Старый камин. Мистические и загадочные истории

5 часть

Придя в себя, Марианна попыталась встать. Она оперлась рукой о пол, но пол показался ей каким-то странным: мягким и ворсистым… Марианна напрягла зрение и огляделась по сторонам. То, что она увидела, повергло её в полное недоумение и ужас.

Помещение, в котором она находилась, оказалось вовсе не интернет-залом, как она полагала. Это была незнакомая ей полуосвещённая комната! Причём сама Марианна лежала вовсе не на полу у входа в кухню, где она какое-то время назад лишилась чувств, а на широкой, обитой бордовым бархатом тахте.

Марианна приподнялась, опершись рукой о тахту, и с удивлением стала осматривать комнату. Первое, что ей бросилось в глаза, это высокие окна. Они были зашторены тяжёлыми старинными занавесами в золотистых драконах. А по периметру потолка шла причудливая лепнина.

Она отвела взгляд от драконов и лепнины, и заметила у стены комод, на котором стояли в массивных подсвечниках зажжённые свечи. На маленьком круглом столике, стоящем рядом с тахтой, Марианна обнаружила вазу с экзотическими фруктами.

В этот момент в комнате кто-то деликатно кашлянул. Марианна вздрогнула и посмотрела туда, откуда донёсся кашель.

В глубине комнаты на стуле с высокой резной спинкой и такими же резными подлокотниками кто-то сидел. Кто это был – мужчина или женщина, сразу понять было невозможно. В полумраке комнаты вырисовывался только силуэт сидевшего, лицо же было сокрыто тенью. Только изредка всполохи язычков пламени, от горящих свечей на комоде, падали причудливыми тенями на фигуру сидящего. Через какое-то мгновение фигура поднялась со стула и направилась в сторону тахты, на которой полулежала плохо соображающая в происходящем, Марианна.

Когда загадочная фигура приблизилась к тахте на достаточное расстояние, чтобы можно было различать не только её очертания, но и разглядеть лицо, Марианна поняла, кто это был…

Перед ней стоял, улыбаясь, и слегка согнувшись в поклоне… баянист.

– Как вы себя чувствуете? – распрямляясь, участливо поинтересовался мужчина. – Вы меня так напугали! Валерьяночку нужно попить. С нервишками у вас явно не того.

– Где я? – вместо ответа на вопрос спросила Марианна. – И вообще… кто вы такой?

Баянист пододвинул к тахте маленькую скамеечку с кривыми ножками и уселся на неё верхом, как на лошади.

– Вы… у меня в гостях. А кто я? Я вам уже говорил, когда пришёл в библиотеку.

– Спаситель мира? Русский индеец? Шутите? – Марианна усмехнулась и вдруг поймала себя на мысли, что она уже совершенно не боится этого странного человека. Он был ей скорее любопытен, нежели страшен.

– Такими вещами не шутят, – совершенно серьёзно отозвался баянист. – А верите вы мне или нет… Честно говоря, мне всё равно. Это ваше право – верить или нет. Так вы мне так и не ответили, как вы себя чувствуете?

– Нормально, – ответила Марианна.

– «Нормально» – это не ответ. Я всё же считаю, что нужно, чтобы вас осмотрел доктор.

– Ещё чего не хватало! Какой ещё доктор?! – возмущённо воскликнула Марианна. – Я не люблю современных докторов. Я уже давно к ним не обращаюсь.

– А кто вам сказал, что я позволю свою гостью осматривать современному доктору? – перебил возмущённую женщину чудоковатый хозяин.

– Антон Павлович! – позвал баянист. – Можно вас на минуточку?

– Это ещё какой такой Антон Павлович? – с опаской поинтересовалась Марианна.

– Как какой?! – воскликнул заботливый хозяин. – Чехов, конечно же! Надеюсь, против доктора Чехова вы ничего не будете иметь? Или, может быть, вам лучше доктор Булгаков по нраву? Так я и его могу позвать.

При этих словах баяниста откуда-то из полумрака комнаты сверкнуло стеклом пенсне, и вскоре перед тахтой уже стоял Антон Павлович Чехов с кожаным маленьким чемоданчиком сельского доктора и внимательно рассматривал Марианну. Марианна его сразу узнала по характерной бородке клинышком и пенсне.

