Вулканы Серого. Бегущая по мирам – 7

Глава 1. Великий Вулкан

Я проснулся с радостной улыбкой. Прекрасно отдохнул! И палящее полуденное солнце только добавляло удовольствия! Проснулся я не от шума порта, которого было не мало и вполне громкого. И крики грузчиков и вопли пузатого купца-орка с фингалом, с соседнего корабля слева, оравшего всем вокруг, что он вёл караван с зерном, и на него напали пиратки на галерах, отняли часть товара и найденные деньги, отымели избранных матросов, жестоко избили бившегося как лев его самого и нескольких сопротивлявшихся помощников. С причала ему весело орали несколько зевак, что если прогнать морских амазонок, то придут настоящие пираты, и тогда он будет свою историю рассказывать рыбам или работорговцам. Ну и другого портового гвалта и грохота было полно.

Но я проснулся от восторженного девичьего шёпота и смущённых хихиканий. Открыл глаза. Я лежал на спине на ковре у бассейна на квартердеке. В трусах типа плавок и раскинув руки. И потный от палящего солнца.

Над нами круто уходила в небеса гигантская гора. Очень красиво. Но на севере, и солнце не закрывала. Порт быстро переходил в нагромождение утёсов и уступов, уставленных домами. Мы причалили в правом для приплывающих углу порта, у углового причала. Справа был какой-то закуток под нависавшим над нами бастионом, вернее укреплённым домом, защищавшим порт с востока.

В этот закуток и был спущен из правого борта Дракона боковой трап, у которого две потёртых личности с бегающими глазками затаривались ценным буллшитом, уже ставя в тачку третье ведро и накрывая брезентом. Наш гном, старательно сдерживая ржач, складывал в кошель, разглядывая и проверяя на зуб, несколько серебряных монеток и шептал, что пока не может больше спереть, но получив маленькую пузатенькую бутылочку бренди, согласился добыть ещё ведро.

Дальше угла причала была арка, за нею на восток, над берегом, надо полагать – он был не виден за бастионом – поднималась запущенная каменистая дорожка, выходившая на поросший травой большой каменистый пустырь, видимый над аркой с дорогой в бастион.

Ну а хихиканье и шепоток раздавались с торчавшего из дома-бастиона балкона, довольно близко от корабля и от меня, и как раз над высокой задней надстройкой. Три молодых девицы-гномки в дорогих и красивых длинных узких платьях с длинными рукавами и высокими воротниками, типа закрытых, но неплохо открывавших через затянутые прозрачной вуалью прорези большие сиськи до самых сосочков, и подчёркивавших узкие по меркам этих самых сисек и широких пышных поп талии. Не сказать, что гномочки совсем в моём вкусе, но… все девицы хороши. А эти были ухоженными молодыми красотками.

Ухоженные красотки манерно прикрывали порозовевшие от мечтаний мордашки веерами и обсуждали глупого голого дикаря-долговяза. Меня то есть. Осуждая и критикуя, но было понятно, что очень хотят заняться перевоспитанием и социализацией плохиша в тесной обстановке. Ну да… если меня какой-то таракан не интересует, я не буду стоя над ним полчаса его разглядывать и обсуждать. Ну и все три старательно похлопали длинными накрашенными ресничками из-за вееров, когда заметили, что я на них смотрю.

Ну а рядом с ними на меня зло пялился не способный увести девиц от созерцания отвратительного зрелища молодой очень богато одетый гном. И борода у него что надо, я уж и отвык от такого – косматая лопата до пупа! Явно гордость молодого оболтуса, из знатного рода, имеющего и такое родовое достоинство. Наверняка и мажет чем-то для густоты и длинны… Но я к бородам отношусь без должного пиетета. И имеет значение, хоть и не всегда, и не всегда решающее, длина кое-чего другого, хотя как раз с этим у гномов обычно без изысков – обычная длина, пропорциональная росту, а отнюдь не ширине, весу или бороде.

Знатный гном был очень широк в плечах, но мощи наших лучших гномов-мордоворотов в нём не чувствовалось. Ну и остальное на месте. Секира, усыпанная камушками шпага, увесистый статусный кошель, якорная цепь, золотые часы на руке, золотой будильник на цепочке на животе, куча колец, серьги. Доспехов не было, вместо них жались у выхода с балкона полдюжины бронированных стражников с алебардами, луками и секирами. И была пара высоких бронированных симпатичных девиц-гномок с короткими широкими шпагами, арбалетами и алебардами – эти картинно облизнулись и тщательно подмигнули мне.

