Легенды, были и сказки Крыма
- -
- 100%
- +
– Что ты, друг. Кем же станешь ты?
– Как потом величать тебя?
Половиной ты – Остров Островом
Вполовину же – материк-земля.
– Пусть зовусь я впредь Полуостровом,
Любо-дорого это имя мне.
На том и порешили. И поехало в землю теплую с той поры людей множество. Чуть не со всего света. Нравится им здесь. Дом построить решат – камень под рукой. Теленка и овечку завести – кругом травы сочные. А как взгрустнут, о красивом мечтают.
Деревца растят, сил не жалеют. Цветут те, глаз радуют.
Хорошо живется деревьям. Привольно. Листочками они шелестят, переговариваются:
– Я – Орешек. Меня зовут грецким.
– А вот я африканка, – сказала Пихта, – смотрите, какие у меня короткие иголочки. А еще я всегда зеленая.
Долго бы они еще говорили, как вдруг раздался шум. Затрещали ветки.
Несется кабан дикий, молодые деревья ломает. Кусты зеленые подминает.
– Догоняй его! Заходи сбоку! – слышно сзади.
Уходит кабан от погони. Бегут по следу люди. В руках копья длинные. За плечами луки тугие.
Через мгновенье все стихло.
– Охотники, – объяснил молодой Дубок, – пропитание себе добывают.
Ничего не поняли Миндаль и Инжир:
– Разве они питаются не так, как мы?
– Ну что вы, малыши, – рассмеялись соседи, – это нам нужна только Водичка и Солнышко. А человек любит еще мясо и плоды наши.
В этот день Миндаль и Инжир узнали много удивительных вещей. А когда за верхушку Сосны спряталось Солнце, раздались голоса:
– Удачная была сегодня охота.
– Много мяса принесем мы нашим сородичам.
– Путь еще неблизкий. Давайте отдохнем, – предложил кто-то.
– Привал так привал, – согласились другие.
– А ты садись на эту шкуру, – позвали охотники самого младшего.
– Ты заслужил сидеть на шкуре своей добычи.
– Удачной была твоя первая в жизни охота.
– Метким было твое копье, Кипарис.
– Ты первым настиг свирепого секача.
– Молодец!
Кипарис улыбнулся и робко сел. Внимание старых охотников ему приятно. Он расправил усталые плечи. Прислонился к тонкому стволу Миндаля.
– Ой! – от неожиданности вскрикнул Миндаль.
Юный охотник мигом обернулся:
– Извини, деревце. Я чуть было тебя не сломал. Как зовут тебя?
– Миндаль.
– Ты ведь живешь здесь недавно?
– Да. Я приплыл с того берега моря.
– Ну, хорошо. Подрастай. Тебя здесь никто не будет обижать. А я стану приходить к тебе в гости. Хорошо?
– Конечно! Приходи! – обрадовался Миндаль.
Посветлели лица охотников:
– У тебя доброе сердце, Кипарис. Сейчас ты сберег молодое деревце. Оно вырастет и накормит тебя.
Скоро люди ушли. А деревья еще долго смотрели им вслед. Стал Кипарис с тех пор к Миндалю приходить. Да не один, а с другом.
– Мне отец подарил Жеребенка. Посмотри, как красив он.
Повел Жеребенок умными глазами. Копытом стукнул:
– Вот какой я!
– Будет теперь у меня два друга, – сказал Кипарис.
Облокотился на Миндаль. Руку положил на гриву Жеребенка.
– Будет теперь трое друзей, – кивнул Миндаль, – Кипарис, Жеребенок и я.
– И-го-го! – заржал Жеребенок, – у меня еще никогда не было друзей. Как это хорошо!
После охоты Кипарис ложился в тени Миндаля и закрывал глаза.
– Я расскажу тебе сказку, – говорило ему деревце.
И рассказывало те удивительные истории, которыми так богат крымский лес.