Антон Павлович перевёл взгляд на хозяина и удивлённо спросил:

– Больная что… не из наших? Уж больно одежда на ней какая-то странная. Да и вообще… причёска…

– Да, Антон Павлович. Не из наших. Из других, – пояснил баянист, сделав ударение на слове «других». Потом добавил:

– Она моя гостья. Я был не очень осторожен. Вот дамочка и грохнулась в обморок. Послушайте там её. Всё ли с ней в порядке? А то я себя виноватым чувствую.

– Ну-с… – сверкнул пенсне Чехов, – Посмотрим-с… что тут с вами такое приключилось?..

Он поставил чемоданчик на маленький столик и щёлкнул замочком, открывая его. Потом вновь, но уже более доброжелательно, чем некоторое время назад, взглянул на «другую» пациентку.

Марианна почувствовала, как у неё опять начинает кружиться голова. Чтобы снова не потерять сознание, она аккуратно опустила голову на подушку и покорилась судьбе.

Часть 6

После осмотра оказалось, что с Марианной всё в порядке. Нервишки же, как заметил доктор, действительно следовало подлечить.

Антон Павлович убрал молоточек, которым несколько минут назад деликатно постукивал пациентку по коленкам, в свой лекарский саквояж и выписал рецепт на успокоительную микстуру. Точнее сказать, это был не совсем рецепт. Он просто вырвал из лежащего на столе блокнота лист бумаги и написал на нём какое-то название лекарства по латыни. После этого он протянул листок баянисту и сказал:

– Вот. Пусть попринимает это. И обмороков больше не будет. Я вас уверяю.

– Спасибо, Антон Павлович. Не желаете ли чайку? – предложил хозяин доктору. – У меня сегодня очень хороший чай. Из самой Индии только что привезли.

– Нет, благодарю вас. В другой раз. Сегодня у меня очень много вызовов. Нужно ещё к Фёдор Михалычу заскочить. Опять падучая окаянная…

– Ну, как знаете, друг мой, – вежливо улыбаясь, произнёс хозяин. – Прошка! – крикнул он куда-то вглубь комнаты. – Проводи господина Чехова!

Тут же перед ними возникла фигура сгорбленного старика с всклокоченной шевелюрой и залатанной клетчатой жилетке.

Когда доктор и Прошка удалились, Марианна села, а потом попыталась встать. Но баянист жестом остановил её, а потом каким-то притворно-приторным голосом сказал:

– Марианна Юрьевна, не нужно вставать. Отдыхайте. Слышали, что доктор сказал? Нервишки нужно полечить. Сейчас я пошлю Прошку в аптеку. Примите микстурку. Выспитесь хорошенько…

Марианна резко прервала этот убаюкивающе-сладкий голос:

– Послушайте! Как вас там? Спаситель. Или… индеец? Что вы себе позволяете?! Я не собираюсь у вас, – Марианна сделала ударение на слове «у вас», – ночевать! Мне домой нужно! И вообще… Куда это вы меня привезли?! Где находится этот ваш, так называемый, дом?!

Марианна, гневно сверкнув глазами, уставилась на мило улыбающегося хозяина. Эта его милая улыбка показалась ей сейчас настолько наигранной, что на какое-то мгновение она опять почувствовала холодок страха, окутывающего её со всех сторон. Чтобы не выдать этого своего состояния, Марианна тоже улыбнулась, но улыбка вышла какая-то натуженная и не более естественная, чем у самого хозяина.

– Не нужно так нервничать… – понизив голос, сказал баянист.

Эта фраза, произнесённая тихим голосом, показалась Марианне почти зловещей. Она изо всех сил старалась скрыть, что опять начинает бояться этого странного человека.

Баянист продолжил:

– Я никуда вас не привозил, как вы изволили только что выразиться. Вы находитесь в вашей же библиотеке.

– Что?! – воскликнула Марианна. – В библиотеке?!! Ха-ха-ха! Так я вам и поверила! Я уже работаю в этой библиотеке больше года, но что-то ни разу не видела тут такой комнаты.

– Правильно. Вы не могли её видеть. Потому что… – Он немного помедлил, как бы решаясь, стоит ли говорить дальше или нет? А потом, всё же решившись, продолжил: – Она находится… в другом измерении.

– Где?! – Марианна издала странный нервный смешок, и ошалело уставилась на говорившего. – Нет! Вы точно ненормальный! Я правильно тогда подумла про вас. Боже мой! Скажите же, наконец! Что вам нужно от меня?! Вы… маньяк? – Марианна почувствовала, как её охватывает ужас.

