Время выбора
- -
- 100%
- +
– И что дальше?
– Риторический вопрос, на который вы и сами знаете ответ. Но если желаете – вот он: коли не умерите пыл, то скоро умрете, и я вам ничем не смогу помочь. Просто не успею. Мне был нужен минимум месяц для того, чтобы найти ответ на интересующий вас вопрос. Минимум! Вы своей волей уже сократили этот срок недели на полторы-две.
Кстати, оно и хорошо. Теперь если он даст дуба, то исключительно по своей вине. Не думаю, что мне придется перед кем-то нести за это ответ, но случись такое, то отмазка бы была железная. Мол, сам дурак, спешил жить, оттого и помер. Правда, Александр может на этот счет иметь другое мнение, но он ведь тоже смертен. Причем, как писал классик, внезапно смертен.
А остальным слугам Носова я на фиг не сдался. Он им дорог ровно до тех пор, пока деньги платит. И эти добрые люди забудут его навсегда сразу же после того, как получат расчет. У них других забот полон рот: невыплаченные кредиты, поиски нового места трудоустройства и так далее. И чего им думать на тему, кто стал виновником смерти их босса? Тем более что официально он скончался ввиду хронического заболевания.
Илья Николаевич сидел, смотрел на меня, трубно сопел носом и о чем-то думал.
– Саш, а тебе не кажется, что разумнее всего не искать способы ему помочь, а сделать кое-что другое? – вдруг спросил у меня Жанна, пристроившаяся рядом, на подлокотнике кресла.
– Что именно? – совершенно не стесняясь бизнесмена, уточнил у нее я. Носов вздрогнул, но ничего не сказал, как видно смекнув, что я беседую не с ним.
– Познакомить этого дедулю с Павликом, – проворковала мертвячка, легкой тенью скользнула к Илье Николаевичу и обвила его шею своими руками, заставив при этом беспокойно дернуться серую тварь. – Давай честно – проблем тут больше, чем прибыли. Да и неприятный он человек, скажем прямо. Мне вот конкурент его больше понравился, если тебе невтерпеж под чье-то ярмо шею подставить, так уж лучше под его. Тем более что он готов тебе платить столько, сколько ты скажешь. Сам же слышал. А этот… Козел он.
Я ничего отвечать не стал, просто неотрывно смотрел на картину, словно сошедшую с мрачного фэнтезийного арта, коих полно в Сети. Призрачная красивая девушка обнимает сильно немолодого дядьку, на лице которого лежит отчетливая печать близкой смерти. Неяркий свет и массивная мебель рабочего кабинета, в котором происходила наша беседа, добавляли атмосферности происходящему.
И этот мой взгляд, похоже, встревожил Носова не на шутку. Все, начиная со вчерашнего вечера, и так шло не по его плану, а тут еще вон я сижу, недобро смотрю, с кем-то общаюсь. Кому такое понравится?
– Пойдем в столовую, – поднялся он на ноги, причем относительно уверенно. – Там продолжим разговор.
– Ты все же подумай, – выстрелила в мою сторону пальчиком Жанна. – Если что – я за мальчишкой нашим пригляжу, все проконтролирую.
В столовой, той, где мы в нашу первую встречу гоняли чаи с выпечкой, на этот раз стол был заставлен снедью другого толка. В центре красовалась деревянная фиговина, из которой торчали шампуры с парующим шашлыком, вокруг нее были расставлены плошки с соусами. Имелись тут и длинные пури, и зелень во всем своем разнообразии, и красное вино нескольких видов, и разные прочие изыски грузинской кухни.
– Хотел шашлыков по-карски – получай, – садясь за стол, сообщил мне Носов. – Кушай на здоровье.
– Спасибо, – немного удивленно ответил я и вытянул из стойки один из шампуров. – Не ожидал.
Мало того, я вообще про эту свою просьбу забыл. Так, брякнул до кучи в общении с Александром – и все. А тот вон запомнил, передал. Хотя почему бы и нет? Я, правды ради, и не пробовал шашлыков именно по-карски никогда. На дачах, что своей, что друзей, шашлык существовал только в одном варианте – собственно шашлык. А за границей их особо нет. Там другой подход к этому кулинарному вопросу.
Оказалось, очень вкусная штука, отлично сочетающаяся с терпким саперави.
– Здоров ты поесть, – заметил Носов, который почти ни к чему из того, что стояло на столе, не притронулся. – Не лопнешь?
