Путь безмолвного мага. Часть 1 – Секреты пламени

Глава 8 Потеря

Уже в поселении Ортон рассказал о увиденном, Фекет отходил от пережитого ужаса, его трясло, он сидел обхватив колени и покачивался смотря в одну точку. Услышав о метке и вызванном огниле. Морбак метнулся из дома и через пять минут вернулся с запыхавшимися Жерроном и Грахуром. Услышав рассказ, новоприбывшие побледнели, шаман, первым отойдя от шока, спросил:

– Морбак где шкатулка, которая была тогда завернута в ткань вместе с ним?

Орк подошел к шкафу, открыл его и достал оттуда небольшую шкатулку. И поставил на стол. Жеррон  открыл шкатулку, вытащил из нее свиток и заговорил.

– В этой шкатулке лежат свитки, в которых расписаны способности Рэда, во-первых он эмпат, то есть он чувствует эмоции других. Были и другие свитки, во-вторых здесь есть свиток, на котором есть обращение к некому Ройсифусу, с просьбой воспитать и выучить этого мальчика. Возможно, все-таки стоит его разыскать.

– Эта мысль мне не нравится, – проворчал Морбак, и помолчав продолжил. – Но…

Закончить ему не дали, раздался грохот, и прежде чем все выбежали на улицу, в дом ворвалась одна из орчанок и в спешно, глотая буквы заговорила.

– На нас напали, какой-то хмырь в черном балахоне с красно-золотой каймой, он требовал выдать Рэда, но братья отказали и тогда он напал.

Вновь грохот, яростные вопли, снаружи явно начался бой, Грахур пулей выметнулся за товаркой. Морбак остался, судорожно решая, что делать.

– Морбак! Быстро собирай вещи, забирай Рэда и уходи отсюда, мы их задержим, его жизнь явно дороже наших, – проорал и выкатился наружу шаман.

Орк ошарашено стоял и не мог решить, что делать, его привел в себя Ортон, растормошив друга. Вожак племени взял себя в руки, достал из тайников какие-то мешочки и маленький сундучок, скидал все в сумку вместе со шкатулкой Рэда, спешно схватил все оружие, которое было в доме. И скомандовав крофтам, покинул небезопасное укрытие. Вокруг творился хаос, горели полуразрушенные дома, валялись выдернутые из земли булыжники. Над домами неустанно разыскивая понятно кого, парил обозначенный орчанкой – хмырь.

– Эхалин, – пораженно выдохнул Ортон.

Морбак кинулся в противоположную сторону, вновь грохот и крики, но на сей раз предсмертные. Морбак остановился с грустью и болью, глядя в сторону дымящегося квартала орков.

«Как хорошо, что там кроме нашего клана никого не было», – сама собой возникла мысль.

Ортон привлек его внимание, и махнул головой в сторону, давая знак, что надо бежать дальше. На лице крофта отражались мысли о том, что ему тоже тяжело бросать товарищей, но тут же обеспокоено брошенный взгляд на Фекета показал, что он обязан в первую очередь защитить сына, юный маг тьмы трясся, но бежал сам, в глазах застыл ужас. Орк тряхнул головой, взглянул на друга и заговорил:

– Я не могу просить тебя о том, чтобы вступить в бой для защиты моего племени, но прошу, вытащи отсюда Рэда. Объясни ему всю ситуацию, он парень умный, поймет. У него хватит навыков для выживания, поэтому если он захочет уйти, не останавливайте, просто дай ему совет, чтобы он попытался найти этого Ройсифуса. Кто знает, может ему и удастся.

Ортон хотел было что-то возразить, но взглянул в лицо товарища кивнул, закинул Рэда на плече и развернувшись побежал прочь.

– Скажи ему, что я любил его! – прозвучало из-за спин крофтов.

Маг тьмы неимоверным усилием подавил желание остановиться и посмотреть назад, мчался по опустевшим улицам, горожане напуганные ревом орков и звуками магической битвы попрятались по подвалам, молясь, чтобы беда не коснулась их.

Уже на полпути к дому Ортон услышал стон Рэда, нет, он не пришел в себя, скорее всего он чувствовал гибель вырастивших его Морбака и Грахура. За поворотом они наткнулись на богато, но без излишеств украшенную повозку. В ней сидел крофт обладавший носорожьей внешностью, внушительной мускулатурой, и цепкими серыми глазами.

