Степень сжатия

Там, в Турции, после подъема на поверхность, Саша почему-то ощущал слабость и тошноту. Ему было настолько нехорошо, что пришлось воздержаться и от обеда, и от второго погружения. Он огорчился. Как обидно! С самого детства мечтал нырять в морские пучины, а когда такая возможность появилась, так оказалось, что он не годен для этого! Все остальные-то чувствовали себя вполне нормально!

И вот в Египте он решил попробовать еще раз. Вдруг тогда это была просто случайность?

Когда время пришло, всем отважным ныряльщикам раздали гидрокостюмы, более-менее подходившие по размеру.

Прыгая босяком по горячей гальке, и обжигая пятки, Саша натянул костюм, затем ласты. Инструктор помог ему и второму своему подопечному водрузить на спину баллоны, и закрепил на них прочные пояса, с тяжелыми, свинцовыми грузами. Пятясь, они втроем вошли в воду.

Надо же! На этот раз все прошло замечательно! Саша легко продулся, и ни что не мешало ему наблюдать мир Красного моря! Это было великолепно! Очень скоро он понял, что этот подводный полет, стал самым лучшим, самым красивым и волнующим приключением, не только в этой поездке, но, пожалуй, и во всей его жизни! По сравнению с этим, плаванье с масочкой по поверхности – было просто детской забавой!

Он видел ската, видел крылатку, видел совсем близко, рядом, но даже не в этом было дело, а в том, видимо, что на время, он как бы слился с подводным, сказочным миром, будто стал ненадолго его частью, и это было прекрасно!

Все! Собственно, он полагал, что на этом его подводные приключения и закончатся. Мечтал увидеть тропическое море, кораллы, рыбок? Увидел. Мечтал нырнуть с аквалангом? Нырнул. Ну, и замечательно! Хорошенького, как говориться, понемножку! Впереди его ждали еще призраки пирамид! Его вторая и, наверное, более важная мечта!

Вообще, это был сезон «сбычи мечт»! Говорят, лучше мечтам оставаться мечтами. Может и правду говорят?

***

Автобус отправлялся в час ночи. Начиная с половины первого отбывающие на экскурсию в Каир начали собираться в огромном, и по причине ночного времени полутемном фойе отеля. Саша со Светланой и сыном сидели на циклопическом диване, перед исполинским, мраморным журнальным столом (сказать столиком – не поворачивается язык!), ребенок дремал, взрослые курили, ждали.

Около часа появился гид и пригласил всех пройти в автобус.

Предполагалось, видимо, что в пути туристы будут спать и утром прибудут в Каир отдохнувшими и свежими, но на деле, все получалось несколько иначе.

Сначала автобус долго кружил по Шарм-эль-Шейху, собирая людей из разных отелей. Спать никому не хотелось. Потом, когда двинулись, наконец, в дорогу и кое-кто начал дремать, все были разбужены на блокпосту для проверки паспортов. Затем, вроде, уже ничто не мешало забыться, но начало светать, а за окном, в фантастическом, неземном каком-то освещении оказалась песчаная, настоящая пустыня, прямо, как с картинки из школьного учебника географии и невозможно было на это не смотреть!

А после тоннеля под Суэцким каналом была остановка в придорожном кафе, не рафинированном, сделанном для туристов, а видимо, обычном, Египетском. Там не было кондиционера, зато, были зеленые, грязные, пластиковые столы, духота, мухи, короче – Африка, такая, какой Саша себе ее и представлял.

После этой остановки сон уже пропал совсем и до самого Каира все глазели в окна на бесконечные заборы аэродромов, танковых полигонов и прочих военных объектов, коими Египет оказался на удивление богат. Когда же автобус, наконец, въехал в Каир, то Саша просто обалдел от этого невероятного города и до самой Гизы не мог закрыть рот, раскрывшийся от удивления!

Вспомнились ему сцены из многочисленных, похожих один на другой американских фильмов, где такой классический, красивый кино-блондин, с серыми глазами и волевым подбородком, разведчик, или преступник, или журналист, а чаще, все это сразу, одетый в джинсы, кроссовки и Т-шотку, с такой, дорожной сумкой на ремне, как вариант, с фотокамерой, шагает по тротуарам некоего восточного города, где с ним должно что-то такое произойти.

И вот город этот, он ему ну, совершенно чужой! Будто он пришелец с другой планеты! В этом городе все не так! Не такие, как в «нормальных» местах люди, на них не такая, как на нем одежда, у них другие глаза!

Дома не похожие на те, что строят в «цивилизованных» странах. Мечети. Много, очень много мечетей.