– Нет, – я погладил себя по животу, в который переместилось уже немало сочной и нежной баранины. – Но остановиться стоит. Вы-то чего просто так сидите? Лично я диету вам не прописывал.
– Аппетита нет, – мрачно ответил сотрапезник. – И настроения тоже.
– Это вы зря, – я хрустнул редиской. – Еда придает силы, которые нужны для борьбы за собственное будущее.
– От удара в спину она не спасет. – Носов привстал, перегнулся через стол и спросил у меня: – Ты зачем к Белозерову ездил, а? С какой целью?
От неожиданности у меня даже редиска не в то горло пошла.
– Саш, его помощник руку под пиджак засунул, – сообщила мне Жанна. – А там наверняка пистолет.
– Кха! – издал горловой звук я, откашлялся, а после от души рассмеялся. – Я-то все гадал, с чего такая спешка? Зачем так резко вам понадобился? А тут вон что!
– Это не ответ. – Носов снова опустился на стул.
– То есть вы связали воедино два события – мой визит закадычному неприятелю и ваше стремительно ухудшившееся самочувствие? – я снова рассмеялся. – Да?
– Кстати, звучит вполне логично, – заметила Жанна. – Нет, серьезно. Я бы тоже на его месте напряглась.
– Положим, – подтвердил Носов.
– Я вас расстрою… Ну или, наоборот, обрадую. Короче, это не так. Да и потом, разве у вас в доме Белозерова ушей и глаз нет? Вам не рассказали, что я там устроил?
– Увы, но в данный момент нет, – подал голос Александр. – Были двое, но Полежаев их пару месяцев назад вычислил, а новыми осведомителями мы пока не обзавелись.
– Что за безобразие, – недовольно сдвинул брови Носов. – У нас есть люди в его компании и банке – прекрасно. Но этого мало. Мне надо знать, что происходит у него дома.
– Полежаев – это начальник его охраны? – уточнил я, пропустив реплику нанимателя мимо ушей. – Который Михаил?
– Именно, – подтвердил помощник бизнесмена. – Он свое дело хорошо знает, не отнимешь.
– Надо же, – удивился я. – А мне он показался немного деревянным, я даже решил, что, кроме сования своего причиндала не туда, куда надо, он почти ни на что не годен.
– Сования чего куда? – переспросил Илья Николаевич.
– Не суть, – отмахнулся я. – Так вот, не собирался я заключать союз с вашим конкурентом, хоть он мне его, к слову, под конец беседы предлагал. Наоборот, навел у него в доме изрядный шорох, перепугал его чад и домочадцев, да и его самого немного шуганул. Думаю, там до сих пор меня недобрым словом поминают.
Было видно, что Носов в сомнениях. Он не привык верить на слово кому бы то ни было, а подтвердить то, что я сказал, никто не мог.
– Успокойтесь, – посоветовал я ему. – Все на самом деле так. Более того, не исключено, что Белозеров все же выполнит то условие, которое я ему поставил, и пришлет мне небольшой подарочек, который окончательно убедит вас в моей честности.
– Что за подарочек? – заинтересовался хозяин дома.
– Привезут – увидите, – решил немного поинтриговать его я, достал смартфон и глянул на его экран. – По идее, совсем скоро. А пока суд да дело, я бы чайку выпил. Черного. Покрепче.
Телефон дернулся в моей руке, номер, который высветился, был мне незнаком.
– Слушаю, – подумав пару секунд, все же ответил я на вызов. – Если вы насчет бесплатных медицинских услуг или адвокатской помощи – мне не надо. Ну а в остальном – вечер в хату, арестанты.
– Добрый вечер, Александр, – услышал я в трубке смутно знакомый женский голос. – Это вас беспокоит Альбина. Вам сейчас удобно разговаривать?
– Разговаривать относительно удобно, если беседа окажется недолгой, – встал я из-за стола, изобразив извинительный жест в адрес Носова. – Меня больше смущает то, с кем именно я ее вести буду. Просто ваше имя мне незнакомо.
– Потому что наша единственная встреча была довольно сумбурна, – пояснила нежданная собеседница. – Суета, крики, скандалы, разоблачения – когда нам было друг другу представляться? Вернее, вы мне, как и всем остальным, свое имя назвали. А я в вашей памяти наверняка осталась как немолодая женщина, которая зачем-то живет в доме бывшего мужа и каждый день садится за один стол с его новой женой.
А! Так вот кто мне позвонил. Ну да, были такие мысли. Кроме слова «немолодая». Уместнее будет «чуть подвядшая».