– Залезайте, – прозвучал сильный почтительный голос.

Ортон хотел было возмутиться, но не стал,  послушно закинул поклажу, помог сыну взобраться в экипаж и, отказавшись от помощи носорога, протянувшего к воспитаннику орков могучие руки, забрался сам. Экипаж тронулся и его хозяин заговорил.

– Мое имя Дейрим, я владелец того банка, который вы спасли от налета грабителей. Мои подчиненные рассказали, что случилось, и доложили о том, что первым выступившим против преступников выступил этот мальчик, – он кивком указал на Рэда. – И дали все имеющиеся у них данные. Я хотел отблагодарить юного воина за помощь, но увидел, что над кварталом орков ввысь тянутся черные столбы дыма. Я так понял, что на поселение орков напали, и вы вынесли оттуда этого героя.

– Да, напавший вряд ли имеет связь с преступниками, скорей всего во время боя Рэд выдал свое местоположение.

– Я переправлю вас в безопасное место, а именно в столицу Аннаха – Гроссо у меня там живут братья.

– Мне надо забрать жену.

– Если я правильно вас понял, то пришли именно за ним, – с нажимом проговорил Дейрим. – Значит, что вам надо убраться, как можно дальше и быстрее.

– У нас уже собрано все самое необходимое, мы собирались к друзьям в гости, много времени на сборы не потребуется, – вмешался в разговор Фекет.

Носорог бросил строгий взгляд на молодого крофта, в глазах которого было ясно видно, что он еле-еле держится от того, чтобы не впасть в истерику, и согласился. Ортон назвал адрес, и уже через пять минут повозка стояла у нужного дома.

– Я пойду с вами, помогу с багажом, а ты юный воин, останься и присмотри за другом, – сказал банкир.

Взрослые споро вошли в дом, носорог вынес вещи, маг тьмы, держа на руках упирающуюся и ничего не понимающую Мели, когда все заняли свои места, повозка тронулась, и Ортон смог пояснить жене ситуацию.

***

Морбак вбежал в пылающий и полуразрушенный квартал, и присоединился к своим товарищам. Бой был неравный, враг атаковал яростно и максимально разрушительно, легко и непринужденно отражая отчаянные выпады орков. Орки умирали яростно рыча. Грахур увидев друга, одним движением оказавшись около него и затащив в укрытие, заорал:

– Ты что здесь делаешь!? Ты должен был унести Рэда в безопасное место!

– Он в хороших руках, – спокойно проговорил вождь. – Я не могу бросить своих братьев и сестер в последнем бою, – сказал и выметнулся из укрытия.

Грахур вздохнул и побежал следом. Спустя час, Морбак остался один, его товарищи полегли, а враг стоит над ним и глумливо смеется, пока он лежит на земле не в силах пошевелиться.

– Ну, вот ты последний из своего племени, скажи, где этот выродок и я тебя пощажу.

– Изыйди! – глухо прорычал орк, смачно плюнув мерзавцу в лицо.

Эхалин вздрогнул, его лицо выразило омерзение, он вытер лицо рукавом, и гневно прошипев нечто на языке эхалинов, послал в орка файербол. Морбак смирившись со смертью, зажмурился, ожидая боли, но ее не последовало. Вместо этого он, где то в глубине своего разума услышал.

«Это, еще не конец».

***

Тирнэс успел заметить, как двое крофтов и орк, несший третьего крофта цветом шерсти выдавшего личность кровного врага, скрылись беспорядочном хаосе построек.

«Судя по всему этот выродок сильно пострадал в том бою, я едва чувствую его присутствие, такое чувство, будто он выжег всю свою манну. Тем лучше» – лицо Тирнэса исказила жуткая ухмылка.

Залетев на территорию вынесенного за пределы города скопления построек, эхалин привлек внимание местных жителей, уничтожив фонтан, стоявший на центральной площади. Орки мигом мобилизовались, однако Рэда выдавать они не спешили, наоборот их напор стал сильнее. Но их усилия были бессмысленны все их навыки не годились для боя с парящей в воздухе и молниеносно перемещающейся целью.