Но всю картину знатного сердцееда портила другая доблесть гномов, выжженная мною из наших калёным железом, вернее мылом и водой! И борода, и волосы на башке, собранные в шесть похожих на зачуханные верёвки кос, были не мытые и засаленные. Да и морда чистотой не блистала. Кажется, даже вонь доносилась до меня. Впрочем девиц, не знавших иной мужской красоты среди своих, это не смущало. А может смирились и вид делали.

Я подмигнул трём красоткам, вызвав бурю эмоций положившего руку на рукоять секиры их кавалера, что вызвало мою улыбку. Искупался в бассейне, оделся, демонстративно побрызгался духами, вызвав вытаращивание глазок девиц и презрение на харях парней, отправился завтракать.

Во время отменного, как обычно, завтрака мне сообщали новости. И мои девицы из кают подтягивались, потешно потягиваясь и ворча спросонья на всё подряд.

Только давно хлопотавшая Лоя отвесила шлепков своим сонным воспитанницам. И начала доклад с сообщения, что хоть и стоим мы уже часа два, но портовой чиновник ещё не изволил прийти, но сразу прислал помощника, который заведя глазки за спину, намекнул, что можно поторопить низшего, но очень важного чиновника. Но был вышвырнут ржущим Гуроном с галеаса. Лоя усмехнулась:

– Всё здесь, кроме верфей и посёлка корабелов, относится к королевству Великий Вулкан. Но порядка как в Груве не ожидай. Совсем не ожидай! В полунезависимых городе Вулкан и порту Вулкан управляет префектура. В горе над городом собственно королевский дворец и владения. Ещё в горе и под горой есть несколько полунезависимых поселений. Ну и где-то на вершине вулкана есть независимая деревня Звездочётов, только дорогу к ним очень мало кто знает. Ну и бардак неслабый. Король поддерживает равновесие между разными силами и интересами. А чиновники-взяточники и даже портовые банды тоже среди этих разных сил. Но этот портовой чиновник, а заодно и таможенник, уже получал от Гурона несколько лет назад, не по чину им выёживаться перед боевыми кораблями, и Гурон пообещал ему зубы выбить в следующий раз. Но оборзевшее ничтожество у корыта, очевидно, забыло. А все купцы им монетки подкидывают, иначе может и через неделю прийти, а до осмотра и регистрации никому сходить на берег нельзя.

Гурон весело стукнул стальным кулаком в железную ладонь, усмехнулся:

– Зубы выбью, чтоб было на что взятки тратить! Но срать я хотел на их законы, которые они и сами не хотят соблюдать. Сразу все наши пошли, кто по делам, кто развлекаться! Лоя формально в моём подчинении, это на случай если мы здесь сильно оттянемся, а ей ещё ходить по этому морю. Ну и к королю послали весточку, чтобы дочурку отгрузил… Эти идиоты ответили, что скоро, а это значит, что не больше недели, нас изволят принять. Но ты не парься, в Карсон мы успеем, без нас не начнут, ха! Так что здесь резвимся. Но здесь нельзя спокойно напиваться! Прибьют легко. И отребья полно, и бандитов. И крепкой власти нет. И судьи деньги любят и блат. Король силён, но… Лоя уже сказала.

– У меня в ближайших планах сходить к корабелам и установить у них портал. Вернее, рядом с ними. Здесь явно один из центров этого мира. И галеасы один из ключей к возрождению… Эра Галеасов! Морских эльфов-корабелов. Эльфов… – про эры и эльфов я так просто бормотал, подумалось, что классно было бы и эту могучую расу к делу спасения мира приспособить. Любимую расу Бесподобной, как ни странно, хотя ей, как и мне, в целом пофиг, а эти для неё, наверно, тем и привлекательны, что антиподы…

– С корабелами все эльфы возродятся, но их всё равно мало будет. А ещё бы ладов понагнать откуда-то, и побольше, миллионов сто-двести, – хмыкнула Арда. – Что скажешь, Десница Эры Зайца? Тут даже твоя скотская любвеобильность не поможет. И рагимка не справится. И…

Я перебил дуру:

– Зато с тобой поможет, сейчас после завтрака и отлюблю как тебе не нравится, пока срок проигранного брака не вышел, а когда ещё в следующий раз продуешь. Трудная девочка. И остановись, у меня против тебя это ещё не все козыри, не буди лихо.