Плотнейший транспортный поток, а в нем старые автобусы битком, и народ свисает из незакрытых дверей. Раритетные машины, повозки влекомые ослами, велосипеды, грузовики, набитые под завязку бог знает чем. На тротуарах пешеходы в халатах, женщины в черных платках и хиджабах, лавки и сидящие возле них на корточках мужчины с чаем, с сигаретами, с кальянами.

Недостроенные дома без крыш и окон в которых уже кто-то живет и ветер треплет белье на веревках.

Вдруг, около Нила, поля прямо посреди города!

И современные небоскребы рядом, и старинные дворцы, и вполне европейские 19-го, видимо, века жилые дома. И кучи мусора на тротуарах, и тут же козы его жуют. И над всем этим солнце, огромное, испепеляющее. Короче – ад, как он есть!

Вот таким увидел Каир Саша. Не удивительно, что он совершенно обомлел!

Автобус перевалил по мосту через широченный, мутный и знаменитый Нил. И наконец, за окном появились долгожданные пирамиды!

Когда туристы вышли на улицу, и кто-то закурил, а кто-то начал разминать затекшие от долгого сидения ноги, оказалось, что за пределами кондиционированного салона очень даже жарко, но поначалу Саша не обратил на это никакого внимания.

Еще бы! Его мечта осуществлялась! Прямо в реальном времени! Он смотрел, смотрел своими, собственными (понимаете ли, вы?) глазами на Великую Пирамиду Хеопса! И тут, впервые, странное, неуловимое чувство, которое уже неоднократно возникало у него во время этого Египетского отпуска, он сумел поймать за хвост, удержать и осмыслить.

Это было, оказывается, просто ощущение некоторой нереальности происходящего. Ощущение, какой-то отстраненности. Будто это не он, Саша, смотрел на пирамиду, а словно бы он смотрел фильм про кого-то, кто смотрит на нее. А чуть ранее, это был фильм, про погружение с аквалангом, про людей, едущих на верблюдах берегом Красного моря.

Да! Именно отстраненность! Египет был отдельно, Саша отдельно. Если разобраться, ничего удивительного в этом не было.

Он был турист, на минуточку попавший в новую для него и совершенно чужую страну. Он даже не погружался в ее жизнь. Он был даже не дайвер в море, тот хоть и берет с собой в чужую среду запас воздуха, хоть и защищает лицо маской, но он ПОГРУЖАЕТСЯ в море! Он ощущает его температуру, плотность, вкус и цвет. Он движется вместе с морем. А турист от агентства «Тез-тур», не подводный пловец, и даже не пассажир развлекательной субмарины, он посетитель океанариума.

Он прибывает на Синай не пешком, а при помощи авиалайнера (обычно, американского производства) и сразу же, толком не ощутив жару, попадает в совсем не характерное для этой страны модное здание аэропорта, где неустанно трудятся кондиционеры. Затем, автобус (изготовленный в Германии или по германскому рецепту), опять же с искусственной прохладой в аккуратном салоне, доставляет его в совершенно силиконовый отель, который находится в таком же синтетическом, созданном специально для туристов городе Шарм-Эль-Шейхе. И городом-то назвать Шарм сложно, ибо город это состоит из одних отелей.

Потом, на экскурсиях, такие же невсамделешные автобусы, перемещают его от одного красивого места к другому.

Таким образом, турист видит не Египет, а только то, что ему считают нужным показать. То, что с его согласия, и для его удовольствия ему втирают под видом Египта!

Эта простая мысль созрела и оформилась в Сашиной голове гораздо позже, а в тот момент, стоя у подножья пирамиды, он просто отметил, что, похоже, это продолжается просмотр передачи «Клуб кинопутешественников», подумал, что это забавно и тут же забыл о своем мимолетном откровении.

Нет! Ни на секунду не удалось ему проникнуться настроением, которое пристало бы такому значительному моменту. Моменту воплощения мечты! Не смог он прочувствовать, преклониться, ощутить. Не судьба было.

К ним тут же пристали с навязчивыми предложениями купить открытку, сувенирчик, прокатиться на верблюде, сфотографироваться. Стоило отбиться от одного, тут же подходил новый «бизнесмен».

Вокруг пирамиды было нереальное количество туристов, продавцов, верблюдов, мусора и верблюжьего дерьма. Отступив назад от сильно наседавшего торговца «подлинными» папирусами, Саша вляпался в это самое дерьмо, и долго, раздраженно вытирал сандалию о древние камни. Настроение у него подпортилось и он, решив сэкономить 50 долларов, не пошел внутрь пирамиды Хеопса. Кто бы мог подумать, что его остановит такая невеликая сумма?! Конечно, дело было не в деньгах. Деньги стали, скорее, оправданием отказа. Почему-то ему туда совершенно не хотелось, и, кажется, верблюжье дерьмо тоже было не причем.