Очень быстро они пали. Последним, в живых остался орк принесший крофта в лагерь своих сородичей.

– Ну вот, ты последний из своего племени, скажи, где этот выродок и я тебя пощажу. – обратился к зеленокожему громиле эхалин.

– Изыйди! – с ненавистью прорычал поверженный защитник Рэда, и плюнул не ожидавшему такого подвоха Тирнэсу в лицо.

Эхалин вздрогнул, от омерзения прокатившегося по всему телу, и в гневе выпустил в мерзавца огненный шар уничтоживший тело так что не осталось даже пепла.

Гнев, вызванный низким поступком, утих не сразу, пришлось приложить немало усилий, чтобы не сравнять это место с землей и  подвергнуть полному уничтожению весь остальной город.

«Надо уходить, скоро здесь появится Мэрборг, со своими прихлебателями, но…» – он резко взмыл в небо и заметил стремительно движущуюся в сторону  только что уничтоженного места ораву правоохранителей.

«Этот мелкий гад опять скрылся, впрочем, возможно что он умрет, если его источник не восстановит циркуляцию манны по телу».

Вернувшемуся домой эхалину пришлось потратить куда больше сил ему требовалось на очищение сознания после предыдущих вылазок на Нова-Виду в попытках уничтожить угрозу для Клэхарода. Чуть позже вернулась и правящая элита. Отсутствие приближенного было ими замечено, но кажется удалось выкрутиться, сославшись на поиск нового необычного клинка. Хозяева знали о его пристрастии к диковинным изделиям кузнецов и поверили ему, однако попросили впредь сообщать о своих намерениях странствовать.

Теперь контролировать свои мысли стало еще сложнее, выходка последнего убитого орка породила новую бурю ненависти, к младшим народам, еще сильнее укрепив эхалина в мысли , что его народ самый достойный, а прочие расы должны быть либо уничтожены полностью, либо безоговорочно подчиняться воле эхалинов не имея право выбора.

Глава 9 Ройсифус

Дейрим привез семью темных магов и их друга к большому богатому особняку. Взяв большую часть вещей, он ловко выпрыгнул из экипажа, и махнув головой отправился к входу в дом.

Ортон взяв Рэда и его вещи, отправился следом. Мели держа за плечи содрогающегося сына, последовала за мужем. Носорог провел спутников длинными широкими коридорами, и спустился в подвал. Путь окончился в большой зале с высоким потолком, у противоположной стены стояло окно портала, и какое-то оборудование. Опустив рычаг, он заговорил.

– Я отправлю вас к своим братьям в , вот он, – Дейрим кивнул на отклеившегося от стены маленького каменного голема, сверкнувшего рубинами место глаз, и продолжал. – Расскажите им кто вы и зачем пришли. Я же закончу свои дела и отправлюсь за вами через несколько дней.

– Почему вы помогаете нам? – растерянно спросил Ортон.

– Я помогаю вам потому, что вы не позволили ограбить мой банк.

Тем временем, в окне портала стала видна другая, более просторная комната, и маленький голем, бесстрашно переступил границу и призывно помахал рукой. Банкир быстро переставил всю поклажу семейства магов. Ортон осторожно вошел под арку механизма следом за ним, потянулась его семья, и портал закрылся.

***

Когда погасло окно портала, на стенах замигали кристаллы, раздался слабый звон. Ортон напрягся, ожидая вооруженной стражи, но тут открылась одна из дверей, и из-за нее показался крофт, обладавший внешностью носорога с пронзительными глазами аметистами. Он был около двух с половиной метров ростом, и обладал такой мускулатурой, что знакомые семейству темных магов орки, удавились бы от зависти всем племенем. Он был одет в большой, ярко красный халат с золотой вышивкой витиеватого узора, не способный хотя бы немного скрыть внушительные размеры своего хозяина.

Звон затих, кристаллы стали освещать пространство мягким, успокаивающим светом. Каменный голем посланный банкиром подошел к новоприбывшему. Носорог присел, положил свою ручищу на голову маленькому гонцу, постоял так с минуту, выпрямился и подошел к своим гостям.

– Мое имя Ройсифус, – маг тьмы вздрогнул, услышав имя того, чье имя было указано в бумагах, которые ему  показывали орки, тем временем хозяин продолжил. – Добро пожаловать в мое поместье.

Ортон представил свое семейство и лежащего на своем плече Рэда. Дальше крофт-носорог предложил гостям оставить пожитки и пройти в гостиную, где можно отдохнуть и продолжить разговор. Не дожидаясь ответа, хозяин забрал эмпата и развернувшись, пошел к выходу из зала. Маг тьмы вытащил из сумки Морбака, шкатулку со свитками и взяв жену за руку отправился следом.

В уютной комнате хозяин дома уложил Рэда на диван, развернул ткань и осторожно осмотрел его тело. Все раны запеклись, однако на теле было множество синяков.

– Рассказывайте, – властно произнес Ройсифус.

Ортон начал повествование о том кто они такие, когда он закончил рассказ о себе и свей семье, в зал зашла эльфийка, судя по одежде служанка. Носорог жестом остановил рассказ гостя и попросил проводить женщину и мальчика в гостевые покои, выдать все необходимое, и не забыть мази и припарки для лечения травм, а так же сообщить поварам, чтобы начинали готовить ужин. Эльфийка вежливо пригласила Мели и Фекета следовать за ней. Когда дверь закрылась, он извинился за прерванный рассказ и попросил продолжать.

Маг тьмы продолжил рассказывать о Рэде, в процессе чего передал собеседнику шкатулку. Рассказывал честно и без утайки, все что видел и знал о воспитаннике орков, не забыв упомянуть в подробностях, о событиях, произошедших возле банка и о бойне в квартале орков. Когда поток информации иссяк, рассказчик замолк, несколько минут двое крофтов сидели в тишине, глаза Ройсифуса утратили завораживающую переливчатость, и изменили цвет на серый. Он вызвал слугу, который отвел Ортона к семье, а сам, взяв на руки эмпата, отнес его в свою комнату, где уложил его на свою широкую кровать, обмазал сильно пахнущими мазями и накрыв мальчика тем, во что тот был ранее закутан, когда семья крофтов появилась в стенах поместья, принялся изучать сначала саму шкатулку, а за тем уже и ее содержимое.

«Это шкатулка эхалинской работы, и печати на пергаментах тоже принадлежат им, в прочем не все»

Крофт вытащил из оказавшейся куда более вместительной, нежели выглядящего снаружи сундучка, один отличный от других свиток, На нем была печать орочьего клана, а внутри небрежной угловатой орочьей письменностью было подробно описано то, что орки сумели узнать о своем воспитаннике и его способностях.

«Эмпат!» – подумал Ройсифус. «Еще и с огненным источником!»

Юный крофт застонал, задергался, Ройсифус подскочил к нему, и приложил ко лбу Рэда на мгновение покрывшуюся фиолетовым пламенем ладонь. Эмпат успокоился и вновь был безмятежен. В дверь постучали, слуга учтиво сообщил, что ужин готов и ожидает на столе. Ройсифус попросил слугу войти. Дверь открылась, и в покои вошел статный эльф, с длинными прямыми волосами цвета ночи и отливающими золотом глазами.

– Даефф прошу, присмотри за ним, – он кивнул на спящего. – Пока я не вернусь.

– Будет сделано, хозяин.

 Ройсифус дал последние указания и скрылся за массивной дверью. Эльф сел в кресло хозяина, и обратил свой пронзительный взгляд, на лежащего на кровати, юного крофта. Спустя четверть часа, носорог вернулся, эльф поднялся и выходя произнес.

– Его ждет жизнь, наполненная тяжелыми испытаниями и болью, я это чувствую, – и упреждая вопрос, продолжил. – Не требуйте от меня объяснений хозяин, это просто чувство и я не могу объяснить его природу, – сказал и скрылся за закрывшейся дверью.

Ройсифус долго сидел, изучая свитки, а когда он закончил изучать последний из них, уже зарождался новый день и он, оставив спящего одного, отправился к Ортону. Маг тьмы тоже не спал и после вежливого стука, наскоро запахнувшись в выданный ему халат, вышел из покоев, и очень удивился, увидев ожидающего хозяина.

