Мужчина с самыми красивыми глазами

Глава 7. Мучительный саспенс

Странно, но грозовая туча так и не разразилась громом и молнией. Прошёл день, второй, но никакой обещанной беседы от Ирмы Леонидовны так и не последовало. Что-то назревало. Но что? Неизвестность тяготила не только Светлану, но и остальных сотрудников отдела. Все уже были в курсе внезапно вспыхнувшего конфликта – как и водится в любом сплочённом коллективе.

Мучительное ожидание затягивалось. Напряжение наэлектризовало воздух. Прокралось тревогой в слова и взгляды. Расползлось мрачным предчувствием по коридорам и кабинетам. Все говорили какими-то сдавленными голосами, словно под тяжестью непосильной ноши. Даже смеяться не хотелось.

Света понятия не имела, как разрулить сложившуюся ситуацию. Поэтому поступила так, как велел здравый смысл: погрузилась с головой в работу. А событиям предоставила развиваться естественным ходом.

Где-то прочитала, что в любом случае, что бы ни происходило, волноваться бессмысленно. Если можешь изменить ситуацию – меняй, а не тревожься. А если не можешь ничего изменить – тем более не из-за чего расстраиваться – ведь от тебя ничего не зависит. Так что лучше поберечь нервные клетки.

Совсем не волноваться, правда, не получалось: нет-нет, да заходили любопытные или «сочувствующие» из других отделов, лезли с расспросами, предвкушая шоу. Но тактика "держи дистанцию" и "с головой в работу" срабатывала безотказно:

– Извините, очень много работы. Не до разговоров.

Наступил полный штиль. Работали, буквально не поднимая головы. Но всем было понятно, что затишье перед бурей когда-то закончится. Кто выживет? Вот вопрос.

В конце третьего дня, когда подчинённые разбежались по домам, Светлана включила свой любимый Cafe Del Mar, налила горячий кофе со сливками и приготовилась хорошенько погрузиться в сверку счетов. Идеальное время для кропотливой, неспешной работы – никто не отвлекает, в офисе тишина, телефоны молчат. Можно сосредоточиться на колонках цифр и методично сверять данные – строка за строкой, клетка за клеткой.

Она так увлеклась, что не сразу расслышала прямо над ухом:

– Светлана!

Света от неожиданности подскочила, а увидев у стола Лебедева, ойкнула. Затем исправилась:

– Здрасьте.

– Добрый вечер. А почему вы ещё на работе?

– А то вы не знаете. – Но тут же спохватилась, и ещё раз поправилась:

– Скоро закрытие квартала, готовимся.

– Ясно. Давно хотел попросить вас кое о чём.

Света внутренне сжалась, румянец сам собой поплыл по щекам, ушам стало горячо. Она так смутилась, что не могла выдавить ни слова в ответ. А Лебедев, не замечая всех этих мимолётных трансформаций, продолжил:

– Составьте мне, пожалуйста, сводную таблицу выплат по основному и субординированному долгу, процентам и затратам на обслуживание кредитов. С разбивкой по годам.

– Конечно. – Это вслух.

«Вот дура» – это про себя.

– Вам прямо сейчас распечатать?

– Нет, сейчас уже семь вечера. Можно завтра утром. По электронной почте отправьте. И ещё пошаговую инструкцию о порядке документооборота между Москвой и головным офисом. Также напишите мне, сколько времени занимает каждый этап. Тоже по электронной, и тоже завтра. А сейчас идите домой.

Света вздохнула:

– Нет, домой я часов в десять пойду. Как обычно.

– В смысле? Что значит, «как обычно»? Вы хотите сказать, что постоянно уходите с работы в десять вечера?

Артём Анатольевич ошарашенно переспросил, не веря ушам.

– Да. – Просто подтвердила Света.

– Ну, это непорядок. – Светлану удивило, что Лебедев как будто расстроился. Всё остальное начальство раньше только приветствовало такое рвение. Что за нездоровая реакция?

Финансовый, прочитав непонимание в её глазах, пояснил:

– Вы нарушаете баланс.

– Какой баланс? – Света совсем стушевалась. Неприятно чувствовать себя тупицей, но она понятия не имела, в чём провинилась.