Под смех компании Гор доложил:

– Мои парни сразу спросили портовых жучил про наличие буллшита, сказали, что готовы бесплатно помочь утилизировать. Я сказал припёршемуся шнырю, что ты скупаешь по шесть монеток за ведро! И объяснил, что это такое. Но здесь быков нет, даже коров нет. Только козы, овцы на склонах. Сельское хозяйство есть, земли плодородные, роны и гоблины неплохо выращивают разное на склонах и террасках… Дополняют поставки с континента… Но без коров и быков, не годятся они по кручам лазать. И коней мало.

– А я потом по пьяни выболтал, что морские амазонки готовы платить по восемнадцать сребреников за ведро, ждать не могут, сады погибают. А с континента пока ещё поставки прибудут… – продолжил Бори. – Вот у нас теперь все местные группировки и жулики скупают, кто как может, этот бесценный продукт! Профсоюз грузчиков, самая отмороженная банда, установил потолок цен, вот мы по семь монет и толкаем твоё дерьмо! Но недавно профсоюз заподозрил, что их имеют по-чёрному, притащили пару вёдер разные шныри, продали в убыток, по шесть монет, и тут же скупили обратно другие их шестёрки!

Под наш ржач Гор добавил:

– И умница Стелла, я даже её любить начинаю, помогла. Между делом выболтала, что мы все с ума посходили, даже скотоводством занялись, провоняли все, как будто деньги не пахнут! Уже партию загнали, радовались как идиоты. Смотреть противно.

– А где она? – ржал я.

Лоя прекратила смеяться и сердито сказала:

– Да тут с полсотни наших недомерков, как будто погребов не видели, сразу ринулись в подгорные тоннели! Шахтёры блин, как будто денег им мало! И ведь знают, что если бы ковыряться в земле выгоднее было, кто бы из недомерков в наёмники подавался! Ну и Стелла твоя с ними увязалась, дурочка в красной шапочке. Хотела остановить… там не все возвращаются, да и… Но она сказала, что ты разрешил и распорядился сходить, осмотреться… Но если наврала, я её высеку! Хотя ей розги… как нам травинка…

– Не скажи, Лоя, – серьёзно сказал Гор. – И мы с Бори сходим, как разберёмся с делами и можно будет отлучиться. Поиск камней, это для гномов, и не только, Гурон подтвердит… это отдельное удовольствие. Азарт! Но вы не подземные добытчики, вам не понять!

– Конечно не понять, – усмехнулся я, размышляя как наказать нахальную дурочку. – Встречаются два парня. Один говорит, что женился. «Красивая?», спрашивает другой. «Страшная, как Великая Война», отвечает первый. «Умная?» «Тупая, как пробка». «Богатая?» «Нищая, как храмовая крыса!» «Ээээ… почему женился?» Первый и говорит: «Да глисты у неё хорошие…». «Ээээ…» блеет второй. Ну а первый бормочет: «Нет, ты не рыбак, тебе не понять».

Когда все оторжались, слово взял Бори:

– Великий Вулкан потому и ценится, что под ним много камней драгоценных. И другие полезные ископаемые есть почти все! Золото, серебро, платина, уран, всё есть! И есть кристаллы маны. И другие дикие магические артефакты и минералы попадаются! Поэтому Вулкан, это не просто остров с горой. Это святыня! И ты, Серый, верно сказал про центр мира… Ну и гномы со всего мира приходят, кто-то добытчиком становится, лицензию покупая или часть отдавая. Кто-то в кланы вступает. Ну а такие как мы могут заплатить пошлину, получить участок и искать! Что нашёл, твоё! Некоторым везёт! Бывает даже, вот случай был… но вам не понять! Но находят и очень ценное, хотя это сдавать полагается, на выходе проверяют, но там награда огромная! И не только гномы, кстати.

– А некоторые не возвращаются, там и монстры есть, как в сказке про Красную Шапочку, – усмехнулся Шевалье.

– А главное, выдают таким лохам пройденную пару раз штольню, копайтесь, идиоты, но даже оплату билета входного не окупите, – усмехнулся Гурон.

– Ну, ценность магических артефактиков и кристаллов маны ещё можно понять, но если их отнимут на выходе… – сказал я.

– Кристаллы маны не отнимают… – перебил меня Гор.

– Но и не находят, – перебил его Гурон.