– Расскажи мне, как ты приплыл сюда.
И Миндаль в который раз вспоминал свое путешествие. Своих далеких собратьев, подружку Волну и журчащий Ручеек, ласковое Солнышко и встречу с Инжиром.
Потом Кипарис бродил по лужайке с Жеребенком. Срывал сочные одуванчики. Клал их на ладонь. А Жеребенок своими теплыми губами нежно забирал их. Закрывал глаза и начинал медленно жевать.
Кипарис набирал букет цветов. Расчесывал гребешком гриву Жеребенка и вплетал в нее яркие звездочки цветов.
– У меня косички, как у девочки.
– И мне сплети веночек, – просил Миндаль.
Тогда Кипарис выбирал самые красивые цветы.
– Покажи, как ты плетешь их.
– Сначала одну косичку. Потом еще одну. Вот и готово.
И повесил на веточку венок.
– Спасибо тебе. Угощайся орешками.
Стук, стук – стучит камень о камень. Разбивает орешки Кипарис.
Один себе. Один Жеребенку. Один себе. Один Жеребенку.
– Сладкие орешки, – приговаривает Кипарис – Вкусные, как бабушкины лепешки.
– Нежные, как мамино молоко, – причмокивает Жеребенок.
Старше становился Кипарис. Однажды на лужайку никто не пришел. Деревья прошептали страшное слово:
– Война… Война…
– Из краев далеких враги пришли…
– Они хотят земли предков Кипариса забрать.
– Они хотят Кипариса в плен увести.
– А Жеребенка на конюшню отдать.
Тревожно стало, неспокойно. Спрашивают деревья друг друга:
– Где Кипарис? Где Жеребенок?
– Что с ними?
Да не знает никто. Как-то вечером прискакал Жеребенок:
– Ушел Кипарис с врагом биться. Нам велел его дожидаться. Обещал, как за лето подрасту, в осень меня с собой взять. На бой с врагом.
– Ты ешь побольше. Да в беге тренируйся. Чтоб к осени сильным быть, – наставляют его деревья.
– Будешь с Кипарисом по горам скакать. Врагов с земли нашей прогонять.
Потянулись дни длинные. Слышит однажды Миндаль голоса тревожные:
– Раненых везут. Кипарис среди них.
Собрали деревья листья да цветки целебные:
– Это для раненых.
Тут люди пришли. Что смогли – принесли.
– Берите мед лесной. Он враз больного на ноги ставит.
– Держите варенье из ореха грецкого. Он силу возвращает.
– Здесь инжир сушеный. От всех болезней лекарство.
А три подружки – Роза, Лаванда и Герань сказали:
– Возьмите масло наше целебное. Без него человеку никак нельзя.
Тут еще люди пришли. Еще раненым передачи сложили.
– Вот лепешки горячие, желудёвые. Это детишки желудей насобирали. Мы их подсушили. В ступке потолкли да в печи испекли, – говорят женщины.
– Кушайте. Поправляйтесь.
– Чтоб кровь не текла и ожог не болел – вот вам подорожник. На места больные положите. Сразу легче станет.
Еще много лекарств лесных люди принесли. Берут их раненые, говорят:
– Спасибо, люди добрые.
– Не нас благодарите, а друзей, что в лесу да поле растут.
Улыбнулись воины. А как все лекарства лесные употребили, так и выздоровели. Да только не сразу на войну поехали. На коней сели. Кипарис на Жеребенке дорогу указывает. Поскакали с лесом проститься, говорят:
– Спасибо вам, друзья верные. Если бы не вы, то по сей день нам не встать. Уходим нынче на войну. А вы растите – сил набирайтесь.
И ускакали. Времени всего ничего прошло, голоса раздались:
– Едут! Воины едут!
– С победой возвращаются!
Смотрит Миндаль, а впереди войска – Кипарис. В доспехах боевых. Плечи широкие да стан стройный.