– Я вас вспомнил. Врать не стану, неожиданный звонок в высшей степени. Но интригующий. Так что вы хотели?
– Нам бы встретиться и пообщаться, – не стала кокетничать Альбина. – С возрастом начинаешь ценить общение глаза в глаза, а не безликий голос в ухе.
Ой, чую, сгущаются тучи над головой молодой жены Белозерова. Наверняка эта тетка надумала меня нанять для того, чтобы я эту красотку погубил. Решила небось, отталкиваясь от моего поведения в их доме, что я наемник без принципов, страха и упрека.
– Если честно, у меня вся неделя расписана от и до, – произнес я. – Так что…
– Меня устроит любое время, – в голосе Альбины прозвучали нотки, дававшие понять, что отказа она не воспримет. Причем это была не избалованность дамы из высшего общества или штатное женское упрямство. Нет, это была именно уверенность человека, знающего, что именно ему нужно от жизни. – День, ночь, утро. Просто назовите время и место.
Может, действительно повстречаться? Вдруг я ошибаюсь и дело не в коварной белокурой разлучнице? Может, она не ее, а бывшего муженька решила на тот свет спровадить? А это уже совсем другой коленкор. Такую карту можно разыграть массой способов.
– Илья Николаевич, с поста докладывают – привезли заказ для вашего гостя, – негромко произнес Александр. – Он просил его принять и доставить сюда. Выполнить его просьбу?
Даже по имени меня не назвал. «Вашего гостя». Ишь, какой!
– Уважим, – разрешил Носов, с нескрываемым интересом слушавший мой разговор. – Пусть несут.
– Я вам перезвоню, – решение было принято, но озвучивать его здесь и сейчас мне не хотелось. – Может быть, уже сегодня.
– Буду ждать, – ответила мне женщина и первой разорвала связь.
– Альбинка Белозерова? – сказал Носов и ухмыльнулся. – Она же?
Я решил не отвечать на поставленный вопрос, но немного удивленно приподнял левую бровь, как бы говоря: «С чего вы это взяли?»
– Ты трубку в следующий раз получше к уху прижимай, – посоветовал мне хозяин дома. – Или аппарат купи не с таким мощным динамиком. Наушники опять же специальные есть. Я весь разговор слышал. Ну а интонации ее я знаю отлично, мы знакомы лет двадцать пять, если не больше. Причем знакомы сильно близко. Проще говоря, трахал я ее в свое время в хвост и гриву, а после на какой-то презентации с Вадиком познакомил.
Речь, надо полагать, о Белозерове идет. Это он – Вадик.
Но смартфон надо менять. Ну да, он новенький, подарок, но куда такое годится? Или в самом деле наушники беспроводные купить для вот таких визитов?
– А она в качестве вступительного взноса не только себя ему предложила, но и еще одну мою крупную торговую операцию с китайцами до кучи слила. Я как-то под вискарик с ней разоткровенничался, вот и… Короче, тварь редкая, клейма негде ставить. Ого! Это что же такое тебе Белозеров презентовал?
Ну да, видок у подарка и вправду был впечатляющий. Огромная розовая коробка, перевязанная голубыми бантами и обклеенная картинками с розовощекими ангелками. Колорита добавлял Толик, суетившийся вокруг охранников, которые, сопя, перли эту красоту к нам.
Жанна немедленно завизжала от восторга и захлопала в ладоши. Она же девочка, хоть и мертвая. Ей такую милоту всегда видеть приятно.
– Сейчас откроем – увидите, – усмехнулся я. – Поверьте, вам понравится!
Глава пятая
Коробку было установили напротив стола, но в тот же миг в ней что-то бухнуло, до нас донеслись странные звуки, более всего похожие на мычание.
– Все интереснее и интереснее, – потер ладони Носов.
– Пусть перевернут, – расхохоталась Жанна, сунув свое лицо (по-другому тут не скажешь) в подарок, присланный мне Белозеровым. – Коробку перевернут. Она сейчас вверх ногами стоит, причем в самом прямом смысле. И ее содержимое тоже.
Вот поди пойми, где тут верх, где низ. Хоть бы стрелку какую поставили для приличия. Банты вон и там, и там есть, все как заказывал. Я-то, правда, пошутил, а Белозеров, как видно, воспринял все всерьез.
