Призраки и духи развалин замка Рагнит

Леонид еще раз выглянул, двор был пустынен. Выходить не очень-то хотелось. Он боялся, что выйдя за пределы стен замка, то вновь попадут в пекло сражения и какой-нибудь рыцарь снесет им головы.

– Лучше пройдемся по замку, а то не хочется столкнуться с сумасшедшим рыцарем. Хорошо, что не без головы. Тогда точно было бы жутко.

– А я думаю, что лучше прогуляться и выйти к воротам. На улице можно увидеть и спрятаться. А в замке можно потеряться. Мы можем по стенке двигаться и если что-то увидим страшное, то быстро спрячемся.

– О, нет! Стены защищают. Я чувствую безопасность, когда нахожусь внутри. На улице ты открыт со всех сторон и некуда спрятаться, кроме как упасть на землю и ползти. Тем более я очень боюсь, если честно.

– Ладно. Возможно ты прав.

Все сооружения замка по его периметру казались вымершими. Черные глазницы окон и арок, проломов и пробоин производили жуткое впечатление. И только ветер гуляющий по замку, летающие птицы и снующие мыши свидетельствовали о том, что среди зловещих развалин присутствует жизнь и какое-то движение. Словом, история замков очень интересна, а сами они окружены какой-то странной притягательной атмосферой. Смотришь на них и думаешь: и что хорошего – развалины, груды камней, но отчего-то и почему-то хочется побывать. Конечно, хочется побывать не в темную ночь, а где-то вечерком, когда поменьше людей и насладиться тайной, загадкой, которую хочется разгадать. Руины замков – это очень интересное, необычное место, но во время пребывания здесь часто посещают мрачные мысли, но тех кто любит приключения появляется азарт авантюриста. Чрезмерно впечатлительный человек вряд ли сможет провести здесь несколько часов.

– Жутковато! – прошептал Виктор и его слова эхом отозвались, – но очень интересно. Я бы днем с удовольствием погулял, а вот ночью страшновато столкнуться с привидениями.

– Согласен. И куда девался выход? Словно кто-то не желает нас отсюда выпускать.

– У меня адреналинчик уже зашкаливает, представляешь? – стараясь осветить путь тусклым светом. Фонарь мигал как в фильмах ужасов.

– Такое чувство, что мы с тобой в подземелье, а не наверху.

– А как мы попали подвал замка, если все время были на поверхности?

– Не знаю.

– Точно как в фильме ужасов!

– И что тебя так тянет говорить на эту тему?

– Потому что в фильмах именно так и начинается. Сначала попадают в подвал, потом начинают поиски выхода, мигает фонарь, кругом тьма.

– Боятся, это абсолютно нормально. Даже если отбросить все прочие невероятные и странные обстоятельства, все равно, оставаться ночью в заброшенном замке опасно.

– Ты только сейчас понял, что ночью здесь делать нечего? А до этого прямо тащил меня сюда, чтобы поискать клад. Странный ты Леонид!

– Что странного?! Я не думал, что тут начнутся спектакли со сражением. Насчет фильмов ужасов, то именно хочется поговорить, потому что страшно. Клин – клином выбивают. Не хотелось бы попадать в такую же историю как в ужасах. Хочется все обдумать, чтобы избежать встречи с монстрами.

– Сейчас время такое, что мы вряд ли столкнемся с монстрами.

– Мы уже с тобой столкнулись.

– Будем думать, что это спецэффекты для посетителей. Инновационные изобретения никто не отменял. Возьмем певцов: Майкла Джексона, Тупака Шакуру, которые пели со сцены, хотя их уже нет. Сейчас технологии не стоят на месте, они движутся с огромной скоростью. Именно такая голограмма в воздухе является отличным решением для успешного показа битв и сражений посетителям таких замков. Это же бизнес! Может кто-то случайно включил диапроектор.

– Будем надеяться, что это была голограмма сражений из какого-нибудь исторического фильма.

– Ты хоть что-нибудь помнишь из истории замка? Ну хотя бы когда он был построен и кем?

– Рассказывал же, что замок переходил из одних рук в другие и его много раз переделывали. А также говорил, что что-то помню, а что-то не помню. А ты хоть помнишь историю немецкого ордена?