– В бою первым был, – говорят о нем товарищи, – все войско за собой вел.
Так война и кончилась.
Тут из-за моря купцы приплыли:
– В честь победы привезли мы вам подарок. Семена дерева дивного. Посадите – не пожалеете.
И точно. Выросли из тех семян деревья славные.
– Какие они чудные. Зеленые круглый год.
– А какие они красивые.
– Как сказочно благоухает их хвоя.
– Жаль, что имени их мы не знаем.
– Давайте сами придумаем.
Думали-думали. Да только все не то. А Миндаль возьми да и скажи:
– Они стройные, как Кипарис.
Подхватили люди разом:
– Кипарис! Кипарис!
Так и назвали его. Миндалю за подсказку спасибо сказали.
С тех пор живет в Крыму это дерево. А про юношу смелого уже редко кто вспоминает. Разве что скажет кто-нибудь: «Стройный, как Кипарис».
Вот такую историю услышал я в крымском лесу.
А как книжку эту написал, дай, думаю, понесу ее на книжную фабрику. Чтоб напечатали. Пока собирался, решил в лес сходить. Что написал, друзьям-деревьям почитал.
Послушали они. Сказали, что понравилось. И еще одну историю мне рассказали. Очень просили, чтобы я вам ее передал.
Вот она, история эта.
Было это по ту сторону гор. Давний случай. И не при отцах наших. И не при дедах. А еще раньше.
Так слушайте.
Пришел как-то раз в лес мальчишка. Один пришел. Вида он обычного. Рубашка холщовая да штаны короткие.
К дубу старому подошел. Посмотрел по сторонам – нет никого. Ножик вынул и давай закорючки на стволе вырезать. Только толстая кора, не поддается. Надоело ему:
– Пойду что-нибудь еще вырежу.
А дуб ему вслед:
– Ты зачем мне больно сделал?
Только мальчишка этих слов не услышал. Он как раз мимо молоденького кустика шиповника проходил. А тот в это время цвел прекрас¬ными розовыми цветами.
Остановился озорник:
– Дай-ка веточку сорву.
– Не губи меня, мальчик. Посмотри на меня. Мой куст совсем маленький. Я только научился цвести.
– Ха-ха, – засмеялся тот в ответ.
– Не рви мои цветы. Приходи осенью, – снова просит кустик, – на их месте будет много полезных красных ягод.
А проказник взял и назло обломал целую ветку. Потом еще одну.
– Ой! Больно! – закричал Шиповник.
Да как уколет обидчика в палец.
– Ах, так ты меня шипами! Фу, какой нехороший, – и бросил цветущие ветки в траву.
И дальше пошел. Сучок срезал, обстругал его. Меч получился.
– Я – смелый воин!
И давай листья с одного дерева сбивать.
– На врага! Вперед! – и ветки затрещали.
– Ах ты, негодный мальчишка, – ухватило дерево того за рубашку. – Дуб обидел. Шиповник сгубил. Теперь на меня нападаешь!
И давай его колючками колоть.
Хотел мальчишка убежать, да не может. Держит его дерево ветками, точно руками. И колет, и колет.
– Какой ты воин! Вредитель ты! – приговаривает.
Бросил мальчишка свой меч боевой. И ну высвобождаться. Видит – дело его плохо. Захныкал:
– Отпусти меня, дерево. Я больше не буду.
Только то его не слушает. Держит крепко, да ворчит сердито:
– Будешь знать, как нас обижать!
Захныкал мальчишка пуще прежнего. Идет время, в лесу темно стало. Тут рыбаки из его деревни возвращаются. Мальчишка как закричит:
– Дяденьки, спасите!
Подошли те ближе. Рассмотрели, что к чему. Сразу все поняли:
– Попался. Так тебе и надо.
И хотели дальше идти. Потом сжалились и попросили дерево:
– Ладно уж. Отпусти мальца. Глупый он еще.
Говорят, больше тот мальчишка в лесу не проказничал. А как подрос – умным стал. Не то что сам лес обижать, детям своим наказал друзей зеленых беречь.
А дерево то с той поры прозвали Держидеревом. Что, не видели? В лес пойдите или в парк. Там с ним и познакомитесь.
Кузнецы с горы Демерджи
В давние-предавние времена жил на земле царь. Был он богатый и мудрый. Владения имел бескрайние. Много дней и ночей проскакать надо, чтобы увидеть их границы.
Было у того царя три сына. Юноши скромные и рассудительные. Любимым был младший.
Вот пришла пора царю умирать. Завещал он старшему реки и озера, поля и долины. Среднему – горы и леса. А младшему отдал землю, красивее которой не было на всем белом свете. Море лазурное у берегов крутых плескалось. Горы-великаны в тучи плечами упирались. В полях травы густые шумели. В лесах зверь да птица гуляли без числа, без счета.
Поселился там молодой царевич. Прожил он жизнь долгую и честную. А как время пришло – передал он ее детям своим, а те своим. Так и шел год за годом.
А посреди страны той расчудесной гора стояла. Была она высокая да красивая. Звали ту гору Фуна. Значило это – дымящаяся. Вот что про нее и места окрестные я вам расскажу.
Было это давно, когда Крым еще Крымом не звался. И море Черное имя другое носило.
Со стороны далекой, из земли, что на краю света, пришли в края южные люди добрые. Люди с руками крепкими, до труда охочие.
Немало дней были они в пути. Далеко ушли от родных мест. Счастье искали, про долю лучшую мечтали. Уж и подковы лошадям трижды сменили. Колеса в телегах новые приладили. Лето прошло, и зима ушла. А люди идут себе и идут. Долго ли, коротко ли, смотрят, а кругом горы высокие. В лесах богатых зайцы да лисы так под ногами и шастают. В долинах сады цветущие да виноградники зеленые. По выгонам стада тучные. Смотрят путники – глаз радуется.
Тут навстречу охотники идут. Поздоровались. Спрашивают те:
– Мы – охотники. Птицу ловим. Зверя бьем. Мясо едим и впрок солим. Шкуры вычиняем да одежду какую–никакую мастерим. Тем и живем. А вы кто будете?
– А мы род Демерджи. По-вашему – кузнецы. Издалека идем. Долю хорошую себе ищем. На земле умеем работать, со скотиной управляться. Но всего лучше мы дело кузнечное знаем.
– Нужное ремесло у вас, люди Демерджи. У охотников нужда большая в ножах острых да наконечниках тонких. Что были у нас, все поизносились да пообломались. А можете помочь нам?
– Ведаем мы, как из камня железного металл добывать. Знаем, как печи да горны плавильные строить. А что ножи да наконечники для копий и стрел – так для нас это – безделица. Будет камень железный в местах здешних, будет вам все, что пожелаете.
На том и распрощались. Пошли охотники своей дорогой. А Демерджи – своей. Идут, по сторонам смотрят. Знатоков камней в разведку посылают.
Смотрят – в поле крестьяне пашут. Спрашивают те:
– Мы – крестьяне. Пшеницу сеем. Зерно себе впрок готовим и на продажу даем. В садах груши да персики растим. В огороде зелень разную. Тем и живем. А вы кто будете?
– А мы род Демерджи. По-вашему – кузнецы. Издалека идем. Долю хорошую себе ищем. На земле умеем работать. Со скотиной управляться. Но всего лучше мы дело кузнечное знаем.
– Ой, как нужны ваши руки в краях наших. Земля твердая, что тот камень. Как ее пахать без плуга железного? Как в хозяйстве управляться без утвари острой? Сможете горю нашему помочь?
– Ведаем мы, как из камня железного металл добывать. Знаем, как печи да горны плавильные строить. Сделаем для вас, что скажете. Вот только камень железный найдем.
На том и распрощались. Крестьяне к работе вернулись, а Демерджи дальше пошли.
Еще три дня идут. Смотрят, а впереди море синее, красоты неописуемой. А на берегу люди сидят. Поздоровались. Спрашивают те:
– Мы – рыбаки. Лодки строим и рыбу ловим. Сколько нужно себе берем, а другое в продажу даем. Тем и живем. А вы кто будете?
– А мы – род Демерджи. По-вашему – кузнецы. Издалека идем. Долю хорошую себе ищем. На земле умеем работать. Со скотиной управляться. Да и рыбу немного удим. На крючок. А можно и сеткой. Но всего лучше мы дело кузнечное знаем.
– Хорошее ремесло у вас. Есть у нас нужда в крючках с хитрым жалом. И якоря для лодок наших нужны. Сможете нам подсобить?
– Ведаем мы, как из камня железного металл добывать. Знаем, как печи да горны плавильные строить. Сделаем для вас крючки да якоря. Дайте только время камень железный найти.
Поняли Демерджи, что будь ты хоть какого рода–племени, почет тебе по рукам твоим идет. Разве что разбойник да лентяй-лежебока руками своими ни до чего не способен. А если ты Человек, то дело, людям нужное, для рук своих найди. А из дел многих одно-единственное, что по душе тебе, делай других лучше. А что руками своими сделаешь – тем гордись.
В труде и слава, и радость придет. Подумали так Демерджи, а тут и мальчонка Демка, что в помощниках у старика-мастера ходил, камень железный приволок.
– Где нашел? – спрашивают.
– Вот на той горе, что шапку надела, – и пальцем тычет.
Смотрят Демерджи, а и верно. На верхушке горы шапка-облако. Да так справно надета. Ну на самую на макушку.
– Пойдем, Демка. Покажешь место, где камень сыскал. И пошли они в горы. На место выходят, а там камня железного видимо-невидимо.
Обошли мастеровые место кругом. Находке радуются, мальчонку похваливают.
– Молодец, – говорят, – Демка. На этом месте печи поставим.
Загордился мальчонка. Ходит такой важный:
– А уголь на печь где брать будете? – спрашивает.
– А вон в том лесочке, что за бугром. Свалим дерево, веток да поленьев нарубим. В яму глубокую побросаем. Костёр разведём, а сверху травой да глиной покроем. Отверстия для воздуха оставим. А как огонь разгорится, мы их засыплем. Остынет костер – готов уголек.
– А меха из чего шить станете? – не унимается мальчонка.
– В лес пойдем. На зверушку силок поставим. Или еще как добудем. Шкуру вычиним. Вот тебе и мехи для поддувала.
Хотел Демка еще чего спросить, ученость свою показать, да только братка старший – шлеп его по затылку:
– Ты хоть место богатое и нашел, а нос не задирай. Ты ж кузнец, а не кто нибудь.
Покраснел Демка и слово себе кузнецкое дал никогда больше не задаваться.
Так и решили люди Демерджи в этих краях поселиться. Трудиться мужчины стали на горе. Там как нельзя сподручнее этим заниматься. А селение разбили в долине. Тепло здесь. Ветер не такой сильный, как на вершине. Мало-помалу обжили склон. Года не прошло, а плоды рук человеческих видны издали. Дома поднялись. В трубах дымок. Двери крепкие тепло держат.
Ещё год прошел. Потом ещё. За ним ещё время пролетело. Потянулись к Демерджи крестьяне да охотники, дровосеки да рыбаки. Кому только не выходила нужда к кузнецам обращаться! Чуть не со всей земли приморской шли пешком да ехали на лошадях люди к кузнецам.
Подрос мальчонка Демка. Решил старшим помогать. Стал, как другие Демерджи, в кузнице трудиться. Чего только не было здесь. Главная из главных – печь. Растопят её мастеровые. Мехами воздух свежий в поддувало нагонят, чтобы ярче горело. Пышет жаром, что чудище сказочное.
Руду железную, перед тем как в печь забросить, промоют. Для этого тут бассейны да корыта каменные. Вода весь мусор прочь уносит.
– Теперь камень железный богатым сделаем,– приговаривают кузнецы и смешивают руду с известью.
Много секретов знают кузнецы. Со стороны дело вроде и не хитрое. Знай себе бросай руду в печь да жди, когда железо потечет. Поспевай формы нужные подставлять. Да только это с виду дело простое. Как в любом ремесле. Чтоб железо получить, многому научиться нужно. Настоящим кузнецом человек лишь к концу жизни становится.
Так сложилось в жизни мальчонки Демки, что из подмастерья стал он мастером. Стройным юношей у печи стоял. Дело родительское продолжал. Как идут мимо люди, так с приветом кивают ему:
– Здравствуй, Демер!
А как ещё время прошло – годы взяли своё. На манер других кузнецов вчерашний мальчонка бороду отпустил. Выучился тайнам кузнечным. Трудился других не хуже.
Проходят люди. Машут рукой:
– Здравствуй, Демерджи! Золотые у тебя руки.
А он железо льет да молотком постукивает. Не поспевают за ним помощники шлак из мастерской выносить.
Заметил как-то Демерджи, что готовый клинок крепче становится, если его второй раз нагреть. Помощники печь раздуют. Докрасна клинок накалят. А мастер клещами в огонь и в воду клинок.
Так славно трудился род Демерджи, что не было вещи, что они выковать не могли. И выходили из рук умелых мотыги и серпы, ножи виноградные и орала, топоры да молоты, иглы и гвозди.
Научились кузнецы из меди и бронзы делать наконечники стрел и копий, шлемы и панцири, украшения и конскую сбрую, монеты и инструменты медицинские, зеркала да сосуды разные. Из свинца тяжелого отливали гири и грузила. Да всего и не перечтешь.
Придумали кузнецы себе инструмент немудреный. Клещи да молотки с деревянными ручками, ножовки да зубила, наковальни железные и напильники, камни точильные да шлифовальные.
Шел мимо как-то с брани воин. Силы на исходе. От слабости ноги едва передвигает. Меч от сечи долгой затупился. Кольчуга копьем вражьим да саблей посечена.
– Заходи, ратник. Водицы испей. Хлеба-соли откушай. Поведай, куда идешь, – говорят ему Демерджи.
– Напали на нашу землю враги. Жен да детишек хотели в полон увести. Добро, трудом нажитое, пограбить. А землю так и вовсе себе забрать. Да поднялись мы. Долго бились, пока последнего за море не прогнали. Иду вот домой из похода. Да подпортил враг кольчужку. А кольчужка-то не простая. Десять мастеров заморских тридцать дней и тридцать ночей над ней трудились. Говаривали, что она одна на весь свет такая. Сносу ей не будет. Уж не подсобите ли мне? Не возьмется ли кто из вас кольца порубленные заменить?
Посмотрел Демерджи – работа нелегкая. Да ратника выручать надо.
– Отдохни с дороги, воин бесстрашный. В горах наших здоровье к тебе вернется. Воздух чистый силы удвоит. А через три дня приходи за работой.
Сказал так. Взял кольчугу и пошел. Развел огонь в печи, вытянул из железа проволоку да в кольца её заплел. Два дня на свет не выходил.
А в третий день молотком постукивает. Счет кольцам про себя ведет. Одно к другому, как зернышко к зернышку, укладывает. А как ратника увидел, с рук на руки кольчугу отдал.
Посмотрел ратник и диву дался:
– Новее новой кольчужка вышла. Блестит на солнце, точно чешуя рыбья. Давай, кузнец, испытаем работу твою. Кинжалом кольчужку порубим.
И пошел натягивать её на бревно.
– Неладное дело ты затеял, воин. Не на бревно – на меня надевай работу мою. Руби кинжалом нещадно.
– Не могу, кузнец. А как ненароком разрублю железо? Ой и беда выйдет. Быть тебе мертвым.
Да не послушался Демерджи, надел кольчугу.
Ударил ратник в первый раз. Ничего кольчуге не сделалось. Во второй раз ударил. Искры посыпались. Ударил в третий. Кинжал острый зазубринами покрылся.
А кузнец стоит и усмехается. Отдает кольчугу и спрашивает:
– Ну как, хороша моя работа?
– Ох и великий ты мастер, Демерджи. Славные у тебя руки.
Поблагодарил его и пошел своей дорогой.
А Демерджи вернулся в кузню. С земли поднял кольчугу заморскую и сказал:
– Значит, могут кузнецы наши ковать кольчуги не хуже мастеров заграничных. Коль хозяин подмены не заметил, видать, на славу мы дело свое делать умеем.
Тут к кузне ребятишки подбежали да просят:
– Расскажи нам, дяденька, про ремесло твоё.
Другие перебивают:
– Про железы разные, что есть на белом свете.
Посадил кузнец ребят в круг. Рядом пламя в печи пляшет. Глядит на него Демерджи – улыбается. Огонь в ответ ему язычок показывает. Тут мастер речь повел:
– Старинное ремесло наше. Ещё в древних Афинах храмы возводили. Да не простые, а в честь богов – покровителей кузнецов. Имя им Гефест и Афина – Эргана. Для них устраивали праздники пышные. По сей день чтим мы богов. Посмотрите в наши кузни. На стенах их – фигуры. Знают мастеровые: труженику доброму завсегда бог в помощь придет. Без железа человеку никак нельзя. Это сейчас, что ни воин, то с мечом железным да в кольчуге каленой. А раньше с чем на войну пойдешь? Палицу из ветки крепкой смастерил, вот тебе и оружие. А как поле вспахать? Плуга железного не было. А деревянный для пахаря одно мучение. Да и топоры с ножами были не лучше. Всё из камня. Что это за топор? Стали люди в древности замечать камешки блестящие. Бьешь его, а он не колется. Посильнее ударишь, он плоским или еще каким становится. Было это серебро да золото. Стал его человек в дело пускать.
Смеются мальцы:
– Значит, пращуры наши ножи и топоры из золота мастерили?
– А вот и нет. Потому как золото мягкое. Какой из него топор? А вот украшение или утварь какую сотворить из него можно. А однажды по случаю упал в костер камень цвета зеленого. Остыл костер, а там – красные слитки. То была медь. Но и она была для оружия мягкая. Смешали ее как–то с оловом-металлом и получилась бронза. И пришла она на смену камню. А потом стали и железо добывать.
Перебивают кузнеца малыши:
– Знаем! Знаем! Это ты камень железный на Фуне нашел и с родичами его плавить стал!
Кивает бородой Демерджи:
– Верно это. Как верно и то, что в земле нашей спрятаны богатства великие. Ходил я в Корчев-город. Там видел камни железные, что в море стоят. Высотой они с дерево. Забирал с собой и плавил камень железный цвета бурого размером с горошину. А как рыбачил на море Сурожском, находил на дне камней железных множество.
Много ещё чего в тот день рассказал кузнец ребятишкам. А время между тем бежало. Трудились Демерджи рук не покладая. Ещё краше стал цветущий край. Ещё звонче запели свои песни веселые птицы. Ещё звонче зазвучали голоса счастливых людей.
Даже боги, видя такие прекрасные перемены, радовались у себя на небесах этому человеческому счастью.
Но однажды темной дождливой ночью в селение ворвались чужаки. Долго они следили из-за дальних скал, чем можно здесь поживиться.
Набросились на деревню. Побежали женщины на вершину горы за помощью к мужьям. А чужаки настигли их и говорят: