- -
- 100%
- +
Тогда я попросил их показать мне дорогу домой, на Землю. Странные люди переглянулись между собой и без лишних разговоров согласились показать мне дорогу на Землю. И посадив меня в летающий диск, отвезли меня на ту поляну, куда я упал в прошлый раз, и показали мне то место, откуда появится голубой луч. Странные люди объяснили мне, через, сколько дней я должен прийти на эту поляну и ждать на ней луч голубого цвета в течение трёх дней. Я переживал за оленей и собак и спросил у них сколько на Земле прошло лет с того момента, как я упал на их планету. Странные люди объяснили, что за то время, что я пробыл на их планете, на Земле прошло около двух сот лет, и жизнь на нашей планете сильно изменилась. Я сильно расстроился, потому что у меня в Долине смерти остались собаки. Но странные люди успокоили меня и объяснили, что я вернусь в свое время. Они рассказали и даже показали мне на экране, что все планеты во всех звездных системах обращаются вокруг своих звёзд по спиралевидным виткам времени. Они также рассказали мне, что время не линейно, и что у каждого времени есть начало и даже конец времени, который заканчивается когда заканчивается срок жизни солнечной системы.
Но в каждой звёздной системе идёт своё время, и у этого времени тоже есть и начало и конец, а вот длина витков спирали у каждой планеты своя. Поэтому луч света, пришедший сюда из вашего созвездия, возвращается назад в то же созвездие и на ту же планету, но в строго определенное время и в то же место. То есть туда, откуда он вышел до этого, но только тогда, когда совпадает расположение планет во времени и пространстве, но уже с разницей в пятнадцать ваших Земных дней. Но, когда ты с помощью этого луча вернешься на Землю, то ты постареешь на двадцать земных лет, потому что таков закон времени. И они объяснили мне, что точно такие же изменения происходят с организмом человека при летаргическом сне, когда время берёт своё, то есть когда клетки материального тела человека навёрстывают упущенное время. Но только тогда, когда в материальном теле человека запускается механизм ускоренного деления клеток. Потому что разница между частотой и мощностью наших магнитных полей в 15 раз больше.
– Но ты не бойся, – сказал один из них, – больше чем на двадцать лет ты уже не постареешь.
– И в этот момент я был согласен даже на это, только бы вернуться домой, на Землю. Я дождался назначенного мне дня и пришел на ту поляну, на которой должен был появиться луч голубого цвета, где над поверхностью поляны уже плавал голубой туман. Но мне пришлось ждать ещё целые сутки, пока к вечеру следующего дня из земли появился луч голубого цвета. Я шагнул в луч, и он перенес меня на Землю, на ту же черную поляну, с которой я улетел в прошлый раз. Но собаки и олени к моему удивлению жили около палатки, они меня дождались, правда, собаки съели в палатке все, что можно было съесть. Отец надолго замолчал о чём-то думая, видимо мысленно находясь ещё на той планете.
– Но почему ты не рассказал мне об этом в тот вечер, когда в долину упал котёл? – спросил я.
– Потому что странные люди строго настрого наказали мне, что этого делать ни в коем случае нельзя.
– Почему? – спросил я.
– Потому что мне ни кто бы, ни поверил, и люди посчитали бы меня за идиота, не поверив в то, что с помощью луча можно попасть на другую планету. Но это даже хорошо. Но дело тут не только в этом, странные люди не хотят, чтобы люди Земли узнали про ту чёрную поляну, в центре которой находится окно в другой мир, и попытались проникнуть с помощью луча с корыстными целями на их планету. И обсуждая между собой моё появление на их планете, они решили в будущем закрыть окно между созвездиями. Видимо поэтому они так легко согласились показать мне это окно. Вот, поэтому я решил, что они уже закрыли окно в другой мир, и ты ни куда с чёрной поляны не улетишь, но я ошибся, видимо не подошло время для закрытия окна. Да и ты бы мне тоже не поверил, пока сам не убедился, что такая чёрная поляна с окном в другой мир реально существует.
– Да, ты «аднака» прав отец, в такое трудно поверить пока сам не попадёшь в подобную ситуацию и не испытаешь это на себе, – сказал я.