Но это хорошо, что моя помогайка внутрь заглянула. Собственно, я сам собирался ее об этом попросить до того, как к коробке хотя бы просто притронусь. Кто знает этого Белозерова? Возьмет да и запихнет туда большую бомбу, чтобы одним ударом решить все свои вопросы. Чтобы, значит, и меня в клочья разорвало, и старого неприятеля за компанию тоже. Так сказать, семь бед – один ответ. Да и какой ответ с его-то деньгами, связями и сворой адвокатов? Там даже вопросы никто толком задавать не станет, просто назначат виноватым какого-нибудь бедолагу. Или просто спишут все на неблагоприятные погодные условия.
Ленточки я развязывать не стал, просто их разрезал, после откинул два крючочка, что придерживали некое подобие дверцы, скрывавшей от меня содержимое, и уже через секунду любовался отраднейшей картиной. Все же получил я свой подарок, хоть по ряду причин не очень в это верил.
Максим Максимович, находившийся внутри, полностью соответствовал упаковке, в которой его доставили. Не знаю уж, Белозеров ли сам постарался, Михаил или кто-то еще, но в чувстве юмора отправителю не откажешь. Ворожея нарядили в блестящий костюм а-ля Кен и даже причесали надлежащим образом. А еще для верности нацепили на него наручники и рот заткнули. Разумный подход. Если бы не эти меры предосторожности, он бы до нас вообще мог не доехать. Ну да, он не колдун, резкие и жесткие меры не его конек, но, думаю, пара-тройка трюков, направленных на то, чтобы обеспечить себе свободу передвижения вот в такой экстремальной ситуации, в его арсенале присутствует.
Как видно, поездка далась ему нелегко, ворожей был какой-то вялый, снулый, ровно рыбешка, что некоторое время на берегу полежала, лишенная привычной жизненной среды. Он сонно хлопал глазами, пытаясь их сфокусировать на мне, морщил лоб и потряхивал головой.
– Это кто? – осведомился у меня Носов, с любопытством рассматривая нежданного гостя. – А?
– Максим, – немедленно ответил я.
– Какой Максим?
– Максимович.
– Персонаж Лермонтова? – хмыкнул хозяин дома. – Ну что, где-то даже символично. Нет, серьезно. Ты же в чем-то герой нашего времени. Вот сам посуди, характер у тебя не приведи бог, Бэлла тоже есть, та, что сестрица Ольги Ряжской. Знаю я, что ты ее пытаешься с того света вытащить, причем куда охотнее и рьянее, чем меня. Теперь вот этот Максим Максимович. Осталось только коня себе завести. Как там его? А, вспомнил. Карагез. Ну, конкретно с этим именем у меня скакуна нет, врать не стану, но вообще в активах несколько лошадок значатся. В свое время один товарищ должок свой мне ими вернул. Конезаводчество – бизнес сложный, затратный, рискованный, это тебе не алюминий или кокаин, тут формула «спрос – предложение» работает немного по-другому, особенно в наше высокотехнологичное время, неверно просчитал риски – и ты уже всем должен. Так что, если желаешь – одну из них подарю, тем более что мне они все равно не сильно нужны. Одни расходы от них. Знаешь, сколько место в частной конюшне по системе «все включено» стоит? Нет? Лучше и не знай. И главное – деваться некуда, приходится содержать. Возраст для продажи у них уже не слишком подходящий, а под нож пускать – это перебор. Они живые и не люди. Их жалко. Опять же, все мы немного лошади, как говорил поэт.
Забавно. Имена и правда почти совпали. «Почти», потому что я Александр, а не Григорий. Да и героем меня назвать сложновато. Хотя и Печорина, ради правды, тоже. Оба мы с ним те еще… Герои.
– Так кого ты в мой дом притащил? – снова спросил у меня Носов.
Максим, похоже, потихоньку начал приходить в себя и что-то попробовал пробубнить. Похоже, просил вынуть изо рта кляп в виде круглого мячика на веревочках.
– Вы об этом господине? – я ткнул пальцем подарок от Белозерова в живот. – Да? Так это тот, кто вас убил. Вернее, убил бы, не найди вы меня. Это именно он почки из вашей базовой комплектации загубил, а после другим прижиться не дал. С фантазией парень работает, согласитесь? И главное, ни единой зацепки даже для самого пытливого патологоанатома не оставил. И ни единого следочка, который мог бы к нему привести. Умный у нас какой Максимка, сил нет!
Произнеся последние слова, я снова потыкал ворожея пальцем в живот. Тот завращал глазами и что-то забубнил.
– С фантазией, – лицо Носова налилось кровью, а голос стал звучать глухо, словно из бочки. – Не отнять. Хороший ты мне подарок подогнал, Сашка. От души тебе спасибо, даже мечтать о подобном не мог.
Если бы я хотел просто убрать ворожея чужими руками, то лучшей ситуации было не представить. Я вообще не при делах, что же до Носова, так в своем праве, тем более что и не применимы к нему законы Ночи. Ну а людских он вообще не боится, ему на них плевать.
И самое главное, я ему не соврал. Максим действительно хотел его убить.
Но вот какая закавыка – мне ворожей пока нужен был живым, как минимум для личного задушевного разговора. Он, собака такая, много знает, и часть этого «много» мне бы хотелось себе заполучить. Ну и еще к кое-каким работам его приставить. А вот потом пусть Носов с ним что хочет делает.
Олигарх с трудом поднялся на ноги и подошел ко мне.
– Забавно как, – сказал он, не отрывая тяжелого взгляда от Максима Максимовича. – Никогда бы не подумал, что вот так на свою смерть смотреть стану. Стреляли в меня пару раз, было такое, я потом трупы этих гангстеров недоделанных видел в морге. Опередили меня маленько те, кто за ними стоял. Одна стерва чуть не отравила в начале века, вот ее после так и не нашли. Тело, в смысле. Так-то отыскали, разумеется, куда она денется… Но то другое дело. Честное, что ли? А вот этот черт – он особенный подход избрал. Нестандартный. Ну и я, соответственно, ему особенное уважение окажу. Тоже нестандартное.
– Вы сейчас о чем? – уточнил я, немного удивившись. Максим Максимович, окончательно отойдя от волчьей дремы, в которую он был поначалу погружен, тоже неслабо напрягся, настолько, что даже дышать перестал. – Илья Николаевич?
– А? – перевел на меня взгляд Носов. – Уважу, говорю, гостя. Расстараюсь на славу. Тьфу! Ты о чем подумал? Хотя… Понимаю, что у тебя в башке вертится. Мне газетку ту доставили, где ты на фотографии весь из себя красивый. Саш, все понимаю, новые времена, новые веяния, хочется экспериментов всяких, острых ощущений, но вот оно тебе надо? Тем более что ты раньше вроде по бабам был, я твое досье читал, фотки подружек видел. Особенно меня та, с которой ты во Франции куролесил, впечатлила. Сразу видно – огонь девка! Я бы и сам с такой, знаешь ли…
Ага. Не дай тебе бог с такой хоть какие-то дела иметь, лучше сразу вниз головой с небоскреба сигануть. Жозефина тебя, такого умного и хитрого, разорила бы самое большее за полгода, ты бы от нее с голым задом ушел. Она это умеет, сам видел. Одного только понять не могу – куда она деньги девает в таких количествах? Солит их, что ли?
– Кстати! – Носов подошел к ворожею и ласково его потрепал по щеке. Или по-хозяйски? – На днях выяснилась очень интересная вещь. Оказывается, твоя бывшая жена работает у меня. Вернее, на меня. Я в свое время сеть медицинских клиник недорого купил, там владельцы в шаге от банкротства были, провел кое-какую реорганизацию, сменил руководство, персонал большей частью заменил. Медицина – хорошее вложение капитала, оно себя всегда окупит. Три беспроигрышных направления инвестирования, которые не меняются с начала времен, – лечить людей, кормить людей и убивать людей чужими руками. Так вот, твоя бывшая в одном из филиалов рентгенологом работает.
Значит, уволилась Светка из клиники на «Красных Воротах», где работала раньше. А как пела в свое время, когда я ей предлагал сменить место работы из-за перманентной задержки зарплаты: «Мы коллектив единомышленников, мы одно целое, один за всех – и все за одного». И конечно, классическое «ты не понимаешь».
– Я к чему? – продолжил Носов. – Хочешь, я ее в должности повышу? Или в головную клинику переведу, ту, что на «Новой Риге» находится? Она у меня под ВИПов заточена, не хуже, чем у Вагнеров. Да там и часть персонала бывшие его сотрудники, мои эйчары их переманили, кого перспективой, кого деньгами. Вообще, это не в моих правилах, люди получают у меня новые назначения, повышение зарплат и бонусы только за реальные показатели, но для тебя могу сделать исключение. Больно ты меня сегодня порадовал, Смолин!
