«Евросоюз» Гитлера

Глава 1. Евросоюз – детище СС?

На краю окутанного десятками легенд и сказаний Тевтобургского леса в XIV столетии возникло крошечное поселение Флото. Сейчас в этом немецком городке проживает 19 тысяч человек, а в начале 50-х годов ХХ века в нем было всего лишь 8 тысяч жителей. Если бы не каменные дома, то в те дни Флото можно было принять за большое село. Люди, жившие в городке, знали друг друга по имени. Появление нового человека никогда не оставалось без внимания, тем более, если новый горожанин был школьными учителем. Появившийся в 1953 году во Флото Александр Бомхофф с самого начала показался местным обитателям странноватым. Вместо того чтобы пойти работать в школу, он открыл собственное заведение, которое назвал «Общеевропейский учебный проект». На занятиях, проходивших в рамках проекта, он бесконечно рассуждал об объединенной Европе, об отмене границ, о едином европейском экономическом пространстве, об общей европейской валюте. Не меньше горожан смущало и то обстоятельство, что Александр Бомхофф выглядел как сорокалетний мужчина, хотя, согласно документам, он должен был быть пожилым человеком, появившимся на свет еще в XIX веке.

Если бы горожане могли узнать некоторые детали из недавней биографии Бомхоффа, то они были бы удивлены еще сильнее! 2 февраля 1951 года спецслужбы организовали бегство Бомхоффа из ГДР в Западный Берлин. Оставалось только дивиться тому, зачем шефу западногерманской разведки Гелену потребовался какой-то школьный учитель? В те времена Гелен, получавший активную поддержку от ЦРУ и фактически находившийся на финансовом содержании американских спецслужб, создавал разведывательную сеть в Восточной Германии. Он забрасывал своих агентов на территорию ГДР, но отнюдь не вызволял оттуда рядовых школьных учителей. Однако, как и стоило предположить, школьный учитель Александр Бомхофф оказался не так уж прост. В ГДР он вел двойную жизнь. С одной стороны, он был примерным гражданином, активистом союза «За новую школу», участником профсоюзного движения, даже избирался делегатом на Третий народный конгресс. С другой стороны, он не раз пересекал границу по поддельным документам, выписанным на имя некого Доррника. В Гамбурге Бомхофф-Доррник встречался с представителями подпольной организации, известной как «группа Дальке». Она состояла из бывших офицеров СС, которые готовились к вооруженным действиям на территории ГДР. Однако конспиративная деятельность Бомхоффа не могла остаться незамеченной. В поле зрения американских спецслужб эти подпольщики попали еще в 1948 году – их было решено использовать в собственных целях. Однако 28 марта 1950 года Бомхофф был на время арестован советскими сотрудниками министерства государственной безопасности. На свободу он вышел в декабре. Именно после этого был решено организовать побег Бомхоффа в Западный Берлин.

Но даже подпольная деятельность Бомхоффа никак не могла объяснить, почему он выглядел лет на 20 моложе, нежели ему полагалось согласно документам. Пройдут годы, прежде чем станет известно, что под именем Александра Бомхоффа скрывался эсэсовский офицер Александр Долецалек (билет № 216 983). В биографии Долецалека есть два интересных факта: во-первых, он вступил в СС еще до того, как Гитлер пришел к власти, а это означает, что юноша был убежденным национал-социалистом. Во-вторых, в семье Долецалека всегда интересовались панъевропейскими теориями, которые высказывались в 20-е годы графом Куденхове-Калерги, рассматривавшим Пан-Европу как противовес Советской России. Эти факты позволяют понять, почему «школьный учитель» столь рьяно проповедовал идеи «Единой Европы». Именно Долецалек в свое время родил и развивал идею интеграции европейского пространства на базе СС. В 1943 году в качестве начальника группы D Главного управления СС он стал разрабатывать планы преобразования Европы. Впрочем, в эти разработки едва ли не каждый месяц приходилось вносить поправки, диктуемые положением на фронтах. В итоге Долецалек предложил детальную программу, включавшую в себя так называемые «Пять тезисов». Особый интерес представляет «Третий тезис», который непосредственно касался предстоящего переустройства Европы. В нем Долецалек говорил о преодолении европейского эгоизма, о складывании единого европейского пространства, о взаимодополнении европейских народов, об устранении границ между европейскими странами. После того как была высказана идея введения единого европейского паспорта, можно было смело утверждать, что Долецалек вынашивал планы создания «Европейской конфедерации». Он подчеркивал, что новое надгосударственное образование должно было строиться якобы на «свободном волеизъявлении народов». Подобного рода проекты должны были стать очевидным сигналом для западных держав, что руководство СС было готово отказаться от сугубо империалистических планов, в обмен на вовлечение в подготовку войны против СССР.

«Европейская конфедерация» должна была возникнуть после подписания разработанной все тем же Долецалеком «Европейской хартии». Некоторые из ее пунктов на первый взгляд могут показаться весьма демократичными. Например, Долецалек рассуждал о мнимых свободах, которые планировалось предоставить европейским народам и национальным культурам. Эта часть документа представляется в высшей мере важной, а потому позволим себе процитировать её полностью.

