Разведка Серого. Бегущая по мирам – 4

Глава 2. Школа Магии

Я быстро вырубил две лопаты, выдал их уже обнимавшимся сёстрам и показал где копать. Сам быстро заготовил лиан и начал рубить и таскать брёвнышки. Стемнеет скоро, и надо успеть соорудить укреплённый шалашик. Хорошо, что я научился быстро лес рубить и поделки из него изготавливать. Часа два у нас есть, может и успеем, забыл я об осторожности с такими-то красотками…

Девицы быстро копали канавы в относительно влажном и твёрдом у ручья песке, а я вставлял в них колья, наклоняя друг к другу. Красотки связывали лианами верхушки и утрамбовывали песок. Просто и довольно прочно. Три десятка двадцатисантиметровой толщины брёвнышек составили боковые стенки. За два часа я едва успел в бешеном темпе приволочь тридцать деревьев… Лоника дала мне ещё допинга.

Тут и сумерки начались, мы развели несколько костров и начали заканчивать строительство укрепления. Я начал готовить торцевые стенки, когда из леса, за которым мы все посматривали, вылез курчонок. Родич моей утренней жертвы. Гритор. На шум лесоповала, надо полагать, пришёл. Не мог подождать, ночной охотник…

Винки дружно тревожно пискнули и схватили пики. Я сказал им спрятаться в шалаше, и в случае чего в ручей прыгать. До него было три метра от восточного торца. Но они встали рядышком и выставили вперёд пики. Я схватил в руки по специально уже заготовленной дубине. Заорал:

– Быстро в шалаш, выпорю как сидоровых коз! Он вас сомнёт без вариантов, а меня манёвра лишите!

Красотки пискнули и юркнули в шалаш. А динозавр уже бежал к нам. Я заорал и швырнул одну дубину ему в морду. Неплохо попал! Хороший звук. Вреда, конечно, никакого, но полезно для отвлечения. Гритор ринулся ко мне. Таранный бой он выиграет, всё-таки потяжелее меня раз в десять как минимум. Нужно препятствие. А препятствием у нас был только шалаш. Я прыгнул к шалашу, выхватив топор. Тварь пронеслась мимо, повернув башку в направлении меня, но под удар не подставилась. Я только не сильно рубанул его по боку. Пробил бронированную шкуру, но не сильно, и к лучшему, а то можно и топора лишиться. И надо подумать, как можно использовать любовь курчонка к быстрой атаке…

Тем временем гритор быстро развернулся и уже медленнее побежал ко мне. Я прыгнул за шалаш. Хищник несильно долбанулся башкой в стенку шалаша, получил по шее второй моей дубиной, быстро шагнул к выходившему к ручью торцу и засунул часть морды внутрь, изогнув шею. Затрещали молнии. Я одновременно кинул с метра нож ему в шею, немного поранив. Гритор взревел, быстро вынул чуть дымящуюся башку со следами от двух пик из шалаша и, сделав шаг вперёд, повернул голову за шалаш, где только что стоял я. И всё. Я, сделав до этого шаг назад, подпрыгнул, держась за связывающую наверху колья лиану, и обрушил топор на темя добычи. Вырвал топор и прыгнул назад. Туша завалилась.

Неплохо прошло. Но как теперь эту громаду от шалаша убрать?.. Я засмеялся, из шалаша с другой стороны осторожно вылезли девицы с торчащими дыбом косичками. А какие глазки у них огромные! Я расцеловал приходящих в себя невероятно храбрых красоток. Осмотрелся. В сгущающихся сумерках с края леса на нас смотрела кошка. Леопард. Даже покрупнее. Рядом с ней вылез такой же пятнистый уже подросший котёнок. Потом с другой стороны уселся второй котёнок. Но чёрный. Наверно девочка – у меня всплыло в памяти, что пантеры, это чёрные самки леопарда. Но то в моём мире, а как в этом? Но не важно.

– Не нападёт. Леопарды умные. Не оставит котят сиротами. Любопытная… – пояснил я морским девицам.

Потом я перерезал добыче шейные вены для стока крови, отвернул часть шкуры и отрубил три куска мяса с ноги ящера, один большой, два поменьше, все куски надрубил по несколько раз. Повесил топор и нож на свои места. Взял мясо в руки и не спеша пошёл к кошкам. Пройдя полпути, положил мясо на каменистую землю и так же неспешно пошёл обратно – красотки предупредят, если всё-таки я ошибся, и кошка окажется дурой.

