Марионетка Тьмы. Ведьма за миллион. Ловушка для инквизитора
- -
- 100%
- +
– Вам не угодишь, честное слово! – Я таки вырвалась. – Командовать будете у себя в Управлении!
Вампир бешено на меня посмотрел, но встал и даже предложил руку, которую я проигнорировала и приняла помощь от безопасника.
– Ваши инструкции противоречат здравому смыслу! – процедил он.
– Напишите об этом в своём отчёте, когда станете подавать прошение о нашем закрытии! – огрызнулась я, ковыляя к краю площадки мимо "блохи", скованной сетью. Та задёргалась и заревела, и я резко отшатнулась.
– Вы погибнете! – донеслось вслед.
Я спорить не стала. Просто потребовала освободить площадку от посторонних. Дэ Аншэри не захотел уйти мирно, и его попытались вынести. Всё закончилось сломанной челюстью одного из безопасников и чуть было не упущенной “блохой”, но я таки смогла спокойно работать.
Левитировать на летающей узкой платформе вблизи движущихся Колец было опасно даже в нормальном состоянии, а моё самочувствие бывало и лучше. Я кружилась вокруг них из последних сил и старалась не смотреть вниз. Туда, где пульсировала звезда открытого межпространственного портала. Расставляла в воздухе маячки детонаторов регресса активирующих заклятий, на которые должны были среагировать мои личные коды, вплетённые в формулы зелий. И почти закончила, когда агрессивное магическое поле отшвырнуло меня в сторону, и я рухнула вниз в окружении осветительных пульсаров. Мимо с головокружительной скоростью понеслись этажи. Страшно уже не было. Вот бы всё поскорее закончилось, и на свежий холмик положили букетик из моих любимых чёрных тюльпанов…
Но мечтам об отдыхе сбыться было не суждено. Левитирующий рядом инквизитор схватил меня за руку, и дальше мы падали вместе, но только недолго. Через секунду я приложилась ягодицами о гранитный пол слишком близко от Врат.
– Ой! – вылетело у меня.
– Ой?! – передразнил он, мягко приземляясь на ноги. – Это всё, что вы способны сказать?!
– А что ещё?! Отойдите и не мешайте мне работать?!
– Вы что, намерены закончить прямо здесь?!
– А что, у меня есть выбор?! – Я встала и попробовала ковыльнуть в сторону пульта управления, но даже не сдвинулась с места. – Это из-за вас я отбила зад и теперь не могу идти!
– Похоже, я пропустил тот момент, когда вы успели отбить ещё и голову! – процедил вампир, в одно плавное движение закидывая меня на плечо. Я орала и возмущалась, но ему это было неинтересно. Он отнёс меня за прозрачный защитный экран перед пультом управления Вратами и поставил на ноги. Отсюда Кольца были видны как на ладони.
– И давайте без глупостей, или я усомнюсь в вашей профпригодности! – предупредили меня. – А когда закончите, поднимите учебные конспекты и освежите в памяти по крайней мере десять отличий вампира от упыря!
– Разбежалась! – зашипела я, но поймала ледяной взгляд синих глаз и быстро настроилась на нужный лад. Всё-таки покрытое потёками зелёной слизи стекло напрочь отбивало охоту задерживаться внизу. – Я не имею права колдовать в вашем присутствии! Процедура деактивации Врат коммерческая тайна агентства!
– Вы забываетесь! Я инквизитор, а не шпион!
А на заборе тоже написано. Впрочем, вслух я этого не сказала. Погрузила кончики пальцев в силовое поле пульта, которое отозвалось теплом и красным цветом предупреждения о последствиях несанкционированного доступа. Введённый код сменил цвета на голубые и зелёные. Система дала добро на проверку окружающего Врата пространства и разослала в разные стороны поисковые импульсы, которые вернулись быстро и ни с чем. Значит, можно было надеяться, что обойдётся без лишних жертв. Вот теперь можно было инициировать регресс активирующих заклятий и остановить вращение Колец. В принципе, ничего сложного, но количества расставленных мной детонаторов для полноценного запуска процессов могло и не хватить, а вот окончательно дестабилизировать вышедшие из-под контроля силовые поля вполне. Да только выбора уже не было. На фоне портала проявились новые чёрные силуэты, среди которых рогатых было уже несколько.