Почему, вдруг, не захотелось? А бог его знает! Но не захотелось так сильно, что будь его воля, он, возможно, тут же покинул бы и вожделенные пирамиды, и безумный этот Каир и возвратился бы скорее в Шарм-эль-Шейх на берег Красного моря.

Но, поскольку возможности сбежать не было, пришлось действовать Саше по схеме, намеченной для него туроператорами. Они обошли пирамиду кругом, не особо понимая зачем. Собственно, она со всех сторон была одинаковой.

Можно было бесплатно войти в маленькую, притулившуюся подле большой, пирамидку. Вроде как она принадлежала жене фараона, то ли Хеопса, то ли какого-то другого, кажется, гид толком и сам не знал. Ну, что ж, они зашли.

Низкий и узкий тоннель круто спускался вниз, под землю. Для удобства туристов, каменный пол был закрыт досками с приколоченными к ним деревянными поперечными планками. Тоннель был метров десять длинной, в конце его оказалась довольно просторная погребальная камера, освещенная электрическими лампочками. Ничего примечательного. Просто душный каменный мешок, из которого хочется скорее выйти.

Затем, была пирамида Хефрена. Ее спокойно можно было пропустить, потому, что какая разница? Пирамида чуть больше, пирамида чуть меньше.

Не нравилось, что-то Саше здесь, а Светлане не нравилось еще больше. У нее была чуткая к черным энергиям душа.

Во время осмотра сфинкса, стало уже невыносимо жарко, страшно хотелось пить, и что бы там не рассказывал гид, это уже не представляло ровно никакого интереса, а сын уже откровенно требовал кока-колы и желал идти в автобус, там хоть прохладно!

Еще их отвезли в галерею при фабрике папирусов и в салон при фабрике парфюмерии. Вот в салоне парфюмерии оказалось хорошо! Там было прохладно, там приятно пахло. Их усадили на диваны и угостили ледяным каркаде. Они даже купили что-то для Светланы, возможно, как раз потому, что никто не настаивал на покупке, а просто хорошо владевшая русским языком, приятная пожилая женщина, сладко рассказывала про различные благовония и предлагала понюхать.

А потом был Каирский музей, и в нем было душно, и там было такое количество, вынесенных из гробниц, статуй, сосудов, саркофагов, фигурок, что все это смешивалось в голове в один страшный, абсолютно нечеловеческий, пахнущий тысячелетней смертью ком!

– Я хочу уйти отсюда! Все это не для живых! Неужели никто не чувствует! – прошептала в конце концов Светлана.

Перед отправлением в обратный путь их покормили в плавучем, с видом на Нил, ресторане. Покормили довольно скверно, а Нил, как выяснилось, пахнет похуже Яузы, и Саша со Светланой порассуждали за обедом на тему: «… а водятся ли еще в этой реке крокодилы? Вроде, как должны». Крепко подумав, они решили, что в верхнем течении, наверное, а здесь уже конечно нет.

На обратном пути, когда дорога ушла в сторону от Суэцкого залива и безвозвратно канула в пустыню, а на землю спустилась темнота, Саша задремал. Это был не глубокий, тревожный, поверхностный сон.

Во сне этом, он мучительно медленно, на ватных чужих ногах двигался по какой-то тропинке, в сумерках, в незнакомой пустынной местности. Он не знал куда и зачем идет, он просто зачем-то двигался вперед, потому, что так надо. Зачем надо? Этот вопрос во сне не пришел ему в голову. Казалось, самый воздух вокруг был пропитан мукой и тоской. Саша не знал, когда он начал этот путь и завершит ли его когда-нибудь.

Внезапно, он остановился, как вкопанный. Дорогу ему преградил Анубис. В этой своей ипостаси он был не человеком с головой шакала, а просто немного странной, остромордой черной собакой, но Саша, почему-то, точно знал, что это он, Анубис – древний бог, правитель запада, проводник душ в царство усопших. Во сне он не показался Саше ни страшным, ни величественным.

– Здравствуй! – сказал Саша, ему вдруг стало легко, вся тяжесть странного сна мгновенно исчезла – Ты уже за мной?

– Даже не мечтай! – запросто ответил бог – Не так быстро!

– Тогда зачем ты пришел? – спросил Саша и добавил без всякой связи – Знаешь, ты похож на мою собаку. Только ты черный.

– Черный – это неполиткорректно! – Анубис явно дурачился.