– Ну вот смотрите. У любого устройства есть свой ресурс. Ограниченный срок службы. Чем интенсивнее использовать вещь, к примеру, телефон, тем быстрее он выходит из строя. Но можно относиться к устройству бережно – и оно прослужит дольше. Так же и с человеком. Здоровье надо беречь, чтобы дольше прожить. А значит, нужен полноценный отдых. Если вы уходите с работы так поздно, вы не успеваете как следует восстановиться. А значит, и ваша эффективность, как работника, постепенно падает. Пока вы молоды, это не так заметно. Но с годами точно даст о себе знать, поверьте. То есть, следует соблюдать баланс между трудом и отдыхом. Это во-первых. А во-вторых, обязательно должен быть баланс между работой и личной жизнью. Если не уделяете должное внимание своей частной жизни – баланс нарушается, отношения страдают. А значит, и вы страдаете. А насколько эффективен сотрудник, голова которого забита личными проблемами? Надо восстановить баланс и привести личную жизнь в порядок. Тогда дома вы будете думать о доме, а на работе вы будете думать о работе. Надеюсь, понятно объяснил?

– Да, спасибо. Всё понятно. – Уныло поддакнула Светлана, испытывая угрызения совести оттого, что на работе думала совсем не о работе. Наверно, он это почувствовал. И косвенно ей намекнул, чтоб прекращала глупостями заниматься.

– И потом, Светлана. Нельзя, чтобы в жизни была только одна работа. Представьте, если вас её лишат?

– То есть, как лишат?

– Ну, как у всех бывает в жизни. Есть работа – а потом вдруг раз – и нет её. Такое случается сплошь и рядом. Поэтому нельзя жить только работой. Нужно иметь надёжный тыл, который вас прикроет, если с работой что-то случится. Но это я вам не как начальник говорю. А просто по-человечески. Из личного опыта.

Хотелось верить, что он говорил это из лучших побуждений. Но в свете последних событий, Светлана уловила в словах Артёма Анатольевича прозрачный и очень, очень тревожный намёк. И от этого намёка так тошно ей сделалось, что пропало всякое желание продолжать разговор. Ком встал в горле, и пальцы противно похолодели. Она смогла только выдавить:

– Спасибо, я учту.

– Ну ладно, не буду вас больше задерживать. До свиданья.

– До свиданья. – Блеклым голосом отозвалась Светлана и, совершенно упав духом, минут пять просто сидела, тупо уставившись на закрывшуюся за начальником дверь.

«Ну, вот и приплыли, девочки». – Пронеслось в мыслях.

Работать в таком состоянии невозможно. Света выключила компьютер, медленно оделась. Набрала родителей:

– Мам, вы дома? Я сейчас к вам приеду. Нет, ничего не случилось. Просто соскучилась. И Димка у вас? Хорошо. К чаю купить что-нибудь? Хорошо, через двадцать минут буду.

У родителей Света немного оттаяла душой. Пили чай с только что испечённым вишнёвым пирогом. Разговаривали, смеялись: Димка, как обычно, всех смешил своими байками. В кругу семьи, среди родных людей, Света чувствовала, как прибывают силы. Батарейка зарядилась как следует, хотя мысли нет-нет, да и возвращались к двусмысленному лебедевскому нравоучению.

Ну ничего, тылы её сильны. Посмотрим ещё, кто кого!

А через три дня после того, как она отправила Артёму Анатольевичу таблицу и внутреннюю инструкцию по электронной почте, он ей позвонил:

– Светлана Николаевна, зайдите ко мне, пожалуйста.

Произнесено это было таким официальным тоном, что сердце у Светы подскочило до горла и ухнуло вниз со всего размаху.

Глава 8. Что дальше?

Пока шла в кабинет финансового, что только ни передумала…

«Ну вот и всё. Сейчас скажет, что уволена. Не справилась со своими обязанностями. Подвела руководство. Недостойна оказанного высокого доверия. Господи, какой кошмар».