Мы долго молча сидели у костра, и каждый думал о чём-то своем связанном с той планетой. Я переживал за жену и детей как они там без меня. А утром мы навьючили все свои вещи на оленей и отправились домой. Расстроенный тем, что я сильно, а главное, так быстро за какие-то минуты постарел на 20 лет, а главное как я теперь покажусь в улусе в таком виде, поэтому я не захотел больше охотиться и отправился домой. А отец побоялся отпускать меня одного домой в таком состоянии и тоже засобирался домой.
– Но для того, чтобы это понять, нужно пройти через это самому, чего бы я ни кому из вас не пожелал, – сказал Васька и посмотрел пристально на меня.
– И мы отправились домой уже вдвоём, – продолжил Васька, а я после этого случая ещё долго не ходил на охоту, пока не смирился с тем, что я так сильно постарел.
«Так вот почему он выглядит старше своих лет», – подумал я.
Васька разлил остатки водки по стаканам, и они молча выпили.
– А что же было потом? – спросил я, после затянувшегося молчания.
– Васька снова надолго замолчал думая о чём-то своём, – но потом я решил вернуться назад к жене и детям, ведь я обещал им, что обязательно вернусь к ним на ту планету, дорогу-то туда я уже знал. Я три осени подряд ходил в Долину смерти, подолгу сидел на той поляне и в снег и в дождь, и все было напрасно. Я знал, откуда можно улететь на ту планету, то есть с той чёрной поляны, а вот когда это происходит, в какое время, я не знал. А самое главное, спросить-то не у кого было, потому что кроме меня и моего отца про эту поляну никто больше не знал.
«Мистика какая-то», – подумал я. – «В наше время таким вот способом перелетать на другие планеты и никто кроме Васьки об этом не знает. Но чем черт не шутит, ведь читал же я где-то о том, что в разное время с нашей планеты исчезали люди в таких вот мистических местах и даже похожим способом, на глазах у изумлённых людей. Но и сочинить такую байку так быстро тоже невозможно, для этого талант нужен, да ещё и после того, как он прилично выпил палёного спирта.
«Рассказывал-то он искренне и даже переживал разлуку с женой и детьми», – подумал я.
Я все еще находился под впечатлением байки и вдруг меня осенило:
– Васька, а когда твой отец попал на ту планету?
– В начале октября сорок девятого года, – сказал он.
– А когда ты туда попал?
– Я тоже в начале октября, но только уже шестьдесят девятого года.
«Так вот оно что!» – догадался и одновременно обрадовался я.
– Выходит, что голубой луч на той чёрной поляне появляется через двадцать лет, день в день, – сказал я.
Васька от удивления даже рот раскрыл.
– Точно! Как же я сам-то не догадался? Вот идиот, три осени подряд ходил в Долину смерти и всё впустую, а что сам-то догадаться не мог. Какой же я идиот, сокрушался Васька, три осени подряд тащился туда по таким болотам и такой погоде.
– А какой сейчас месяц? – вдруг, спросил он.
– Конец сентября, – сказал я. А год какой?
– А год 1989, － сказал Колька ты, что, забыл какой сейчас год.
– Тогда нужно спешить, времени-то мало осталось до первых чисел октября, – сказал Васька.
– А что произошло в первых числах октября? – спросил я.
– Да я улетел в прошлый раз на ту планету в это время, – сказал Васька.
– В прошлый раз это двадцать лет назад? – спросил я.
– Да, выходит что так, вот только догадаться я не смог, что улететь туда можно только через 20 лет и как это ты догадался, ума не приложу. Спасибо тебе друг и Васька протянул мне руку.
– Я тоже еду с тобой, – даже не подумав о последствиях, – сказал я.
– Тебе-то, зачем это нужно, – сказал удивлённо Васька и пристально посмотрел на меня.
– Ну, во-первых: я хочу помочь тебе.
– Спасибо, если честно, то я не ожидал услышать такое от малознакомого мне человека, сейчас свой-то не каждый на такое способен, – сказал Васька, – а ты тем более чужой случайный человек.
– Ну, а во-вторых: мне хочется взглянуть на эти котлы. Я впервые в жизни услышал и про чёрную поляну и про котлы только от вас. Хотя в Якутию я прилетаю не в первый раз. А самое главное мне хочется взглянуть на ту чёрную поляну, и я верю, что это правда и в то, что она существует, я тоже верю.
– А это, потому что ни про поляну, ни про котлы, никто кроме нас не знает, правда о ней знал ещё Васькин отец, – это он первый, случайно нашёл её, но его уже нет с нами, – сказал Колька.
