Файролл. Пути Востока
- -
- 100%
- +
– Внизу маги сейчас химичить будет. Там шкив, от него ремни на ось, стандарт, в общем. Вот они на этот шкив магичить будут, чтобы он, стало быть, движение сообщал – пояснил гном.
– Как все непросто – сказал я.
– И не говори. Нет, чтобы пойти, троллей наловить – согласился эльф.
– Не-не – не одобрил наших слов гном – Техника – это сила. О, началось, кажись. Сейчас бомбардировать начнут. Фланкировать, стало быть.
И точно. Не успел Жеррар договорить, как правую стену цитадели потряс мощный залп файерболов. Между зубцами стены заплясало синее пламя, кто-то с воплем полетел вниз.
Воздух наполнился гулом. В дело вступили требушеты. Они обрушили град камней на левую часть цитадели, стремясь причинить максимум разрушений именно крепостной стене, максимально расчистив площадь обзора. Понятное дело – ведь это капитально облегчит высадку на стены нам и поле деятельности лучникам.
Огромные каменные глыбы взлетали в воздух и врезались в крепостные стены, обломки которых с гулом падали вниз, засеивая землю около цитадели. Маги обороняющихся пытались сбивать камни, летящие на крепость на лету, но не сильно преуспевали в этом. Да и похоже было на то, что не так уж и много у них осталось тех магов, судя по числу огненных росчерков, летящих из осаждаемой цитадели.
До нас донеслось разноголосое – «Уууу». Я осторожно выглянул за борт. Щиты с скрытыми под ними лучниками начали свое движение по направлению к воротам в цитадель.
И, между прочим, недодумали Дикие Сердца относительно защиты своей цитадели, недокумекали. Понадеялись на свою силу и репутацию и не сотворили ни подвесного моста, ни глубокого рва с очень холодной и очень грязной водой. Ровное поле и ворота. Правда ворота были хорошие, крепкие – на глазок – и высокие. Ну, да и у нас таран не промах.
Лучники под щитами шли колонной по двое, но метров эдак за триста от ворот начали расходиться в разные стороны, как бы охватывая дорогу к воротам в клещи. Метров за сто от ворот они остановились.
– Все – прокомментировал гном, явно обладающий немалым опытом в штурмах – Щас таран пойдет.
И точно, бородатый оказался прав.
По дороге двинулась стойка с тараном, который сверкал на солнце фигулей, направленной в сторону цитадели. Здоровенные лбы спрятали свою мускулатуру под кольчуги, а себя под навес и перли таран на колесиках с достаточно высокой скоростью. Со всех сторон их еще прикрывали воины с ростовыми щитами, наподобие легионерских времен Рима, да и вообще все это построение напоминало недоброй памяти «черепаху».
По мере приближения к воротам по щитам и крыше забарабанили стрелы, не причиняя, впрочем, никому вреда-щиты были велики, крыша тоже и таран не остановил свое движение. Кто-то затеял было пускать огненные стрелы, но и они не причинили никакого дискомфорта ни воинам прикрытия, ни тарану – коже на крыше похоже была еще то ли облита водой, то ли защищена каким заклинанием – в общем с пожаром не сложилось.
Вражьим магам тоже удача не улыбнулась – похоже, что та пятерка чародеев, которая носилась около тарана перед штурмом, сделала свое дело на совесть.
Наши лучники тоже не спали и в щитах, их скрывающих начали бессистемно открываться упомянутые мной окошки, оттуда высовывались наши вольные стрелки и стреляли навскидку под лозунгом «А фиг знает, может и попаду».
Таран доехал до ворот и началась сто раз виденная мной в кино картина вышибания двери. Таран раскачивали на цепях и с протяжным криком обрушивали на створки. Те скрипели, кряхтели, плевались щепками, но пока стояли.
Тут рассматривание картин штурма было нарушено пугающим рывком пола.
– Ага, поехали – констатировал Жеррар – Ну чего, соконфетнички, готовьтесь. Сейчас кровь пускать Диким будем.
И кровожадный гном напялил на себя шлем с одним рогом.
– А второй рог где? – поинтересовался я.
– А хрен его знает – ответил гном – Он мне таким достался. Легендарка, между прочим.
– Ну, если легендарка – согласился я – Тогда конечно. И с одним рогом круто!
Башня стронулась с места и с довольно высокой для такой громадины скоростью двинулась к крепостной стене.