Господи! Нужно как-то выбраться отсюда! Кнопка… Где же пульт с тревожной кнопкой? Мне нужно его найти…

В этот момент появился Прошка. Он протянул баянисту бутылочку с какой-то мутной жидкостью:

– Вот. Господин изобретатель, принёс. Всё, как вы просили, исполнил-с…

– Спасибо, Проша, – мягко ответил баянист, забирая из его рук бутылочку. – Можешь быть свободным.

– Слушаюсь-с, – поклонившись, ответил слуга и удалился.

– Так вы ещё и изобретатель? – усмехнувшись и еле сдерживая неожиданно нахлынувшую на неё ярость, поинтересовалась Марианна.

Баянист не ответил. Он, держа в руках изящную фарфоровую чашку, отсчитывал в неё, из принесённой Прохором бутылки с микстурой, капли. Повернувшись к Марианне, он протянул ей чашку:

– Выпейте.

– Не буду! – резко ответила Марианна. – Может, вы отравить меня хотите? Откуда я знаю, что за дрянь вы накапали в чашку?

– Ну… как хотите, – спокойно ответил баянист и поставил чашку на столик, рядом с фруктами. – Захотите поспать – выпьете.

Он снова уселся рядом с тахтой на маленькую скамеечку, и взяв из вазочки с фруктами грушу, смачно надкусил её.

– Угощайтесь, – предложил он Марианне, – не отравленные. – Он улыбнулся и Марианна заметила, что зубы на сей раз у него совершенно обычного белого цвета, как и у всех людей.

Она почувствовала, что проголодалась. Несколько поколебавшись, всё же протянула руку к вазе, и тоже взяла грушу.

Доев грушу, баянист спросил:

– Вы боитесь меня?

– А вы как думаете? – вопросом на вопрос ответила Марианна.

– Боитесь… – вздохнув, констатировал хозяин. – Я как-то сразу об этом и не подумал.

Он опять вздохнул.

– Не нужно меня бояться. Я не причиню вам зла. Я сам боюсь. Вот и скрываюсь периодически здесь.

– Где здесь? – удивлённо спросила Марианна. – В библиотеке? Если это, действительно, правда, и то место, где мы сейчас с вами находимся, именно наша библиотека.

– Да. Это именно ваша библиотека. Только, как я вам уже сказал, эта комната находится в другом… пространстве и времени. А точнее сказать в безвременьи, – он взглянул на Марианну, ожидая её реакции на сказанное.

Женщина удивлённо смотрела на рассказчика. Баянист продолжил:

– Я попытаюсь вам всё объяснить. Я действительно изобретатель. Спасителем я себя называю шутя. Просто мои изобретения действительно могут спасти мир… от гибели. Я знаю, что Спаситель у нас один. И на его роль я не претендую. Мои изобретения… Как бы вам сказать… – он замялся,

– В общем… ими очень интересуются спецслужбы.

– Послушайте! – перебила говорившего Марианна, – А мне-то зачем вы всё это рассказываете? Я-то тут при чём? Изобретения. Спецслужбы. Мне начинает казаться, что я в дурдом попала какой! Вы простите меня, господин изобретатель… Раз уж вам нельзя иметь нормальное человеческое имя, буду называть вас Изобретателем. Это всяко лучше, чем Спаситель! Так вот. Я прошу вас… Нет. Не прошу. Я требую! Верните меня назад на моё рабочее место! В мой филиал. Причём немедленно!

– Хорошо… – устало отозвался хозяин-изобретатель. – Верну я вас в ваш филиал. Хотя… и возвращать-то не нужно. Мы ведь никуда из него и не выходили, – он усмехнулся. – Только это произойдёт не сейчас, а чуть позже. Я устал очень. Мне необходимо восстановиться. Всякий раз, когда я вынужден пользоваться своими способностями и перемещаться в эту комнату, я чувствую себя, как выжатый лимон. Простите…

Он встал и направился в сторону двери, которую, наконец-то, Марианна заметила. Это была дверь, стилизованная под книжный шкаф. Дойдя до двери, хозяин обернулся:

– Не бойтесь ничего, – ещё раз успокоил он Марианну, – у меня вы в полной безопасности. А завтра, на свежую голову, и поговорим. Спокойной ночи!

Изобретатель тихо выскользнул за дверь и Марианна осталась одна. Спать ей совершенно не хотелось.