– Чего вы ждёте, медаль за храбрость?! – Дэ Аншэри встряхнул меня за плечо. – Если не остановите это, то получите! Посмертно!
А ведь он был прав. Я зажмурилась, малодушно не желая видеть результаты принятого решения, и нажала на кнопку деактивации Врат. Кольца ощетинились тысячами молний и резко замедлились. Сквозь веки пробилась ярко-сиреневая вспышка. Это угасла звезда портала и напоследок выбросила в окружающее пространство тугую волну накопленной энергии. Основание Врат, их самое слабое место, с гулом просело, и всё заволокло плотным облаком пыли. Наступила нехорошая тишина, которая продержалась совсем недолго. Снова взвыли сирены, и с протяжным гулом включились системы принудительной вентиляции. Потянуло свежим воздухом, и из технических коридоров высыпал уцелевший обслуживающий персонал.
Я со стоном опустилась на пол. Когда же закончится этот день?!
– Прекрасная работа, – издевательски-презрительным тоном протянул инквизитор. – И даже Врата, собственность Убежища, почти не пострадали.
Я подняла на него глаза. Пересохший вроде бы рот наполнился слюной, так мне захотелось плюнуть в этого упыря.
– Главное, не забудьте написать об этом в вашем отчёте! И да, расписать собственный героизм и самоотверженность при исполнении служебных обязанностей! – посоветовала я.
– Я выполнял свой гражданский долг! – поморщился он. – Но если бы я знал, что вы окажитесь такой…
– Так вы жалеете о том, что, спасая меня, о чём я вас даже не просила, потратили своё драгоценное время и испортили казённый костюмчик?! – зашипела я, вставая, и обличительно ткнула пальцем в живописную дыру на его груди, чуть было не сломав его о рельефные каменные мышцы.
– Колючкина! – предостерегающе зарычал вампир. – Просто скажите спасибо, что я вас спас!
– Не дождётесь! Такая вот я неблагодарная ведьма! А учитывая, что с утра вы разнесли мою квартиру, то я имею все основания считать, что теперь мы квиты!
С перекошенным лицом дэ Аншэри сгрёб за грудки пробегавшего мимо тролля из медслужбы и потребовал госпитализации для ведьмы, пока та не получила чем-нибудь тяжёлым по пустой черепушке. Тот испуганно кивнул и дунул за носилками.
Распихивая снующих туда-сюда ремонтников, к нам подбежал запыхавшийся Умнич. Голова его была перебинтована, на поверхности повязки расплылось алое пятно. Но в целом он выглядел довольно живенько.
– Как вы, магистр?! Вы не ранены?! – зачастил он. – Я спешу принести вам самые искренние извинения за данный инцидент!
Я подняла челюсть с пыльного пола. Ну, шеф! Ну, зараза! Я тут себе задницу плющу, спасая Бьёрсгард от нашествия нежити, а он об инквизиторе беспокоится!
– Хочу вас заверить, что… – продолжал тот, пока не заметил мой "ласковый" взгляд. – Что с вами, Колючкина? Наверное, голова болит? Санитары!!!
Вампир хмыкнул, и это стало последней каплей.
– Да пошли вы все! – Я заковыляла на полусогнутых ногах к лифтам. Полностью распрямиться я уже не могла. – О да! Видимо, у меня действительно что-то с мозгами, раз я до сих пор тут работаю!
– Как только покажитесь врачу в медицинском блоке, сразу же в отдел – писать объяснительную! – крикнул Умнич мне вслед. – Магистр дэ Аншэри, будьте уверены, все виновные будут наказаны по всей строгости!