– Частично. Я спрашиваю, чтобы скрасить немного наше присутствие. Страшновато же. Хоть за разговором мы быстро найдем выход.

Тевтонский орден обрел мрачную славу в Европе. В 1143 г., Иерусалиме появился первый немецкий госпиталь, который от папы римского получил предписание подчиняться госпиталю Иоаннитов. В ноябре 1190 года во время осады Акры купцы из Любека и Бремена основали полевой госпиталь для немецких солдат. Герцог Фридрих Швабский (сын Фридриха Барбароссы) образовал на его основе духовный орден, во главе которого был поставлен капеллан Конрад. Уже 6 февраля 1191 г. папа римский Климент III одобрил основание нового ордена, а в декабре 1196 г. другой папа, Целестин III, утвердил его в качестве духовно-рыцарского. Его официальное название теперь было таким: «Орден братьев госпиталя святой Марии Немецкого дома в Иерусалиме» (Ordo domus Sanctae Mariae Teutonicorum in Jerusalem). С этого времени у ордена появляется собственная армия и военные функции становятся для него основными. Тогда же ордену была дарована привилегия, освобождающая его от власти епископов и позволяющей самостоятельно выбирать магистра. В отличие от тамплиеров и госпитальеров, которые подчинялись лишь папе, Тевтонский орден был подвластен также императору Священной Римской империи. Согласно уставу ордена, его члены должны были соблюдать обет безбрачия, безоговорочно подчиняться старшим и не иметь личной собственности.

– Ну, тогда я бы не хотел быть рыцарем Тевтонского ордена.

– А мне бы понравилось служить в этом ордене.

– Почему?

– Никто тебя не третирует, дети не обременяют. Занимаешься только походами.

– А кто круче тевтонцы или тамплиеры?

– Мне кажется, что оба ордена отличные. У них одна была задача завоевать страну и покорить народ. Вот они и пришли на прусскую землю, чтобы покорить племена, населяющие эти земли и крестить народ. За замок Рагнит на поле боя погибли Великий магистр Ульрих Юнгинген, Великий маршал Фридрих Валенродт, Великий комтур Куно Лихтенштейн. Вместе с ними погиб и комтур Рагнита Конрад Валенфельс со своим отрядом.

– Все же жить в тот период было интересно.

– Ты думаешь? А вдруг бы ты родился в крестьянской семье?

– Думаю, что родился бы сразу же в доспехах. – рассмеялся Виктор

– Рыцарем захотел родиться, а сам историю возникновения орденов не знаешь. Ты хоть знаешь, что о рыцарях только мифы одни? Этот образ был создан благодаря литературным произведениям и фильмам. Однако на самом деле в Средние века рыцари не могли похвастаться романтичностью и не стремились к красивым поступкам. Рыцари были жестокими и грубыми с женщинами. Причем даму не завоевывали в привычном для нас смысле, а выигрывали в своего рода турнире. Женщина автоматически переходила победителю. Ее мнение рыцарей совершенно не интересовало. Знания современного человека о рыцарях очень ограниченные. Люди не имеют представления о многих важных деталях.

Возник рыцарский роман на севере Франции. Он ближе по содержанию к лирике трубадуров тем, что в нем непременно присутствует тема возвышенной любви, служения Прекрасной Даме. Самым первым материалом для этой литературы стали античные времена, где можно было найти сюжеты, совмещающие и любовную тематику, и самые невероятные, фантастические приключения, вполне перекликающиеся с рыцарскими идеалами средневековья.

– Знаю, знаю! Это все легенды и мифы. Особенностью рыцарских романов является то, что происходят приключения в фантастических странах или в незапамятные времена. А то, что ты говоришь, то это же круто! Завоевывать даму и не нужно никаких ухаживаний. Это по мне. А то ходишь вокруг да около, чтобы привлечь к себе внимание. Да еще они и капризничают. Эх, здорово было в рыцарское время. А ты откуда знаешь про рыцарей?

– Вот тут-то я знаю, потому что читал о них. Ты как думаешь, какие они были ростом?

– Такие как я, примерно 164. Если смотреть на доспехи, то точно низкорослые.

