Под пеплом вулкана. Остров драконов

Глава 2

Они летели весь вечер. Тесса пыталась высмотреть хоть какое-нибудь маленькое пятно суши, но неизменно ровный морской пейзаж сливался в иссиня-черную бесконечность, топившую в дрёме своим однообразием. Девушка поддалась, поплыла по мирному течению полуяви-полусна, пока мрак не расцветился четкими образами…

По ночному небу мчался дракон-исполин, прорывался сквозь редкие пушистые облака, рычал и ревел, устрашая врагов. Звёзды отражались в его чешуйках, переливающихся от сиреневого к чёрному, а луна пряталась в стеклянных рогах-саблях.

Внизу, на равнине, сошлись тысячи маленьких фигурок, подсвеченных полосами горящей травы. Там билась сталь о сталь, летели острые стрелы и сыпались каменные ядра. Человек убивал человека, брат брата.

Блики огня, бушевавшего на поле брани, блестели в глазах драконьего всадника, взиравшего на всё это с далёкой, божественно безразличной высоты. Он не слышал ни криков, ни стонов, ни молитв, ни имён возлюбленных и матерей на губах, делающих последний вздох.

Зрение спящей Тессы притянулось к бледному лицу, словно давая возможность запомнить неподвижные черты мужчины. На мгновение ей стали понятны его мысли. Он злился, потому что противник всерьёз подготовился, устроив на холмах повозки со стрелометами. Они были нацелены в небо. Если снизиться, чтобы накрыть пехоту огнём, град стрел усеет уязвимое брюхо дракона.

Однако всадник не собирался рисковать. Сегодня враги должны выжить. Потому что они станут его друзьями, как только их лидер падёт.

– Выше, Мортис! – крикнул он своему дракону.

Всадник отвлекся от земли и посмотрел на тёмное полотно неба: с запада подлетал чужой дракон, вдвое меньший, чем Мортис. Мужчина терпеливо ждал, когда он подберется ближе и тем совершит ошибку.

Извиваясь неправильно длинным туловищем, дракон врага мчался на лобовую атаку, задрав шипастый хвост. Острия шипов источали яд, запах которого учуял Мортис и издал предупреждающий крик.

Всадник провернул кольца и отлетел назад, уворачиваясь от смертельного, если бы шип попал в цель, удара. Взгляд мужчины сосредоточился на враге. Затем он набрал в грудь воздух и прокричал:

– И-ррри-н!!!

Мортис изверг шквал пламени, протаранив бок и крыло дракона. По небу разнёсся вопль обезумевшего от боли животного. Витал запах жжёных волос и плоти. Бедняга тлел заживо, уносясь прочь и ревя так, что сердце Тессы обливалось кровью. Она сжала ладони в кулаки, не в силах что-либо изменить, ведь она лишь безучастный сновидец.

Мортис чуял слабость, страх и летел по следу. Всадник сосредоточился на жертве. Его лицо, как каменная маска: ни жалости, ни сострадания.

Вскоре они нагнали тлеющего дракона. Тот бесцельно метался по обширной поляне вдалеке от побоища. Мортис нырнул вниз, а противник попятился и ощерился, наверняка понимая, чем всё закончится. Он замахнулся хвостом, но Мортис был быстрее и злее: сомкнул зубастые челюсти на шее несчастного. Дракон бился в предсмертных муках, пока не испустил бессильный рёв и валуном не повалился вниз.

Выбравшись из седла, мужчина сошёл на землю. Ждал, когда всадник погибшего наберётся смелости, чтобы спуститься и закончить битву лицом к лицу. Клинок на этот случай был наготове.

Звёзды погасли, на миг поляна залилась тьмой. Это появился третий дракон и, обрисовав в полёте круг, перекрыл свет луны. Он умиротворяюще крикнул, возвещая о благих намерениях своего хозяина. Мортис ждал от всадника знак, разрешение разорвать в клочья, словно покрытые призрачной паутиной, крылья незваного гостя.