– Мне  необходимо с вами поговорить, пройдемте со мной.

Они вернулись в комнату носорог, и расположились за аккуратным, но крепким столиком, через несколько минут отворив дверь, вошел Даефф и поставив пузатый чайник украшенный золотом и такие же чашки удалился.

– Я изучил все записи, которые вы передали мне вчера, все они кроме одного написаны эхалинами.

Маг тьмы поперхнулся. Ройсифус вопросительно воззрился на гостя с немым вопросом и его глаза вновь, как и в их первую встречу засверкали, словно два аметиста на свету.

– Прошу прощения, – в смятении проговорил Ортон, – Вчера я упустил важную деталь. Напавший на орков, судя по одеянию, именно эхалин, он был одет в черный балахон с красным обрамлением.

– Значит, эхалинам не стоит знать о судьбе мальчика? – Задумчиво пробубнил носорог. – Что же, тогда, я предлагаю, вам остаться в нашем поместье, и не возражайте. Вас могли видеть, и я уверен, что напавший, некоторое время будет прочесывать все окрестности. Знайте, я вас не пущу, только через мой хладный труп.

Маг тьмы вздрогнул, он ясно представлял, чем может обернуться поединок с этим воином и наверняка магом. Нет, его не пугали размеры предполагаемого противника, но чувствуется что-то неимоверно сильное и опасное. Поэтому он покорно кивнул, а хозяин покоев тем временем продолжал.

– Отдыхайте, ни в чем себе не отказывайте, если вам что-то понадобится, обращайтесь либо ко мне, либо к Даеффу. Вы заслужили, ибо, если бы грабителям удалось обчистить банк Дейрима, наша семья потеряла бы в разы больше. Скоро мои братья вернутся, и мы решим, как вам помочь. Рэд в любом случае однозначно останется здесь, судя по одному из свитков, обучать этого паренька предназначалось именно мне.

– Можно спросить? – робко спросил Ортон?

Ройсифус одобрительно кивнул, улыбаясь искренне, его глаза вновь потеряли цвет став серыми.

– Ваши глаза, меняются и встречаясь с ними я словно завороженный выкладываю все как на духу, и меня не покидает ощущение, что вы видите все мои мысли.

– Я понимаю, о чем вы, и да, я должен извиниться. Это… – он указал на мгновение сверкнувшие сапфирами глаза. – Одна из моих способностей, за свою жизнь, я так часто пользовался этим даром, что теперь это происходит само собой.

– Издержки профессии, – понимающе выдохнул темный маг, и уже с большей уверенностью. – Для Рэда необходимо найти учителя, для развития его дара управления огнем.

– С этим все просто, – улыбнулся Ройсифус, и видимо в подтверждение своим словам мгновенно сформировал внушительных размеров файербол, – Я, стану его учителем.

***

Минуло три дня жизнь постепенно возвращалась в более менее привычное русло. Семейство магов тьмы, осваивало новое жилье и новый город. Вернувшийся из командировки Лонример, всеми силами старался, помочь, Фекету влиться в ученический коллектив старшего звена своей гимназии.

Первые несколько дней ситуация была схожа с тем, как относились к Рэду, явное презрение, попытки унизить, но у Фекета терпения оказалось меньше чем у друга, и уже спустя три дня, юный маг тьмы поставил обидчиков на место разом показав все свои навыки, при этом не навредив оппонентам, а лишь напугав. После чего, обрел популярность и из изгоя, стал самым популярным юношей школы.

Ройсифус, при поддержке Даеффа, пользовал израненное тело по-прежнему не пришедшего в себя Рэда. Запекшиеся раны, нанесенные обезумевшим от жажды мести четырехруким карликом, затягивались, оставляя множество шрамов. Шерсть вновь налилась красками, дыхание стало ровным.

– Физическое состояние нормализовалось, – произнес эльф вытирая руки, после очередной процедуры. – Теперь дело за духом и магическим источником.

– Спасибо за помощь Даефф, – поблагодарил слугу Носорог. – С духом он должен справится сам, а вот помочь с восстановлением источника, я ему подсоблю.

– Да господин, помочь юному крофту с восстановлением духа вы точно не сможете, ведь раньше, вы регулярно совершали обратное, – язвительно ухмыльнувшись, покинул комнату слуга.

«Вот же, жук!» – думал про себя Ройсифус. «Но он все же прав. В прошлом я действовал иначе».

Глаза Ройсифуса, вновь стали сапфирами и пространство вокруг спящего юноши вспыхнуло фиолетовым пламенем.

Глава 10 Ретивый пациент

Тэмор наблюдал за всем, что происходило с эмпатом, и боролся с постоянными вспышками гнева. Нить связывающая зэкронца и крофта периодически обрывалась. Зэкронцу было крайне тяжело поддерживать ее своими силами.

«Мне удалось удержать его жизнь, но мое вмешательство выжгло все запасы его манны из-за чего сейчас, он и не приходит в сознание. Также повезло, что он попал в руки, этого Ройсифуса. Обладая огромным опытом и силой,  этот крофт поднимет мастерство мальчишки, в плане магических умений, в разы».

За этими размышлениями, его застала Мириэль.

– Т-тэмор? Ответь п-пожалуйста, – что с мальчиком мы беспокоимся, когда мы прибыли на место где он раскрылся, то увидели лишь разруху и ужасающую бойню.

– С ним все хорошо. Уходи.

– Но …

– Уходи! – рявкнул зэкронец так, что эхалинка едва не лишилась чувств. – Он в порядке, большего вам знать не следует. Или вы вычислили крысу?

– Н-нет, – послышался робкий ответ.

– Тогда проваливай!

Мириэль покинула Зиройт в смятении, она понимала, что любые знания о мальчике, могут попасть в руки лазутчика и тогда, быть беде. Но с другой стороны, она очень переживала за состояние юного крофта.

Вернувшись на Даротар, «повелительница разума» поведала Люциферу и Мэрборгу о разговоре с зэкронцем.

– Главное он жив, и судя по всему у него все в порядке, – произнес Люцифер. – В противном случае, я думаю, Тэмор бы сказал. Ведь он заинтересован в развитии мальчика не меньше нас, ибо с его смертью вновь потеряет себя.

– Нам следует, как можно скорей раскрыть личность лазутчика. Тогда необходимости в неопределенности не будет. – высказал свою мысль Мэрборг.

Эхалины в сосредоточенном молчании кивнули и направились заниматься положенными их статусу делами.

***

За двенадцати часовой ритуал передачи и подстройки энергии, Ройсифусу удалось восстановить часть манны теплящуюся в теле юноши и ее циркуляцию по телу подопечного. Магическое действо было очень сложным, и  завершив его взрослый крофт устало откинувшись на массивное кресло качалку, мигом улетел в царство снов.

Эмпат пришел в себя, когда на улице уже начинало светлеть. Открыв глаза, он не смог их протереть, как оказалось, его тело было плотно спеленато, отвратительно прилипшими к шерсти тряпками, от которых явственно несло целительными составами.

Немного поерзав, Рэд обнаружил, что движения приносят боль. Стараясь не обращать на боль внимания, он все же сумел выбраться, правда к боли в мышцах прибавилась боль, пришедшая от обдирания присохшей ткани к шерсти, пошипев от депиляции, юный крофт осмотрелся. Тускло освещенное пространство было заполнено крепкой мебелью. И восседая в кресле качалке спал невероятных размеров крофт, обладавший бугрящимися мышцами и носорожьей внешностью.

Подобравшись к краю кровати, эмпат осторожно опустился на пол, но когда он встал, тело пронзила резкая боль такой силы, что юный крофт не смог сдержать стон, который разбудил спящего громилу.

Носорог быстро собрался с мыслями и представившись, поздоровался. Предвидя попытку побега, он моментально перекрыл Рэду путь к двери. Юноша стоял готовый к бою. Вся его поза, выражение чица, и цепкость глаз, говорили о том, что он готов к любому действию, возможного оппонента. Однако, Ройсифус ощущал, что юноша ощущает боль, и едва держится на ногах.

«Вынослив и явно хорошо подготовлен», – внутренне ухмыльнулся хозяин поместья, и тут же вытеснил довольную усмешку. – «Он чувствует эмоции других и подсознательно подстраивается под ситуацию. Сейчас, он может воспринять мое довольство не правильно и напасть».