Саша засмеялся. Засмеялся легко и беззаботно, как в детстве.

– Почему мне весело с тобой? – поинтересовался он и совершенно не смутился наивностью своего вопроса.

– Потому, что ты, узрев Владыку Запада, немедленно размечтался о конце земного пути, освобождении и вечном блаженстве, но, как я уже сказал, рановато.

– Рановато? Но… но раз я тебя вижу, значит… значит все это правда существует? Боги, загробный мир, рай, ад? – спросил Саша, волнуясь.

– Ой, как скучно! Не ожидал от тебя! Надеюсь, ты не вознамерился цитировать все неправильные греческие переводы неправильных книг евреев? Пожалей мои чуткие уши! Молчи и слушай. Как ты верно догадался, я пришел не просто так. Я хочу предупредить тебя и дать тебе шанс. Скоро кое-что будет тебе показано. Постарайся не пропустить и сделать выводы.

– Ты решил дать этот шанс именно мне? – спросил удивленный вниманием бога к своей персоне Саша.

– Разумеется! А то кому, если я пришел к тебе?

– Неожиданно! А что это за шанс?

– Шанс изменить кое-что в твоей истории. Только и всего.

– Только и всего? Спасибо. В какой истории?

– В твоей. В той, которую ты пишешь каждый день и каждую минуту!

– Это в жизни что ли?

– Ты невероятно догадлив! – Анубис явно глумился.

– Чем я заслужил такое внимание?

– У тебя потрясающее самомнение! Ты возомнил, что шанс будет дан только тебе? Или, что ты, как минимум один из немногих?

– Да. Я так понял. – смутился Саша.

– Знаешь, вы все забавные! Каждый по-своему, но смешные все! Разумеется, шанс дается каждому.

– Ты приходишь ко всем?

– Конечно! Конечно я прихожу ко всем, но каждый видит меня по-своему. Кто-то видит светлого ангела, кто-то пророка, кто-то Будду с огромным количеством рук, а кто-то Анубиса похожего на его собаку. Я есьмь Альфа и Омега! Кажется, так в вашей любимой книге? Забавно, что в еврейском алфавите, на котором написан оригинал, если он существовал, нет буквы альфа, а уж тем более буквы омега!

Сказав это Владыка запада почесался совсем по-собачьи. Саша засмеялся и проснулся.

Автобус стоял около блокпоста. Светлана дремала, прислонившись головой к стеклу. Спали практически все пассажиры. Передняя дверь была открыта, оттуда доносился приглушенный разговор на арабском. Водитель и охранник, что-то отвечали на вопросы офицера.

Саша так и не понял, кто эти люди в форме на блокпостах? Армия? Полиция? И зачем они вообще нужны, эти блокпосты в мирной, вроде бы, стране?

Паспорта проверять не стали, дверь закрылась, и автобус двинулся, набрал скорость, понесся к уже совсем недалекому Шарм-эль-Шейху.

Почему-то Саша больше не хотел спать, он смотрел в окно, на проплывающие мимо придорожные фонари, пальмы, спящие отели и было ему грустно. Очень! Щемяще грустно!

Он подумал, что грустно ему от того, что заканчивается отпуск. Еще один день, одна ночь и все…

И тут же понял, что нет! Грустно ему не поэтому, точнее, не только поэтому. Что-то еще другое, шевелилось в душе, острыми кошачьими коготками царапало сердце. Что же?

Вдруг, вспыхнули в подкорке огненные буквы альфа и омега, и тут же вспомнил он свой сон, и понял, что более всего беспокоит его именно буква омега! Безусловно, именно она рождала эту грусть и безысходную тоску!

Но почему? Кажется, это была просто шутка черного пса Анубиса, который к тому же приснился. Эта буква символ конца. Незавершенный круг. Это еще логотип знаменитой швейцарской часовой фирмы. Почему именно эту букву они выбрали? Просто красивый символ? Она символизирует конец, а время будто бы бесконечно. Странно. Почему именно омега? А может, правда мы что-то, когда-то неверно поняли? И омега означает вовсе не конец, а наоборот, бесконечность? Точнее, незавершенность? Незавершенный круг, концы которого никогда не сойдутся, бесконечное рисование невидимого круга часовой стрелкой на циферблате вечности? Может быть. Все может быть, но почему мысли об этом рождают такую грусть?

Наверное, я просто устал – подумал Саша – Да еще все эти саркофаги, мумии. Тут не только Анубис приснится! Да и не какой это не Анубис, а просто мой пес, только почему-то черный.

Саша снова проснулся, когда автобус остановился у стеклянных дверей отеля Sea Club.