– А вот золото и камушки нифига не ценность! – перебил я. – И центр мира не из-за этого. А просто это ключ к Великому Морю, которое было и будет центром мира. А ключом из моря будет Грув! Ну и на Вулкане гильдия Корабелов. Ключ к эльфам. Горгульи рядом живут. И даже загадочные Звездочёты. А золото… бриллианты…

Я пожал плечами, спросил и послушал пару вариантов дебильной саги про Красную Шапочку местного разлива. Пробормотал:

– Да уж, вечный сюжет всех миров – мать идиотка, отправившая негодного, но вроде как ценного бойца на крайне рискованное непосильное задание. Наивная дурочка. И монстр-идиот, который не хочет просто сожрать несчастную, передачу из корзиночки и, отдельно, бабушку, которая всё равно рано или поздно даже бронированный форт покинет, да хотя бы буллшит свой сбросить или продать! Не говоря, что если живёт, то ведёт хозяйственную деятельность… А там ещё и окна упоминаются…

Гномья Красная Шапочка несла харчи поселившейся, с какого-то перепоя, чёрт знает где в подземельях недееспособной бабушке, ну и встретила каменного монстра. Который всех и сожрал, но, конечно же, блин, сильно хитровывернутым способом, перед этим ещё и отымел несчастную, но только сожрав перед этим бабушку, сил что ли сразу не было. Я раскритиковал:

– Логики ноль. Одна мораль – не говорить с монстром! Хотя любой оборотень скажет, что если бы замыслил сожрать беззащитную девочку в лесу, то обошелся бы и без светской беседы… А насильственная любовь… Да любой вад, положив глаз на курочку с целью положить её в борщ, только с невероятных зелий начнёт с нею сначала разговаривать, и спрашивать про другую, сидящую рядом, старую курицу. И уж совсем непонятно с какого аццкого перепоя он ещё и отлюбит пташку, и только потом сожрёт! Ладно, у нас тут Краповая Береточка, а это другая, более жизнеутверждающая, но не для монстра, история.

Арда рассказала похожую историю о парне-идиоте в красной шапке, нёсшем жратву дебилу-дедушке. Спасла их от мучительного существования и мир от них сердобольная дракониха, но тоже не просто вот так без изысков.

Моё офигение остановил Гор, доложивший:

– Серый, ты на три часа пополудни ничего не планируй…

Я посмотрел на зависшего, ожидая моего вопроса, гнома, бывшего копейщика, и на его коллегу-сабельника. Прервал молчание:

– Ладно, сдаюсь. Почему?

– Нас на религиозный диспут пригласили.

– Дубины брать? – усмехнулся я. – Раз диспут… религиозный… возвышенный…

– Всё брать, – серьёзно сказал Бори. – Думаю, что мы-то кулаками обойдёмся. И доспехами. А вот когда Учредители и Мессии, там жёстко. Всегда!

– Спасибо, парни, – усмехнулся я.

– Пожалуйста, – без иронии ответил дуэт радостных, не сомневающихся во мне гномиков.

– Ты спал, не видел, а я тебя будить не стала, очень уж красиво лежал, я еле сдержалась не присоединиться, – облизнулась Лоя вместе со своими не видевшими это, но верившими наставнице подопечными. – Тут, восточнее, между городом и верфями, храмик достроили. И амфитеатр. В километре.

– Ага, – засмеялся Гор. – Нет, я не видел и не смотрел, просто когда эти фрейлины побежали на балкон, а за ними принц… Похоже врут, что король использует фрейлин жены и дочери… не по назначению… или по назначению…

– Использует, но только трёх жены, – веско сказал Бори, – я уже с горничной из дворца… обсудил вопросы… религиозные. Просто король… эээ… при всём уважении… похуже… выглядит. И ванна у него завалена рудой… золотой… А на нём мухи живут. Железный мужик! Свято блюдёт традиции! Принц послабее, иногда не выдерживает. И он использует этих фрейлин сестры.

Я поржал, прояснил, что у короля из взрослых детей один сын, которого я видел, и одна дочь, которую нам доставлять надо. Принц вредный. А дочка полная лапочка, мечта всех гномов всего мира, но только в мечтах. И характер ангельский. Да уж, ангельский, значит Ангелобой нужен…

– Ну значит минут за пятнадцать выйдем, – усмехнулся я, размышляя про новое приключение на мою задницу.

– Не успеем, там километра два, да вверх-вниз…

– Дорога на восток у носового трапа, – удивился я.

– Это на пустырь, на краю которого логово профсоюза грузчиков. С него путь только сюда, ну если по скалам не прыгать. А нормально через город надо, – пояснил Гор. – Мы тут, это… с утра сходили, обряд провели с младшими жрецами. Нимфы радостно выступили, ну там пара слов, потом купание, канкан… Ну и пару тысяч последователей сразу… привлекли. А местный культ как его… ну в общем Лемолнодарана и пантеона… храм здесь построили, эээ… богов шахт, моря Великого, оргий, медицины. Ну и… им не понравилось.