Шесть основных свобод:

1. Свобода народов от насилия со стороны мировых держав.

2. Свобода народов в выборе форм национальной самоорганизации.

3. Свобода народов от инородного угнетения и ассимиляции.

4. Свобода личности от принуждения к самоопределению.

5. Свобода национальных культур от любого принуждения и от глобализации.

6. Свобода веры от безбожия и политических злоупотреблений.

Семь основных прав:

1. Право человека на труд и возможность трудиться.

2. Право человека на свободное развитие его возможностей и на выбор любых профессий в соответствии с талантами и трудолюбием.

3. Право человека на уровень жизни, полагающийся его способностям и трудолюбию.

4. Право человека принимать решения в процессах формирования общества.

5. Право человека на собственность и на землю.

6. Право человека на досуг, на отдых и на участие во всех проявлениях культурной жизни.

7. Право человека на поддержку в случае непредвиденной нужды.

Впрочем, к началу 1945 года стало ясно, что в планы преобразования Европы было необходимо вносить новые и весьма существенные коррективы. Нисколько не сомневаясь в том, что Германия была обречена на поражение, Александр Долецалек в апреле 1945 года стал разрабатывать программу «Европейского освободительного движения», которое должно было действовать исключительно легальными средствами. Предполагалось, что движение будет способствовать складыванию так называемого «Европейского мирного порядка», то есть континентальной системы, воздвигнутой на базе «Европейской конфедерации». В этой программе на себя обращают внимание несколько пунктов: «5. Устранение многовековых противоречий между братскими европейскими народами через сотрудничество в рамках Европейской конфедерации. 6. Внутри Европейской конфедерации все европейские народы будут обладать свободным правом на существование, национальный уклад жизни и политическую самоорганизацию… 8. Наличие европейского суда, в котором будут улаживаться конфликты между европейскими народами, что позволит избежать насилия… 11. Устранение этнических границ в Восточной и Юго-Восточной Европе… 12. Плодотворное сотрудничество в рамках общей европейской экономики». По сути своей Долецалек весной 1945 года озвучил концепцию создания Евросоюза, предвосхитив многие из идей, которые были воплощены в жизнь десятилетия спустя.

Весьма интересным кажется предположение, что если вначале Долецалек вдохновлялся панъевропейскими идеями графа Куденхове-Калерги, то после окончания войны уже граф с интересом изучал разработки эсэсовского офицера. В любом случае во время визита в Цюрих в сентябре 1946 года Уинстон Черчилль произнес речь, в которой заявил о необходимости создания «Соединенных Штатов Европы». Текст этой речи, был подготовлен графом, который после знакомства с бумагами Долецалека внезапно пересмотрел некоторые из своих идей. Интерес западных спецслужб к проектам Александра Долецалека был легко объясним. Во-первых, СССР планировалось противопоставить некую «Единую Европу», а не разрозненный конгломерат европейских государств. Во-вторых, бесконечные делегации, прибывавшие из разных стран для участия в «Общеевропейском учебном проекте», являлись идеальным прикрытием для ведения вербовочной деятельности. По большому счету Долецалеку даже не пришлось вносить существенные коррективы в свои разработки. Он без проблем поменял одних покровителей на других. Сначала он выстраивал свои программы в недрах СС, затем – под патронажем Гелена, из-за спины которого постоянно выглядывали «ушки» ЦРУ.

Может быть, в начале 50-х годов ХХ века проект объединенной Европы, раскинувшейся от Англии до Польши, выглядел диковато. Но пропаганда, которую вел Долецалек, оказывала влияние на умы тех, кто позже будет подписывать Шенгенские соглашения и Маастрихтские договоры. Планы, разработанные позавчера в недрах СС, сегодня являются политическими реалиями объединенной Европы. В высшей мере показательно, что Долецалеку без проблем простили его эсэсовское прошлое. Он даже не прошел через стандартную процедуру денацификации, обязательную даже для мелких партийных чиновников. А ведь Долецалек был не просто «европейским мечтателем» из планового отдела СС (как его пытаются изобразить некоторые исследователи). Он был причастен к разработке плана «Ост», к подготовке массовых депортаций и к задуманной этнической перекройке континента. Но в данном случае европейские политики еще раз продемонстрировали исключительную избирательность. Про эсэсовское прошлое Долецалека просто-напросто предпочли забыть. А потому едва ли стоит изумляться тому, что современный Евросоюз сквозь пальцы смотрит на марши ветеранов СС в Прибалтике и на Западной Украине. Чему удивляться? Ведь родом они из одной эсэсовской колыбели.

Глава 2. «Объединенная Европа» в отблесках Сталинграда

2 февраля 1943 года закончилась Сталинградская битва, которая по праву считается одним из кровопролитнейших сражений в истории человечества. Она не только положила начало перелому в ходе войны, но не оставила и следа от присущей Третьему рейху слепой веры в «непобедимость немецкого оружия». Не удивительно, что именно с февраля 1943 года некоторые из нацистских бонз стали допускать, что война может закончиться для них вовсе не «победоносным финалом». Хотя бы по этой причине они стали модифицировать стратегию и тактику пропаганды. Еще в сентябре 1942 года министр пропаганды Йозеф Геббельс требовал решительно пресечь слухи о предполагаемом возникновении «новой Европы» – межгосударственного образования на пространстве европейского континента. На одном из совещаний он заявил о том, что Германия воюет исключительно за материальные интересы (нефть, зерно и т. д.), а отнюдь не во имя фантома, а именно идеи «новой Европы». Прошло буквально несколько месяцев, и тон заявлений, сделанных главным нацистским пропагандистом, кардинально изменился. Уже 15 февраля 1943 года Геббельс издал циркуляр, в котором предписывал активно навязывать «новый, европейский облик немецкой внешней политики». В одной из директив сообщалось: «Нецелесообразным считается изображение европейского будущего, которое могло бы подтолкнуть представителей иных народов к мысли о том, что они длительное время будут находиться в немецком подчинении». Было решено изменить вектор нацистской пропаганды: на вооружение брался лозунг «Европейцы против русского большевизма», а сама Россия изображалась как главный антагонист Европы. Именно образ этого мнимого врага должен был сплотить континент под началом Третьего рейха. Данная мысль не раз повторялась не только Геббельсом, но и Гитлером, который назвал вермахт «защитным экраном европейского континента». Именно с этого времени в Третьем рейхе стали разрабатываться планы, предполагающие «объединение» Европы, направленное против России. 13 марта 1943 года Геббельс дал интервью одной из датских газет, в котором назвал ошибочным представление о том, что Германия хотела подчинить европейские страны своей воле. Более того, он заговорил о «преобразовании Европы», в рамках которого Третий рейх якобы был готов отстоять права всех европейских наций. Как видим, идея «объединенной Европы» была всего лишь тактическим шагом, который должен был ускорить мобилизацию сил для борьбы с Россией. Впрочем, в более приватной обстановке ни Геббельс, ни Гитлер и слышать не хотели о самостоятельности европейских государств: для них «объединенная Европа» была всего лишь уловкой.

Однако одно дело – пропаганда, а другое дело – реальная внешняя политика, которая должна была, с одной стороны, учитывать «веяния времени», а с другой – не забывать про то, что «объединенная Европа» являлась всего лишь пропагандистским мифом, призванным в первую очередь сплотить «континентальные силы» для борьбы с Россией. В 1942 году глава внешнеполитического ведомства рейха Иоахим фон Риббентроп, подобно прочим нацистским министрам, открыто выказывал свое негативное отношение к идее «новой Европы». Он публично демонстрировал свое недовольство по поводу запланированной серии радиопередач, называвшейся «Европейский час». Впрочем, уже тогда он не исключал возможности создания при своем министерстве некоего «Европейского комитета». Осенью 1942 года Риббентроп продолжает настаивать на том, что надо всячески избегать любой конкретики, касающейся послевоенного устройства Европы. Процесс создания «Европейского комитета» в структуре МИДа и вовсе затянулся. Поначалу Риббентроп предполагал его основать после окончания «французского похода», то есть после военного разгрома Франции. На практике же первый проект этого учреждения был разработан только 26 сентября 1942 года. Именно тогда один из служащих германского МИДа официально озвучил идею создания специального («европейского») комитета, который должен был возглавлять лично Риббентроп. Оценку этого проекта было поручено провести эсэсовскому офицеру Вернеру Бесту, занимавшему в структуре МИДа пост министериаль-директора. По большому счету про «Европейский комитет» забыли на несколько месяцев. Ситуация изменилась только после Сталинграда. На этот раз Риббентроп решил не дожидаться инициативы своих подчиненных, а потому сам разработал основные документы, которые должны были способствовать «объединению» Европы. 21 марта 1943 года он подготовил докладную записку, которая должна была лечь на стол Гитлеру. В этом документе министр иностранных дел рейха решился заявить о необходимости создания «Европейской федерации». В частности, в ней отмечалось, что Риббентроп и ранее предполагал подобную возможность. Впрочем, он никак не связывал идею федерации с разгромом немецких войск под Сталинградом; напротив, он указывал, что ее создание должно было быть отмечено «крупными военными успехами Германии». Первоначально в «Европейскую федерацию» предполагалось включить: Германию, Италию, Францию, Данию, Норвегию, Финляндию, Словакию, Венгрию, Румынию, Болгарию, Хорватию, Сербию, Грецию и Испанию. Основание федерации должно было произойти на территории «Остмарка» (так в рейхе называли бывшую Австрию) либо в Зальцбурге, либо в Вене. По мнению Риббентропа, создание «Европейской федерации» могло решить несколько проблем, в том числе втянуть во Вторую мировую войну на стороне Германии страны, придерживавшиеся нейтралитета. МИД волновали не столько Швейцария, сколько Швеция, Португалия, а также позиция Турции. Но все-таки главной целью «Европейской федерации» было ее противопоставление России. Риббентроп в своем документе отмечал: «Русские почувствовали бы, что Россия противостоит всей Европе, а потому русская боевая мощь была бы ослаблена».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.