На нашу площадку поднялся невысокий воин в черном плаще с символикой гончих смерти
– Как вы тут? – спросил он.
– Нормально все – ответил гном – Ждем, пока доедем. Потом веселее станет.
– Это уж как водится – улыбнулся воин и скользнув взглядом по окружающим остановил его на мне.
– А ты кто? – спросил он у меня.
– Хейген, клан «Буревестники», союзники ваши – честно ответил я – Вон моя руководительница группы кулаком машет.
И впрямь Элина смотрела вслед уезжающей башне, топала ножками и грозила мне кулаком.
– Это она нам грозит, за то, что мы тебя увезли или тебе, за то, что с нами увязался? – немного растерянно спросил воин – Ты вообще здесь как? С таким уровнем? Тут же одна элита клана собралась. Лучшие воины.
– Кулаком она, само собой, грозит мне – заверил его я – А тут я просто оказался. Я к ней бежал, вон в толпу затесался, а варвар в окопчике меня не послушал и со всеми отправил. Теперь вот с вами еду воевать. А что с таким уровнем – ну, вот так тоже бывает.
– Да оно еще и не так бывает – философски сказал Келосса – Зато на «Мышонке» покатался и на стене побываешь. Недолго конечно – но побываешь.
– Единственный из «Буревестников», кстати – сказал Жеррар.
– Вот только боюсь, что и впрямь недолго – обнадежил меня воин, которого звали Валент – Вперед особо не лезь, глядишь и свезет. Не сразу убьют.
Стена все приближалась, но нас, очевидно, еще не видели
– Ладно, слушаем меня. Защита скоро спадет. За сто метров до стены – точно. Лучники, как только упадет защита – стреляйте во все что шевелится – мы должны перекинуть на стену и закрепить там штурмовые площадки – Валент похлопал по стене башни, закрепленной на двух крюках и видимо служащей мостиком, по которому мы пойдем на стену – Но они все равно за эти минуты, за которые мы пройдем сто метров, много народу успеют нагнать.
– Ясно, мэтр Валент – ответил немолодой лучник, видимо старший расчета – Не подведем.
– Отлично. Теперь воины. Как только опускаем штурмовые площадки ваша задача не дать их уничтожить, пока не высадится основная группа. Костьми ложитесь – не дать сбросить, порубить или поджечь. Это где-то две минуты. Даже если все там останетесь – держать позицию.
– Понятно, мэтр – кивнул однорогим шлемом гном.
Я тоже кивнул, подумав, что мне можно и не беспокоится – меня быстренько вынесут в первой же сшибке и я спокойно отправлюсь в Меттан, где есть гостиница и почта на сегодня, а также корабль на завтра.
– Ну, все воины. Я вниз, поведу последнюю группу.
И Валент скрылся в люке.
Жеррар сказал —
– Вот что, братья-смертники. Команды не дали, так что будет так. Запоры площадок сшибаю я и… И ты, Фторин – гном напротив Жеррара кивнул.
– Я и вы пятеро – гном показал пальцами кто именно – Мы группа первой обороны. Оставшиеся четверо – вторая линия и поддержка стрелков. Стрелки – последняя линия. Вопросы?
– Да понятно все. Не первый день замужем – отмахнулся Келосса.
– А что изменим мы, сорок человек, ну или сколько нас в башне? Ведь и последнюю линию снесут быстро? И тех, кто на втором и третьем этаже порубят как прибегут – спросил я.
– Пока будут сносить последних, большой отряд поддержки прибудет, и по башням на стену выйдет – ответил Жеррар – Ворота, таран – я так думаю, что это все бутафория. Левая стена – вот направление основного удара. По крайней мере, я бы действовал так. Хотя… Кто знает, что в голове у Седрика? И, уж тем более у Ведьмы?
– И мы, кстати, на самом острие этого удара. Даже если нас всех положат, это все равно немалая слава – заметил эльф.
– Паршиво Валенту сейчас поди – прочувствованно гном.
– С чего бы? – прерывисто спросил я – меня начала колотить дрожь – адреналин, да и страшно маленько.
– Думаешь, ему сильно охота сидеть внизу, пока мы тут будем умирать? – ответил гном – Я его знаю, я с ним на Клаторнаха ходил, и в Тирголе людоеда гонял. Он сроду за чужие спины не прятался.
– Да я такого и не говорил – открестился я – И даже не думал!