– Об этом я и хотел с вами поговорить, – сухо ответил тот.
Я нажала кнопку вызова. Нужно было выдержать марку, но стоило мне оказаться в лифте, как я плюнула на всё и, не дожидаясь закрытия двери, прислонилась к прохладной стене кабины. Инквизитор разговаривал с шефом, но я чувствовала, что эта клыкастая сволочь надо мной смеётся. Упырь он упырь и есть, суть существо гадкое и бесчестное. И никакие конспекты не убедят меня в обратном.
Глава 10. Вскрытие покажет…
Если бы не умение двигаться бесшумно, метания вампира по кабинету были бы слышны даже за пределами приёмной. Три сотни коробок самых "чистых" документов из "Йотун Холл" были переданы Квалификаторам, и теперь от него ничего не зависело. Он должен был ждать. Это раздражало, но не так сильно, как мысли о Ведьминой горе. Даже разоблачение Готты отступило на задний план и будто бы затерялось в туманной дымке.
Этим утром Дэлан вновь ощутил Жажду.
Он взял со стола папку и в тысячный раз вгляделся в снимок Колючкиной, будто девушка могла ему ответить. Глаза – золотисто-зелёные и хитрые, смотрели прямо на него. Она вежливо улыбалась, но казалось, что ещё мгновение… и изображение покажет ему язык. И он бы поклялся чем угодно, что видел этот взгляд раньше.
Ведь ничего же особенного. Таких в Убежище сто тысяч на златый. Тогда почему, стоило ему вспомнить аромат её кожи и снова представить линию чёрной подвязки на белом бедре, боль возникала не только в горле? Хорошо ещё, что инквизиторский китель имел достаточную длину, чтобы скрыть факт его несдержанности.
Ещё никогда он не использовал даурийские чары столь спонтанно и необдуманно, как этим утром. Пока смотрел в эти глаза и видел в них своё отражение, позволяя распалённому воображению наполнять сознание картинами обладания. Он слышал биение её сердца, видел, как розовеет кожа на щеках, как расширяются зрачки, как кончик языка скользит по губам, делая их влажными и блестящими, как учащается дыхание от его прикосновений. Обычная реакция женского тела на пробудившееся желание, но его удивили собственные ощущения. Их сила и насыщенность. Даже маленькие и беспощадные лезвия в горле несли сладость предвкушения. Нет, не утолённого голода, а чего-то большего и пока необъяснимого.
Почти коснувшись женских губ, Дэлан вдруг с ясностью понял, что как только он познает тепло её податливого тела и вкус её крови, дороги назад не будет. Что-то навсегда изменится в его жизни. Или уже изменилось, потому что он не мог остановиться. Просто не хотел. Но, похоже, он переоценил силу своих чар. Виринея вырвалась из его рук, и он почувствовал себя уязвлённым и покинутым, однако сумел таки взять себя в руки и даже сосредоточиться на деле.
Особенно на том его факте, что сходство этой девушки с жертвами некроманта было очевидным. Те же черты лица, длина тёмных, с медным отливом волос, телосложение, примерный возраст. Он всё ещё не знал, как увязать это с трупом из Святой Валентии, но связь была. Тонкая, как паутинка, на противоположном конце которой шевелился огромный паук. Вряд ли это можно было назвать простым совпадением, а он привык доверять интуиции, которая настойчиво твердила ему, что с этой ведьмочкой что-то не так. Словно это всё было только вершиной айсберга.
В каждом её отведённом взгляде, в каждой улыбке и повороте головы, в манере разыгрывать из себя недалёкую дурочку: во всём читался обман. Она понимала, что он видит её насквозь, но при этом не боялась. Точно ей было наплевать на последствия.
Пока следственная группа осматривала квартиру, Колючкина забилась в угол дивана, а он, стараясь справиться с Жаждой и тяжестью в паху, расхаживал вокруг неё, как лис вокруг курятника. Когда у Дэлана закончились бесперспективные к честным ответам вопросы, он сел напротив и начал молча пересчитывать золотистые крапинки веснушек на её лице, что девушку невероятно нервировало. Он получал от этого удовольствие. Сидеть и ждать, пока она совершит ошибку и ослабит блок в сознании.
Его присутствие он ощутил, как только попытался проникнуть в её сознание, хотя тот ощущался обыденным течением человеческой мысли. Искуснейшая работа, сложная и дорогостоящая. Как раз для нелегального Настройщика. А раз так, этой заурядной на вид ведьмочке было что скрывать. Стоило отправить её в Управление и позволить запаху раскалённого железа смешаться с полынно-медовым ароматом её кожи, но это было бы слишком просто и скучно. К тому, думая о ней и палаче, Дэлан почувствовал укол ревности. Её стоны и кровь он должен был забрать себе. И всё-таки через час он убрался из её квартиры вместе с Собирателями, оставив в квартире дюжину маячков и возле дома двоих парней Вольца.
Морозный воздух очистил легкие, но не память. Он хотел Виринею, и даже учтивая беседа с верхушкой "Йотун Холл" не привела его в чувство. Председатель Совета директоров по нескольку раз повторял для вампира одни и те же вопросы, прежде чем он соизволял хотя бы кивать. Такое поведение главы КВМБ вызывало у всех раздражённое недоумение. Но его мысли были заняты Охотой.
Он переживал присутствие Добычи так ярко, словно она находилась рядом. Словно он слышал стук её сердца и чувствовал запах. Зуд в клыках и повышенное слюноотделение превратились в невыносимое физическое страдание, а сидеть он мог только нога за ногу. Вот тогда он понял, что заигрался, и настала объективная необходимость вернуться в реальность.
Дэлан сухо извинился и сбежал к машине. У входа вертелись журналисты, и он едва не снёс с дороги какую-то девку с микрофоном, которой не ко времени приспичило расспрашивать об агентстве.
– Без комментариев!!! – прорычал он с такой яростью, что та испуганно взвизгнула и поспешила затеряться в толпе митингующих. Вслед неслись вспышки камер и нелестные слова, но ему было всё равно. Только бы быстрее взять из бардачка пузырёк с быстродействующим успокоительным для вампиров.
Он захлопнул дверь и вытряхнул на ладонь несколько жёлтых таблеток. Их было больше, чем нужно, но его это не волновало. Уж лучше успокоиться до состояния пускающего пузыри младенца, чем напасть на ведьмочку посреди улицы.
Дэлан закинул таблетки в рот, не реагируя на горький привкус. Правда, был ещё один способ сбросить напряжение, но делать такое в общественных местах запрещалось законом, а он всё-таки инквизитор. Коктейль с кровью пришёлся бы весьма кстати. Он бы упился в хлам прямо здесь, но как только представил себе снимки в завтрашних газетах, заманчивая идея была отвергнута до вечера.
Наконец, журналисты убедились, что поживиться очередной сенсацией с участием главы КВМБ не выйдет, и оставили его в покое ради Федосия Выхштинского, намеревающегося разразиться очередной проповедью где-то неподалёку. Дэлан откинулся на спинку сиденья и с накатившим равнодушием наблюдал за учениками знаменитого проповедника. Те заставили толпу расступиться и подготовили для старца помост на перевёрнутой урне. Увидь он это в другое время, не преминул бы от души посмеяться над его альтруистической верой в обращение Убежища к Свету и Единству. Сейчас вампира хватило только на апатичный зевок, ибо боль в горле притупилась, а брюки перестали быть тесными. Через минуту он понял, что веки наливаются тяжестью, сопротивляться которой у него не было сил. И неизвестно, сколько ещё Совету директоров "Йотун Холл" пришлось бы его ждать, если бы на границе яви и сна он не заметил её.
Колючкина стояла посреди раздавшейся толпы, и сухой старческий палец Федосия целился ей в лоб. Минутный контакт с его массовкой подействовал на Дэлана быстрее чашки крепкого кофе. Праздничную ель собирались пустить на дрова, и поджарить на том костерке собирались его ведьмочку.
– Тэл, какова вероятность негативного развития ситуации? – выдохнул он сквозь клыки.
– Вероятность гибели объекта без постороннего вмешательства девяносто шесть процентов. Секундочку! Уже девяносто восемь. Данные анализа таковы, что для естественного хода истории вам стоит остаться в… машине.
Последнее слово вампир услышал уже снаружи, потому что кинулся в толпу, на ходу раскрывая портал, который перенёс их в здание агентства. И тут он вдруг заметил, что на ведьмочке была униформа “Йотун Холл”. Ещё одно совпадение? Едва ли.
Дэлан окончательно успокоился. Жажда и похоть из кошмара превратились в допинг, побуждающий к правильным действиям. И никакие невинные глазки и расширенный справочник травника в её голове не смогли бы вывести его из этого равновесия.
Спустя десять минут, после того как он вошёл в лифт агентства вместе с Маргрит, он уже знал об инженере В. Колючкиной все, что можно было выжать из её личного дела. Ещё через полчаса он пожимал её руку в кабинете Драгана Умнича, не подозревая, что к вечеру начнёт её тихо ненавидеть. До такой степени, что пошлёт блондинку за таблетками и украдкой съест сразу полпузырька прямо во время осмотра разрушенных Врат в компании щебечущей ведьмочки.
Она рассказывала о предполагаемых причинах трагедии, которая стоила жизни ста сорока трём служащим агентства, а он смотрел на её губы и почти слышал жаркий шёпот: "Испей меня!", и его мозг проигрывал его, как некую хранящуюся в нём запись. Однажды Дэлан не выдержал и закрыл уши руками, за что Вира наградила его таким красноречивым взглядом, что ему ничего не оставалось, кроме как обрушить на неё шквал вопросов и вновь попытаться взломать сознание. И добился он этим лишь обильного носового кровотечения у неё и припадка ярости у себя.
Сейчас дэ Аншэри был в Управлении. Рабочие часы главы КВМБ закончились, а он всё никак не мог положить папку с досье ведьмочки в ящик стола и отправиться домой. Ему бы прислушаться к здравому смыслу и понять, что ничего из его мучений не вышло, но он слушал другой. Он-то и твердил ему, что тайна Виринеи Колючкиной должна быть раскрыта любой ценой.
– Я был уверен, что найду тебя здесь. – Застигнутый врасплох вампир зарычал, и Ардэ застыл на пороге. – Я могу войти?
На самом деле Дэлану хотелось как раз противоположного, но он утвердительно кивнул. Елисар вошёл и сел на край его стола. В руках у него был Вестник Братьев Пламени.
– Что это с тобой? Никак не успокоишься после жестокого избиения народного героя? – Он протянул ему страницы, ещё пахнущие типографской краской. На первой из них была их с Вольцем фотография. – Не пора ли пригласить этого Пыржика для личной беседы?
– Якров просто делец, – отмахнулся Дэлан. – Если бы фотография его престарелой мамочки в неглиже хоть кого-нибудь да интересовала, он бы мигом её продал. К тому же эту кучу лучше не трогать, чтобы не воняла. Но ты ведь не за моим мнением пришёл, верно?
– Да вот, хотел спросить, как тебя занесло в Святую Валентию, но по клыкам вижу, что это небезопасно, – усмехнулся шеф ОКДУ. – Хотя в агентстве, кажется, всё прошло очень неплохо.
– Узнаем после вердикта Квалификаторов, – кивнул вампир.
– И Готте это ой как не понравилось. Он уже понял, что под его задницей зажёгся огонёк, и теперь требует от меня обратить внимание на некие факты твоей биографии, не то он будет вынужден сделать это сам, и публично. Оказывается, наш генерал-магистр вёл собственное расследование касательно твоей персоны. – Ардэ посмотрел ему в глаза. – Хочу, чтобы ты знал, я ценю твою дружбу. Именно поэтому я не стал расспрашивать Готту. Но если тебе есть чем поделиться до официальных слушаний в Совете, сделай это сейчас.
Дэлан устало помассировал веки.
– У всех есть тайны, Елисар. Я не исключение.
– Я считал, что мы можем говорить друг другу правду, – нахмурился Ардэ. – Выходит, я ошибся?
Вампир отвернулся к окну. На мгновение ему захотелось всё о себе рассказать, потому что он жил с тем, что когда-то сотворил, отнюдь не в мире и согласии. Впрочем, любая боль со временем притупляется, и образы прошлого теряют жестокую реальность. Этим утром он увидел их снова, такими, какими они были всегда. Солла и Колючкина показали истинную цену его надеждам. Он был и есть хищник, примеряющий на себя шкуру овечки. Так имел ли он право судить Готту за алчность, когда сам был средоточием множества пороков и никогда не ставил служение Убежищу во главу своего пребывания в стенах Управления?
– После того как ушли Деволье и ты занял его кресло, у меня не раз возникало желание узнать о тебе больше. И, признаться, однажды я задал себе такую задачку, – признался Елисар. – Только дальше твоего долгосрочного пребывания в Валенсире так и не продвинулся. Ты вроде бы существовал, но при этом тебя как бы и не было. Потом Вторая Объединённая армия Тёмных сил. Образцовый солдат, офицер. Светлые при воспоминании о твоих подвигах до сих пор приседают и оглядываются. Ты мог бы дослужиться до маршала, а предпочёл стать кадетом Академии Инквизиции. Не имею ничего против, но как ты туда попал?
– Думаешь, это сложно? – невесело рассмеялся Дэлан.
– Да, согласен, система далеко не идеальна, поэтому сегодня любой негодяй может стать блюстителем магического правопорядка, но я не об этом.
– Хочешь узнать подробности?
Шеф ОКДУ изобразил полнейшую готовность его выслушать, но вампир почувствовал, что слова застревают в горле.
– За место в Академии я благодарю доброе имя отца и моё жгучее желание уйти от войны, но я не хочу об этом говорить. По крайней мере, сегодня.
– Тогда назначь дату приема. – Ардэ соскочил со стола и прошёлся по кабинету. – Все знают, что Готта жадный подонок, но когда он выложит карты на стол, твои заслуги и расследования поставят под сомнение. Он обвинит тебя во всех смертных грехах. Даже если ты чист перед законом, кто в это поверит? Ты и я? Этого недостаточно. И потом, днём дэ Гаркхат предоставил мне данные с твоего жетона. "ОКО" зафиксировала странную активность для того, кто не охотится. Ты испытывал Жажду. Настоящую.
– Все, кого относят к кровососущей нежити, её испытывают, – процедил вампир, невольно сминая рукой папку с досье.
– Модифицированные вампиры давно признаны разумной расой, способной полностью контролировать инстинкты, а тебе для этого пришлось принять таблетки. Или твой жетон просто ошибся?
– Давай оставим эту тем, – поморщился Дэлан.
– Не оставим, – отрезал Елисар. – Ты подставляешь и себя, и меня. Кто-то обязательно скажет, что всё это время я тебя прикрывал. А всякий альтруизм должен иметь границы. У меня, между прочим, жена, тёща и двое малолетних детей.
– А язвы нет?
– Нет, и, надеюсь, не будет. Хотя при такой работе как наша… Что в этой папке? Я взгляну? – Шеф ОКДУ ждал ответа. Вампир пожал плечами и отдал ему досье. Тот бегло пролистал содержимое, задержавшись на измятой фотографии лишь на секунду. – В. Колючкина. Знакомая мордашка. Она замешана в нашем деле? – Ардэ испытующе на него глянул, но настаивать не стал. – Нет, я определённо её где-то видел…. Точно! Дело о серийных убийствах. Девушка чертовски похожа на жертв того некроманта, которого казнили в прошлом году. Занятное совпадение. Или нет?
– Пока не знаю, – развёл Дэлан руками.
– Тогда зачем тебе эта папка? – Елисар проницательно ухмыльнулся и кинул папку на стол. – Уж не в этой ли девчонке причина сегодняшних бед? Я только спросил, а у тебя уже клыки изо рта выпрыгивают.
– Я не… – зарычал было вампир, но опомнился. – Я отрабатываю одну из своих зацепок, а тебе, по-моему, пора домой, к семье.
– А тебе?
– Меня ждут старый слуга и холодная постель, так что я ещё немного поработаю. Надо же наверстать упущенное за две недели.
– Дело твоё, но не переусердствуй. Схлопочешь переутомление, и "ОКО" не преминет запереть тебя в госпитале для восстановления сил. Лёжа на больничной койке, не очень-то понарасследуешь.
У двери Ардэ обернулся:
– Пообещай мне держать себя в руках. Нам не к чему лишние проблемы.
– Я не стану охотиться, если ты об этом, – кивнул Дэлан.
– И это очень правильно. – Елисар попрощался и вышел.
Вампир несколько минут бездумно пялился в пустоту, потом растёр лицо, прогоняя вдруг навалившуюся на плечи безысходность, и, решительно сунув папку в карман, выключил настольную лампу. Всё-таки пора было пойти домой. И он почти это сделал, когда выключенный компьютер вдруг сам по себе ожил и известил вампира о приходе сообщения.
"Мёртвый мир ожил, магистр дэ Аншэри. Он жив. Доказательства этого в прозекторской. Спуститесь туда сейчас. Не пожалеете".
Дэлан нахмурился. Внутренняя сеть Управления, защищённая от проникновения извне, была пуста. Тем не менее тот, кто это написал, знал, что он всё ещё здесь, хотя его компьютер и не был активен.
Он пробежался по клавишам: "Кто вы?".
Ответ пришёл сразу: "Ваш друг".
"Я в этом не уверен, – напечатал вампир и запустил программу слежения. В правом углу экрана тут же загорелось окошко с отсчётом секунд. – Откуда вам известно о прозекторской?".
"В Управлении ничего не является секретом. Как и то, что вы запустили программу слежения. Напрасный труд, магистр. Вам меня не найти, если только я сам этого не пожелаю. Однако мне незачем скрываться. Я жду вас в Хранилище данных. А сейчас поторопитесь".
Экран погас.
Опуская странность такого диалога, Дэлан был настроен крайне скептически. Мёртвый мир был мёртвым во всех смыслах. Там не было ничего, кроме пепла и обугленных руин. И это практически всё, что было о нём известно. В тех частях архива Управления, что находились в свободном доступе, можно было отыскать жалкие строчки упоминаний о постигшей его катастрофе, но не более того.
Кажется, речь шла о войне богов, результатом которой стало уничтожение всего живого. Не только разумных рас, но и самих небожителей, их антиподов и даже духов. Никаких признаков жизни. Любой. Тамошнее подобие Врат было разрушено практически до основания. Активировать их можно было только из Убежища, что категорически запрещалось Создателями. Потому что такие миры, по сути своей, ненасытные паразиты, которые тянут из сопряжённого с ними мира силы и энергию, постепенно превращая его в себе подобное. Так откуда там взялись демоны и нежить? Исходя из того, что он видел, крайне организованные, подчиняющиеся чьей-то воле. Разведывательный отряд? Но что и кому понадобилось в Мёртвом мире, раз уж в "Йотун Холл" пошли на риск и открыли туда проход, которым воспользовались с той стороны? За такое придётся ответить, и даже Готта не поможет.