Проходя мимо ресепшен, поймала своё отражение в широких стеклянных дверях: высокие каблуки, приталенный костюмчик, белая рубашка, модная стрижка…

«Нечего было о всяких красивых глазках мечтать! Тогда, глядишь, и управлялась бы с обязанностями вовремя!» – издевательски полоснул по сердцу упрёк голосом Ирмы Леонидовны.

Света совсем скисла.

«Ой, мамочки… Что же теперь делать? Что-что…искать работу…ждать, пока подвернётся что-то стоящее… отправлять резюме, ходить на собеседования и снова ждать…»

Хотелось плакать, но не плакалось. Сердце неистово колотилось, воздуха не хватало. В голове – полнейший сумбур. Невозможно выносить это безумное мельтешение мыслей.

«Так нельзя. Надо перевести дух. Подышать и успокоиться».

Светлана черканула электронным пропуском у датчика, открыла тяжёлую дверь, ведущую в пространство власти, масштабных полномочий и судьбоносных решений.

Замедлила шаг, подумала и зашла в просторную кухню в «руководящем» крыле офиса. К счастью, в кухне никого. И в коридоре – полная тишина.

«Уфф, можно отдышаться».

Света застыла у окна, залюбовавшись угасающим всплеском короткого осеннего дня. Блеклый солнечный луч отразился в окне дома на другой стороне улицы, заставив прищуриться. Чуть поодаль, внизу, деловито сновали машины, по тротуарам семенили люди, в руке малыша тюлюпался ярко-красный воздушный шарик. Жизнь шла своим чередом.

«Ну и ладно. Пусть будет, что будет. Небо не упадёт на землю, даже если уволят. Неприятно? Конечно. Но не смертельно. Не пропаду! Не на ту напали».

Прошла минута, другая… Но Света не торопилась. Ничего, подождут Красивые Глаза. Поворотные моменты жизни надо встречать с холодным рассудком и спокойным сердцем.

И она встретит любую новость достойно. Люди, сидящие в этом крыле здания, имеют власть только в пределах этого офиса. А там, снаружи, их власть заканчивается. И начинается совсем другая история.

«Поэтому, что бы я ни услышала сейчас, я приму это достойно. Значит, такова воля высших сил, а им можно доверять. Вдооооох-выыыдооох. Так-то лучше. Ну вот, теперь готова».

Светлана вышла из кухни, повернула налево, выдохнула и постучала в дверь с золотой табличкой "Финансовый директор".

Артём Анатольевич был в кабинете один. Он вежливо поздоровался со Светланой.

– Присаживайтесь, Светлана Николаевна. – Указал он на один из стульев у овального конференц-стола. Захватил с собой какие-то бумаги, кружку с кофе и уселся напротив Светы.

«Как же он бодр и свеж! И ослепительно хорош… И как только ему удаётся так шикарно выглядеть со всей этой дикой загруженностью, среди промозглого ноября?» – Не к месту подумалось девушке, пока начальник шарил взглядом по строчкам распечатки.

– Итак… – оторвался, наконец, Лебедев от бумаг и поднял взгляд на Светлану. Ворвался разрядом молнии в самый центр зрачка, вытеснив из поля зрения окружающее пространство. Отправил полыхающий сноп света прямо в сердце, разогнав его биенье до предела.

Пульс зачастил, как ненормальный, от одного простого "итак".

«Да не тяни ты уже! Руби с плеча!» – только и успела подумать.

И, очевидно, уловив мысль, Артём Анатольевич с каменным лицом продолжил:

– Светлана Николаевна, не стану ходить вокруг да около. Вам придётся подыскать себе замену.

Бедное сердце сжалось и застыло. С каждой секундой, растянутой до бесконечности, теряя тепло, всё больше превращалось в кусок льда. Ни один мускул не дрогнул на лице девушки. Ни один.

Она прямо смотрела в глаза директору и ждала. Как минимум, пояснений. И не произносила ни слова. Лучистые глаза наблюдали за выражением её лица и не находили ни тени эмоций.

«Хм. Кремень! А по виду не скажешь…» – подумалось Лебедеву, пока он ждал ответной реакции.

Не дождавшись, продолжил:

– Две недели вам хватит, чтобы подготовить человека?

– Думаю, хватит. Но кого?