А вот попасть в голубой луч и улететь на другую планету мне не очень-то хотелось, да я и не верил в это.
– Ну, а в третьих, у меня есть деньги, – сказал я глядя на них.
Упоминание о деньгах Ваську больше всего устраивало.
– Если это не шутка, конечно, – сказал я.
– Такими делами не шутят, ты не представляешь, как туда трудно добираться. И если это окажется шуткой, как ты говоришь, то ты можешь меня там пристрелить, и никто искать меня там не будет, да и некому искать-то. Да, и зачем я ради какой-то шутки потащусь в такую даль, да ещё по таким болотам.
– Тогда решено! – сказал я. Я понял, что Васька сказал про котлы и про чёрную поляну правду.
И в этот момент я забыл и про друга и про рыбалку. Мне почему-то так сильно захотелось увидеть эти загадочные медные котлы и побывать на той чёрной поляне, что я был согласен на всё, лишь бы попасть туда. А попасть туда я мог только с ними и то если они возьмут меня с собой, совсем не знакомого им человека, поэтому я и сказал им про деньги. Я догадывался, что денег у них нет, ну разве что только на билеты до Якутска. А без денег они туда не пойдут, потому что не на что будет взять продукты, а самое главное сигареты, так как мы все были курящими.
«Да и больше такого случая мне не представится», – подумал я.
Колька задумчиво долго молчал. Затем решительно сказал: «Я тоже пойду с тобой! Без оленей ты в долину не пойдёшь, груза много придётся брать с собой в долину, но и оленей в тайге ты не бросишь, особенно в болотах. А он, Колька кивнул на меня, судя по его одежде, городской, и управляться с оленями не умеет».
– Да ты прав, – сказал Васька. – Я знал, что ты пойдёшь со мной. Но тебе одному оттуда по таким болотам не выбраться, да ещё с больными ногами. Поэтому его тоже придётся брать с собой, если он до утра не передумает. И Васька пристально посмотрел на меня. Я выдержал его взгляд. Тем более он помог нам тем, что догадался, когда можно улететь на другую планету, а времени-то осталось совсем мало, я рад, что мне не придётся ждать ещё 20 лет, кто его знает, доживёшь – нет до этого времени.
– Я думаю, что нам троим легче будет добираться до Долины смерти, – сказал Васька.
– Да и возвращаться назад тебе одному будет опасно, – потому что медведя там много развелось за последнее время. Да, и медведь-то какой-то стал последнее время непредсказуемый.
– А как ноги-то твои, выдержат такую дорогу, по болотам идти придётся, да и реки вброд переходить придётся, а вода-то уже холодная, сам видишь не лето уже? – спросил Васька.
– А что ноги, вода ещё не сильно холодная выдержат две недели как-нибудь, – уже не так уверенно закончил Колька.
– Вот поэтому и придётся брать его с собой, тем более он сам с нами просится, – сказал Васька.
– Но это мы обсудим, время ещё есть.
– По тайге-то ходил когда-нибудь? – спросил Васька, – или ты чисто городской парень.
– По тайге ходить это тебе не по парку гулять, – сказал Колька.
– Да приходилось и не только гулять по тайге, но ещё и охотится, – сказал я.
– Ладно, там, в тайге посмотрим, на что ты способен, – сказал Васька.
«Значит, берут с собой», – обрадовался я, – но виду не подал.
Колька посмотрел на меня: «А звать-то тебя как?»
– Василий, – сказал я.
– О! ты посмотри ещё один Васька. А по отчеству-то, как тебя?
– Иванович, – добавил я.
– Тогда придётся звать тебя просто, – Ивановичем! А то будем путаться, вернее я буду путаться с вами, ведь вас теперь два Васьки.
– Пойдет? – спросил Колька.
Я пожал плечами: «Да, мне как-то все равно».
– Ну, вот и ладно! А сейчас не грех бы и пропустить по этому случаю, – сказал Колька.
Я отказался, вздрогнув только от одной мысли, что мне придётся пить эту гадость.
– Ну, если только вы будете пить эту гадость, то я возьму, – сказал я.
Якуты повеселели. А я снова отправился в буфет за очередной бутылкой технаря. Буфетчица встретила меня радостной улыбкой. Она подала мне точно такую же бутылку с такой же пробкой. Отдав якутам бутылку, я прилег на жесткую деревянную лавку, подложив под голову спортивную сумку. А Колька с Васькой еще долго болтали, обсуждая предстоящую экспедицию в Долину смерти, о которой я никогда даже не слышал, хотя прилетал до этого случая в Якутию несколько раз. Видимо потому и не слышал, что про неё мало кто из якутов знает. В мою душу снова закрались сомнения: «А что если Васька просто взял и разыграл меня? Нет, в то, что Васька каким-то образом с помощью луча перелетал на другую планету я, конечно, не верил, а вот в чёрную поляну и медные котлы я почему-то сразу поверил». Мне подсказывала моя интуиция, которая редко меня обманывала, что про котлы и чёрную поляну Васька точно не врёт. Да и какой смысл ему врать, кто я им такой, так случайный попутчик.
«Ладно, утром будет видно», – решил я. – «В конце концов, какая разница, где рыбачить, там тоже Вилюй. Жалко только армейского друга не увижу, разве что на обратном пути найду его. Зато, если это, правда, то увижу чёрную поляну и эти мистические медные котлы, для меня это будет сенсация».
«А возможно, что даже увижу, как Васька улетит в голубом луче на другую планету, в чём я сильно сомневался, хотя чем чёрт не шутит», – подумал я, – «ну, а если и нет, так тоже не беда».
– В конце концов, какая разница, где отдыхать, ведь я же в отпуске, и вряд ли я попаду в эти края когда-нибудь ещё раз, да ещё в такую мистическую долину с таким интригующим названием», – успокаивал я сам себя. Такой случай упускать нельзя, судя по Васькиному рассказу, про эту чёрную поляну знают только они вдвоём. Да и ребята они вроде бы неплохие, не думаю, чтобы они меня разыграли, меня подкупило Колькино желание с больными ногами пойти с нами в Долину смерти. И судя по разговору, Колька тоже туда ходил и не один раз и какая туда дорога он тоже знает. А ради шутки с такими ногами он туда не пойдёт. Я перед этим заметил, что ноги у него действительно сильно болят, потому что он часто их массажировал и натирал какой-то вонючей мазью. А я по своему житейскому опыту знал, что так ноги могут болеть только от холодной воды, потому что в этом случае их стягивает судорога.
Глава 2
А утром диспетчер по транзиту объявила по радио, что рейс на Якутск из-за непогоды в Якутске задерживается еще на сутки. Дослушав внимательно до конца сообщение диспетчера, мы приуныли.
– Вот и сбылась мечта идиота, – подумал я. – Не сиделось тебе в Благовещенске, посиди тогда в Чульмане, ругал я сам себя.
– Там не сиделось, потому что было сильно жарко, а здесь не сидится, потому что нудный дождь идёт, – сокрушался я.
Вид у якутов был жуткий, видимо последняя бутылка палёного спирта была совсем плохая, и технарь давал о себе знать. Мне стало жалко их, и я предложил им подлечиться, но они, к моему удивлению категорически отказались. Видимо вспомнив вкус палёной водки из последней бутылки. А может ещё из-за того, что Васька торопился в Долину смерти. Я заметил, что он за этот вечер сильно изменился, видимо его мысли были уже там, на другой планете. Весь день мы мерили шагами зал ожидания. На улице было сыро и холодно. Моросил мелкий нудный дождь. Я несколько раз вспоминал добрым словом девушку диспетчера из г. Благовещенска.
Я уже подумал, что сидеть нам точно придётся ещё пару дней, но к вечеру погода наладилась, ветер разогнал тучи, и выглянуло солнце. А взлётная полоса продуваемая ветром стала быстро подсыхать. Но улетели мы только на следующее утро и то с горем пополам, потому что геологи тоже грузились со всем своим скарбом на этот же самолёт АН-24, и одного места нам не хватило, потому что они загрузили все свои образцы породы и был перегруз. И мы с горем пополам уговорили пилотов взять Кольку, потому что на регистрации билетов, он как раз оказался лишним, а бросать его одного на несколько дней, ну ни как нельзя было, потому что время поджимало.
– От Якутска до Васькиного улуса мы добирались почти три дня, и добираться нам пришлось двумя вертолётами МИ-8. Хорошо, что у Васьки по всему нашему маршруту были знакомые вертолётчики. Видимо он летал по этому маршруту уже не первый раз и не один, а с Колькой, потому что пилоты здоровались с Колькой за руку, как со старым знакомым, называя его по имени, а молодые пилоты прибавляли к имени ещё и отчество.
– Первым вертолётом МИ-8 мы летели от г. Якутска, через г. Мирный до п. Чернышевский, а вторым от п. Чернышевский на Северо-Восток до геологоразведочной партии, которая находилась в 30-ти километрах от Васькиного улуса. Но эти 30-километров нам пришлось добираться на грузовой машине Урал-375, по бездорожью и то только потому, что я заплатил водителю Мише, большие по тем временам деньги. Потому что больше никто из водителей не соглашался ехать по бездорожью, ни за какие деньги. Да ещё и назад придётся возвращаться одному, потому что никто из геологов не захотел ехать с нами. Видимо они прекрасно знали, какая там дорога, а вернее бездорожье, но главное они по опыту хорошо знали, сколько там комаров.
– Эти 30 километров по бездорожью показались нам сущим адом, нас мотало по кузову Урала, как резиновые груши, потому что Мишка проходил через промоины на скорости, вдобавок, нам пришлось несколько раз откапывать машину лопатами, потому что в лужах и промоинах она садилась на мосты. Колька сказал, что лучше бы пешком пройти эти 30 километров, чем столько раз откапывать в такой грязи машину. И в этот момент нас кусали не только комары, хотя и они тоже кусали нас беспощадно как собаки. Но от жалящих укусов комаров мы ещё как-то спасались репеллентом «Дэта-20», который нам дали с собой в дорогу геологи. А вот мокрец, «зараза», не признавал ничего и даже «Дэту-20», и доставал нас гораздо сильнее комаров. И нам приходилось грязными руками отмахиваться от него, поэтому мы с ног до головы были грязные как черти. Платить за все расходы, конечно, пришлось мне и за вертолёты тоже. Правда, за вертолёты я заплатил по щадящей схеме, так как вертолёты были арендованы геологоразведкой и были заранее проплачены. Поэтому за вертолёты, я заплатил минимальную цену, то есть только пилотам на пропой. Якуты же пропили свои деньги все до копейки ещё в Чульмане. И по стечению обстоятельств я попался им вовремя, а иначе до Якутска им пришлось бы добираться на перекладных, а в лучшем случае на вертолётах со знакомыми вертолётчиками. Но я почему-то об этом ни сколько не жалел. В кои веки, я за столько лет выбрался из Братска на природу, да ещё в Якутию. Да и, слава Богу, осень в этом году выдалась на удивление тёплая, а такая тёплая осень в Якутии бывает довольно редко. Или, как сказал Колька, раз в сто лет.
В улус мы добрались только на третий день к обеду. Водитель Миша, выгрузив нас у Васькиного домика и посмотрев из-под руки на солнце, быстро засобирался назад, даже не попив чай, а мы и не стали его отговаривать.
– Пусть едет, день ещё длинный, успеет засветло вернуться на стоянку, – сказал Васька.
– Если нигде по дороге не застрянет, – сказал Колька.
– Хорошо, что мы промоины лежнёвкой заложили, а лужи он объедет стороной, теперь то должен проехать, дорогу назад уже знает, – сказал Колька.
– Но если Урал сядет на мосты, то Мишке придётся идти пешком по тайге, куда будет ближе или к нам, или к геологам. Хорошо, что Мишка прихватил карабин с собой, всё веселее будет идти по дороге, тайга всё-таки, а не парк Джамбула.
– Улус состоял из сорока дворов рубленных из круглого леса. В центре посёлка находился смешанный магазин, разделённый на две половины, в одной половине продавались промышленные, а во второй продовольственные товары. Я обратил на это внимание, потому что нам нужно было кое-что прикупить в дорогу вплоть до иголок и ниток. А вот Васькин домик находился в конце посёлка и стоял самым крайним от стенки леса. Я сразу понял, что поселок строили не якуты, а приезжие строители, – это было видно по архитектуре домов.
– Этот поселок строила бригада гуцулов, для геологов, когда геологи искали здесь золото, – сразу же опередил мой вопрос Васька.
Да я и сам понял, что он был построен для геологов, а не для охотников.
А в центре посёлка стояла пятидесяти метровая металлическая мачта с параболическими антеннами наверху. Но сейчас, в настоящее время, за ненадобностью геологам, она использовалась как ретранслятор для военных. Я понял это, потому что в ограде два солдатика с голым торсом кололи дрова и складывали их в поленницу видимо на зиму. Васькин домик был небольшой кухня и комната. В кухне около окна стоял стол, два стула, а третьей вместо стула стояла лиственничная чурка. И в правом углу кухни стояла железная печка, обложенная от стены камнями. А в спальне, вдоль стен, стояло две односпальных кровати, а между ними деревянные нары. Я обратил внимание на то, что в домике постоянно никто не жил. Васька больше не женился. Видимо, он бывал здесь набегами и, скорее всего с Колькой, потому что на кроватях валялись два старых, не первой свежести спальника.
Уставшие, но довольные тем, что наконец-то мы добрались до дома, мы присели на нары. С непривычки, от усталости, все тело ныло, а ноги гудели как чугунные. Немного отдохнув, Васька встал с нар.
– Ну что, мужики, времени мало, смеркается сейчас рано, «аднака» не лето уже. Я пойду договариваться на счет оленей к соседу. А ты, Колька, дуй к охотоведу, договорись с ним на счет карабинов и патронов к ним, и скажи ему, что Иванович свой человек и я за него ручаюсь своей головой, пусть выдаст оружие и на него, в тайгу идём, «аднака», а не по парку гулять. Ну, а ты, Иванович, не в обиду будет сказано, займись домиком.
– Да ты что, – возмутился Колька! – надо бы отдохнуть день-два, время то ещё есть.
– Мы и так за эти дни вымотались как собаки, – сказал возмущённо он.
– Там отдохнем, – сказал Васька.
– Там отдохнёшь, пожалуй! Там тебе медведи как раз дадут отдохнуть, особенно ночью, – сказал раздражённо Колька.
– Я что первый раз в тайгу иду, – ворчал Колька.
Видимо палёная водка, но особенно последнего разлива, совсем добила Кольку.
– И ещё Иванович пожрать бы, что-то надо сварить, – сказал Васька.
– Из чего, из топора что ли? – проворчал обиженно Колька.
– Найдем из чего.
И Васька ушел. Колька немного посидел на кровати и, тихо ворча что-то себе под нос, тоже встал и ушёл. Я принялся за уборку. Собрав из-под стола посуду, которая стояла там не мытая видимо несколько недель, а то и больше и, прихватив с собой пачку стирального порошка «Трона», которая стояла тут же под столом. Я отправился на ручей, который бежал недалеко от Васькиного домика.
Я уже навел немного порядок в домике, как пришёл Колька.
– Иванович, денег надо, – с порога сказал он.
– Сколько и зачем? – спросил я.
– Охотовед приторговывает водкой, ему вертолетчики привозят из Якутска. Так вот, надо бы взять с собой немного. Водка нормальная, не палёная, Московская.
– И сколько немного-то? – спросил я.
– Ну, ящик.
– А, ящика-то, не многовато ли будет?
– Да нет, осень на дворе, мало ли что. Да и Васька с собой немного возьмёт, мужиков-то надо там угостить, они там такой водки не пробовали, ну и пару пузырей сверху охотоведу, а то он не дает много патронов. Карабин он тебе дал, СКС, новый, но уже пристрелянный. Я попробовал, пострелял из него, хорошо бьёт зараза, а вот патронов много не даёт. Вы говорит, что, на войну собрались? Не буду же я объяснять ему, зачем они нам нужны, не поверит.
– А с двумя пузырями сверху даст?
– Даст, даст, только сначала выпьет, а потом даст.
– Понятно, ну и ты вместе с ним выпьешь, – спросил я.
– Ну, а как без этого-то, он один пить не будет, – сказал Колька.
– А как завтра по болотам пойдёшь? – спросил я, – тяжело же будет по болотам идти.
– Да первый раз что ли, дойду потихоньку.
– Ладно, уговорил, – сказал я.
И я отсчитал ему триста рублей.
– Зайди в магазин, возьми что-нибудь к столу, – сказал я.
Денег у меня осталось полторы тысячи рублей, по тем временам это были большие деньги. Я отложил на обратную дорогу до Братска пятьсот рублей, а остальные решил пустить на экспедицию. Через час пришел Васька, принес кусок оленины и булку хлеба.
– Денег надо Иванович.
Я не стал спрашивать, сколько нужно денег и зачем и отдал ему тоже триста рублей. Васька потоптался у порога.