#Дневник Алматинки

Среди людей около бара я замечаю милого парня. Он высок, статен, но… уж слишком молод для меня. В голове мелькает мысль, что он, вероятно, студент. Между тем я чувствую на себе его изучающий взгляд. Действительно, он смотрит на меня с интересом. Кажется, ему хочется подойти, но, видимо, он стесняется. Взглянув на него еще раз, я выбрасываю его из головы и просто начинаю делать заказ для себя и подруг.

Однако через некоторое время студент решается подойти ко мне. В разговор сразу же влезает пьяный парень, он начинает что-то громко говорить невпопад. Недолго думая, я поворачиваюсь к студенту и прямо спрашиваю:

– Это твой друг? – мой голос не подразумевает двусмысленности.

– Нет, – в тон моей интонации отвечает студент.

Это все, что мне надо было услышать. Я поворачиваюсь к пьяному парню и говорю, что не знакомлюсь. Вот и все. Изрядно выпивший парнишка отстает. Вечер снова становится безмятежным.

После недолгой беседы студент вызывается меня проводить и предлагает пройтись немного пешком. Я соглашаюсь. Мы идем по Ленина вверх, болтая о разных пустяках.

Уже около моего дома мы обмениваемся номерами телефонов. Я с ироничной улыбкой говорю:

– Только давай без поцелуев.

Его лицо немного вытягивается, но он решает не подавать виду, что разочарован, и не менее дерзко отвечает:

– Я и не собирался.

Есть в этом ответе что-то по-детски наивное, и я смеюсь. Кажется, он искренне верит, что в этом мире для него возможно все, а ведь перед такой непосредственной верой в чудо и правда открываются все двери.

Наша вторая встреча случается в сквере около торгового центра «Алмалы». Рустем подходит ко мне со словами:

– Тебе нравятся сюрпризы? – В его глазах пляшет огонек.

Немного подумав, я отвечаю утвердительно.

– Ну, тогда держи «Киндер Сюрприз»! – на слове «киндер» он делает особый акцент и протягивает мне ладонь, на которой лежит тот самый сюрприз. – Это игрушка из серии «Корпорация монстров. Универ». Там были еще киндеры с Барби, но я подумал, это будет чересчур ванильно, – он одновременно смущен и доволен своей шуткой.

Я едва сдерживаю смех. Сама не ожидала, что меня так обрадует эта мелочь. Последний «Сюприз» я получила от родителей, когда мне было одиннадцать лет.

Бережно снимаю обертку, стараясь не задевать шоколад пальцами.

– Будешь шоколадку? – улыбаясь, спрашиваю я Рустема.

– Нет, – улыбается он мне в ответ. – Значит, ты не сладкоежка?

– Тогда, если ты не возражаешь, я ее выкину, – с той же аккуратностью я пытаюсь сломать подтаявшую шоколадку и вынуть игрушку из нее. – Я люблю сладкое, просто мне с детства не разрешали есть именно шоколад от «Киндер Сюрприза». Теперь уже вошло в привычку.

Освободив, наконец, желтое яичко из плена, нахожу внутри двулапое подобие коричневого осьминога с длиннющими усами. Осьминог в зеленой майке поло и серых квадратных очках машет щупальцами, приветствуя нас.

– «Случайности не случайны…» – повторяет он фразу из мультфильма «Кунг-фу Панда», смотря на меня. Это наша третья встреча.

Мы стоим на возвышенности рядом с огромным жилым комплексом «Байсал». Это один из самых дорогостоящих проектов в городе, недавно я где-то прочитала, что средняя стоимость квартиры в этом комплексе превышает полтора миллиона долларов. Как-то я обнаружила здесь одно уютное место и теперь хотела показать его студенту. Чтобы добраться до него, мы преодолеваем относительно крутой подъем, а затем оказываемся на крытой площадке, где стоят две длинные скамейки и мангал. Перед нами открывается великолепная панорама вечернего города, здесь тихо и спокойно, постоянная суета превращается в мираж, и главное, в этом месте я обретаю чувство спокойствия, которого мне так не хватает в постоянной суете и выполнении бесконечных дел. Только что прошел дождь, вокруг по-особенному свежо и безветренно, и Рустем замечает, что такое состояние города после дождя – это как будто «горы дышат». Следуя примеру окружающих нас горных массивов, мы тоже наслаждаемся свежим воздухом.

Он стоит в полуметре от меня, на нем синяя толстовка без рисунков, джинсы и кеды. Я вспоминаю, что при встрече студент явно удивился тому, что я пришла в майке, облегающих штанах и туфлях на высоких каблуках, а не в чем-нибудь более спортивном. Если честно, я даже не думала надевать кроссовки, ведь он очень высокий… Смотрю на него и в очередной раз замечаю, как он по-детски красив… Я даже называю его инфантом, ведь в нем столько наивности и той юношеской непосредственности, какую уже редко встретишь среди моих прожженных ровесников.

Он пристально, насколько это возможно, смотрит на меня в полутьме, хоть я и стараюсь не замечать его взгляда.

– О чем ты думаешь? – задает он свой излюбленный вопрос.

Мне не хочется отвечать, что я все еще думаю о работе, поэтому вспоминаю о том, как мы сегодня играли на PlayStation, как я не могла разобраться с джойстиком в первой игре, очень похожей на Counter-Strike, и как все время смеялась так сильно, что от смеха у меня даже потекли слезы и заболел живот. Эти воспоминания развеселили нас обоих.

– Мне хорошо, когда ты смеешься, – неожиданно искренне признается он. – Почему-то твой взгляд всегда полон грусти…

Его слова отзываются в сердце гулким эхом, задевая старые раны моей души, которые я стараюсь не трогать, чтобы не переживать эту боль снова и снова. На долю секунды мне кажется, что он действительно хочет сделать меня немного счастливее. Желает он тогоили нет, но у него это получается.

Становится прохладнее, поднимается ветер, и я предлагаю поехать обратно. По дороге мы безостановочно говорим обо всем, что только приходит в голову. Рустем ведет себя расслабленно и непринужденно, по его мнению, мы достигли некоего баланса в понимании друг друга.

Выходя из машины, он говорит, что я хорошая девушка, на что я тихо отвечаю шаблонным «спасибо», потому что статьи в журналах учили меня не показывать свою заниженную самооценку.

Уже лежа у себя дома в кровати, я все думаю о прошедшей встрече, прокручивая ее в голове.

Признаться честно, ловлю себя на мысли, что давно окружающие меня парни перестали производить впечатление, точнее хорошее впечатление о себе. В голове возникает галерея лиц знакомых парней, кому-то из них немного за тридцать, кто-то разведен, а кто-то нет, но их объединяет одно свойство – это люди другого времени. Я не имею ввиду, что они старые «динозавры», ведь всем им лишь немного за тридцать – возраст, в котором жизнь только и начинается по-настоящему, – но это как будто совсем другое поколение, воспитанное совершенно иначе. Они думают по-другому, живут по-другому, у них другие принципы, другое мировоззрение. У них меньше подменных ценностей, и они кажутся намного проще, чем парни, которым немного за двадцать пять.

Инфант кардинально иной. Его не била жизнь, не ввергали в отчаяние обстоятельства, и темная сторона города не смогла захватить его в свои хваткие наманикюренные ноготки и превратить в солдата, подчиняющегося пафосу и нескрываемому обману города, в котором девушки, впервые приехавшие в мегаполис в поисках лучшей жизни, сразу же отрезают свои роскошные косы и стригут челки, пытаясь слиться с потоком городских жителей, а парни, получившие свой первый заработок легким, но нелегальным способом, теряют голову от быстрых денег, швыряются ими направо и налево, забывая об истинных ценностях, о дружбе и простой человечности, втаптывая в грязь тех, кто рядом, пытаясь прожить жизнь быстрее, оторвать лакомый кусок побольше, стараясь самим себе казаться лучше… круче, чем есть на самом деле. Они прожигают каждый свой день, будто это последняя пятница в жизни и нужно успеть взять все, что эта жизнь может предложить, все до последней капли: и хорошее, и плохое. Просыпаются в конце следующего дня и с опаской смотрят на входящие и исходящие вызовы и сообщения. Звонят друзьям и слушают их панибратские шутки и истории о том, как весело прошел вечер. Это приводит к тому, что со временем люди, переходя границу, остаются без человеческих ценностей, погрязая в долгах и потом скрываясь от людей, потому что нет денег не то чтобы рассчитаться, а просто прожить по-минимуму, нет друзей и близкого человека. Рядом с ними уже нет никого, кто мог бы им помочь, потому что, когда они начинали свой путь, не было правильных ценностей. И никто не подсказал, что в любой ситуации надо оставаться в первую очередь человеком.

Примечания