В краях Амшена

-Знаете, хатун, что от вас скрывать? Внутренние органы не повреждены. И это чудо при такой аварии. Внешние ранения. И гипс с ноги можно будет скоро снять. А вот в области таза… вот это проблема. Понадобится сложнейшая нейрохирургическая операция, чтобы отец ваш смог ходить. В нашей клинике пока не делают такие сложные операции. Лучше бы ему, конечно, в Германию, но это уже после излечения ноги и внешних ран. Так что месяц здесь ему так и так придётся полежать.

-Спасибо, доктор, за информацию. И ещё хотела сказать, что там в палате отца, парень очнулся.

-Понятно. Значит, пришёл в сознание. Я оперировал его. Ну и досталось молодому человеку. К сожалению, нет возможности и дальше держать его в клинике. У нас и медсестёр нет, чтобы ухаживали за ним. Если бы вы решили проходить практику здесь, то это облегчило бы нам жизнь.

-А это возможно, доктор?

-А почему нет. Хотите, я позвоню в колледж? Ваши бумаги отправят сюда, в клинику, и вопрос будет решён.

-А можно узнать. Когда возможно будет приступить к практике?

-Да хоть завтра, хатун. Тем более, ухаживали бы и за вашим отцом. Ну, что скажете?

-Я согласна. Единственно, мама хочет сама ухаживать за папой. Она и сестра ждут за дверью, в коридоре.

-Да? Ещё лучше. Ну-ка пригласите их сюда.

Войдя в кабинет доктора, Наргис и Айшенур, были удивлены предложением доктора.

Мать хотела было возразить, но доктор переубедил:

-Это шанс для вашей дочери. Она у вас талантливая. Там, в Стамбуле, я принимал у неё экзамен, и говорю это ответственно.

-Спасибо вам, доктор. Наверно, вы правы. Мы благодарим вас. Поговорю с Селимом. Думаю, всё будет решено положительно.

- Тогда, хатун, завтра жду вас в клинике. Я сегодня уведомлю администрацию.

Селим, не очень-то возражал. Хотя, непривычно было стать пациентом собственной дочери. Однако, лучше, чем Наргис, кто мог бы распоряжаться хозяйством на селе?

Фархад отвёз их домой. После ужина, мама ушла к себе. А девочки уединившись в своей комнате, долго беседовали:

-Прости, сестрёнка. Как видишь, не приходится мне помогать тебя и маме по хозяйству. Прости, я пока помогу папе.

-Не переживай ты так. Ещё успеешь помочь. У тебя всё хорошо получается. А, может, поможешь и тому парню?

-Какому? Это тому парню, что ли?

-Догадалась, умница. Да, сестрёнка, именно тому.

-В смысле, поухаживать за ним? Это решаемо.

-Не только ухаживать. Может уговоришь кого надо, и его не выпишут из клиники. Правда, жаль его. Пропадёт парень.

- Как это сделать, сестрёнка. Кто меня услышит. Может, профессор?

-Не знаю, сестра. Но это будет твоя первая спасённая душа.

-Ты все та же мечтательница, за что тебя обожаю. Спасённая душа... Я попробую.

Знаешь, у тебя под рукой, ноутбук. У меня будет мало времени в клинике. Поищи в криминальных страницах, в поисковике. Может, обнаружишь что-то.

-Хорошо, поищу. Ты умница. Но, смотри, не вздумай влюбляться. Может потом, я его поменяю на Али.

-У тебя шутки странные. Вообще-то, я влюблена на Анара, сестра. Ты это знаешь.

-Расскажи о нём, пожалуйста. Что вернулась, ты слово не проронила про него.

-Не буду о нём говорить. Ещё на него глаз положишь.

-Он такой ветреный такой, да. Гладкий, обходительный, и конечно, вежливый.

-Не пытайся. Не скажу. Потом станешь подразнивать.

-Ну и жадная ты. Хотя бы поцеловались?

-Не скажу. Не надейся.

-Значит, целовались.

- А Али, только и желает коснуться моей ручки. Я так рада, так рада, что ты здесь. И с дядей Селимом, всё будет хорошо.

- Прости, что вся забота о доме, достались тебе и маме. В выходные мама подменит меня, и я помогу тебе, обещаю!

-Ты сейчас о чём? Надо думать, о дяде. А дома всё обыденно. Мы с тётей Наргис, всегда справлялись. Давай погашу свет. Утром тебе на работу.

В клинике, когда заведующая отделом оформила Сабрину, как практикантку и уведомила, какое пособие ей выделят на время практики. Сабрина обратилась с просьбой к знакомому профессору.

-Уважаемый доктор, взамен пособия, можете продлить пребывание того юноши в Вашей клинике.

Старый, опытный доктор, удивлённо оторвался от бумаг, снял очки с глаз, и сказал назидательно:

-Видимо, вы, хатун, рождены для работы в клинике. Добрая, милосердная. Но, знаете ли, сколько таких пациентов ещё будут в твоей жизни? Пойми, всех не пожалеешь!

-Понимаю я вас, доктор. Но пускай он будет первым спасенным мной. Пожалуйста.

- Почтенная. Спасибо, что вы такая. Стараюсь, сохранить вашу зарплату. Кстати, кроме процедурных обходов, основной заботой для вас станут именно ваш отец, и тот юноша.

После дневной беготни по клинике, после ухода за отцом и юношей, которого пришлось кормить бульоном, принесенным из дома, Сабрина перед сном позвонила Айшенур, просила, чтобы она ускорила поиски по интернету, информацию о парне.

-Ты хотя бы имя вымани у него, – попросила Айшенур.

Увы, пока и это не удавалось Сабрине, несмотря на то, что изо всех сил она старалась допытать имя юноши. Никогда ранее Сабрина с отцом наедине так долго не беседовала, будто заново для себя открывала его: видение мира, философию жизни, заботу о семье, мечты, планы. Прерывался их разговор только от стона парня, а в конце недели, вдруг спящий парень в сильном бреду, начал произносить немецкие слова.

-Удивительно. Он вроде не немец. А бредит по-немецки - насторожился Селим.

-Может он оттуда, отец? Из-за этого, никто не отреагировал на сообщения. – предположила Сабрина.

-Наверно, не знаю, дочка. Ты сообщи врачам.

-Я лучше позвоню Айшенур, пускай поищет в Германии. Надо его сфотографировать на телефон.

Сабрина так и сделала, а отцу пообещала:

- Завтра воскресенье, папа. Мама подменит меня, и мы с Айшенур, досконально займёмся этим.

-Тебе надо отдохнуть. Ты мотаешься целыми днями, доченька. У меня силы возвращаются. Жаль только, что не могу ходить.

-Отец, не думай сейчас об этом. Ты сильный. Вылечим все твои раны. Скоро выпишут тебя, и дома решим о дальнейшем лечении.

Парень простонал, попросил воды. Сабрина подошла, напоила его. Тот долго смотрел на неё, признался:

-Вы такая жизнерадостная, такая…

-Слушай, парень. То я ангел, то я красивая, то жизнерадостная. Видишь лежавшей на той кровати, грозный мужчине. Это мой папа. Так что не вздумай признаться в чём-то другом. Он может отшлёпать тебя.

Подобие улыбки, что-то светозарное, появилось на лице парня:

-Ты иная. Если бы мне не было так больно…

-Потерпи, пожалуйста. Люди заняты поисками твоих родных. Чуть попозже покормлю тебя. Раны постепенно зарубцуются. И боль утихнет. Болит – значит, организм сопротивляется.

-Правда, что ищут моих близких?

- Ищут. Но легче было бы, если - бы вы вспомнили своё имя. Или хоть что-нибудь. Странно, но во сне вы говорили по-немецки.

-Германия. Дюссельдорф. Вспоминаю только это.

-Как ты сказал? Это адрес, что ли?

-Не знаю. Наверно, город.

-Ладно. Полежи, пожалуйста. Попозже подойду. – Выйдя в коридор, Сабрина набрала Айшенур.

- С дядей всё хорошо, сестра?

-Да, всё нормально. Скажи, есть ручка под рукой. Можешь записывать?

-Нет, я на огороде. Ты скажи, я запишу в телефон.

-Дюссельдорф, Германия. И фотографию отправляю по СМС.

-Это всё?

-Да, сестрёнка. Завтра приеду, целый день буду помогать тебе.

В таких непрерывных хлопотах, дни пролетели быстро. Селима выписали из больницы. На инвалидной коляске, приобретенной Фархадом, его прокатили до машины, аккуратно переместили внутрь машины, увезли в село. Хотя Наргис настаивала поселиться в пригородном доме, ведь там, случись что, клиника близко.

-С ним всё нормально. Конечно, кроме спины. Через пару недель приедете, снимем гипс… – уверял лечащий доктор.

- Ты тоже уезжаешь? – с грустью спросил безымянный парень, когда Сабрина поднесла ему утренние лекарства, и помогла их запить водой.

-Я вернусь. У меня ещё пару недель практики.

-Надеюсь, Сабрина. Здесь без вас, совсем страшно…

-Ты держись, парень. Делай то, что советуют врачи. С тобой, всё будет хорошо.

Действительно, стены родного дома благотворно повлияли на Селима. Но всё это время ни он, ни Наргис словом не обмолвились, что для дальнейшего лечения нужен неимоверную сумму, которой у них нет. Денег хватило лишь на лечение в клинике. Но об этой проблеме, они не распространялись перед дочерями. Навещал Селиму, помощник по бизнесу в Трапезунде. Отчитался пред ним. Оказалось, и в бизнесе едва сводились концы с концами. Выручка даже не покрывала платы за учёбу Сабрины. Всё это наводило тоску на Селима, но при близких, он не подавал виду о своей озабоченности. Стремился поскорей встать на ноги, даже тайком попросил Фархада приобрести костыли, хотя врачи категорически запрещали самодеятельность в лечении. только он зря думал, что девочкам неведом источник его тоски.

Субботним вечером, сёстры перед сном как всегда беседовали. Но разговор получилось грустным. Они понимали, что поставить на ноги Селима, может только операция в Германии. Когда узнали по Интернету сколько стоит подобная операция, ахнули. Они понимали, что невозможно собрать такую сумму, даже если продадут всё имущество. И ещё, когда отец вернулся домой, можно было часть забот о нём, доверить другим. Тогда и Сабрина затосковала по Анару. Вернулась к ней тревога от того, что он не звонил за это время ни разу. Когда об этом призналась Айшенур, та была удивлена.

-А я думала, вы каждый день общаетесь! Как это может быть, Сабрина? Что, ты не оставила номер телефона?