Мы вместе полюбовались, как киса с достоинством приблизилась к подарку, обнюхала, взяла кусок мяса и быстро отнесла к лесу. Потом и оставшиеся куски. И кошка прихрамывала на правую переднюю лапу… Леопарды начали пиршество.

А мы начали доделывать укрепление. Лоника с писком наложила заклинание от порчи на тушу, сказала, что не уверена, поможет ли. Не её размерчик. Но вариантов у нас не было.

Красотки выкопали неглубокую канаву вокруг шалаша и туши гритора. Я заготовил много небольших кольев и палок, и мы установили их как невысокий забор, винки переплели колья лианами. Я сделал торцевые стенки шалаша. Скрепили лианами. Сделали даже дверь, повесив на лианах. Набросали веток и сучьев, частично сухих, снаружи и внутри забора и на тушу гритора, кое-как переплели их остатками лиан – их задача издать треск и шорох в случае прихода незваных гостей. Внутри шалаша набросали маленьких веток и листьев. Всё!

Выход к ручью у нас перекрыт тушей ящера, но если сильно припрёт, можно перепрыгнуть. И колья того торца можно будет быстро вынуть, пару боковых я не стал сильно вкапывать… Прорвёмся. Я рассмеялся, разжёг костёр внутри забора рядом с дверью, раскурил трубку. Сказал накрывавшим стол девицам:

– Надо бы искупаться, а то от меня пар валит, и потный я, и воняю, как славно потрудившийся дровосек. Такая у нас, на суше, особенность…

– Плохая идея лезть в воду ночью. Крабищи могут быть рядом. Они на суше глазами должны ориентироваться, днём, скорее, опасны. А в воде, да у берега, очень опасны и ночью, особенно ночью. И сбежавший может вернуться, и не один… Ещё осьминоги есть огромные, – серьёзно сказала Лоника, потом промурлыкала. – И мы хотим и с потным красавчиком любовью позаниматься, интересно же…

– Что за осьминоги? – весело поинтересовался я.

– Огромные. Опасные. Щупальца и клюв. Довольно хитрые… Тело метра полтора, щупальца метров пять… Но это самые большие. Обычно поменьше.

Я начал быстро вырезать топором из оставшихся чурбачков широкие кружки для воды. Пояснил восторженно наблюдавшим красоткам:

– Воду будем черпать из ручья, привязав кружку к четырёхметровой жерди. Ещё я сделаю пару кольев себе и копьё из жерди и ножа. Туалет в ямке у южной стенки, но ночью без меня из шалаша не выходите, иначе утром выпорю. Сплю я чутко, вижу в темноте неплохо, да и все чувства обострены, я всё-таки оборотень, да и Бесподобная Леди постаралась… С гриторами я уже немного натренировался справляться, есть ещё совсем громадные ящеры, я следы видел, но от такого придётся в море спасаться… Но шанс, что такой нападёт, всё-таки небольшой… Теперь про гостей из моря… Крабищи опасны, конечно, но их мы уже пробовали, в пищу пригодны… Осьминоги… Они стайные? Кто ещё?

Красотки дружно хихикнули и потёрли попы при моей угрозе порки. Потом Лоника возмущённо пискнула:

– Ты ещё и над туалетной ямкой нас держать будешь? Нам, конечно, интересно ночевать на берегу с тобой, но мы не дурочки, а разведчицы! Раскомандовался… Осьминоги одиночные охотники… Больше на берег никто не вылезает. Из опасных… А в море, конечно, есть морские ящеры, но они на берег не выходят, да и в воде на русалок не нападают, даже пользу приносят – этих агрессивных крабищ и осьминожищ едят. Есть черепахи. Да, ещё крокодилы на берегу и в море есть, на русалок не нападают, но на берегу могут быть опасны… А бывают огромными… Да и много ещё кто есть…

– Что не так с крабби и осси? – я придумал названия странным тварям на неизменном Общем языке, на их менявшемся с тысячелетиями языке общаться было трудно, я знал не все слова и тонкости, а талантливые к языкам красотки прекрасно владели Общим.

– Осси, хи, и крабби, похоже, созданы магами во время Великой Войны… Они агрессивно нападают, умны и хитры, и устойчивы к нашим ядам. Живут только в этом море. А для ящеров и крокодилов можно попробовать применить наши яды… В морях хорошо помогают, когда требуется, а на берегу… не знаю. Но яд времени требует для срабатывания… Мы пики подготовим…

Я посмотрел, как винки достали прозрачные шарики из косичек и вставили в наконечники пик, потом усмехнулся:

– Значит с берега особо гостей ждать не приходится, маловероятно столько нападений сразу от обычных хищников. Но готовыми быть надо. А вот из воды, чует моя задница, надо ждать гостей. Но ими, получается, всё море кишит?