– Верно. Прежде чем стать рыцарем человек длительное время тренировался. Чаще всего процесс начинался еще в детстве, в возрасте 7 лет. Дети из дворянских семей, которым прочили военную карьеру, должны были ежедневно заниматься. Посвящение в рыцари происходило, когда юноша достигал 12-13-летнего возраста. Однако спустя время процедура была сдвинута. Впоследствии молодых мужчин посвящали в рыцари в возрасте – более 20 лет.

– А правда, что у рыцарей было право первой ночи?

– Существует много теорий – делалось ли это просто ради процесса, либо из каких-то практических соображений. Одной из самых достоверных является теория, согласно которой, так как феодал обычно являлся самым сильным и происходил из знатного рода, соответственно являлся носителем самых лучших генов. Но, они забывали про детей, которые появлялись после этой ночи.

Фонарь тускло освещал кирпичные стены по сторонам. И было непонятно, где конец этому коридору, где выход, потому что окружала их непроглядная тьма. Здесь гораздо сильнее чувствовалось, что это старинный замок. Дух замка и прошедших веков начинал уже выбираться наружу и коснулся их едва уловимым движением. Мощные стены замка окружали их со всех сторон, давая возможность воображению дорисовывать все то, что было утрачено за прошлые столетия и последние десятилетия. Вдруг Виктор почувствовал легкое прикосновение. Он даже вздрогнул от этого ощущения.

– Это ты меня задел? – испуганно спросил Виктор.

– Нет. А что?

– Такое чувство, что кто-то по моей душе прошелся.

– Не пугай. И без того страшно.

– Ты же сам сказал, что здесь нет ничего и никого. Может это просто ветерок? Как никак заброшенный и никому не нужный замок.

– Говорят, что здесь обитают призраки как во всех европейских замках. Может это беспокойная душа ребенка?

– Какого ребенка?

– Да девятилетний мальчишка тут погиб.

– Думаешь, что он хочет нам отомстить?

– Как он будет нам мстить, если в его смерти мы не виноваты. Может он хочет нам что-то сказать или показать.

– Тоже скажешь. Вон в фильмах души беспокойных почему-то мстят людям, которые не причинили ему зла. Вспомни фильм «Звонок» или «Проклятие». Она как одержимая убивает всех без разбора, виноваты они или нет. А про сожженных ведьм, которые мстят всем и за что спрашивается.

– Это фильмы ужасов. Что такое фильм ужасов? Это продукт, который должен пугать, шокировать, запускать выработку адреналина в крови у зрителя. Я не совсем понимаю, когда к фильмам ужасов предъявляют завышенные требования. Если не будет сюжета, то и зрителей не будет. А здесь мы с тобой не в фильме снимаемся. Нужно учитывать, что замок пуст и открыт всем ветрам, дождю, поэтому мы слышим каждый шорох, который нас пугает.

– Я понимаю, что наше подсознание дает сигнал мозгу и что с этими созданиями лучше не иметь дела. Я же не такой придурок, что совсем не понимаю. А поскольку мозг реагирует на ужастики не всегда адекватно, то подает соответствующие сигналы тревоги нервной системе. И та иногда не выдерживает.

Ужасы про призраков – одна из излюбленных тем голливудских кинорежиссеров. Во время просмотра таких картин, как правило, у слабонервных начинают ползти мурашки по коже. Именно поэтому фильмы про призраков остаются одним из востребованных направлений хоррора. Почему мы любим смотреть фильмы ужасов? Когда мы смотрим триллеры и ужасы, то мы испытываем стресс или по-другому названный кинематографический невроз. Наиболее важные части фильма ужасов или триллера это неопределенность и развязка неопределенности. Неопределенность создает напряжение, страх, а развязка их устраняет. И никакие цивилизованные достижения не приглушили страх перед призраками – такие фильмы, как «Заклятие» и «Астрал», становятся «блокбастерами» и порождают сериалы. Чем больше страх и неопределенность и чем лучше «хэппи-энд», тем большую эйфорию мы испытываем. А если страх и неопределенность не привели к «хэппи-энду», то ждет большое разочарование и дисфория.

