Ванара. Возвращение чудовищ

Вана не совсем понимала чавкающего Эгона, который взволнованно водил пальцем по деревянной перекладине. Не отрывая взгляд от городских ворот, она кивнула.

– Да, кардинал уже в городе.

Олаф и Эгон были ровесниками Ваны. Друзья знали друг друга с тех пор, как были совсем маленькими и вместе играли на улицах Аммерлинга, то и дело норовя попасть под лошадь.

– Этот дуралей Грегор остался помогать отцу прибираться в комнатах для гостей. Готов поспорить, его точно вырвет от омерзения.

Компания засмеялась, и Вана невольно сглотнула. В конце концов, она тоже приехала сюда для того, чтобы выполнить просьбу тёти Мильды. Но мясо она купила, а больше ничего и не нужно, верно?

– Эй, ты, проглот, оставь и мне немного!

Похоже, Олаф слишком жадно уплетал хлеб, что совершенно не нравилось проголодавшемуся Эгону. Только парни собрались устроить драку из-за последнего куска, как по городу снова разнёсся звон. На этот раз колокол ударил четыре раза, по одному удару на каждый постулат рыцарского кодекса:

Господу – слава,

Церкви – защита,

Драконам – смерть,

Слабым – оплот.

– Они здесь! – выдохнула Алина и заворожённо замерла, зарывшись обеими руками в свои длинные каштановые локоны. Вана тоже на мгновение затаила дыхание и сквозь извилистые деревянные перекладины посмотрела в сторону ворот. Ей пришлось выпрямиться и приподняться повыше, чтобы получше рассмотреть арену из-за собравшейся толпы зрителей. Если бы на этот раз городские ворота открылись, то не пустили бы ни конницу рыцарей, ни проезжих торговцев, ни повозки крестьян. Глашатай[1] Арма Санкторум громогласным голосом возвестил о прибытии новых участников.

– Благородные дамы и господа Аммерлинга. Почтенная знать и досточтимые отцы церкви Ной-Изендорна. И конечно, вы, жители города и гости со всех уголков страны. Сегодня этот день настал!

Публика разразилась овациями, и четверо ребят под трибуной подхватили общее ликование радостными возгласами.

– В этом году верховные главы церкви вместе с почтеннейшим кардиналом Харбингером избрали местами проведения Арма Санкторум города Карбенар, Хелу, Торнштадт и наш славный Аммерлинг!

Толпа снова взорвалась восторженным криком.

– Ура-а‐а, да здравствует Аммерлинг! – завопил Эгон, а Олаф, задрав голову, пытался поймать языком капли вина.

Вана сидела словно зачарованная. Совсем скоро она впервые увидит настоящих гладиаторов. Интересно, как они выглядят вблизи? А сколько их будет? Сгорая от нетерпения, девушка прикусила губу.

Тем временем глашатай носился по площади в своём пёстром наряде и как неистовый проповедник распалял толпу.

– Многие рыцари приезжают в Аммерлинг в этом году, и в жизни некоторых молодых людей скоро наступят перемены. Церковь нуждается в храбрых воинах, и только лучшие из них будут достойны носить гладиаторские доспехи и станут послушниками рыцарского ордена.

Вана вдруг подумала о старухе Трохтенштайн. Женщина-рыцарь. Какой вздор. Она стряхнула с себя нахлынувшую грусть.

– Сам дьявол посылает своё войско на наши земли, но Господь не оставляет нас. Ибо кого он дарует?

– ГЛАДИАТОРОВ! – взревела толпа.

– Стать Божьим заступником и носить священные доспехи, оберегая церковь, это не только великая честь. Это предназначение, самоотверженность и нерушимая вера. Готовы ли вы, почтенные жители Аммерлинга?

– ДА-А‐А‐А! – в один голос закричала публика вместе с четырьмя зрителями, незримо прятавшимися под трибуной.

– Тогда поприветствуйте: Служители нашей церкви. Каратели из Ной-Изендорна. Покровители всех верующих и обездоленных. Сокрушители драконов. Охотники на демонов. Гладиаторы!

Колокольный звон слился с ликующим рёвом толпы. Зажав уши, Вана повернулась к Алине, которая тоже затыкала уши пальцами. Эгон от волнения выронил недоеденный хлеб, а Олаф ещё крепче вцепился в перекладину. Вдруг всё стихло, лишь изредка раздавались шорох и покашливание. С грохотом и скрипом открылись городские ворота.

– Тум… Тум… Тум… Тум, – послышался мерный гул шагов.

Вана затаила дыхание, а вместе с ней замер и весь Аммерлинг. Теперь, когда все крики и приветствия умолкли, она смогла их увидеть. Ослепительно сияющие серебристо-белые доспехи. Казалось, что сам Бог пролил небесный свет на гладиаторов. Они входят в ворота. Воины-латники. Их боевые доспехи были больше и тяжелее, чем обмундирование простых рыцарей. Их плечи и грудь покрывали толстые слои брони, защищавшие от когтей и огня, а шлемы, по сравнению с латами, казались совсем крохотными. Ростом гладиаторы были выше трёх аршин, и, хотя их миссия и заключалась в том, чтобы уничтожать чудовищ, сами они напоминали демонов из потустороннего мира. Один за другим гладиаторы выходили на площадь в сопровождении оруженосцев и свиты.

Разумеется, Вана прекрасно знала, что у каждого из воинов есть любимое, избранное оружие, но на сегодняшнем шествии латники несли в правой руке своё привычное снаряжение – массивное драконье копьё. Внушительную процессию замыкали всадники и знаменосцы, и Вана была абсолютно уверена, что не видела в жизни ничего прекраснее с того дня, как на свет появился её жеребёнок Хикки.

С изумлённо раскрытым ртом Вана заёрзала из стороны в сторону, чтобы как следует разглядеть происходящее. В жизни это зрелище оказалось куда более захватывающим, чем она представляла в самых смелых мечтах.

Гладиаторы выстроились в шеренгу, и Вана насчитала шестерых. Оруженосцы и знамёнщики окружили их спереди и по бокам, а в сверкающих доспехах воинов отражались разноцветные флаги и вымпелы[2]. Впереди, зычно отдавая приказ, мчался всадник. Когда гладиаторы вскинули вверх руки с копьями, благоговейная тишина сменилась бурными аплодисментами и возгласами одобрения. Четверо тоже хлопали в ладоши и кричали, да так, что Олаф едва не свалился с деревянной перекладины, но Вана в последний момент ухватила его за пояс.

Воины сняли шлемы, и оруженосцы поспешили забрать снаряжение. Вана сосредоточенно моргала, вглядываясь в лица. За высокими наплечными доспехами было трудно различить не только лица, но и головы, но зато сейчас она могла рассмотреть первого рыцаря. У мужчины были тёмные, коротко остриженные волосы, и он приветствовал зрителей добродушной улыбкой. Его лоб блестел от пота.

– Чёрт возьми, не хотел бы я проверять, насколько жарко в этих штуковинах, – буркнул Олаф.

– Я слышал, что в доспехах есть какая-то особая магическая конструкция с охлаждением и усилителем мощности, поэтому их разрешено носить только избранным оруженосцам. – Эгон со знанием дела взглянул на воинов. Его с ранних лет привлекали ремёсла и изобретения.

– Какая разница? Ты посмотри, золотце, ну разве это не потрясающе? – Алина хихикнула и толкнула Вану локтем. В ответ девушка медленно кивнула, не сводя глаз с первого гладиатора в шеренге. Ей вдруг почудилось, что она ощущает на себе его взгляд. Тёплое чувство и дрожащая пульсация пронзили её грудь.

– Ох уж эти избалованные мелкие дворянские гадёныши! – выругался Олаф, когда детям знатных господ разрешили посмотреть на воинов вблизи.

– Не расстраивайся, обжора. У нас ведь тоже довольно неплохие места. Я даже вижу герб на плече переднего гладиатора. Всё-таки тут здорово, правда, Вана? Вана? – Алина сделала паузу, и теперь на лицах Эгона и Олафа читалась растерянность. Но Вана давно уже спрыгнула со своего деревянного насеста, и теперь слова Алины доносились до неё издалека. Она пригнулась, слегка поцарапав руку о балку, и принялась пролезать под передним ограждением трибуны.

Её сердце билось так отчаянно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Пока солдаты упорно пытались утихомирить взволнованных жителей и столпившихся детей знатных господ, Вана изо всех сил спешила на площадь.

«Скорее, я должна хотя бы раз увидеть их вблизи», – проносились мысли в её голове. Запыхавшись, она остановилась и бросила взгляд наверх. Яркое солнце ударило ей в лицо, поэтому пришлось прикрыться от него ладонью.

– Однако ты бойкая девушка. Как тебя зовут?

Вана не могла в это поверить. Гладиатор в самом деле обращался к ней!

– Я… меня зовут Вана. Ванара Эспершильд.

Кряхтя, рыцарь слегка наклонился. Должно быть, доспехи весили действительно немало.

– Рад знакомству, Ванара. Меня зовут Тамедиас. – Он протянул ей свою крупную руку, закованную в броню. Она была ледяной, как сталь, но всё же Вану пронзил жар, словно тысячи языков драконьего пламени обожгли её кожу.

– Я тоже хочу быть как вы… – Дальше она не смогла проронить ни слова.

– Ах ты, дерзкая дрянь! Кем ты себя возомнила, чтобы расталкивать маленьких герцогов? – Двое молодых стражников крепко схватили Вану за руки.

Неподалёку, рыдая в три ручья, стояли пухлые карапузы в роскошных камзолах. Один из них с головы до ног измазался в грязи, и теперь о его дорогом наряде можно было лишь догадываться.

– Эта гадкая белобрысая девчонка выскочила из-под трибуны и толкнула меня в лужу! – заголосил он.

Вана сделала удивлённый вид и с притворным изумлением взглянула на одного из солдат большими невинными глазами.

– Я? Ой… – Вана смущённо улыбнулась. Похоже, она была так взволнована, что на бегу случайно задела «светлое будущее Аммерлинга».

Солдаты грубо потащили её прочь. Взгляд девушки замер на латнике Тамедиасе, который, казалось, смотрел на неё со странным смешанным чувством любопытства и восхищения.

– Я ТОЖЕ ХОЧУ СТАТЬ ГЛАДИАТОРОМ!

В этом крике было всё, что должны были услышать все вокруг: весь её гнев, всё отчаяние. Он заглушал звон колокола, рёв толпы, все звуки в мире.

И всё же, беспощадно выставив Вану на посмешище знатным детям, стражники уводили её с арены. Словно в тумане, девушка слышала язвительные смешки солдат и прохожих. Она в последний раз взглянула на Тамедиаса, прежде чем оказалась у ворот. Улыбнувшись, рыцарь молча кивнул ей. В тот же миг Вану вытолкали за изгородь, где её уже поджидали ещё несколько солдат.

– Так-так, а кто это здесь у нас? Да это же наша красноречивая карманница! – Словно из-под земли, перед Ваной возник коварно ухмыляющийся граф фон Нау. – Вот так встреча! На этот раз кардинал тебя не спасёт.

– Я не виновата. Сейчас же отпустите меня!

Вана вздрогнула, увидев в тени трибуны испуганные лица друзей.

Граф приблизился к девушке и пронзил её злобным взглядом. Одной рукой он крепко схватил Вану за шею, а другой сорвал с её пояса кожаный мешочек и, наскоро осмотрев, заглянул в него.

– Что же у нас там такое? Откуда могут взяться такие деньги у такого отребья, как ты?

Он резко отшвырнул Вану, и девушке пришлось немного отдышаться, прежде чем закричать в ответ:

– Это моё! Я ничего не крала, спросите у мясника!

Граф сунул мешочек в карман своего мундира.

– Конфисковано. Можешь рассказывать свои сказки кардиналу, но меня ты не проведёшь!

И пока Вана бессильно чертыхалась, граф фон Нау отдал приказ солдатам:

– Отведите её в Гнилую башню. Один раз этой паскуднице уже удалось улизнуть, и теперь нельзя давать ей ни единого шанса.

Солдаты повели Вану дальше. И хотя они не переставали подталкивать её вперёд, девушка бросила на воинов прощальный взгляд. Стражники держали её с обеих сторон, расталкивая народ. Вану одновременно охватили ярость и отчаяние. Её вспыльчивый характер доставлял ей сплошные неприятности, и вот теперь ей приходилось горевать не только об отнятых деньгах, предназначавшихся для тётушки Мильды, но и о том, что она пропустит праздник, сидя в заточении.

В очередной раз огорчать тётю было ещё печальнее, чем провести Арма Санкторум в башне. Она опустила голову. Внезапно раздался знакомый голос:

– Вана, вот ты где! Господин Турин тебя уже по всему городу ищет. Ты что это вдруг снова решила нас бросить?

Перед двумя стражниками стояла Алина. С трагичным видом она скрестила руки на груди. Позади неё, странно мыча и дёргаясь, выстроилось несколько подростков с конопляными мешками на головах.

– О благородные господа, большое вам спасибо за то, что разыскали её. Господин Турин будет вам премного благодарен и непременно подарит вашему гарнизону бочонок медовухи!

Солдаты с недоверием посмотрели на Алину.

– Как это понимать? Эта дрянная девчонка – карманная воровка, к тому же нахально выбежала на площадь перед гладиаторами. Она отправится в Гнилую башню!

Алина была не только старше, но и немного крупнее Ваны, а её серьёзное лицо и тёмные локоны делали её совсем не похожей на давнюю подругу детства, которую Вана знала и любила.

– О, это так некстати! Знайте, что эта несчастная молодая особа, как и эти юные души, стоящие за моей спиной, страдает проказой и имеет привычку сбегать из приюта для больных.

Стражники сперва пристально посмотрели на Вану, а затем переглянулись. Алина продолжала:

– У неё редчайшая форма болезни, поражающая мозг. Эта юная дева считает себя рыцарем, и если вы присмотритесь, то заметите явные признаки. Вы только посмотрите, какие пятна на лице у этого бедного создания!

Стражники подняли Вану и недоверчиво уставились на неё.

– Это всего лишь веснушки.

Алина украдкой улыбнулась, после чего снова приняла скорбное выражение лица.

– Да, веснушки… Её бывший попечитель тоже так думал, пока эпидемия не уничтожила его вместе со всей деревней. С прокажённым нельзя контактировать слишком долго, иначе начнётся сущий ад! Мы вместе с господином Турином как раз собирались покинуть город, чтобы эти несчастные создания не смогли заразить гостей Арма Санкторум.

Брезгливо скривившись, солдаты отпустили Вану. Она решила подыграть и принялась издавать горлом клокочущие и хлюпающие звуки.

– О нет, кажется, у неё припадок. Нужно срочно сделать ей искусственное дыхание. Не могли бы вы помочь? Вы ведь, как доблестные солдаты городской стражи, наверняка знаете, как это делается, правда? Лично я не рискнула бы к ней приблизиться.

Стражники ринулись прочь, толкнув Вану на руки подруге и, отрицательно качая головами, направились к городским воротам, крикнув напоследок:

– Заберите с собой эту прокажённую дрянь, наденьте ей на голову мешок и проваливайте вместе с остальными полоумными к своему хозяину. Если вы снова попадётесь нам в городе, мы отправим вас на самое дно подземелья!

Когда солдаты скрылись из виду, ребята, а вместе с ними Олаф и Эгон, сняли с голов мешки.

– И почему сегодня все считают меня умалишённой? – Вана сперва насупилась, но потом благодарно улыбнулась и прибавила: – Спасибо вам. Я чуть было не попалась.

Отряхнувшись от пыли, девушка обняла друзей.

– Ты правда обезумела? Ты что, всё-таки хочешь оказаться в башне? – Алина сокрушённо покачала головой. – Ты понимаешь, что солдаты могли принять тебя за преступницу, а то и вовсе прикончить? Радуйся, что они не только наивные дуралеи, но ещё и должны были стоять на страже у ворот, чтобы охранять гладиаторов. С другими бы этот трюк не сработал.

Даже всегда весёлый Олаф помрачнел. Вана протестующе вскинула руки.

– Да успокойтесь вы, всё в порядке. Ничего особенного не произошло. – Её лицо озарила улыбка. – Не считая того, что я смогла поговорить с гладиатором!

Ужас от безрассудного поступка мгновенно развеялся, сменившись уже знакомым чувством гордости и восторга. Вана по-прежнему была одурманена эмоциями. С ней говорил Тамедиас, самый настоящий гладиатор! И конечно, сейчас надо было рассказать обо всём сгоравшим от любопытства друзьям.

Ребят прервал топот. Воины в окружении свиты направились к арене.

Вдруг Вана почувствовала, как кто-то дёрнул её за рубашку. Она обернулась, но, кроме шумной толпы, никого не увидела.

– Я внизу, растяпа!

Ване наконец-то пришла в голову мысль посмотреть вниз, и только тогда девушка заметила Саппо. Друзья тоже не сразу заприметили его.

– Ну, здоро́во, огрызок, как поживаешь? – небрежно бросил Олаф, пока Алина и Эгон закрывали гнома от наплывающей толпы.

– Не называй его так! – рассерженно крикнула Вана.

– Всё в порядке. Я бы тоже назвал тебя дылдой, но, пожалуй, для дылды ты умял слишком много хлеба и ветчины! – усмехнулся Саппо, и Олаф с примирительной улыбкой похлопал гнома по плечу.

Вана всё ещё была очарована невероятной встречей с гладиатором.

– Тётя Мильда отправила меня за тобой. Ты должна немедленно вернуться! – объяснил Саппо, моргая маленькими глазками. Яркий свет явно не доставлял ему удовольствия. – Она ужасно зла на тебя.

Вана закатила глаза и покачала головой.

– Зачем так спешить? Я же передала заказ господину Клёппелю. В чём проблема?

Гном потянул девушку за собой, к задней части городской стены, он был весьма силён для своего роста.

– А как насчёт того, чтобы зайти в пекарню? А про баночку специй ты не забыла?

Вана призадумалась, и вдруг её осенило. Из-за всей этой суматохи с её рыцарством, несчастной госпожой Трохтенштайн, гладиаторами и этим дурацким графом фон Нау она совершенно забыла об оставшихся поручениях тёти Мильды. В очередной раз.

Они прошмыгнули сквозь кусты, закрывавшие проход. Снаружи у стены стояла небольшая повозка, в которую был запряжён ослик Делби.

– Так я и думал. Давай поторапливайся. Купим всё недостающее на оставшиеся деньги и быстро домой. Мильда себе от злости места не находит. Сегодня на постоялом дворе соберётся куча гостей, так что нельзя терять ни минуты.

Вана замерла и обеспокоенно почесала затылок.

– Э‐э‐э, Саппо, насчёт денег. Возникла одна маленькая проблема.

Гном посмотрел на неё и покачал головой.

– Ты не шутишь? Ты что, всё промотала?

Девушка виновато потупила взгляд.

– Я правда ни в чём не виновата. Это всё мерзкий граф с его…

Саппо отмахнулся и взобрался на козлы, пока Делби жевал редкие пучки травы. Он поприветствовал Вану громким рёвом.

– Ладно. Просто не стоило отправлять тебя в Аммерлинг одну, без присмотра. Особенно когда в городе гладиаторы.

Гном осуждающе взглянул на Вану, дождался, пока девушка устроится в повозке рядом с ним и, смеясь, отвесил ей подзатыльник.

– Я пошлю в город ещё кого-нибудь из юнцов. Молись теперь, чтобы хлеб и специи не раскупили.

Вана потёрла ноющую голову.

– А как быть с недостающими деньгами?

Саппо ехидно усмехнулся.

– А это ты уже сама расскажешь Мильде. Я забочусь лишь о том, чтобы она не погрязла в долгах. Может, это послужит для тебя уроком.

Повозка с грохотом покатила по узкой тропинке вдоль городской стены, постепенно удаляясь от праздничного Аммерлинга.

Вана оглянулась назад. До неё всё ещё доносились отголоски шума, оваций и музыки. Уже сгущались сумерки, и насекомые сновали в оранжевых лучах заката. Девушка уже позабыла о неприятностях с заносчивым графом фон Нау и о том, что её едва не заточили в Гнилую башню.

– Саппо, сегодня я впервые в жизни увидела настоящего гладиатора. И он даже поговорил со мной! – восторженно прервала тишину Вана.

– И что же такого тебе сказал этот благородный Победитель Драконов? – проворчал Саппо, направляя повозку к просёлочной дороге.

– Он спросил, как меня зовут, а ещё я сказала ему, что тоже хочу стать гладиатором.

Саппо вздохнул.

– Ах, Вана. Глупая маленькая непоседа. Мы ведь уже не раз говорили об этом. Вся эта чепуха в твоей голове только прибавляет тебе лишних забот.

Вана откинулась на спинку сиденья. Из-за пропавших монет тётя устроит ей строжайший выговор, а может быть, даже отправит под домашний арест. Но сейчас ей хотелось думать не об этом. Она вспоминала сияющего, высокого и, самое главное, восхитительного гладиатора, рыцаря в доспехах – Тамедиаса со столь же дерзкой и добродушной улыбкой, которая, в свою очередь, тоже заставила её улыбнуться.

– Это того стоило!