– Разберёмся, – пробормотал я, послушал как Альфонс что-то шепнул Коре, спросил. – Что?

– Две тысячи триста страниц… – растерянно пробормотала будущая Великая Учёная Сорок Пятого Рая. – Серый, ты бог!

Я демонстративно покрутил пальчиком на столе, как будто давлю надоедливого, но живучего таракана, пробормотал:

– Ну, ещё не совсем, я только учусь… Но видели бы вы… Ладно. Пошли в город, выгуляем курочек, заслужили, и им наверняка хочется посмотреть на жизнь низших рас. Кора, скажи чтоб собирались, а я, пока срок не вышел, с Ардочкой вопросы любви обсужу…

Начавшая привыкать Ардочка решила расслабиться и получать удовольствие. И я получил! Отлично пару раз предался любви с амазонкой в нелюбимых ею позах и пошёл в шлюз.

Я выяснил, что в нашем мире курочки не помрут, вернее, помрут, но недели через две. Отравление слабыми и бестолковыми, но такими заманчивыми горизонталями накапливается, потом медленно выводится. Но на часовую прогулку девицы согласились с огромной радостью, большим энтузиазмом и громким визгом. Вопросы выгула ангелов меня не интересовали, там кто-нибудь другой разберётся, может Арда… тем более, что она скоро откинется из тестового замужества…

Хотя ангельши, в силу демонической природы своей, могут легко накостылять почти любому в этом городе, я обеспечил охрану. Всё же они из многозначных чисел. Практиканточка вообще оказалась миллионщицей. Я присвоил ей прозвище Студентка, вызвав восторг.

А Первую переименовал в Курочку Раз, поскольку она брыкалась, ссылаясь на законы, что если скромная стотысячница присвоит столь малый номер, как Первая, то её могут на войну послать. Или даже на конкисту, где недавно жуткий монстр всех замочил, и даже могучего героя-генерала оборотня, приходившего в горячих снах всем девицам рая. И новых ищут отморозков и накосячивших даже среди стотысячников и выше, но желающих нет даже вместо долгих сроков в тюрьме и прочих тяжких кар…

Остальные пернатые красотки, ясен пень, стали Курочками от Два до Пятьдесят Два. Ну и между ними номерные Гуси затесались, Петухами не стал нарекать. По порядку прихода на битву с алчными низшими. Две, пришедшие вместе, подрались за номер, но после моей лёгкой экспресс-порки помирились.

Потом я взял за ручку Студентку и во главе попарной колонны вышел в город. Да уж! Стая белоснежных юных и молодых прекрасных ангельш! И все как ангелочки, за ручки держатся. Не выдержал чиновник-гном, который прибежал требовать какую-то охрененную пошлину или визовый сбор… Но не добежал. Вернее сначала добежал до Гурона, а потом, когда через полчаса встал, то решил, что тут безвизовая зона, а он запамятовал, но я это не видел. Но зубы у него красиво летели. Кондотьер Гурон слово держит!

Мы походили по улицам, посетили лавочки, девицы накупили безделушек, которые я и тройки прикрытия оплатили, за мой счёт, но я сам сказал, что оплачу, жалкие три десятка империалов за море восторгов, кучу горящих глазок и горячий шёпот про благодарность натурами. Затем косяк ангельш покружил вокруг города. Обошлось без жертв, если не считать хронически отвисших челюстей аборигенов и врезавшегося в гору засмотревшегося на невероятную красоту явно молодого чёрного горгула. Впрочем, остальные полтыщи разноцветных горгулий его быстро нашли в расщелине, помогли, и он смог улететь на свой остров сам.

Когда колонна курочек втянулась в галеас, а Студенточка с горящими глазками закончила меня обнимать и целовать, шепча про благодарность натурой, и скрылась в недрах корабля, я закурил сигару и начал любоваться портовой суетой с пристани. Большой порт и оживлённый. Красиво взбирающийся крутыми ярусами на невероятного размера гору город. Горы обычно видят с других гор, предгорий, перевалов и плоскогорий, которые и сами не низкие. А Великий Вулкан, это очень крутая гора со множеством отвесных склонов, на которую смотришь с уровня моря! Наверняка без магии не обошлось! Я отхлебнул фантастического лёгкого освежающего вина из принесённого Джуманом стакана, сказал Верховному Жрецу не забыть прихватить на диспут виноточащий кувшин, и по дороге раздавать вино страждущим.