– Лисовская Наталья – правильно прочитал фамилию? Руководство предлагает её, но ваше мнение будет учтено.

Света лишь кивнула. Говорить она не могла. Ком застрял в горле.

Лебедев ровным голосом продолжал:

– В ваш отдел берут ещё двух человек. Принято решение о расширении штата. Изменения будут происходить во всех отделах – объёмы производства стремительно растут.

– Вы берёте двух человек к нам в отдел, а меня при этом увольняете? – холодно уточнила Света, вопросительно приподняв бровь.

– Никто вас не увольняет. С чего вы взяли?

– Но вы же сами сказали: готовьте себе замену.

– Да. Ваши предложения, выдвинутые на совещании, были тщательно изучены и учтены. Руководством принято решение о внесении изменений в действующую процедуру платежей. Счета больше не будут отправляться в Москву. Оплата будет производиться здесь, на месте – мы сейчас ведём переговоры с банком. Будем открывать операционные счета. Управление денежными средствами предприятия переходит в головной офис. Принято решение назначить вас управляющим денежными средствами компании. Поздравляю вас с повышением.

Сказано это буднично, но в глазах финансового плещется такая тёплая улыбка, что Света, ещё не вникшая в смысл сказанного, расплылась счастливо, уронив руки на стол.

«Не уволена, а повышена?!»

Внутри фейерверком вспыхнула жгучая, ослепительная радость, мгновенно растопившая сердечный лёд. Девушка не удержалась – зажмурилась, торжествующе взметнула кулачок вверх и выдохнула:

– Йессс!

Лебедев так и лучился, наблюдая за этим детским всплеском – приятно быть вестником счастья.

– Спасибо! Спасибо большое. – Уже более спокойно произнесла Светлана, улыбаясь во весь рот.

Небо неожиданно просветлело и затопило лёгкостью всё пространство. Дышать стало легче. Внутри живительным теплом разливалось солнце.

– Все подробности мы обсудим чуть позже. А сейчас вам придётся принять участие в собеседованиях кандидатов в ваш отдел. Сегодня надо окончательно определиться с преемником и приступить к обучению.

– Хорошо.

– И ещё. Через две недели мы с вами едем в Москву. Вам придётся задержаться там до конца декабря: надо пройти обучение для вступления на новую должность. Так что, как видите, работы предстоит очень много. И перемены будут серьёзные.

Света слушала Артёма, еле сдерживая ликование. Радость плескалась внутри, проливалась наружу сиянием глаз. Весь мир перевернулся с головы на ноги и на душе стало так хорошо, лучше просто не бывает.

Артём Анатольевич извлёк из папки на столе пухлый буклет, протянул Свете:

– Должностные инструкции и обязанности управляющего денежными средствами. Ознакомьтесь на досуге.

Первая горячая волна благодарности чуть улеглась, и тут на сияющее разливанное море восторга опрокинулась внезапная тень осознания:

«В Москву? С ним?! Боже, дай перевести дух!»

Глава 9. Мелькают дни

После того, как Артём Анатольевич сообщил Свете о повышении, она первым делом бросилась с радостной вестью к родителям. Целовала, обнимала их и прыгала от счастья. Чуприку тоже радости досталось – привезла целую коробку его любимых кексов с изюмом – он их просто обожал.

Сели пить чай все вместе и наговориться не могли. Так взбодрила семью эта чудесная новость! И так вовремя! Осенью всегда накатывает вялость и апатия – на улице темно, холодно, слякотно, так тоскливо, бррр. И всё время хочется спать, потому что световой день тает, становится совсем коротеньким – не успевает глаз насытиться светом, а солнца так и вообще почти не бывает. Так что в ноябре добрые вести – как нельзя кстати!

Димка-лакомка, жевал один кекс, и уже тянулся к другому. Родители посмеивались и подливали чая своему любимчику. Света не ревновала. Наоборот, испытывала благодарность к Чуприку за то, что так привязан к Тамаре Дмитриевне и Николаю Семёновичу. Всё свободное от дежурств время проводил у стариков. Свету иногда мучили угрызения совести оттого, что не проводит столько времени на даче с родителями, сколько их приёмный сын. Но мама, добрая душа, успокаивала дочь:

– У каждого – своя жизнь. Тебя с детства не на дачу тянуло и не к играм, а к книгам. Ну что ж, у всех свой путь. А Диме нравится возиться с домом. Вон они как дружно с отцом делами занимаются. Я им не мешаю. Ну и ты не грузись. Живи в радость.

И Света испытывала благодарность к родителям за понимание. И к Диме – за заботу о них.

Пододвинула кекс поближе к Чуприку, а тот не заметил, и смахнул лакомство со стола.

– Ой! – метнулся вниз, быстро подхватил и обдул его со всех сторон. – Семь секунд не лежало, значит, всё нормально.

И, к ужасу Светы, запихал кекс целиком в рот.

– Чуприк, фуууу! Что ты делаешь? – девушка сморщилась и рассмеялась.

Димка жевал, довольный произведённым эффектом.

– А что такого?

– Ну разве можно с пола есть?

– Можно. Я же не такой меланхолик, как ты.

На несколько секунд повисла пауза. Затем до Светы дошло:

– Ты хотел сказать, ипохондрик?

– Ну да. Тот самый. Короче, ни тот, ни другой.

Вся семья грохнула смехом.

За окном вечерел промозглый ноябрь. Холодный дождь поливал голые ветви деревьев, смывал почерневшую листву с тротуаров. Тускло топорщились у края дороги редкие фонари.

А в доме слышался смех, пахло выпечкой, журчали разговоры и оживали новые, самые светлые надежды.

Рабочие дни отщёлкивались как бусины на чётках.

Щёлк! Утро. Налили кофе, включили компьютер, сели с Наташей Лисовской к столу, заваленному счетами, инструкциями, ведомостями, платёжками. Устремили взгляд на экран и растворились в ливне двоичных кодов.

Щёлк! Подняли головы, с трудом оторвав уставшие глаза от бесконечных колонок цифр. На часах – полшестого. Конец рабочего дня. Как день промелькнул? Непонятно.

Наташа сверхурочно не оставалась – у неё муж и двое школьников-спиногрызов. Работодатель за неё ужин не приготовит и уроки у детей не проверит. Так что извините. Ровно в семнадцать тридцать Лисовскую как ветром сдувало с работы. Все остальные девушки тоже закутывались поплотнее в пальто и шарфы и убегали домой.

А Света, оставшись одна, в тишине изучала новые должностные инструкции, вчитывалась в договоры займа предприятия, читала контракты с иностранными финансовыми агентами. И хваталась за голову – как не утонуть в этом море информации?

Щёлк! И снова утро. Наспех душ, быстро посушить волосы феном, не забыть папки со счетами, захваченные с вечера домой – доделать перед сном – и бегом в офис.

Хорошо, что Наташа схватывает на лету – не надо по десять раз одно и то же повторять. Умница. Выспрашивает всё до мелочей. Светлана, и сама такая же дотошная, поняла, что Наташа – идеальный преемник. Да к тому же скрупулёзно ведёт записи. Все-все заковырочки, лазеечки и малейшие нюансы подмечает и тщательно заносит в свой толстый кожаный блокнот. Маркером выделяет важные места. Ставит закладки, лепит стикеры на скользких моментах.

Ты уедешь, а я обязательно что-нибудь забуду. Чем тебя дёргать, лучше запишу. Так надёжнее.

Наташа, незаметно для себя, переняла нотки голоса начальницы и научилась также холодно отбривать излишне разговорчивых.

– Вопросы по работе? Обсудим. Нет? До свиданья.

И дело не в неучтивости. Это вопрос выживания, когда со всех сторон давят сроки и начальники. Уж извините, расшаркиваться некогда.

«Правильный подход. Ну просто мой двойник, честное слово».

Света с облегчением выдыхала, кивала и протягивала ученице очередную порцию инструкций.

Светлана терпеть не могла головотяпства и беспорядка в бумагах. Поэтому с удовольствием наблюдала, как Наташа прибирает на столе, раскладывая документы в файлы, подшивая счета в папки, расставляя цветные разделители и надписывая заголовки.

«Кажется, за отдел можно не беспокоиться. Он в надёжных маленьких и очень цепких ручках».

