Алина, что могла одним взмахом руки открыть или запечатать любой портал, исцелить любую рану, остановить любую угрозу. Я — лишь тень той Алины. Сломанная кукла.

Но сидеть без дела и ждать, пока папа в одиночку разрулит неизвестную угрозу, больше не могла.

Нужно что-то придумать. Нельзя просто ждать, пока эти «крохотные» разрывы зарастут сами собой. Нельзя надеяться, что никто во всей Вселенной не сможет их расширить. Нельзя оставлять всю эту ответственность на плечах отца.

Я должна была что-то сделать. Неважно что. Неважно как. Но должна была попытаться. Иначе я просто сойду с ума.

В этот момент я приняла решение.

Я должна увидеть эти разрывы своими глазами. Я должна понять, что за ними стоит.

И если понадобится... снова сражусь с самой тьмой.

И на этот раз не позволю себе проиграть.

Глава третья

Через минуту я уже выстукивала брата из его спальни. Он открыл дверь и уставился на меня с недовольством и недоумением: заспанный, взъерошенный, укутавшийся в одеяло по шею.

- Аля, я вообще-то, отсыпаюсь после ночного рейда, — проворчал Аллард, обнаружив, кто стоит на пороге. — Мы с отцом всю ночь тех иномирных мелких тварей гоняли, я спать хочу!

Я хищно прищурила глаза.

- Иномирных?

Аллард охнул и зажал себе рот рукой, едва не уронив при этом одеяло, но было поздно. Слово сказано и услышано.

- Значит, — ядовито произнесла я, осознав, насколькобесполезной считают меня в этой семье, — если бы не матримониальные планы короля, вы с отцом и не подумали бы посвящать меня в крохотные дырявые проблемы Ку-Ай-Дэри?

- Какие планы короля? — тут же насторожился брат, подтягивая одеяло обратно на плечи.

- Те самые! — буркнула я. — Замуж меня выдают. За принца.

- В смысле? — опешил Ал. — Он же старый!

Вот что значит — на одной волне! У нас даже мысли сходятся, никакой магии не надо!

- Не тот принц, — хмыкнула я развеселившись. — Младший. Ты его видел когда-нибудь?

Аллард нахмурился.

- Нет, — поразмыслив, сказал брат. — Он как бы не сильно публичная личность. Даже в Столице не живет. Кажется у него свой замок где-то на задворках мира. И нет, он не в изгнании. Просто затворник.

- Имя-то у него есть? Или оно тоже скрывается от людей, как и его носитель? — вкрадчиво поинтересовалась я.

- Ой, Аля, да не помню я! — выпалил в сердцах брат. — Оно мне надо было? Я напарник Хранителя, главный боец Великого Мира! Мне вообще до лампочки, что там и как в их дворцах творится, и кто кому кем приходится. Знаю только, и то по роду службы, кто будет следующим королем и с кем потом защиту мира обсуждать, и это явно не младший принц.

Ну да, в этом мы с братом тоже сильно похожи. Нам обоим нет дела до дворцовых интриг и подробностей генеалогического древа монархов.

- Так, давай про замужество поподробнее, — Аллард уже смирился, что выспаться ему сегодня не судьба, а тут еще пикантные подробности будущей жизни старшей сестренки намечаются, и посторонился, пропуская меня в комнату. Правильно, такие важные разговоры в коридоре не разговаривают. К чему нам случайные лишние уши?

Я плюхнулась на его кровать, прямо на смятую простынь, а брат скрылся за широкой распахнутой дверцей платяного шкафа, сообразив, что щеголять в одеяле на голое тело перед сестрой — не самая правильная идея.

- Да папа тут решил порадовать меня новостями с утра пораньше, — заговорила я, стрельнув глазами на окно, откуда посылало лучи любви и добра послеполуденное солнце.

Ну, для только что проснувшегося и злого от недосыпа Алларда сейчас точно утро, раннее и далеко не доброе. Так что будем объективны. И солидарны.

- Короче, королю приспичило заиметь нового Хранителя. Вот прямо сию минуту. И на этой веселой ноте вернемся к началу нашей с тобой информативной и познавательной беседы, а заодно к причинам внезапных планов короля. Иномирные зверюшки, говоришь? Не сопи так сердито, Аллард, не ты проговорился, а папа уже рассказал мне о вашей великой тайной деятельности. Так что о разрывах я знаю.

Аллард с резким стуком закрыл дверцу шкафа и подошел ко мне. Ух, какой суровый взгляд, аж мурашки по спине! Он уже успел облачиться в серые домашние брюки и черную футболку, так похожую на земную, но сшитую из натуральных тканей нашего родного мира. Мой взгляд невольно скользнул по бледной полосе на его оголенном предплечье — глубокому рваному шраму, уродующему левую руку ниже локтя.

След от удара хвостом чёрного дракона, оставленный ядовитым шипом.

Аллард проследил за моим взглядом, его собственный стал тяжелым и тёмным.

- Зря отец рассказал тебе о разрывах, — произнес он недовольным тоном. — Ты же рванешь на них посмотреть, да?

- Разумеется, — не стала отпираться я.

За этим к брату и пришла. Отец меня и на пушечный выстрел к ним не подпустит и даже не признается, в какой части света искать.

Да, Ал знал меня чуточку лучше, чем папа. Сколько мы с ним приключений пережили, из скольких передряг вместе выползали!

- И сегодня как раз годовщина, — слова Алларда давили, будто многопудовые булыжники. — Я помню, Аля. Как я могу забыть?

А у меня сдавило дыхание.

Нет, это не паническая атака обвивала меня змеиными кольцами удушающего страха. На этот раз нет.

Из мрачных глубин памяти выползало воспоминание.

До сих пор не понимаю, как мы тогда спаслись. Как?!

Я ведь уже прощалась с жизнью. Сила Хранителя во мне была разрушена, обращена в ничто. Брат… что с ним стало, я видеть не могла. Ограниченный обзор на высоте нескольких моих ростов, сжимающаяся хватка чёрного дракона вокруг тела и его же ощерившаяся морда перед моим лицом не позволяли разглядеть что-нибудь еще, кроме этого безумного оскала смерти. Но подозревала, после услышанных звуков, не оставляющих сомнений в том, что с ним произошло — Алларда больше нет в живых.

И вдруг пальцы чешуйчатого гада разжались. Он отшвырнул меня, как нечто, вызывающее лишь отвращение.

- Нет! — взревел он, вспарывая этим воплем тишину Мёртвого Мира.

А я… не знаю, как смогла, как это получилось, но еще в полете, до удара о землю, от которого точно не смогла бы подняться на ноги, я обернулась драконом.

И только тогда больно приложилась спиной о камни. Но в драконьей ипостаси пережить такое гораздо легче. Я отчаянно забила крыльями, заскребла лапами и каким-то чудом перевернулась на живот. Чтобы тут же, пока разрушитель не опомнился, взмыть в воздух как можно выше.

А дальше — словно кадры какого-то жуткого фильма ужасов, короткие, быстрые, резко сменяющие друг друга в моей памяти.

Я вижу Алларда, в крови, с разодранными рукой и боком, ничком лежащего в сотне метров от разъяренного дракона. Подлетаю к нему, хватаю поперек тела передними лапами и несусь прочь из крепости, через разрушенный проход, мимо руин и скелетов древних зданий, к маленькому окошку оставленного мною, не закрытого до конца портала в родной мир. И понимаю: он слишком мал для моих теперешних размеров, не пролететь. А на оборот нужны драгоценные секунды, которых мне катастрофически не хватало. Потому что за спиной уже поднимается ветер от тяжелых гигантских крыльев моей антрацитовой смерти. А в моих лапах — тело брата, которого я ни за что не брошу в этом умирающем мире, даже ради собственного спасения…

«Стой!» — ревет бушующая буря позади меня, обжигая мозг телепатическим шипением. — «Золотая драконочка, стой!»

И тогда я приняла решение. Как оказалось позже — единственно верное в той ситуации.

Я проскочила над едва мерцающим в воздухе кольцом портала, успев бросить прямо в него, будто в прорубь, Алларда. Вернула себе человеческий облик и рыбкой, руками вперед, нырнула в него с другой стороны.

Прямо перед носом у взревевшего в бессильной ярости, упустившего добычу свирепого аспидного дракона.

«Не скроеш-ш-шься! — успело догнать меня затухающее, последнее напутствие чёрного разрушителя. — Вез-с-сде найду… вез-с-сде!..»

Зловещие слова, которые будут преследовать меня в кошмарах все последующие пять лет. Предупреждение. Обещание. Угроза.

Помню, как вывалилась в Ку-Ай-Дэри, прямо в теплые руки отца. Как последней искрой хранительской энергии, которая еще теплилась в моем организме, запечатала портал в тот мир, запирая в нем страшного дракона навечно. И как потом билась в истерике, понимая, что моя собственная реальность изменилась навсегда.

Брат выжил: я вовремя вытащила его оттуда. А папина кровь нейтрализовала яд от шипов и быстро исцелила ткани его тела. Но не до конца. Два жутких шрама — на руке и боку — остались вечным напоминанием о нашей подростковой глупости и безрассудной беспечности.

Мои повреждения тоже зажили. Даже следов не осталось. Но способности Хранителя так ко мне и не вернулись.

Первые дни я еще верила: чёрный мерзавец просто выключил мои силы на время. Так умеет делать моя мама, в этом ее уникальный дар. Одним прикосновением она гасит магическую энергию, и не важно, человек перед ней или артефакт. Но мамино воздействие недолговечно, магия обычно быстро восстанавливается, а у папы и вовсе выработался иммунитет, его загасить не так просто.

Поэтому я ждала. Ждала, пока дар Хранителя опомнится от перенесенного стресса, встряхнется и засияет ярче солнца — как и прежде.

Не засиял.

- Аля, это точно не тот мир, — покачал головой Ал, вырывая меня из воспоминаний. Как всегда, он пытался взять на себя роль здравого смысла. — Это я проверил в первую очередь. Там нет разрушений. И мертвой энергии тоже. Но даже если бы это был он… Нельзя нам туда соваться. Мы и в тот раз еле выжили. Да и зачем тебе тот мир, Алина? Силу это не вернет, только последнее потеряешь.

- Ты… побывал на той стороне? — напряглась я, выцепив в его словах самое главное.

Это насколько же «крохотные» дыры связали две реальности, если Аллард спокойно прогулялся через одну из них туда и обратно?

Папа не всё мне рассказал? Скрыл самое важное?

- Нет, конечно, — усмехнулся брат тоном «не говори глупостей». — Отец бы меня не отпустил. Кто знает эти непонятные разрывы, вдруг захлопнутся в самый неподходящий момент, и я застрял бы там навечно? Нет, мы запустили «разведчика».

Я кивнула, вспомнив об этом магическом артефакте, аналоге земных дронов. До потери контроля над порталами мы периодически отправляли такие штучки в Варгу, чтобы убедиться: колдуны враждебного мира по-прежнему запуганы и не готовят нового вторжения в Ку-Ай-Дэри.

Эх, сейчас такой фокус не провернуть, а жаль. Неприятно осознавать, что ты больше не знаешь, что творится в головах и пространстве бывших противников.

- А это, случайно, не Варга?! — дернулась я от внезапной догадки. — Не они?

Аллард покачал головой.

- Нет. Какой-то совершенно иной мир. Мы с тобой там тоже никогда не были.

В его глазах мелькнуло что-то, похожее на ностальгию. Надо же, а я была уверена, что по нашим вылазкам и приключениям скучала я одна. Алларду-то предаваться печали некогда, у него работы под руководством отца полно.

Кста-а-ти!

- Почему вы никогда не берете с собой меня, Ал? — тоскливо спросила я, понимая, что правдивого ответа на этот вопрос никогда не слышала. Одни отговорки. Аля, ты еще не оправилась от того, что произошло. Аля, ты еще слишком слаба. Аля, там слишком опасно для тебя. Аля, это дело не для девочек.

Аля первый год еще на что-то надеялась. Что однажды ее перестанут считать беспомощным инвалидом. Что ее опять начнут воспринимать всерьез. Что она пригодится… хотя бы такая.

Я просто хотела стать для всех нужной.

И хоть как-то загладить свою вину.

- Я ведь тоже дракон, — прошептала я, а взгляд сам собой пополз куда-то вниз и уперся в пол. — Да, это всё, что от меня осталось. Умение оборачиваться в огромную крылатую тварь. Я даже пламенем дышать не могу, у меня отняли и это тоже! Но я ведь могу летать! И драться! Я растеряла свои навыки сражений на мечах, потому что поняла — это тоже никому не нужно. И забросила тренировки. Но ведь когда-то умела владеть мечом не хуже отца! Не так, как ты, тут вообще вне конкуренции, но умела! Почему вы задвинули меня в самый темный, дальний, пыльный угол чердака, Ал? В наказание?

Брат не ответил. Он смотрел на меня долгим, нечитаемым взглядом. А когда я смирилась с тем, что мой вопрос опять проигнорируют, как сотни раз до этого, вдруг сказал:

- Хорошо. Полетели, я покажу тебе разрыв.

Глава четвертая

Как всегда, неся на себе всадника, я не стала подниматься слишком высоко в небо, чтобы не заморозить брата. Это для дракона, в его истинном облике, даже самый лютый холод — пустяк. Мы без труда летаем и в зной, и в стужу, с истинным наслаждением ловя крыльями редкие, скупые лучи зимнего солнца. А человек, тем более не маг, заледенеет под облаками в мгновение ока.