«Спокойной ночи, мерзавец, пожелал!» – опять стала заводиться Марианна. «Да и как тут уснёшь?! Когда находишься непонятно где и непонятно у кого? Хоть этот „непонятно кто“ и уверяет тебя, что ничего страшного не произошло и не произойдёт, и что он, этот непонятный человек, просто самый обычный изобретатель! Изобретатель… Изобретатель чего? Машины времени? Или… воскреситель душ? Раз в докторах у него ходит сам Антон Павлович Чехов!»

Марианна встала, подошла тихонько на цыпочках к двери, в которую только что удалился Изобретатель. Нащупала в полумраке ручку и с силой толкнула дверь плечом.

Часть 7

Удивительное дело – дверь оказалась не заперта. Под натиском Марианны она распахнулась настежь, да так, что Марианна чуть не грохнулась, зацепившись ногой за порог.

Чертыхнувшись, женщина выпрямилась и с удивлением обнаружила, что попала в ещё более странную комнату, нежели та, в которой она оказалась после обморока.

В первую очередь странным было то, что в этой комнате было полно народу, и было жутко накурено. На неожиданное появление здесь Марианны никто из присутствующих даже не обратил внимания.

Все люди были чем-то заняты. Часть из них сидели за большим круглым столом и играли в карты! Другие сидели вдоль стен на старинных диванчиках и о чём-то оживлённо беседовали. О чём они говорили, разобрать было невозможно, отчего комната наполнялась каким-то беспрерывным однообразным гулом, который периодически нарушался громким смехом людей, играющих в карты.

Во-вторых, ещё более странным было то, что все эти люди были одеты в несовременные одежды. Мужчины были в сюртуках. Дамы – в длинных платьях с оголёнными плечами и в длинных же, тонких перчатках до локтей. Дам, правда, было гораздо меньше чем мужчин. Марианна заметила только трёх. Мужчины попыхивали трубками, дамы обмахивались веерами.

Поняв, что её никто не заметил, Марианна тихонько прикрыла за собой дверь и, спрятавшись за тяжёлую оконную штору, стала наблюдать за происходящим.

– Господа! – громко произнёс кто-то из присутствующих. – А что… Фёдор Михайлович сегодня не играет?

– Нет! У него приступ сегодня опять случился. Да и с деньгами, вроде как, туговато. Зато Александр Сергеевич здесь!

Гул в помещении усилился, и Марианна увидела, как к столу игроков стремительно подошёл невысокий человек с густыми бакенбардами и в цилиндре. Марианна узнала в нём Пушкина. Именно таким она видела его на какой-то книжной литографии. Александр Сергеевич тем временем вежливо раскланялся с присутствующими, снял цилиндр и, откинув полы фрака, уселся на стул, который ему тут же услужливо поднёс тот самый старик Прошка, слуга Изобретателя.

Марианна услышала, как какой-то пузатый господин, спросил Пушкина:

– Александр Сергеевич, голубчик. Как здоровье Натальи Николаевны? Я слыхал, она хворает.

– Ничего, Пётр Аркадьевич… С божьей помощью. Уже всё хорошо.

– Ну и славно! – отозвался пузатый.

– А что Гоголя… сегодня не будет? – поинтересовался Пушкин. – Давно хотел поговорить с ним о Мёртвых душах.

– Нет. Николай Васильевич сейчас очень от нас далеко. Все томики его разобрали читатели. Школьники-шалопаи разобрали…

– Школьники? – удивился Пушкин. – Не хотите ли вы этим сказать, милостивый государь, что Гоголя читают дети? Он ведь никогда не писал для детей!

– Да уж… Такие времена, знаете ли, настали. Что там Николай Васильевич! И Льва Николаевича Толстого тоже школьники читают. Да и вас, простите, Александр Сергеевич… И не только, знаете ли, сказочки ваши. А и… Евгения Онегина, смею вам заметить-с.

– Что вы говорите? – искренне удивился Пушкин. – Евгения Онегина? Да-с… Времена-с… Писал для взрослых, а читают дети.

Вдруг какая-то дама, скромно сидевшая в сторонке, громко воскликнула:

– Господа! Господа! А давайте играть в фанты! Право же, уже скоро придёт Изобретатель и нам придётся попрощаться. Когда ещё мы сможем все здесь собраться? Ну, давайте же, давайте… – заканючила дама. – Я так редко оказываюсь в одной компании и с Пушкиным, и с Толстым. И даже Булгаков сегодня здесь…

– Кто эта дама? – удивлённо спросил длинноволосый бородатый мужчина в косоворотке у Булгакова. В нём Марианна без труда признала Толстого.

– Лев Николаевич, это не писательница. Это героиня какого-то бульварного романчика, написанного каким-то французишкой. Его книги сейчас не пользуются большим спросом. Впрочем, как и наши с вами. Сейчас, знаете ли, всё больше в моде простенькие детективчики…

– Господа! Что вы имеете против детективов? – включилась в разговор пожилая дама в кружевной блузке.

– Госпожа Кристи, против ваших умных психологических детективов мы не имеем ничего против! – воскликнул Булгаков. – Я говорю о других дамах, которые возомнили себя писателями остросюжетных романов.

Толстой понимающе усмехнулся себе в усы.

До Марианны, наблюдавшей за происходящим из своего укрытия, наконец-то, начало доходить, что здесь, в этой странной комнате собрались писатели разных эпох. Более того, вместе с ними, здесь же, присутствовали и ими же созданные литературные герои.

«Ай, да Изобретатель! Ай, да сукин сын!» – подумала восхищённо Марианна. «Теперь понятно, почему за ним гоняются спецслужбы. Это ж уму непостижимо – такое вытворять!?»

Не успела Марианна продолжить мысленные дифирамбы в адрес Изобретателя, как уже знакомый ей голос, голос Прошки, торжественно произнёс:

– Господа! Изобретатель!

И шум в комнате сразу же прекратился. Зазвучали фанфары, и в комнату вошёл, окружённый странными низкорослыми существами, баянист.

Часть 8

На плечах баяниста была алая мантия, в одной руке он держал странной формы предмет, очень напоминающий камень, а другой рукой – опирался на посох, на конце которого сверкала всеми цветами радуги пятиконечная звезда.

Существа, сопровождавшие баяниста, тоже были в мантиях. Только мантии эти были ярко- синего цвета, расшитые непонятными замысловатыми золотыми вензелями.

Кто-то из присутствующих вскочил со своего стула и кинулся к Изобретателю со словами:

– Господин Изобретатель! Почту за честь предложить вам свой стул-с…

– Спасибо, – сухо отозвался Изобретатель и, прямо держа спину, будто проглотив кол, уселся на предложенный ему стул.

Существа в синих мантиях встали, как охранники, рядом со стулом хозяина. Публика в комнате замерла в ожидании. Изобретатель держал паузу.

Марианна почувствовала, как у неё начинает что-то щекотать в носу. Она потёрла нос рукой, в надежде, что щекотание прекратится, но вместо этого в носу защекотало ещё сильнее и она, неожиданно для себя самой, громко чихнула.

Все в комнате обернулись в сторону шторы. Изобретатель, усмехнувшись, поднялся со своего места и, передав посох и странный камень одному из охранников, направился к окну. Подойдя, он резко одёрнул штору.

Марианна в ужасе отпрянула в сторону. Но Изобретатель схватил её за руку и мягко, но с явным неудовольствием, поинтересовался:

– Куда же вы, голубушка?

Он потянул Марианну за руку к себе и тихо добавил:

– Раз уж вы нашли в себе смелость покинуть своё убежище, будьте уж до конца смелы…

Он обернулся к присутствующим и, не выпуская из своей руки руку Марианны, громко и торжественно произнёс:

– Господа! Позвольте вам представить мою гостью! Марианна!

Он разжал пальцы на запястье Марианны и жестом указал всем присутствующим на находящуюся в полной растерянности женщину.

Все с удивлением посмотрели на неё. Одна из дам подошла к Марианне и совершенно беспардонно начала рассматривать её в лорнет.

– Фи! – презрительно произнесла дама. – Что за наряд? Что за причёска? Она что, забыла надеть платье? Явилась в приличное общество в исподнем? И волосы не убраны в причёску.

Марианна вначале удивлённо посмотрела на даму, а потом оглядела себя. Какое же на ней исподнее? Это же супермодное платье, которое она недавно купила во французском магазине! И волосы у неё были в порядке. Мягко струились до середины спины, завиваясь крупными локонами.

Марианна посмотрела на нагловатую даму и еле сдержалась, чтобы не сказать ей что-нибудь резкое в ответ.