Чтобы облегчить жизнь преемнице и оставить добрый след в отделе, Света решила написать пошаговое руководство, включающее подробную процедуру обработки счетов от регистрации до оплаты, и пояснения к своим должностным обязанностям. Включила список всех нужных телефонов и контактов. Приложила кодировку затрат. Расписала сроки и требования.

Работа оказалась муторная, но шла быстро, так как процесс отработан почти до автоматизма. Правда, минус два-три часа у сна каждую ночь, но это того стоило.

Когда распечатала последнюю страницу, подшила объёмистое творение в красную папку и вручила Наташе, та радостно заверещала и бросилась душить Свету в объятиях. Чуть с ног не сбила. Расцеловала – измазала щёки помадой. И слезами радости.

– Спасибо, спасибо, Светочка! Ты – чудо! Мы тебя совсем не знали, оказывается! Вот дурочки! Думали, ты злюка. А ты – самая лучшая! – и снова смех сквозь слёзы.

Света улыбалась:

– Злюка, злюка. Но бываю добрая.

Ну, вот ради такого момента можно и недосыпать ночами, и растирать затёкшую шею, и пить кофе литрами, пытаясь проснуться.

Лебедев время от времени вызывал к себе и каждый раз озадачивал чем-то новеньким:

– Светлана Николаевна, вы владеете PowerPoint?

– Чем, простите, владею?

Артём Анатольевич вздохнул:

– Ясно.

За недели плотного общения, Света уже научилась абстрагироваться от его затягивающего взгляда, отключающего мозг. Артём, полуприкрыв глаза, излучал свет сквозь длинные ресницы. А девушка усилием воли удерживала себя на краю сознания. Как собрать мысли в кучу, когда они врассыпную? Лучше бы отвёл взгляд…

Но ничего, со временем привыкла. И приноровилась даже предвосхищать вопрос, чем удивляла финансового.

Но не всегда. Случалось и опростоволоситься. Вот как сейчас. Что он такое сказал? Света зарделась, мысленно закрыла лицо руками. Но вслух честно призналась:

– Я не совсем поняла, простите…

– PowerPoint – программа для подготовки презентаций. Вам нужно её освоить. Причём, в сжатые сроки. Хотя бы азы. Давайте поступим так. Когда у вас день посвободнее?

Светлана не удержалась, усмехнулась.

– Такого не предвидится.

Но тут же осеклась:

– Можно выделить время в четверг. После обеда.

– Вот и отлично. Выделю вам одного из айтишников. Четверг после обеда… – Артём сделал пометку на календаре. – Будьте готовы в четверг, в четырнадцать часов. Павла к вам отправим – поработаете с ним до конца рабочего дня. Можете до четверга взять у него руководство по программе, прочитать, изучить что-то самостоятельно. Как видите, учиться приходится быстро.

Света внутренне запаниковала. В компьютерных программах она никогда не была особо сильна. Но что делать… Придётся в очередной раз переступить через внутренние страхи. Взять себя в руки и сделать это.

– Если другие смогли, то и я смогу!

Щёлк! Первая неделя пролетела как миг.

Глава 10. Ну что, полетели!

А ведь и правда, жизнь – зебра. Накрывает порой чёрная полоса, и хоть волком вой – столько всякой дребедени наваливается отовсюду. Одно к одному. И кажется, никогда эта полоса невезения не закончится.

Но вдруг – раз! – и просвет в небе. Свежий ветер дует изо всех сил, несёт с собою радостные перемены, разгоняя тучи. И вскоре такая чудесная лазурь разливается над головой, такое солнышко сияет, что всё былое кажется просто дурным сном.

Какое же облегчение наступает, когда плохое время неожиданно заканчивается! И жизнь хороша, и жить хорошо.

Света как раз испытывала это на себе. Ещё как будто вчера бегала от отчаяния к реке, отпуская в никуда кораблик с мольбой о помощи. Внутри всё сжималось от безысходности. Проблемы казались неразрешимыми, придавливали всей тяжестью к земле. Да ещё этот ноябрь со своей промозглой чернотой, мрачным небом и вечной сонливостью…