Винки опять дружно потёрли, похоже уже установившиеся точки оракулинга, Деника чётко доложила, видимо повторяя за преподавателями своей Академии:

– Вокруг устья ручья Смерти наблюдается концентрация опасных… крабби и осси. Требуется вести наблюдение парными дозорами. Искать причину концентрации магических тварей, – потом уже от себя добавила. – Ручей Смерти… вот он…

– А зачем же вы, глупышки, согласились здесь ночевать? – я, мягко говоря, удивился.

– Ну… если ночевать в нашей сторожевой пещере, то тебе дыхальника не хватит, он на шесть часов… И… хочется любви… Ну и… если мы приблизимся к разгадке тайны… Мама здесь чуть не погибла, и уже три разведчицы погибли… А мы хотим стать полноправными воровками… Мы же из старинного и славного рода… сборщиц устриц. А это нужная профессия, но… – Деника шмыгнула носиком, вздохнула при грустной шутке про славный род, потом гордо вздёрнула головку. – Мы хотим принести пользу!

Я угостил девиц коньяком-полиролем, мы немного поужинали и отправились в шалаш, но не спать, конечно. Прекрасный час в тесноте шалаша, под шелест прибоя, с попискивающими красотками…

Проснулся я от того, что голенькие девицы вылезли из шалаша, прихватив пики. Вот овечки, хорошо, что я чутко сплю. Я быстро выскользнул на воздух, держа в руках джинсы, топор и копьё, сделанное из палки и ножа. Прекрасная ночь, с наползающими с востока тучами. И звёзды, яркие и незнакомые, а как сияет невероятная спираль соседней галактики! За углом раздавался шёпот и журчание.

Я натянул штаны и приготовился выдать красоткам по паре шлепков, как раздался чуть слышный шорох наших сторожевых веток, и сразу же придушенный едва слышный писк. Я вылетел из-за угла и увидел как щупальце толщиной в три пальца обвило талию Лоники и тащит её за заборчик, второе, более тонкое, обвило ей лицо и заткнуло рот. Третье щупальце обвивало лицо и рот присевшей над ямкой Деники, четвёртое обвивало её руки и плечи. Пятое уже утаскивало в темноту, к видневшейся огромной туше, обе пики.

Я молча, двумя короткими движениями, отрубил топором тащившие старшенькую щупальца, потом быстро отсёк и оба уже потащившие младшую глупышку щупальца. Перелетел через заборчик и нос к носу столкнулся со скручивавшим щупальца с обрубленными концами осси. Огромным осси! И я отрубил самые концы ручонок хитреца, который смог бесшумно дотянуться до глупых девиц, которые на суше не обладали ни хорошим ночным зрением, ни тонкими другими чувствами.

Монстр быстро пришёл в себя после лёгких, надо полагать, для него ранений. Издав шипение, он собрался вполне целенаправленно ткнуть в меня наконечниками удерживаемых пучком обеих пик, но я не собирался так ему потакать и рубанул это щупальце по лежавшей на земле части, толщиной сантиметров двадцать, даже чуть шире лезвия моего топора, не перерубил, но оставшийся лоскут не позволит использовать судорожно забившееся щупальце. Раз.

Но опасность очень велика, сейчас будет ещё атака! Я не стал ждать, а ткнул зажатым в левой руке копьём в близко, очень близко находившийся правый глаз. Но выдернуть не успел, вылетевшее из-за спины осси целое щупальце, очевидно одно из бывших опорными, обвило и выдернуло копьё. Ну и отлично, я прыгнул влево и в воздухе отрубил крутнувшее копьё щупальце. Два. Хотя этот обрубок подлиннее, но… ну и ладно. Я ещё раз прыгнул влево и оказался за спиной теперь не видевшей меня твари. Махнул топором. Три. И сразу четыре.

Свежая осьминожинятина поняла, что дело пахнет… шашлыком… и быстро крутнулась, разворачиваясь к спасительному морю и заодно пытаясь увидеть меня. Но мы в моей стихии! В осьминога ударила молния, сразу вторая. Потом появился неуверенный мерцающий свет. Над тушкой осьминога. Я быстро сделал пять, шесть, семь и восемь. Потом быстро укоротил слишком длинные обрубки. Весело стукнул кулаком в уцелевший пока левый глаз почти удачливого хитреца. Полюбовался не пригодившимся моей жертве здоровенным напрасно щёлкающим клювом и ещё подёргивавшимися отрубленными щупальцами. Над шевелящейся тварью мерцала осветительная шаровая молния. Я посмотрел в сторону нашего форта. На меня смотрели две пары огромных глаз. Я крикнул:

– И как это разделывать? Есть тонкости?

– Клюв сохранить, кожу не портить, чернильный мешок сохранить… мы сейчас поможем, – пробормотала быстро приходившая в себя Лоничка.

Ну и отлично, дело быстро привело девиц в порядок. Мы быстро добили новоявленного калеку, сняли шкуру и разрубили здоровенное мускулистое тело.

– Очень вкусный, – хищно улыбнулась окончательно пришедшая в себя Деничка.

– И вонючий… Ну и вонища из брюха, – ругнулся я.

– Гигант, метра полтора… мяса-то сколько! – добавила Лоника.

– Хоть не вы на мясо пошли, – сердито хмыкнул я.

– Потом выпорешь, – дружно сказали девицы и потёрли испачканными синей кровью ладошками попы.

Мы перетаскали добычу к туше гритора. Лоника зачаровала мясо от порчи. Заодно и на ящере освежила заклинания. Начинался дождь. До рассвета ещё часа два. Да, немного мы поспали. Хотя… отлично, несколько часов всё-таки мы поспали!

Залезли в шалаш. Забарабанил дождь. Неплохо пованивало снаружи. Я закурил трубку, чтобы замаскировать вонь. Мы все были в крови добычи. Про пот и не говорю. Когда я весело озвучил свои наблюдения, грязные как чертята красотки, смущённо хихикая, сказали, что они ещё и ножки описали, когда вместо похода в туалет получилась отчаянная борьба с осси… Потом дружно пискнули, что в таких экстремальных условиях и такими грязными они любовью ещё не занимались. Я выдал всем по глотку коньяка, себе два. Усмехнулся:

– Ещё и пьёте полироль для дерева.

Поставил трубку в уголок, и под льющиеся сверху струйки быстро усиливавшегося дождя набросился на хищно пищавших девиц. О да, мы лихо барахтались в мокром песке и вони! Грязные, вонючие и безумно счастливые! Настоящее первобытное веселье!..

В начинавшихся лучах рассвета, под ослабевающим дождём, я раскурил трубку на почти не вонючем после дождя свежем воздухе у входа в шалашик. По бокам от меня сидели красотки, и, как я их как раз учил, крохотными глоточками смаковали благородный коньяк. Лоника полюбовалась грязными часами на моей руке и проворковала, дав мне очередную полезную информацию:

– Красивая вещичка. Если кто спросит, скажи, выспорил или выиграл у рона. У них есть хорошие механики, а магов мало, вот они и делают красивые безделушки, где что-то двигается и крутится, музыкальные шкатулки, двигающие ручками куклы. И даже порой ухитряются использовать шестерёнки столь мелкие, что их почти не видно. Даже железных насекомых делают, которых только в лупу и можно разглядеть, а те ещё и шевелятся как-то… А откуда они у тебя?

Я поцеловал чумазую мордашку за отличную легенду для часов, с которыми жалко было расставаться, от моей Маты, хоть и не подарок, но… Я усмехнулся:

– У своей наложницы отобрал. Отнял, можно сказать, последнее.

Девицы хихикнули и собрались вяло развить тему, но я в первых лучах рассвета заметил в воде пару подозрительных бурунчиков на волнах, тихо сказал:

– Не дёргаемся. К нам гости скоро пожалуют, из моря сморят на нас глаза крабби. Наблюдаем и готовимся добыть. Деника в шалаш и наблюдаешь в щели за тылом и правым, северным, флангом. Твой будет, который с тыла. Лоника, твой правый фланг, и кто оттуда. Думаю, с этих направлений и пойдут, от моря и из-за ручья. Спереди маловероятно. Если больше двух, берёте по одному и держите, пока я не освобожусь, остальные мои.

Через десяток минут, когда стало чуть светлее, началась атака. Я почти не ошибся. Пошли со всех направлений, но атаковавший с фронта вылез довольно далеко – чтобы мы, сидевшие к нему лицами, заметили позже что ли – и двинулся к нам. Шедшего с моря, глаза которого я и увидел, взяла на себя Лоника. Форсировавший ручей чуть ниже по течению попал под слабые молнии Деники, но относительно сильная в магии воздуха старшая сестра немного помогла практикантке. Я быстро побежал к наступавшей из леса парочке, чтобы покончить с ними до подхода фронтального бойца, они бодро шли в атаку шеренгой, и правыми боками вперёд. Даже забавно.

Подбежав к добыче, я прыгнул влево, за спину левому крабби. Они, конечно, быстро развернулись, ближний выбросил ко мне правую клешню, но я уже отпрыгивал и отработанным движением отрубил шаловливую ручонку, крабик попробовал достать меня левой клешнёй и остался без неё, я быстро передвигаясь, чтобы прикрываться им от второго, четырьмя ударами отрубил все ножонки с одной стороны. Потом быстро покончил со вторым, отрубив и ему клешни и ноги с одной стороны. Бросился к довольно опасно бежавшему к девицам третьему, но он замешкался – или испугался быстро бежать, или не спешил в гущу боя – и опасности винкам уже не представлял. Впрочем, Лоника поглядывала на него и была готова влепить молнией и ему. Вот и отлично! Побеждать надо без лишнего риска, с запасом. Я налетел на попытавшегося свернуть к морю пугливого крабби и быстро разделался с ним. Прикончить дезориентированных молниями двоих оставшихся было уже совсем просто. Я вернулся к первым и отрубил им оставшиеся ноги.

Мы начали разделывать новую добычу. Меня разобрал смех. Мощно мы отдыхаем! Прям браконьерство какое-то.

За работой я начал учить восхищённо попискивающих винок русскому языку. Пригодится в жизни. Наверняка пригодится. Спросил Деничку:

– Ты в каких магиях специализируешься?

– Ну я… немного боевая вода и совсем слабо огонь. Ещё пытаюсь… мысли. Немного вижу ауры. Защита немного.

– Ого, менталистка что ли? Попробуй языки считать из моей тыквы…

Кадетка испуганно вытаращилась на меня:

– Я пока пробую простейшую передачу образов. Иногда получается с Лоникой. А передавать воспоминания, это невозможно… у нас невозможно.

– Ну значит попробуй покопаться в моих мозгах. Разрешаю.

Я с улыбкой настоял, улёгся на песок и – пока Деника сосредоточенно морщила лобик, положив ручки мне на голову, как это делает Ланочка, и пыталась залезть в мои мозги – обсудил с Лоникой вопросы магии. Оказывается, винки, да и многие другие горе-маги этого мира, и не пытались лазить в мозги. Всё равно ничего не получалось. И боялись навредить. Ну и не развивали ментальные таланты.

Я просветил удивлённых волшебниц, что ментальная магия, особенно у слабых магов, обычную защиту мозгов, про которую они и не знали, не преодолеет. Я гордо рассказал много раз слышанные объяснения Ланы про очень полезное, при правильном применении, ковыряние в мозгах. Рассказал про контратаку вампиров.

Лоника вернулась к обработке добычи, а Деника с энтузиазмом продолжила попытки забраться в мои мозги.

Через десяток минут я почувствовал у себя в голове очень слабые мягкие лапки, сразу сказал Денике, что она на верном пути. Ещё через десяток минут я опять почувствовал лапки… Дальше дело пошло веселее. Я вспомнил легенды Лании и рассказал про полный контакт. Предупредил, что при нормальной силе менталиста такие игры очень опасны, но ни на что не годная хилая колдунья… Тонкая ткань не мешает, но я разделся, девицы пошептались. Деника разделась и радостно устроилась на мне. Но не сразу получилось, сначала красотка настроилась на любовь, но потом собралась, получив прутиком от сестры, и мягкие лапки стали сильнее. Через полчаса сделали перерыв.

Деника сильно устала, я дал ей коньяка, и Лонике, и себе. Мы сели перекусить. Опять увидели семейство леопардов. Я отнёс им мяса, на этот раз принёс ближе к ним. Метра за три перед ними положил.

Кошки съели мясо, а потом самка неуверенно и осторожно пошла к нам, прихрамывая. За ней шли котята. Остановилась в трёх метрах. Легла и вытянула вперёд правую лапу. Мы сразу поняли. Помощи просит. Я подошёл с Лоникой к хищнице. Лоника чуть дрожала, но была настроена решительно. Осмотрела рану. Сказала, что это укус и рана гноится. Наша лекарша прекратила дрожать. Сходила к шалашу – она оставила немного мази от ран, бинты и пластыри вчера, когда уносила аптечку, на случай ран в ночных боях… Предусмотрительно.