– Да мне как-то пофиг, – равнодушно произнес я. – Нас с ней, кроме пары печатей в паспорте, ничего не связывает. Детей не родили, имущества не нажили, даже друзей совместных не завели. Просто пару лет из жизни друг у друга украли за каким-то хреном, а после разбежались без особой ругани и взаимных претензий. Собственно, я ей даже не просто бывший, а бывший-бывший. Она после нашего развода еще разок успела замуж сбегать, так что по поводу ее благоденствия пусть у кого-то другого штаны преют.
В принципе, не вру, так оно и есть. Но даже будь по-другому, я бы все равно говорил то же самое. Носову нужен еще один крючок, на который меня можно поддеть. Светка запросто на него тянет. Не на большой крюк, на ма-а-а-а-аленький такой крючочек, но все же.
И еще. Зря он подобную информацию при ворожее вываливает на меня. Да, по всем раскладам Максимушка из этого дома живым выйти не должен. Но фиг знает? Джеймса Бонда тоже вон в каждом фильме чуть не убивает очередной злодей, только в результате погибает именно главгад, а не агент 007. Толкнет бедолага свою финальную речь, выложит хитроумному британцу все свои злобные замыслы, и все, на тот свет. И так из фильма в фильм, из года в год, из века в век одно и то же.
Я, конечно, на титул апологета мирового зла не претендую, но все-таки…
– Ну, смотри сам. Я хотел как лучше, – пожал плечами Носов и снова повернулся к ворожею: – Ну что, приятель? Как настроение?
Тот что-то промычал, то ли «нормально», то ли «надоели». Не поймешь из-за кляпа.
– Я сам тобой займусь, – пообещал Носов – Никогда не любил никому кровь пускать. Даже в самые лихие времена стоял от этих забав в стороне. Охоту и ту не жалую, хоть иногда на нее и езжу. Но тебя, дружок, сам на куски резать стану. Медленно, с душой. И вот поверь, из принципа не умру до той поры, пока ты дышать будешь. Ну что ты все мычишь? Скажи уже и успокойся.
И он вытащил кляп изо рта пленника.
– Я могу сделать так, что не умрете, – в тот же миг протараторил Максим Максимович, причем при каждом слове из его рта в разные стороны разлеталась слюна. – Это в моих силах!
– Врет? – уточнил у меня Илья Николаевич, не поворачиваясь.
– Не знаю, – ответил я. – Мы не настолько с ним знакомы. Не знаю я пределов его возможностей. Но в одном уверен – умирать он точно не хочет, потому сейчас станет обещать вам все, что возможно, включая сокровища всех царей земных, звезды с небес и даже контрольный пакет акций «Газпрома».
– Если бы контрольный пакет пообещал, то у меня сомнений в его правдивости не возникло. Сразу бы стало ясно – врет. А вот насчет моего здоровья… Выходит, только опытным путем проверить можно? Но это тоже не вариант. Что, если он надумает меня все же уморить?
– А смысл? Вы и так умираете, – голос Максима Максимовича обрел вкрадчивые нотки. – Хуже, чем есть, вам уже не будет. Вернее, чем дальше, тем хуже будет становиться. И потом, если вы умрете, то мне в любом случае не жить. А вот если выздоровеете, то мой долг перед вами будет пусть немного, но погашен, что дает надежду на шанс. Небольшой, но все же.
– Да еще и лекарские способности будут подтверждены, – усмехнувшись, добавил я.
Пока все шло так, как должно: жизнелюбивый ворожей пробовал выпутаться из сложившейся ситуации, а Носов прикидывал, чего ему больше хочется – убить этого хитреца или все же попробовать использовать его как специалиста.
– Слушай, не могу не спросить – это как же ты так попался-то? – полюбопытствовал я у своего недоброжелателя, воспользовавшись возникшей в разговоре паузой. – Если честно, то думал, что Белозеров мою просьбу не выполнит. Просто не сумеет хотя бы в силу того, что с чуйкой у тебя все в порядке. Да я вообще считал, что тебя и в Москве-то уже нет.
– Да я и собирался на время из города исчезнуть ненадолго, – вздохнул ворожей. – Но вот пришлось задержаться, личные дела кое-какие закрывал. Ну и тебе небольшой сюрприз готовил, что теперь скрывать. В результате вот сам подарком стал. Да, может, и выкрутился бы я, но Мишка, сволочь такая, мне с ходу, прямо с порога снотворное всадил из специального пистолета. Прямо как животному какому-то! Я не ты, я человек, потому на меня подобные вещи воздействуют так, как им положено. Но стыдоба, конечно. Подставился!