– Ладно, не думал он – заметил эльф – Да нормально все, не зажимайся. Любой бы мог так подумать.
– Лучникииии! – раздалась команда пожилого стрелка – Двадцать секунд!
Келосса пошаркал ногой у борта, видимо проверяя, не скользнет ли нос сапога. Подергал кольцо, надетое на безымянный палец. Снял тул, положил его набок, уперев в стену, вынул из него шесть стрел и положил их на него же, практически вертикально стене башни.
– Пятнадцать секунд!
Жеррар достал топор, подышал на лезвие, протер его. Остальные бойцы тоже доставали оружие. Я достал меч, отметив, что у меня жутко вспотели ладони. Я спешно вытер их об портки.
– Десять секунд!
Я почувствовал, что сердце сейчас пробьет грудную клетку. Черт, это были такие эмоции, что я в этот момент не подвергал сомнению тот факт, что если меня сейчас убьют, то, скорее всего, это будет навсегда.
– Пять секунд!
Лучники наложили стрелы на тетивы и застыли в полуприсяде, чтобы, распрямившись, сразу дать залп. Я сжался за бортом и приник глазом к ранее замеченной щели. Стена, с обломанными от ударов требушетов зубцами оказалась совсем рядом.
– Заааалп!
Лучники, вскочив, свистнули стрелами. И практически без остановки начали метать их одну за другой.
С стены послышались вопли, в щель я увидел, как воин с двумя стрелами в груди с коротким воплем полетел вниз.
– Мечи к бою – раздался бас Жеррара – Десять секунд!
Я напряг и расслабил мышцы, страх и неуверенность куда-то ушли. Видимо напряжение было таково, что на смену этим чувствам пришло безразличие – умру я в этом бою или нет. Просто была цель, и она была вполне конкретна – удержать штурмовую площадку. А там хоть трава не расти!
– Фторин, опускай! – заорал Жеррар, вслед за этим скрипнуло, ухнуло, взмыли вверх и опали клубы каменной пыли и раздался топот шести пар ног.
– Ррруби! – я узнал голос гнома. Послышались удары стали о сталь, невнятные выкрики, отрывки ругательств.
Я с выставленным мечом встал у опустившейся площадки и смотрел на мясорубку, происходящую у ее конца. То один, то другой из участвующих в ней падал, превращаясь в кокон с вещами.
Наши лучники доблестно пытались отстреливать воинов Диких на дальних подступах, но их было слишком много. Тем более шок от появления осадных башен у самых стен уже прошел, и лучники Диких начали целенаправленно выцеливать наших стрелков. Их уже было шестеро из десяти.
– Давайте парни. Руби! – прохрипел Фторин и упал, истаивая у подножия штурмовой площадки.
Мои три соратника, стоявшие у выхода из башни ринулись вперед. Мне не оставалось ничего иного, как последовать за ними. Краем глаза я успел уловить движение у лестницы, ведущей вниз, на второй уровень.
– А вот и кавалерия! – подумал я, прежде чем мой меч скрестился с чьей-то саблей.
Удар сабли, сопровождаемый мощным толчком, был настолько силен, что меня просто отбросило спиной на площадку, уменьшив мой показатель здоровья. Мой противник, воин в кольчуге с намалеванным на ней здоровенным сердцем, почему-то зеленого цвета, прыгнул вслед за мной, и тут же получил две стрелы в грудь.
– Эх, всех убью, один останусь – завопил он и вроде собрался продолжить рассказ о своих устремлениях, как еще одна стрела попала ему в рот, практически выбив из него жизнь. Я в таких ситуациях сроду не терялся, поэтому вскочив, я ткнул своим мечом ему в горло. Сердценосец посмотрел на меня с ненавистью и упал.
– Красава – бросил мне пробегающий мимо меня воин со второй площадки – Не тормози там еще таких много!
Мимо меня протопотали еще воины. Я бросил взгляд на башню – лучников с первой площадки уже почти не было, хотя мой знакомец Келосса еще был жив.
– Аааа! – раздался рев и с лестницы, судя по всему ведущей со стены во внутренний двор, появилась орава воинов, размахивающая мечами, топорами и иным холодным оружием, придуманным человечеством. Разделившись на три группы, они устремились к нам.
– Стало быть до этого была присказка – понял я – А вот сейчас по ходу будет сказка!
Глава пятая,
в которой будет рассказано о том, как добывается победа и что бывает после нее
В этот момент остатки экипажа нашей башни добили остатки первых обороняющихся и попробовали создать подобие оборонительного строя. Надо отметить, что осталось нас немного – около двенадцати мечников и семь лучников, да и из тех, не все держались на ногах уверенно. Орава же, бегущая на нас, состояла из тридцати – тридцати пяти рыл – и это только на глазок. Так что эта орда имела все шансы стоптать наши оборонительные порядки, даже их и не заметив. Я сбежал по площадке и занял место чуть позади Валента, трезво рассудив, что если его и пришибут, то последним.
– Держать строй! – скомандовал Валент – В мечи их! Смерти нет!
– Смерти нет! – рявкнули оставшиеся.
Я по своей сути человек не слишком склонный к рефлексии, поэтому совершенно спокойно отреагировал на данное утверждение. Но Валент молодец. Мы действительно уже не боялись мчащуюся на нас и ощерившуюся клинками толпу, даже учитывая тот факт, что в игре смерти нет и быть не может.
А дальше все стало еще забавнее – когда до нас было шагов эдак пятнадцать в эту толпу один за другим влетело два небольших файербола, расшвыривая воинов Диких в разные стороны.
К делу подключились маги, которые химичили с механизмом. Как и водится у мудрых, они степенно взошли по ступеням и появились именно в тот момент, когда казалось, что для нас все закончено. Правда урон, ими нанесенный, хоть и был велик, но не критичен для нападавших. Поэтому остатки Диких Сердец, числом до двух десятков воинов до нас все-таки добежали.
И снова мечи столкнулись с мечами
– А, падла!
– Руби его!
– Круши их в песи, руби в хузары!
– ЫЫЫЫХ!
– Маги, отхиливайте кого можете! – это был голос Валента.
Сам он рубился с здоровяком в латном нагруднике, и не видел, что с правого бока, почти со спины, к нему подбирается невысокий человек с глефой. Я в общую схватку не полез, но увидев этого хмыря, сразу подумал, о том, что, если сейчас нашего командира завалят, так и нам тут будет со всеми святыми упокой, а потому решил использовать свой коронный трюк. В тот момент, когда невысокий уже собрался снизу-вверх просунуть лезвие глефы под доспех Валента, я прыгнул врагу в ноги, сшибая его. Проверенное средство помогло, хотя и некритично для хитреца с глефой. Тем не менее, невысокий грянулся со всего маха об камень, и при этом получилось так, что его ноги оказались в аккурат на моем животе. Глефу он не удержал, и она отлетела в сторону. Я же свой меч держал крепко и с огромным удовольствием воткнул его прямиком противнику в промежность, защищенную только штанами. Тот заорал, и понятное дело, что не от боли. Скорее от неожиданности, а может и от обиды – уж больно позорное место я выбрал для удара. Мудрить я не стал и пока это чудо орало, быстренько из-под него выполз, и успел еще разок хорошенько садануть его в поясницу, да еще и с «кровотоком».
Но надо отметить, что по большому счету удары эти были ему, если не как слону дробина, то уж точно не смертельны – в сравнении со мной здоровый был лось.
И этот лось встал на ноги, и очень нехорошим взглядом посмотрел на меня. Мне стало понятно, что уничтожать меня сейчас будут с чувством, толком и расстановкой. Скорее всего, так оно и случилось бы, если бы в этот миг из «Мышонка» не стали появляться новые участники нашего междусобойчика. И первым вылез мой старый знакомый Горотул. Он появился как истинное воплощение бога войны, его заросшая рыжей бородой рожа (А у него была борода? Не помню. Может, отрастил?) так и полыхала мыслью —
– Кого бы прибить?
На груди у него болтались какие-то амулеты, обнаженные руки были покрыты татуировками, кольчуга-безрукавка блестела как солнце.
– ЫЫЫЫ!!! – заорал он, набегая на нас и махая двулезвийной секирой – Ррррубить по ррруски!
И первым он рубанул моего недоброжелателя, заодно сбив корпусом меня, да так, что я отлетел шагов на пять и врезался в стену. За ним из люка вылезали один за другим мои сокланы.
– Стало быть, Жеррар оказался прав и именно здесь место главного удара – подумал я, шустро встал на ноги и подбежал к еще живому невысокому.
– Ну давай, добивай скотина – прошипел тот.
– Желание хозяина – закон для гостя. А в вашей цитадели вроде как гость – сообщил я ему и пробил пару раз в голову.
И мне не стыдно. Смею заверить – если бы не глупый, но смелый Горотул, хрен бы этот красавец дал мне легко умереть. Тут война, а не ристалище. А на войне один закон – либо ты, либо тебя, так что сопли о благородстве и чести мы оставим для дамских романов.
Горотул и мои сокланы тем временем перебили всех Диких близ нашей площадки и двинулись в сторону лестницы вниз, во внутренний двор. Я кинул взгляд по сторонам – везде была та же картина. Наши штурмовые группы выполнила свою задачу, удержав все три площадки и через них сейчас внутрь цитадели проникали многочисленные отряды Гончих Смерти.
От нашего отряда в живых осталось лишь осталось пять человек. Сгинул еще в первой атаке бородатый живопыра Жеррар в своем однорогом шлеме, невозмутимый Келосса, дотянувший до последнего штурма, тоже, судя по всему, финальной схватки не пережил. На камни цитадели с площадки спустился только один лучник. Одного мага тоже порешили, да и второму досталось. Он вырывал из себя стрелу и брезгливо при этом морщился.
– Вы хорошо стояли парни – прочувственно сказал Валент – Красавцы, всех отмечу.
– А тебе отдельное спасибо малой – подошел он ко мне – По мне так ты и так сделал больше чем мог. А что в драку особо не лез – так это правильно, не с твоим уровнем. И при этом – завалил же кабана.
– Ну, мне тут маленько помогли – скромно сказал я.
Раздался дружный смех. В нем звучал сгоревший адреналин, усталость и осознание того, что могли умереть. Могли. Но не умерли же. А раз живы – надо радоваться. Пусть даже и немудрящей шутке. Пусть даже это все было не по-настоящему.
В этот момент внизу что-то здорово грохнуло. Валент поднял вверх палец.
– О. Ворота все-таки разнесли. Пошли, чего расселись. Самая забава пошла!
И небольшой отряд, пополняясь присоединившимися к ним выжившими с других «Мышат» (их осталось немногим больше, чем у нас) устремились к лестнице, ведущей вниз. Я же, рассудив, что мой почетный героический долг на сегодня, пожалуй, что уже и выполнен, приотстал, бормоча —
– Вы идите, идите, я вас тут, с тылу, прикрою.
Соратники сбежали по лестнице навстречу буре мечей, а я опасливо (ну не люблю я высоты) посмотрел, что же там, внизу, творится. И, честно говоря, крайне впечатлился.
Внутренняя площадь была огромна, видимо опять вступил в действие закон, усвоенный мной еще в родных пенатах клана Буревестники – снаружи все выглядит меньше чем внутри. Площадь внутреннего двора можно было сравнить по размеру ну, если не с Красной, то уж точно с Дворцовой. А может и наоборот. В общем – здоровенная была площадь. И на всей ее протяжённости куча народа бодро уродовала сейчас друг друга колющим, режущим и дробящим оружием. Общий бой распался на сотни мелких поединков. Ворота и в самом деле рухнули, судя по всему придавив с десяток обороняющихся, и в свободный теперь проход, с мечами и топорами наперевес вваливались бойцы Гончих. Дикие еще пытались остановить их, но это было уже бессмысленно.
– Что, гнида Гончая, радуешься? – раздался сзади меня голос.
Я обернулся и увидел набегавшего на меня с разинутым ртом и занесённым над головой мечом, воина Диких, всего в каменной крошке и пыли. Видать оглушило бедолагу на какой-то стадии боя, он очухался, а тут я стою и вниз таращусь. Вот его обида и взяла.
Драться с ним я, конечно, не планировал, поэтому просто чуть-чуть взял правее и подставил ему ножку. Он, видимо пребывая в обалдении, и не до конца восстановив координацию в пространстве, добежал до меня, споткнулся о мою ногу и как-то даже без крика свистанул вниз со стены. Я сразу глянул, чем для него закончился этот полет и как-то и не удивился даже, что коконом. А вы что хотели? Тут в первом приближении не ниже чем этаж третий, пять пролетов здоровенной лестницы. Да еще и вниз головой.
– Наш Икар – восхищенно сказал я – Как летел!
Бой разгорался. Над площадью стоял густой мат, слышались нечленораздельные выкрики, отдельные междометия и рев Горотула, требующего между ударами, чтобы его подвиги увековечили съемкой на внутреннюю камеру. Сам он, подозреваю, включить ее не мог, ибо не знал – как.
Рассматривая картину всеобщего боя, я увидел нечто, крайне мне не понравившееся. А именно – совсем недалеко от меня, буквально под стеной, к которой припарковались «Мышата», трое Диких зажали в углу красотку Милли Ре, с которой прямо перед боем я познакомился в шатре Главнокомандующей. Она явно была замечательной мечницей, ее два клинка порхали как бабочки, и она довольно удачно оборонялась от трех воинов, но ее поражение было всего лишь вопросом времени. Нападать она не могла, отдавая все внимание и силы защите, и поэтому раньше или позже трое здоровенных воинов неминуемо прикончат ее. Поняв это, я стал думать, как помочь союзнице. Что, ввязавшись в бой, я ей точно не помогу – мне было предельно ясно. Пара ударов – и я воспоминание. Использовать эффективно те двадцать-тридцать секунд, что я ей выиграю она может, конечно, успеет. А может и нет. Тут надо придумать что-то другое. Но вот что?
Я обводил глазами стену, и мой взгляд зацепился за обломок зубца, довольно длинный и угловатый, снесенный видно еще во время артподготовки одним из файерболов, которые запускали наши маги.
– Эврика! – произнес я и поднял указательный палец вверх.
Я подбежал к обломку и попытался его поднять. Он оказался невероятно тяжелым, зараза. И я его потащил волоком, чихая от пылюки, которую сам же и поднял.
Видит Бог, я спешил как мог, но когда я подтащил булыжник к нужной мне точке и посмотрел вниз, чтобы определить квадрат камнеметания, то увидел, что дела Милли уже очень плохи. Она отбивалась из последних сил и судя по всему, уже пропустила пару ударов. Надо было поспешать. Я установил камень на самом краю и заорал —
– Э, уроды! Вы, трое, что девчулю обижают!
У меня не было уверенности, что в этом шуме меня услышат, но то ли у них там внизу была акустика получше, то ли заорал я громко, но двое из трех голову подняли, возможно, чисто инстинктивно.
– Получи фашист гранату – сообщил им я, и толкнул камень вниз, прямо на глазеющих в недоумении на меня Диких. Увернуться они не успели – камень летит быстро, кроме того, полагаю и их изумление мне сильно помогло – ну, не привыкли воины к тому, что на них кто-то что-то сверху скидывает. Да и попал я удачно – двумя краями обломок зацепил обоих, не убив, но раскидав их в разные стороны.
Милли использовала предоставленную ей передышку крайне эффективно. За эти секунды она, видимо на пределе сил, атаковала третьего противника, провела ряд блестящих фланконад, и прибила его прямым ударом в горло, что выглядело довольно красиво, ну, насколько красиво, может выглядеть убийство вообще.
После она подбежала к одному из двух оглушенных и начала рубить его саблями, судя по всему при этом отчаянно бранясь. Тот вертел головой и пытался дотянуться до своего меча, но умирать не спешил.
Последний из трех супостатов, очумело вертел головой и пробовал подняться.
– Эээ, беда, увлеклась барышня, тут и до неприятностей недалеко. И не доорешься до нее – понял я и побежал вниз, надеясь только на то, что меня никто не прикончит по дороге.
Как мне не перепало – не понимаю. Спустившись с лестницы, я чуть не попал под молодецкий удар варвара, махающего дубиной налево и направо. Я упал на четвереньки и отполз к стене, надеясь, что варвар меня даже и не заметил. Так оно похоже и было. Рассудив, что, на четвереньках, я конечно менее заметен, но это здорово снижает скорость, я встал и припустил трусцой вдоль этой стены, ориентируясь на звонкий девичий мат. И успел вовремя.
Третий противник все-таки встал, хотя и выглядел жутковато. Явно обломок саданул ему по башке, и еще добавил по правому плечу, поскольку он был здорово скособочен и меч держал в левой руке. Держал он его крепко, и взгляд у него был очень нехороший, когда он, пошатываясь, начал приближаться к Милли, которая уже почти превратила своего второго врага в винегрет.
– Что-то я сегодня как Чип и Дейл прямо. Все спасаю, спасаю – подумал я, нанося удар «мечом возмездия» сзади по сгибу ног ковыляющему как зомби врагу.
Тот упал, но снова стал подниматься. И хотя его линия жизни уже устойчиво балансировала в красном секторе, умирать он не собирался.