Страх, который мы испытываем в кинотеатре имеет терапевтическую ценность для тех, кто страдает повышенным уровнем тревожности: ужас прямого действия вытесняет отвлеченные и абстрактные переживания. Острые ощущения нам необходимы, потому что мы потомки авантюристов и искателей приключений, которые заселили планету. Большую часть своего исторического существования наши предки сражались с хищниками и врагами. По сути говоря, если обобщить причину всех страхов, то они рождаются потому, что у человека нет веры в себя, его удерживает неизвестность и не понимание темноты. Большая часть людей хуже всего переносит состояние неизвестности. Именно непонимание того, что происходит, как надо действовать, и чем все это может обернуться – вводит многих в состояние растерянности, неуверенности и страха.

– Как сказал великий философ всех времен и народов Сенека: «Сделай первый шаг и ты поймешь, что не все так страшно!». Понять чего именно ты боишься. Спокойно рассмотреть свой страх, будто смотришь кино, наблюдая все подробности его.

– Ха-ха, посмотрю как ты сделаешь первый шаг и поборешься с милордом Страхом. Если он тебя не первым уложить на лопатки.

– Вместо того, чтобы убегать от ситуации, связанной со страхом, сделать движение по направлению к нему, представить, что то, чего боишься – происходит. Войти в свой страх и принять его.

– Я хорошо тебя понимаю, что ты таким образом борешься со своим страхом и пытаешься мне внушить, что не все так страшно, как я его малюю.

– Но, я в отличие от тебя пытаюсь бороться со своим внутренним страхом. Полнота восприятия разрушает страх.

– Ну-ну, попытайся разрушить.

В эту минуту они услышали ужасное шипение и сквозь тьму явно увидели какой-то огромный темный ком, похожий на кота невероятных размеров. Он приближался все ближе и ближе. В голову Леониду пришла всего одна мысль, что это то, что вчера он очень плохо спал. Это казалось ему единственным логичным решением. Но это продолжалось вновь и вновь… От этого, понятно, замок показался более зловещим. Черные впадины давно выбитых окон глядели ужасно; в пустых залах ходил таинственный шорох: камешки и штукатурка, отрываясь, падали вниз, будя гулкое эхо. Ребята побежали без оглядки, а за ними долго еще стояли стук, и топот, мяуканье и тихий смех.

– Я же говорил, – просипел Виктор, – Достал ты искать рациональное объяснение. Нет в реале никаких призраков, – передразнил своего он друга, – а мы уже не знаем какой по счету к нам пришел полтергейст, который так и норовит нас запугать до смерти.

– Мы с тобой напряжены, поэтому очень остро воспринимаем каждый шум.

– Так мы про мальчишку не договорили. – когда Виктор успокоился, решил узнать отчего и при каких обстоятельствах он погиб.

– Где-то в 1990-х годах конца XX века. Он играл с ребятами и сорвался со стены. С тех пор беспокойная душа его скитается по комнатам замка, пугая посетителей и плачет в поисках выхода. Он не знает, что умер.

– Ты думаешь, что он хочет нам помочь?

– Думаю. Он же современный человек, а не древний какой-нибудь призрак.

Тени сгущались вокруг них, образуясь в нечеткие образы. Воздух стал холодным. Глаза Виктора понемногу стали привыкать к темноте. Ну, то место где он стоял, нельзя было назвать темным. Фонарь хоть и тускло освещал вокруг него пространство. Прямо перед собой они увидели в призрачном свете луны, который пробивался через окна, мальчика. Это был странный ребенок с бледной кожей и голубыми глазами. Почему голубыми? Мало ли что в этот миг может показаться. Каштановые волосы чуть выше плеч свисали спутанными клоками. И это от страха может привидеться.

– Не бойтесь нас. Мы не причиним вам вреда. – прошептал мальчик

– Ты значит здесь не один? – спросил Леонид, рассматривая внимательно призрак. Взмахнув перед лицом мальчика рукой, он удостоверился, что это не голограмма, – Мало ли, что организаторы могут придумать. – проворчал он.

– Мы стараемся помочь найти выход, а вот древние рыцари и преступники пытаются завлечь посетителей к себе, чтобы выпить энергию.

– А кто вы?

– Это заблудшие души, потерявшиеся во времени.

– А почему ты не ушел к свету?

– Я тоже потерялся и растерялся.

– А они тогда кто?

– Голодные духи.

От стен замка исходила угнетающая давящая на психику тяжелая обстановка. В залах царило запустение и, даже стены кричали о тоске и печали за ушедшими прошлыми временами. Тени кружили вокруг. Глухую тишину мрака прорезали голоса, что все нарастали в их головах, кружась и летая по коридорам. Голоса, не переставая нашептывали им слова, звали за собой, кричали, невыносимо отдаваясь гулким эхом. Этот таинственный дух мальчика – не единственный обитатель замка Рагнит. Во время перерывов между сражениями, поместье занимали представители аристократии, среди которых были и рыцари. Здесь также же сидели и преступники. Они славились на всю Европу своей жестокостью, а жители поселений боялись, зная о злодеяниях.

– Нет. Оставьте их в покое. Что вам от них нужно? – крикнул ребенок в темноту.

– Не мешай нам. – Раздались вновь, холодные голоса. – Твоя судьба давно решена. Ты нам не нужен. Они нам нужны.

Бегство было единственной возможностью, чтобы избежать встречи с духами. «Бежать, бежать, бежать» – эхо мыслей уже долгое время отдавалось в их голове. Ничему другому не было места. Вот тут появился настоящий страх, от которого волосы вставали дыбом. Этот страх заставляет видеть то, чего не существует, внушает ложную реальность, заставляя постоянно бежать от чего-то, постоянно сражаться за свою жизнь и за то, что ему дорого. Прозрачную фигуру мальчика подернуло рябью, и он постепенно начал растворяться во тьме.

– Пытаться скрыться?! – прошелестел чей-то голос. – Бесполезно. Они везде вас найдут. А поймав, уничтожат, просто сотрут в пыль, словно вас и не было.

– Успокоили называется, – раздраженно сказал Виктор, – вместо того чтобы помочь найти выход, они пугают.

– Куда девался мальчик?

– Он испугался и ушел. Так что нам остается бежать.

Тьма! Страх! Воздух был пропитан отчаянием и безнадежностью. Ребята помчались во всю прыть. Куда? Им было все равно. Лишь бы подальше от этого. Они бежали в никуда настолько быстро, насколько могли. Удар, за которым последовало стремительное падение. Сплюнув в отчаяние, Леонид рывком поднялся с каменного пола и вновь рванул за Виктором. Ему почудилось, что он слышит – и с каждым мгновением все отчетливее – лязганье металла. Иногда они слышали стоны, порой крики и предсмертные мольбы. В сердце рождался страх быть убитым, и они немедля бросались в бегство. Когда им показалось, что погоня прервана, они остановились и решили отдохнуть. Леонид с облегчением вздохнул и опустился на пол. В сумраке возле него различались какие-то беспорядочно наваленные камни, сухие кривые ветки и что-то еще.

– Черт, черт, черт! – переведя дыхание, сказал Леонид, – А я и не верил черт побери в эти сказки. Думал, что все это легенды. Хотя до сих пор не верю.

– А я вот верю. Сейчас тем более верю в этих призраков. Не удивлюсь, если увижу тут еще призраки белых, серых женщин.

– Это везде призраки обитают. Без них никак нельзя. Каждый замок в Европе имеет свои легенды насчет женских привидений. Согласно местной легенде, в замке Рагнит тоже обитала женщина призрак, которая кого-то ищет. А зачем и почему мифы умалчивают. Скорее всего те же интриги, что и в других замках.

Лестницы, коридоры, переходы и проходы в замке – это загадочные и, порой, необъяснимые проводники в потусторонний мир. Им известны все дороги, но только авантюристу открываются новые, иногда – полные тайн и загадок, пути. Человек может изменить свое направление и повернуть совершенно, казалось бы, не туда – но это только на первый взгляд. Если есть жилка любителя приключений, то можно увидеть интересный мир. А вот трусливым остается только плутать по лабиринтам подземелья. Молодые люди шли, изредка останавливаясь и держась за стены, чтобы перевести дух. Повернув один раз, потом второй, они очутились в тесном закоулке. Не было слышно никаких звуков. Что же здесь, в подземелье замка никого нет? И где выход?

– Только бы не попасть в подземелье, где обитают преступники. В подвале замка говорят была оборудована камера пыток, которая, к слову, сохранилась и по сей день. Пленники, которые становились узниками тевтонских рыцарей, перед смертью проходили через настоящий ад. Жертвы до сих пор стучат костями и громко укоряют рыцарей в жестокости.

– Это же легенды?

– Легенды тоже на чем-то строятся. Стены подземелья замка сохранили царапины тех, кто был замурован в них заживо. Темницы, некогда наполненные останками узников, и жуткая атмосфера, царящая на территории великолепного строения до сих пор пугает туристов.

В древних замках и больших старинных домах с привидениями есть свои истории и легенды. Их всех объединяет, произошедшие там трагедии, после которых на местах преступлений иногда появляются бледные фигурки не упокоенных королей, герцогов, графов и других персон. Испуганное воображение Виктора рисовало под землей тысячи прусских скелетов, вытянувшие костлявые руки в кандалах к небу. В подвалах пленных заживо замуровывали в стены, и многие утверждают, что именно там до них доносились пронизывающие стоны тех, кто окончил свои дни в этих стенах. Неудивительно, что теперь в этом страшном замке с привидениями часто слышны леденящие душу крики, шум шагов и скрип дверей. Рассказы эти выглядели настолько правдоподобными, что не поверить в них было просто невозможно. Он уже почувствовал, а может, даже смутно увидел сквозь тьму, как они уничтожают души. В страшных муках умирали они, не успевшие убежать.

– Нужно быстрее найти выход. Я как будто чувствовал к чему приведет наше неверие и прогулка в ночное время по замку.

– Ладно, нужно собраться духом и искать выход, а не ныть. Призрак мы один увидели, в сражение попали, звуки слышали. Так что нам не нужно расслабляться и постараться выйти отсюда живыми.

– А что можно здесь погибнуть?

– Мальчишка же погиб! Скорее всего ему помогли призраки этого замка.

В четырех этажах замка когда-то располагалось 11 больших залов и множество мелких подсобных помещений. Как потом оказалось, замок не был столь уж необитаемым: почти все залы и комнаты облюбовали неупокоенные души. В течение столетий надземные и подвальные помещения замка многократно переделывались и перестраивались. Были секретные подземные туннели. Вниз можно было попасть через несколько тайных проходов. По извилистым ходам подземелья можно было выбраться далеко за пределы замка. По бокам коридора виднелись проемы дверей. Одна из них вела внутрь замка. Другие – в кладовые, хранилища… Кирпичные сырые стены низко смыкались над головой. Ребята шли медленно, практически на ощупь, с трудом разбирая в тусклом свете куда ступать. Целые легенды были сложены о хитрой системе подземных ходов и темниц. Казалось, что сотни лет здесь не ступала нога человека. Зеленеющие стены были покрыты холодным мраком, и время от времени тени эхом пробегали далеко вглубь коридоров. Стены и даже потолок проходов были укреплены камнями. Кое-где на стене были закреплены факелы. Иногда из темниц они слышали душераздирающие крики о помощи.

– Ты слыхал?

– Да. Но, не обращай внимания на это. Они запугивают, чтобы мы с тобой рванули и попали в их сети.

– Ты снова за свое? Я думаю, что это слуховые галлюцинации.

– Мы хотим это слышать, поэтому и слышим.

Они старались сохранять тишину, и все же в здании громко звучал шорох не только шагов, но и писк, чье-то урчание и напряженное, взволнованное их дыхание. Виктор слушал, и ему казалось, что по коридору разливается тлетворный дух. Воздух становился вязким и затхлым, словно пропитался кислым запахом. Умереть было бы лучше, чем пройти через все это и столкнуться с кем-то и с чем-то, к чему он не был готов. Мрак. Темнота коридора казалась не обычной тьмой, результатом законов физики, но видимым мраком, черным субстратом осязаемого зла. Виктор уже догадывался, что за беспросветная темнота окружает его во время продвижения. Это было страшно. Это было ужасно! Луч фонаря прорубал в темноте путь, далеко не такую широкую, как им бы хотелось, а когда луч смещался, мрак тут же занимал утерянное было пространство. Затем они подошли к обвалившемуся углу замка и, по-прежнему не веря что это выход, Леонид прикоснулся к проему. Вниз вели ступени.