Абсолютно большинство народа вокруг – гномы. Причём девиц почти не видно, и они в длинных закрытых платьях, но без чрезвычайно фривольных по их меркам вырезов для демонстрации верхней части сисек, как у фрейлин. Зато гномы-самцы, скорее всего и виноватые в мышиной скромности своих девок, разинув хлеборезки пялятся на моих девиц, да и на легко, по их меркам, одетых девиц с других кораблей. Судорожно сглатывают и в буквальном смысле роняют слюни на мостовую, те которые на бородах не остаются.

Тут я заметил, что ко мне из недалёкой арки, с пустыря, решительно направилась делегация из пары десятков мордоворотов. Гномы и один орк. Хотя как посмотреть… мордовороты против мирных жителей, а против наёмников – просто злобные потные твари. Тут и думать нечего – ядро банды, грабящей грузчиков и приходящие корабли. Профсоюз, ха. Но и грузчики со всего порта начали стягиваться к нам, пока смотреть, но и дубины держать в лапах. Не все грузчики, а только члены, вернее подданные профсоюза. Остальные наверно под другими бандами существовали, в независимых не верилось.

Наши быстро выстраивались рядом со мной, но чуть в стороне. Кувалда первым прискакал, радостно поглаживая кулачищи, по которым сразу было понятно его прозвище. Арда, Гурон и Шевалье курили неподалёку, весело улыбаясь. Они все в меня верили и давали возможность спокойно поработать. Но на квартердеке курили трубки пара орков, рядом с фонтаном, под которым три сотни стрел рвались в бой. Хотя… наших было сотни две, а это очень серьёзная сила.

Главарь решительно направился прямо ко мне. Его свита остановилась в нескольких метрах. Остановился в паре шагов, сплюнул и слышимо только мне прошипел:

– Ты, Серый, продал моим парням говно. С тебя штраф три сотни империалов, и не извивайся, у тебя есть. И торговлю говном под мой контроль, за половину прибыли. Как видишь, всё по-доброму и по-честному.

Я осмотрел наглеца. Гном среднего роста. Борода. Оружия вообще нет. Секиры нет! В ручонках вертит… колбасу. Прямоугольный батончик копчёной колбасы, примерно 20 на 3 на 1 сантиметр. Явно оружие, но очень похоже на изысканную колбаску. Нас кто-то предал. Надо узнать. Я спокойно ответил:

– А если нет?

– Тогда ты труп. Секунду не проживёшь! И мне ничего не будет, это мой порт.

– Нет.

– Что нет?

– Ты лживый ублюдок, – усмехнулся я, – обещал секунду, а сам зассал.

Я отклонился от лезвия. Кусок колбасы оказался ножом с выкидным прямым клинком. С фиксатором, как потом я выяснил. Типа навахи, пожалуй. Мастер! Быстро нанёс перерезающий горло удар. Но… не повезло ему, хотя при его профессии, смерть только вопрос времени. Пока не найдёт кого-то быстрее. А гномы не относятся к быстрым. А я отношусь! Ну и шлем из моего лба ещё не выпал, но ему работы не хватило. Я молниеносно выхватил вилку и воткнул в темя противника – допросим подельников, а этому жить нечего, и он тёртый и умный. Был.

Мимо меня пролетела толпа наших мордоворотов, торопясь получить свою жертву. Кувалда красиво свернул набок челюсть бандиту. Ардочка, как один из командиров, даже не шевельнулась, ведя в маске наблюдение за домами и толпой, и готовая выхватить лук и выстрелить за полсекунды. Только смеялась заливисто юная красотка. Шевалье успел к орку из банды и ударом огромного кулака с удовольствием превратил его морду в ужасную кашу. Да и остальные бандиты продержались только время добегания до них наших весьма шустрых мордоворотов.

Только один молодой гном, до этого выглядевший крутым и развязным, остался в сознании – он успел рухнуть на колени и завопить о пощаде и чтобы его не били, расстроив «своего» орка и отделавшись сильным пинком по рёбрам.

Толпа грузчиков с дубинами особо пошевелиться и не успела. Перед ними выбежала и построилась дюжина синих латников со щитами и мечами – лучшие мечники Бори, на досуге являющиеся и двенадцатью из тринадцати младших жрецов культа Добра. По толпе грузчиков прошелестел возглас: