Воспоминания о будущем. Книга третья. Кровавые пророки

– Как можно подобраться незаметно к тому, что находится под поверхностью? Их ведь даже не обойти стороной? – удивился Тим.

– Будем продумывать варианты. Мы же ради этого здесь собрались?

Сто пятидесятикратный перевес, не считая целой кучи особых монстров. С такими силами нам сталкиваться ещё не приходилось. Но надо же с чего-то начинать? Тем более, что всё когда-нибудь происходит в первый раз. Такими мыслями я успокаивал себя, понимая, что добраться до косточки этого гнилого фрукта будет той ещё морокой, особенно в пещерах.

– Пусть пройдутся плазмой по этой мерзости, а мы поищем обходной путь для проникновения. – Предложил я. – Да, понимаю, что так нечестно. Но с чего-то начинать надо же?

Отсчёт пошёл на последние секунды. Мы все с нетерпением глядели на таймер обратного отсчёта. В голове привычно загудело от мощной порции адреналина. На последней секунде я отдал короткую команду «Старт». Две с половиной тысячи человек, разделившись на три потока, хлынули смертоносной волной, ощетинившись разрушительным оружием. Тоннель вёл неглубоко под корку, около полукилометра. Никаких охранных систем, никаких дозорных. Видимо привыкли гады к своей неприкосновенности. Масс-детекторы показывали множественные скопления на большой протяжённости. Мы шли отдельным входом, выбрав самую узкую пещеру, относительно конечно. Для нас это был настоящий тоннель. Атомные резаки были наготове. Шли молча. Девять человек в чёрных костюмах.

– Что-то нас никто не встречает. – Протянул Тимразочарованно. Кира на него только шикнула.

– Всем сохранять тишину. – Прошипел я тихонько.

Почва под ногами начала заметно подрагивать. Началось самое интересное. Серёга передавал нам картинку боя с разных ракурсов, не забывая при этом схематически показывать передвижения наших бойцов и противников. Мы шли уже десять минут. По данным маяков где-то за двумя поворотами должны быть главные дирижёры обороны. Наши ребята пёрли на защиту, продавливая её по метру, теряя своих. Но разменивая их на тысячи уродов. Пустотники большого калибра в руках Ирийцев проделывали в волнах наступающих гадов огромные просеки, тут же заполнявшиеся новыми гадами. Центральная пещера приняла на себя большую часть сопротивления, поэтому продвижение в ней застряло. Я почувствовал, что в движение пришло нечто. Тёмное и жестокое, ему надоело смотреть, как букашки давят друг друга в бессмысленной бойне, когда всё может решить один только выпад.

– Бегом, бегом! – ору я. – Его нужно опередить.

Вхожу привычно в темп. Краем глаза замечая, что остальные проделали то же самое.

«Быстрее, капитан!» – раздаётся голос Влада – «Нужно нанести упреждающий удар.»

«Знаю, но я уже на пределе, Влад!»

«Это ещё не предел. Запомни. Действуй как я.»

Влад исчезает из поля зрения, оставив после себя только росчерк. И это в состоянии темпа! Усилием воли вгоняю себя в ещё большее ускорение, желая пробить сознанием и телом второй поток времени. Предметы расплываются смазанными картинками, я замечаю Влада, застывшего у последнего изгиба. Он смотрит на меня, медленно извлекая свои ножи. Оглядываюсь. Остальные тянутся за нами, как в замедленной съёмке.

«У тебя получилось, капитан. Готовься, пойдём первыми.»

Жуткая ухмылка украшает его лицо, и я, повинуясь его движениям, бегу за ним вслед. А впередистолпилась громадная куча апостолов, посланников и остальной мелочи. Но в самом центре сгустком тьмы мы видим неназванного. Твари ещё не почувствовали наше присутствие, но этот! Эта гадина знала, что сейчас всем кранты. Медленноповорачиваясь, будто в густом растворе, она пытается что-то сказать своим уродам. Но слишком медленно. Тварей достаточно, чтобы увязнуть до начала главного сражения. Влад врубается в кучу жёлтых пятиметровых тел настоящей газонокосилкой, подрубая клешневидные ноги, отрезая фрагменты тел, пробираясь всё глубже и глубже. Мгновением позже я вношу свой вклад в картину побоища, кромсая всё, до чего могу дотянуться. Твари, потеряв точку опоры, заваливаются медленно на пол пещеры, а мы двигаемся дальше, пытаясь в кратчайший срок дотянуться до центра скопища. Десять вздохов – десять гадов. Рёв боли и разочарования, водопады липкой крови, вал из растерзанных конечностей, густая вонь от плотного скопления жутко грязных тел. Мы прорываемся к центру, стремясь скорее обездвижить войско, отрубив ему голову. Последний лысый между нами и неназваным разлетается на куски. Перед нами тьма, состоящая из ненависти и жажды убийства. По левую и правую сторону полетели заряды пустотников, унося с собой по дюжине тварей. Тим с Генкой не забыли свои любимые игрушки. Остальные завязли в схватке. Только князь, размахивая умело тактическим резаком, сносит губошлёпам башку за башкой, весело разлетающиеся в разные стороны. У него получилось-таки войти в темп надолго. Наш верный Ка-дрек, оставив режущее оружие за спиной, лупит из плазменного тарана по ближайшим гадам. Объятые пламенем, отвратительно вереща, твари пытаются разбежаться в стороны, натыкаясь на плотные ряды своих сородичей, обжигая их. Новые и новые порции горячих приветов разлетаются в разные стороны, добавляя в общую свалку немного огонька. Нужно бить, сейчас! Ещё секунда промедления и от нас останется только воспоминание, поскольку мы превратимся в живые мешки с рефлексами. Один из зарядов плазмы пролетает над нами, врезаясь в сгусток темноты, прожигая в нём дыру. К нам прилетела отдача ярости и боли от которой Ка-дрек падает без сознания, наши ноги предательски дрожат, резаки пытаются выпрыгнуть из ослабевших рук. На меня наваливается бетонная плита, вдавливая затухающее сознание в пустоту. Нет, тварь! Я был там и вернулся, чтобы уничтожить тебя и всех твоих приспешников! В последнем усилии воли, собираю остатки сил в плазменный сияющий кулак и обрушиваю на гадину, опираясь на поддержку Влада. Он стоит неподалёку, наблюдая за мной без единого проблеска эмоции на лице. Кулачище сминает гадину в лепёшку, разбрызгивая в разные стороны серый вонючий дымок. Я чувствую, что стало легче думать. Обозрение расширилось, дав возможность увидеть всё, что творится вокруг. Битва ещё не выиграна, мы вошли острым клином к самому центру, но гадов много, после уничтожения главного до них доходит, что есть кто-то ещё, кроме семерых наглых букашек со страшным оружием. Рёв дикого отчаяния проносится над нашими головами. Гады, будто обезумев, прут на нас, желая просто задавить массой. Генка и Тим еле успевают отстреливать приближающихся в нашем направлении губошлёпов. Живым многотонным составом срываются с мест криворогие посланники. Всколыхнулась масса охотников, заставляя свору псов загонщиков развернуться в нашу сторону. Влад делает резкое движение рукой по направлению первой шеренги врагов. С лезвия его ножа срывается режущая кромка, расширяясь в полёте на много метров. Передние ряды тварей перерубает надвое, отделяя ноги от туловищ. Они медленно валятся, так и не преодолев трёх оставшихся метров.

«Теперь ты.» – Говорит его голос в голове.

«У меня получится?»

«Не спрашивай себя выйдет или нет. Сделай то, что видел.»

Отвожу руку с резаком назад и резко подаю вперёд, представляя, что разрезаю медленные мишени. Но ничего не происходит, я в бессилии машу резаком ещё несколько раз.

«Сосредоточься, не забывай, что это есть, а не будет. Учись!»

Ладно, сейчас попробую. Нет! Сейчас я вас сделаю, гады! На, сволочь! Разрезаю одного сверху донизу. Разрубленное тело твари делает шаг, от сотрясения остова половины разъезжаются, вываливая внутреннее содержимое, которое с густым шлепком падает под ноги. Ха, тварина! Кто ещё? Уверенно резким движением рассекаю дюжину тварей, расчленяя на составные части.

«Теперь поторопимся! Наши друзья в опасности. Ты налево, я направо.»

Резак в моих руках не останавливается ни на миг, совершая круговые движения, переходящие по плавным траекториям слева направо и наоборот. Гадов не просто разрезает, они разлетаются во все стороны мелко нарезанными частями. Там, где только что стояла плотная толпа, остались только горы горячего мяса, осклизлого от выступившей крови. Она не успевает впитываться в землю, образуя ручейки, собираясь в лужи вперемешку с содержимым желудков и кишок. Вони прибавляется. Густые миазмы, в которых можно застрять, распространяются по месту побоища. Лысых остался только десяток, который исчезает в разряде пустотника, прихватив с собой несколькосатаноидов. Кого целиком, кого частями. Вываливаюсь тяжело дыша из второго слоя течения, с радостью маньяка-убийцы, дорвавшегося сегодня до настоящего дела. В одном из проходов расцветает целый букет плазменных взрывов, разнося попавших под удар тварей. По центральному залу прокатывается ударная волна, сбивая гадов с ног. Возвращается обратно, поваливая устоявших. Это подоспела группа зачистки правого фланга, раскатав уродов по всей длине тоннеля.Банг! Банг! Банг! В зал врывается несколько плазменных шаров крупного калибра, прожигая до костей, неудачно стоявших на их пути, сатаноидов, которые валятся почерневшими скелетами. Теперь можно полностью выходить из темпа, насладится развернувшейся битвой. Смертоносным ураганом врываются Ирийцы, снося с ног, раздавая свободной рукой тумаки, от которых остатки некогда грозной армии, разлетаются в разные стороны. Второй рукой с зажатыми резакамичудовищных размеров, довершают разделку, летящих во все стороны, уродов. Десять очередных вздохов прокопчённого воздуха, наполненного хлопьями черной сажи. В зал вываливается остальная часть, взбесившегося от убийств, отряда, по-настоящему опустошая вокруг себя заваленное телами пространство. Битва превращается в побоище, твари карабкаются по полу и стенам, пытаясь спрятаться, стать незаметнее. Пляска смерти входит в пиковуюфазу. Вокруг стоит густой красный туман, запах горелого мяса, обожжённых костей, горячего железа и камня. Волна обезумивших от крови бойцов накатывается на нас.

– Стоять! – Влад вытягивает вперёд руку. Каменное эхо десятикратно увеличивает его голос, заставляя первые ряды бойцов сбросить с глаз кровавую пелену. – Все на помощь центральной группе! Бегом!

Бойцы молча разворачиваются, бегут в соседний тоннель из которого раздаются далёкие взрывы. Топот стихает, давая нам переговорить и оглядеться.

– Я, как выжатый лимон. – Голос Тима уставший. Сам он сидит на отрубленной голове ухмыляющегося лысого со стеклянными глазами. – А ведь впереди ещё два таких же тяжёлых боя.

– Славная битва. Только тяжёлая очень. Держу пари, что счётчик смертей перевалил за пять сотен. С такой оравой без потерь не совладать. – Говорю я всем. – Нужно рассматривать варианты. Либо сжигать всех корабельной артиллерией, либо работать скрытно, поставив в приоритете уничтожение чёрного. С остальными разобраться будет легче.

– Это смотря для кого! Мы-то не научились так шустро двигаться! Это вы с Владом грохнули неназванного? – Тим посмотрел на нас с завистью.

– Нет, Тим, не я! Может твоя бабушка его прикончила, пока мы тут все фигнёй занимались?

– Сейчас не до твоих шуточек, капитан! Да и бабушка моя давно душу Богу отдала.

– Прости, Тим. Не хотел тебя обидеть.

– Всё в порядке, Макс. Как у вас вышло? Помнится, в прошлый раз расклад был совсем другой?

– Вера, терпение, борьба. – Ответил за меня Влад.

– Избавь меня от своих загадочных речей. Я сейчас не в настроении.

– Давайте тогда посидим немного в одиночестве, пока наши бравые вояки не закончат операцию. Тим, поесть хочешь?

– Я бы сейчас не отказался. А то от жаренных запахов у меня желудок заурчал.

Князь гулко рассмеялся, подавая пример остальным.

– Фу, Тим! Как ты можешь думать о таком сейчас? – спросила его, сквозь слёзы смеха, Яра.

– А что? – он посмотрел на нас серьёзно. – Я и вправду жрать хочу! Что вы ржёте?

Нас скручивало от смеха, выдавливая страх и злобу сквозь слёзы. Реальный такой отходнячок! Картина, достойная лучших справочников по психологии. Смеющаяся толпа забрызганных кровьюлюдей, посреди полутысячи свежеразделанных трупов инопланетных захватчиков. Клуб анонимных маньяков, где вместо стульев используются отрубленные головы кошмарных тварей с высунутыми языками.

– Ну что, князь, увидел Чёрта? – спросил я у него отсмеявшись.

– А который он? – князь начал озираться по сторонам.

Я пнул голову с одним глазом.

– Этот красавец – апостол. Так он назвался при нашей личной встрече. Чуть поодаль лежит охотник. Видишь, под ним шестиногая тварь? Эта трёхголовая образина из своры загонщиков. – Я подошёл к более-менее уцелевшему трупу сатаноида. – А вот и чёрт! Рога смотри какие шикарные! Хвост с копьём и рожа отвратительная. Это посланники, но мы их всё больше чертями зовём или сатаноидами.

– Я думал, что он будет намного страшнее!

– Вижу, и у тебя не всё в порядке с головой, если эта образина не наводит на тебя подобающий страх. Добро пожаловать в нашу дурную бригаду, будешь девятым. – Я ему улыбнулся.

– А что в ней такого дурного? – удивился он искренне, чем вызвал улыбку всех. –По-моему, хорошие люди!

– Ты думал, Макс, чем станешь заниматься, когда это закончится? – Вик обвёл рукой пещеру.

– Боюсь, что всё только начинается. – Я прикусил собственный язык.

Ну зачем я это сказал? Самые плохие предположения имеют свойство сбываться. Вдруг, случайно вылетевшее слово станет пророческим. А мне ой как не хотелось, чтобы я оказался прав! Но сказанного не воротишь, а предположения мои оказались всё-таки верны. Замолчало эхо последнего выстрела, мнемография глубокой пещеры начала таять. Это означало, что чистка городища закончена. Пора браться за разбор операции.

Как и предполагалось мной ранее, счётчик виртуальных смертей перевалил за пять сотен. Неутешительный результат. Четверть команды, теоретически, уже мертва. Ещё две подобных вылазки, и от нас останутся только рожки да ножки. Идти напролом нет никакого смысла, слишком большой численный перевес. Нужны технологии покруче. Живая сила намного уступает механике. Минус ко всему, тренировку проводили в условиях нормального притяжения, а на Марсе всё будет выглядеть иначе. Те же самые кровопийцы-потрошители при земном притяжении прыгают достаточно ловко и высоко, а в условиях Марса они будут сыпаться нам на головы кровавым зубастым градом. Не говоря об остальных гадах. Да тот же лысый будет намного вертлявее и резче. У них, возможно, несколько лет адаптации, а у нас, в лучшем случае, два дня. За такой срок не привыкнуть.

– Серёжа! Прости, что отвлекаю тебя по пустякам, но приёмку оборудования производил ты. Поэтому ответь мне на вопрос: у нас полное наличие индивидуальных тактических модулей?

– Да, Макс. Командор нас обеспечил модулями под разные габариты.

– Передай техникам, чтобы доставили на полигон необходимое количество. Ты на обед пойдёшь? Есть несколько вопросов к тебе.

– Конечно, капитан. Конец связи.

От обеда никто не стал отказываться, особенно после всей беготни. Бойцы помалкивали, боясь получить разнос за большие потери. Все делали вид, что заняты своими неотложными делами, старательно не обращая внимание на угрюмые лица старших офицеров. Задуматься было о чём.

– Что будем делать, Вик? Ты видел турнирную таблицу? У нас с пару десятков смертников нарисовалось. Но, что самое интересное, никто из них не завалил своих же. О чём это говорит?

– О том, что люди подрывали себя в отчаянном сопротивлении, преодолевая страх. Ради общего дела.

– А я вижу другое. Им не хватает мощи, поэтому эти подрывы в окружении врага. Нужно устранить этот недостаток.

– Поэтому ты решил посадить всех в тактические модули?

– Да. Даже не имея оружия в захватах, можно попросту передавить окруживших голыми клешнями. К тому же можно настроить системы стабилизации и усилителей, чтобы не совершать акробатических трюков в самый ответственный момент.

– Мы тоже пойдём на зачистку в модулях?

– Нам это необходимо в первую очередь. На нас лежит вся ответственность за сохранение команды. Устрани мы проблему с тёмным до начала операции, можно рассчитывать на её успешное завершение, не потеряв при этом ни одного человека. В модулях нам лысый неровня даже без ускорения.

– А что, попробовать стоит! – Поддержал мою идею Тим. – Шестьсот жмуриков за раз говорит о нашей бестолковости, как командиров. К тому же неизвестно сколько ещё таких городищ нам придётся вычищать за всё время.

– Значит, решено!

Появился Серёга. Всклокоченная шевелюра и полубезумный взгляд говорили о том, что он не сидел на месте, а занимался только ему понятной интеллектуальной деятельностью.

– Что за вопросы, капитан? – начал он без предисловий.

– Ты выяснил причину наших обмороков после перехода?

– Это действие остаточного эха после срабатывания пробойника. Тебя интересует возможности его устранения?

– На данный момент нет. – Он посмотрел на меня неопределённо.

– А что тогда?

– Принимая во внимание, что твари ходят, дышат и питаются, как мы, можно предположить, что биологические процессы их организмов схожи с нашими.

– Предположим. – Сказал он более заинтересованно.

– На них, как и на нас, оказывают влияние внешние факторы. Какие-то в большей степени, какие-то в меньшей.

– Ты можешь перейти ближе к делу? – поторопил он меня.

– Не спеши. Как ты думаешь, что происходит с гадами после перехода?

– Тут и думать нечего. Достаточно просмотреть данные с наших спутников-шпионов. К чему ты клонишь?

– Узнаешь. Можешь раздобыть такие данные хотя бы по одному переходу?

– Смогу. Тебе это срочно?

– Срочнее всего.

– Поесть-то можно? Зря пришёл что ли?

– Поешь, поешь.

Серёга ушёл к синтезатору за своей порцией.

– К чему нам сейчас эти ответы? Ты собрался рвануть дальше? – спросил Тим.

– Нет, друг мой. Я пытаюсь привести нам на помощь новые технологии в борьбе с ордой. Я бы сказал новейшие, не опробованные ранее.

Вернулся наш непризнанный гений.

– Я просмотрел данные, пока прогуливался. Есть один очень любопытный эпизод. После появления корабля в системе, он остаётся неподвижным дольше нашего. Это означает, что твари валяются в отрубоне так же, как и мы.

– Отлично! Теперь вопрос номер два. – Обратился я к нему. – Что у тебя с защитой от последствий прыжка по времени?

– Перед нашим прыжком я попытался сварганить какую-нибудь защиту от воздействия, использовав технологии Ар-хона по строительству необходимых узлов и деталей на молекулярном уровне. Вспомнив, что в основе нашего пробойника лежит принцип взаимодействия различных электромагнитных полей. Создал решётку с ячеистой структурой в несколько молекул, с возможностью экранирования электрического сигнала, обернул ею свою капсулу. И, вуаля! Мне удалось частично закрыться от эха пробойника.

– Чего же ты и нам не поставил такую защиту? Знал ведь, как мне хреново после таких прыжков!

– Во-первых, – Серёга поднял вверх палец, – это был только опыт, результат которого мне был не известен. А если бы я себя поджарил, или усилил эффект? А во-вторых, тебе полезно поваляться в отключке. В это время ты смирно лежишь, а не носишься бешенным локомотивом по всему кораблю, зарабатывая себе лишнюю седину. О тебе же забочусь!

– К чертям рогатым такую заботу! – Тим грохнул кулачищем по столу. – Макс, ты слышал? Он надомной издевается! Да я в этот раз, чуть последние копыта не отбросил!

– Ну, ну, Тим, не горячись! Я пошутил. Ты же не думаешь, что только из-за тебя я не стал ставить всем экраны? Слишком много пострадавших ради одного человека. Это явный перебор!

– Значит, можно надеяться на решение этой проблемы? – спросил я его, отвлекая от выпадов в адрес Тима.

– Надеяться можно. Может мне удастся избавиться от воздействия целиком. Нужно только прыгнуть ещё разок, чтобы опробовать новую разработку.

Настроение у меня улучшилось, хоть в одном направлении у нас есть успехи.

– Что за хрень – это эхо?

– Остаточное колебание контуров, с токами высокой переменной частоты. Проходя сквозь организм, они нарушают работу микроскопических электроимпульсов в коре головного мозга. Из-за чего нарушается его работа в заданном режиме, проявляясь потерей сознания и плохим самочувствием. Ты же ощутил на себе сбой в работе организма после такого облучения?

– Не я один! Больше всего досталось Тиму. Он до сих пор трясётся от одного воспоминания о переходе.

– Да что вы ко мне пристали? Будто мне одному было хреново?

– Это мы снова шутим, Тим. А теперь шутки в сторону. – Сказал я серьёзнее. – Ты сможешь сгенерировать подобное эхо, минуя работу пробойника?

– Зачем тебе это? – удивился Серый. – Или почувствовал особый кайф от того ощущения?

– Не, Серый. Я же не мазохист какой! Если бы нам удалось получить подобное эхо и облучить наших лучших друзей, получилось бы совсем здорово!

– Ха! А это мысль! Ты хочешь их для начала обработать излучателем, а после этого перебить, как слепых котят? И как только я до этого не додумался сам? Всё ведь просто!

– Тебе некогда думать о таких вещах. Не всё же время тебе быть гением? Нужно уметь делиться! – я приосанился.

– Ты от скромности не умрёшь, Макс! –усмехнулся он в ответ.

– Ну как? Сможешь собрать такую установку, чтобы лупила гадам по мозгам?

– Отчего не собрать? Делов-то на двенадцать часов.

– Может тебе помочь?

– Это вряд ли. У меня в лаборатории и так места нет от всяких приборов. Не хватало, чтобы вы мне что-нибудь сломали.

– Ты называешь лабораторией свою каюту, где валяется в беспорядке всякий хлам? – уточнил я.

– Это не просто беспорядок, а упорядоченный творческий хаос! – сказал он назидательным тоном. – И хлама там нет вообще, все вещи очень нужные!

– Ага, как же! Смотри себя не потеряй! Где мы тебя тогда искать будем? – попытался Тим отомстить Серёге за его подколки.

Но тому уже не было дела до дальнейших разговоров и обсуждений. Серёгин разум уплыл в неведомые края, решать поставленную задачу, которая могла бы поставить жирную точку на нашем бессилии против высших представителей правящей верхушки кровожадной орды. Пообедав на скорую руку, он молча исчез.

– Даже не знаю, стоит ли нам продолжать тренировки со старымивводными? Если наш шизанутый изобретатель сварганит излучатель, то и всей кошмарной сказочке конец! – обрадовался Тим.

– Ты прав. Излучатель решит множество наших острых проблем, а главное, поможет избежать ненужных потерь. Но сейчас его нет, дистанция активного излучения неизвестна. Поэтому проработаем зачистку в модулях, на всякий пожарный случай. Кто у нас из техников замещает Серёгу? – вопрос был адресован всем.

– Никитос. Ты должен его помнить по первому набору. – Ответил Вик.

– Конечно помню, он же был с нами в группе подстраховки, когда мы брали всю верхушку торговцев рабынями на Земле. Эх, золотые были деньки! – сказал я со вздохом. – Знай одно, лови ублюдков, допрашивай и в расход. Никаких пришельцев с кошмарными рожами и хитрозадых командоров. – Посидели молча, вспоминая каждый своё.

– Так зачем тебе техник? – Вик посмотрел на меня задумчивым взглядом.

– Техник нам нужен на полигоне. Без него, как без рук. Серёга сейчас слишком занят, чтобы разжёвывать каждый вопрос, мы его только будем отвлекать. Вряд ли он освободится в ближайшее время, чтобы настраивать виртуалку и подгонять реакцию модулей. Мы с этими делами будем долго возится, а техник справится гораздо быстрее.

Никита появился сразу, как только получил запрос. В глазах его сила гордость и надежда, что его возможности помогут капитану.

– Ты мне брось свои восхищённые взгляды. – Быстро остудил я пыл парня. – Мы такие же, как ты. Так что давай без восторженных писков. Нам от тебя нужен профессионализм и сообразительность.

– Вы не представляете, какие про вас рассказы ходят среди бойцов, адмирал-капитан! – затараторил он восторженно. – Расскажу своим, точно не поверят, что я помогал нашему капитану.

– Да? И что же такого особенного успели наплести про меня и остальных офицеров? – спросил я его заинтересовавшись.

– Говорят, будто вас невозможно убить. – Начал он так же быстро перечислять. – Что у вас самая крутая группа, которая расшвыривает уродов направо и налево одним только усилием мысли. Что командор нашей системы боится вас до трясучки. Что орда охотится только на вас. Что вы посланники Богов. Что в последнем бою вы вдевятером завалиливсех лысых и самого главного. Что…

– Хватит! – оборвал я его. – Не нужно верить всему, что говорят, Ник. Можно я тебя буду так называть?

– Конечно, адмирал-капитан!

– Не забывай,Ник, что и на старуху бывает проруха. Большая часть из всего, что ты нам поведал – преувеличение. Нам нужна твоя помощь на полигоне. Нужно подстроить исходные данные мнемографиипод особенности Марса. После этого займись модулями, откалибруй программу приводов, чтобы мы не скакали как кузнечики, а вполне нормально передвигались, как при нормальном притяжении. Задача ясна?