Мужчина молчал, не приказывал атаковать, и дракон изящно, как птица, сел поодаль от беспокойного Мортиса, склонив крылья. По ним мерной походкой спустился мужчина в белом плаще, развевающемся на ветру. Словно припорошенные снегом ломкие волосы спадали на его плечи, а в глазах мерцали серые тающие льды.

– Аларих, – окликнул он всадника, – зря ищешь, зря ждешь. Тойнрих покинул седло сразу же, как ты ранил его дракона в первый раз.

– Где этот трус?

– Прячется в лесу с приближенными.

– Тогда почему ты не с ним, Герих?

– Как почему? Предаю слабого, примыкаю к сильному. – Он развел руками. – Наш брат зашел слишком далеко. Что я должен сделать, чтобы император простил меня?

– Закончи с Тойнрихом, и тогда подумаем, как загладить вину перед отцом.

– Мои люди как раз следуют за ним по лесу. Да упокоится его душа…

Аларих спрятал клинок за спину, закрыл глаза, а вместе с ним и Тесса. Их мир, ставший общим на время сна, объяла темнота. Побоище гремело вдалеке. Теперь мужчина обратился в слух, представлял, сколько смертей принесет эта ночь. Звуки медленно отдалялись, угасали до шорохов, пока не наступила полная тишина.

Флоара мирно посапывала в коконе из двух одеял, когда Тесса проснулась. Она вытерла холодный пот со лба и выровняла сбивчивое дыхание. Уселась в угол паланкина, облокотившись головой на стойку. Ремень впился в бока.

Подробности сна мгновенно испарялись из памяти девушки. В ящичках и сундучках воспоминаний осела лишь пыль впечатлений: громадный и свирепый дракон, его опасный и жестокий хозяин, подлый и расчётливый брат и кто-то, кто уже не жилец.

Внизу шумел прибой, волны самоубийственно бились об отвесные скалы, взрываясь мелкими брызгами. Змееподобный риф извивался вдоль каймы острова, которому даже с неба не было видно ни конца ни края. На радужные берега, пенясь, накатывала прозрачная голубая водица.

– Просыпайся, взгляни на природу. – Тесса нежно тряхнула Флоару за плечико. Девочка сморщила нос и отвернулась, укрывшись одеялом с головой.

– Как знаешь.

Яркая зелень, точно переливы изумрудов, уходила вглубь острова. Высокие деревья тянули пушистые кроны к солнцу. Они будто стремились обогнать друг друга, раскинуть кроны повыше, чтобы ухватить листьями как можно больше тепла. Деревья, что росли в тени, были низкими, с тонкими стволами, которые уже обвили щупальца-корни более удачливых гигантов. Вскоре чужие корни переломят, иссушат их и заберут себе живительную влагу земли.

«Сильный убивает слабого, чтобы стать сильнее».

Драконы принцев снижались к берегу и встречали родную землю радостным криком. Чистый, высокий и громогласный звук пронзил уши. Флоара проснулась и испуганно заозиралась по сторонам.

– Мы прилетели на остров, – Тесса отодвинула занавеску пошире, чтобы разглядеть диковинный пейзаж.

– Как в сказке… – пробормотала девочка. – Яркое такое всё…

Девушки охнули. Кровь прилила к голове, забило в ушах. Их дракон резко приземлился на лапы, и они подпрыгнули на ложе. Тесса немедля выглянула за шторку:

– Принцы спускаются!

Соседка кинулась поправлять взлохмаченные сном русые волосы.

– А вдруг нельзя? – опасливо спросила она, видя, как Тесса расслабляет ремень и расстёгивает застёжки.

– Так мы уже на земле, – ответила девушка, полностью избавившись от ремня. Талия сладко заныла, получив свободу. – Не сидеть же нам на привязи.

Следом она открыла занавеску и ойкнула, встретившись с лицом Зейриха.

– Посмотрите-ка, какая хозяйка, – насмешливо сказал он и расслабленно скрестил руки на груди. – Тогда и со второй снимай ремень, а я отдохну.

Тесса кивнула и быстро освободила Флоару. Та испуганно поглядывала на мужчину, но уже без паники.

– Спускайтесь. Пока драконы едят, разомнёте ножки.

Принц подхватил девушек под руки. Они неуверенно ступали по чешуе дракона, скользя сандалиями по гладким, чуть влажным пластинам.

Зейрих цокнул.

– Вот ещё задачка – возиться с неуклюжими щенятами.

Внизу их встретил Валех и сказал, что поможет Тессе спрыгнуть. Она робко улыбнулась, положив ладони на его плечи. Ткань плаща была холодной и гладкой. Принц вдумчиво посмотрел в глаза девушки, словно она хранила какую-то тайну, и, подхватив её под мышки, спустил на землю. Следом Зейрих соскочил с крыла и ссадил совсем крохотную Флоару, которая оказалась на голову ниже Тессы и на все две принцев.

Драконы клацали зубами от голода, но покорно ждали, когда хозяева дадут позволение на трапезу. Каменистый пляж приходился им больше по душе, чем песчаный. Тесса же через сандалии чувствовала колкие камешки.

– Ррр-ахс!!! – одновременно воскликнули всадники, и три дракона взмыли в небо.

Их движения были похожи на танец. Они покружились по спирали вверх-вниз, вполсилы помахивая крыльями, а потом улетели в сторону возвышающейся неподалеку круглой крыши.

Зазвякали камешки, Флоара села на коленки и принялась подбирать их с берега. Она выглядела увлечённой и сосредоточенной, как дитя за новой игрой. Тесса склонилась к девушке, и та протянула ладони, показывая полупрозрачные стёклышки разных цветов.

– Из них получатся красивые бусы, – улыбаясь, сказала Флоара и выбрала фиолетовое стёклышко. – Этот подойдёт тебе.

Тесса взяла его и прокрутила, ловя в камень лучи света.

– Жёны принцев носят драгоценности, а не сор из-под ног. – Зейрих обхватил запястья девочки и перевернул её ладони. Стеклышки посыпались вниз.

Флоара задрожала, вскинув на него перепуганный взгляд. Тем временем Тесса хитрым маневром спрятала свой камень в карман.

– Мы жены? – спросила она и с осознанием взглянула на роскошный паланкин, как раз положенный важным особам.

– Сейчас нет. – В разговор вступил Валех. – Но вы можете ими стать в конце отбора.

– Отбор… Это как побор?

– Поборы мы называем налогами. А отбор – это когда принцы выбирают себе жён из числа лучших.

– Удачный шанс для девиц из простонародья, – хмыкнул Зейрих и распустил шнур на рубашке. – Пекло.

«Нас не принесут в жертву!»

Сначала Тесса обрадовалась, но потом на неё накатили мрачные мысли. Ей предстоит добиваться мужской благосклонности? Как унизительно для одарённой силами. А нравы туземцев? Они могут оказаться весьма жестокими к женщинам. А маги? Может быть, вот прямо сейчас они стоят перед Беритосом и спрашивают о ней, а старик в отчаянии хватается за голову…

– Какое хмурое личико. Не рада оказанной чести? – дразнил Зейрих, усаживаясь в тень.

Тесса промолчала, решив не наживать себе проблем до того, как поймёт местные порядки, а эхо драконьих криков вдохновило её сменить тему. – Чем питаются ваши питомцы?

– Опять задаешь вопросы, лоххи́. Очевидно же, чем они питаются.

– Вы сами дали мне имя. Так почему бы не использовать его?

Зейрих по-звериному рыкнул, и, сверкнув глазами, рассмеялся:

– Покаталась на драконе, и теперь у тебя выросли зубки?

– Брат, – умиротворительно вступился Валех, – не пугай своих невест.

– Я не испугалась.

– А что, если… – начал Зейрих, словно ему бросили вызов, но был прерван.

– Тесса, ты можешь задавать мне любые вопросы. С удовольствием отвечу на них.

Валех выглядел старше и рассудительнее своего брата. Тот был пылким, а он сдержанным. Зейрих не знал ни покоя, ни терпения, тогда как Валех контролировал манеры и плавную, словно ручей, речь.

– Задают вопросы умные люди, – сказал он, – а умная жена – счастье в доме.

– А любопытная – беда, – парировал Зейрих. – Пора лететь. Некогда вам, умным, перекидываться друг с другом вопросами.

– Почему же? Тесса полетит со мной, и мы успеем поговорить. Одинокое небо навевает на меня грусть.

Девушка зарделась. Неужели ей вот так сразу разрешат полетать на драконе?

– Нельзя нарушать традиции. – Сказал младший принц. – Императрица-мать не одобрит.

– Брат, ты знаешь, что нарушать что-либо не в моей природе. Давай рассудим вместе…

– Оставь демагогию для сената! – Всплеснул он руками. – Женщине не место на боевом драконе!

«Вспыхнул, как ветошь».

– Ты прав. Она не будет им управлять, она лишь сядет рядом со всадником, – не изменившись в лице, произнес Валех.

Тесса ухмыльнулась и постаралась сделать так, чтобы Зейрих смог прочитать её мысли по лицу.

«Умные люди умеют трактовать правила в свою пользу».

– Не удивлюсь, если после твоих поблажек, лоххи́ возомнит себя царицей.

Зейрих вскочил и, схватив Флоару за локоть, повёл её к паланкину. Опустив голову, бедная девочка вяло переставляла ноги. Сжавшийся силуэтик выглядел совсем испуганным.

– Наверное, мне не стоит оставлять Флоару одну, – пробормотала Тесса.

– Он её не обидит. Пойдем.

Валех аккуратно подсадил девушку на крыло дракона.

– У них есть имена?

– Наша людская натура склонна придумывать названия всему, что их по какой-то причине не имело. Этот главный в моем прайде. Зовут Ханрис.

Охровый гигант откликнулся счастливым рыком, от которого его крылья затрепетали. На подъеме Валех заботливо придерживал Тессу, оберегая от падения. А когда он усаживал её в седло, застёгивал ремни на ногах и талии, то не позволял себе того же, что и Зейрих. Его длинные пальцы ни разу не коснулись ни ткани платья, ни талии.

Принц сел впереди девушки на место всадника и подцепил ладонями два больших кольца, словно серьги продетых через кожу дракона.

«Кольца – то же самое, что поводья для лошади. Интересно, как ими управляют?»

– Крепко обними меня за талию и не ослабляй хватки, пока Ханрис не приземлится.

Преодолевая стеснение, Тесса сомкнула руки на животе принца и старалась не соприкасаться грудью с его спиной. Но когда дракон взлетел, девушка прижалась всем телом.

Земля, как на ладони, горела растущей зеленью. Небо совсем близко, словно купол, по которому можно провести пальцами. Страх подкатывал к горлу каждый раз, как дракон взмахивал крыльями. Тессе казалось, одно неловкое движение, и она выпадет, разобьется об острые камни удаляющегося побережья.

Валех вёл Ханриса ровно, а Зейрих показывал таланты своего дракона: облетал их кругом, делал петли, летел вниз с опущенными крыльями и в самый последний момент раскрывал их, резко поднимаясь вверх.

– Не бойся, – сказал Валех, – главное, не расцепляй рук, иначе ударишься. Женщину не красят синяки и ссадины, более того, это достаточный повод, чтобы посчитать невесту непригодной для отбора.

– Но синяки пройдут, а ссадины заживут. И кто вообще решает, пригодна невеста или нет?

– Матери-императрицы.

«Матери? Их несколько?»

Ханрис парил над лесом. Впереди виднелись заросшие цветами холмы, а за ними высокие черные горы. Валех пах морской солью, будто только-только выплыл на берег из глубинных вод. Рядом с ним Тесса внезапно расслабилась, ощутив комфорт и спокойствие. Она обнимала его привычно, непринужденно и думала, как это странно и приятно.

– Драконы – хищники.

– А?

– Ты интересовалась внизу, теперь отвечаю. Хищники плотоядны. Однако аппетиты драконов соразмерны с их комплекцией. Им надо питаться несколько раз в день, иначе жуткий голод вынуждает их охотиться, не считаясь с законами империи. Поэтому мы контролируем кормление. Больше всего они любят крупный скот, но не гнушаются и мелким.

– А если очень голодны, то могут съесть человека?

– Разумеется. Кошки и собаки тоже съедят человека, если оставить их без еды.

– Но от кошек и собак я хотя бы смогу отбиться. Вы когда-нибудь кормили Ханриса людьми?

– Нет, и, надеюсь, никогда не придётся. Обычно это случается в дальних походах, когда нет возможности переправлять скот. В таком случае лучше бы, чтобы врагов оказалось в достаточном количестве.

– А если рядом только свои?

– Зависит от обстоятельств. Не позволив очень голодному дракону съесть человека, я буду вынужден убить его. Иначе, когда он озвереет, я не смогу его контролировать, и он сам сожрет человека, а потом и меня.

– Вы ни на мгновение не задумались над ответом.

– Потому что ответ выведен задолго до меня. Мы привязываемся к драконам, а они к нам. Как отец к сыну, как брат к брату. И когда выбор стоит между членом семьи и незнакомцем, чаша весов склоняется не в сторону последнего.

Тесса понимала, что её интерес уже за гранью приличия, но удержать язык не смогла.

– А если бы выбирать пришлось между Зейрихом и драконом?

Валех засмеялся, и только. Девушка притихла, удовольствовавшись знанием, что островитяне не используют молодых чужеземок в качестве корма.

Внизу лес сменила испещренная узкими ручейками равнина. Вдоль тянулась широкая мощеная дорога, похожая на жёлоб, по которому тёк нескончаемый поток торговых повозок, плотно набитых корзинами и амфорами. Помимо торговцев из города в город путешествовали целые семьи со всей имеющейся у них утварью и всадники без ноши, гонящие длинноногих скакунов. Все важные, деловитые, удивляющие цветом и покроем костюмов.

– «Великий путь», главная дорога к столице, – пояснил Валех.

Завидев драконов, люди остановили движение, чтобы встретить принцев благоговейным гомоном. Детвора взбиралась на повозки и радостно размахивала руками, прыгая на ценном грузе. Но купцы не ругали их, они носились взад-вперед, доставая из сундуков ткани и драгоценности, словно ожидая, что принцы спустятся за дарами.

Зейрих купался во внимании. Его дракон летел над запрокинутыми головами и издавал впечатляющий рык. Люди вскрикивали не от страха, а от восторга. Они желали милости богов, легкого пути, попутного ветра.

– Я понимаю ваш язык! – восторженно произнесла Тесса.

– Континент перенял у нас письменность, а многие переселенцы, отправившиеся на бесплодные земли три века назад, перенесли с собой произношение.

– Как континент может говорить на вашем языке и ничего не знать о вас? Разве что сказки…

– Когда города гибнут от голода и болезней, знание – последнее, чем дорожат люди.

Девушка млела от плавности речи, от мудрости, исходящей из уст Валеха. Именно такими она представляла себе великих магов: начитанными, умными и степенными.

Тесса задала много детских вопросов, ведь ей был в новинку не только драконий остров, но и весь большой мир с его сложным устройством. Так она узнала, что Эрах – империя с землями на двух континентах, и колыбель её на острове, который изверг из себя вулкан Эр. Что эрахейцам покровительствуют тринадцать богов, а императорская семья приходится им родственниками. Что народ на острове не склонен к магии, а немногие одарённые становятся жрецами при храмах. Что о Реоме тут знать не знают, и что поклонение неродственным богам карается смертью.

– Да, наши законы суровы, но они обеспечивают порядок.

На горизонте вырастали горы, а над ними высился чёрно-сажевый вулкан, окружённый юбкой белых облаков. По бокам великого тракта всё чаще встречались каменные дома с плоской крышей, увитой огнелистым плющом.

Впереди возник огромный бронзовый обруч, держащийся на высоком столбе, вбитом посреди дороги. Кольцо оплетали два отлитых дракона-змея, смотрящих друг на друга, расправив позолоченные крылья. На столбе была высечена надпись.

– Ох! Что это?

– Триумфальный обруч, – ответил Валех. – Мы устанавливаем их в честь больших побед.

Дальше по дороге им встретились десятки обручей, и ни один не был похож на другой. Они соревновались меж собой роскошью и размерами, настолько огромными, что дракон Зейриха спокойно пролетал сквозь них.

– Что ни вижу, то гигантских размеров! – заметила Тесса, увидев мост, лежащий на арках, через которые также мог бы пролететь дракон. Странным было то, что мост выходил из одной горы и врезался в другую. – Кто же по нему сможет пройти?

– Акведук, – пояснил принц. – По нему вода из горных источников поступает в город.

– В колодцы? – Девушка припомнила, как мучился Беритос, бегая зимой до колодца, чтобы натаскать ей воды в ванну. Он так ворчал, что Тессе приходилось как можно реже баловать себя банными удовольствиями.

«Как он там? Всего день прошёл».

– И в колодцы, и прямиком в дома.

– Мой старый воспитатель был бы счастлив, если бы вместо меня забрали его.

Тесса почувствовала, как напрягся под её ладонями пресс Валеха. Он пробормотал чьё-то имя – Тойнрих. Сочетание букв показалось девушке знакомым, будто она уже слышала его однажды, но не могла припомнить где.

Впереди рабочие прибивали деревянный столб с обручем к сколоченному из досок постаменту. Молотки стучали, люди вытирали пот, льющийся ручьями, спешили закончить работу. На столбе красной краской, ещё не высохшей и едкого пахнущей, было написано:

«АЛАРИХ СЫН ИМПЕРАТОРА АРДАЛИХА И ИМПЕРАТРИЦЫ СИГИЛЫ ПОБЕДИЛ ИЗМЕННИКА ТОЙНРИХА СЫНА ИМПЕРАТОРА АРДАЛИХА И ИМПЕРАТРИЦЫ ТИЛЫ – 518 ГОД ОТ ВТОРОГО ИЗВЕРЖЕНИЯ ЭРА».

Тесса уже слышала эти имена во сне! Сон оказался пророческим. Ночью на острове было сражение.

Дракон Зейриха поравнялся с Ханрисом.

– Ублюдок хочет нас запугать! – Лицо принца исказилось смесью гнева и страха.

– Потом поговорим, – в голосе Валеха спокойствие, но девушка понимала, что он взволнован не меньше.

«Аларих – их брат? Сколько же тогда всего принцев».

Чтобы не задавать вопрос в лоб, Тесса спросила издалека:

– Почему этот обруч деревянный, а не бронзовый, как остальные?

– Потому что он временный. Если на каждую такую победу ставить бронзовый обруч, на острове не останется свободного места, – резко ответил принц.

Тесса поняла, что с любопытством стоит повременить. Они летели молча, и Валех вскоре обрёл присущее ему душевное равновесие.

– Столица, – пояснил он, когда под ними раскинулся невероятно обширный город. – Мы называем её Эрах в честь вулкана Эр. По преданию, у его подножия боги расселили первых людей.