Мангровый цветок

– Ты уж присмотри за моей рябой коровой, чтобы раньше времени не убежала домой из стада. Ты ведь уже знаешь, привычка у неё непутёвая такая!

За околицей села около небольшого пруда скот с верхней и нижней слободы слились в одно большое стадо. Многие животные подошли к воде и с наслаждением пили мутную желтоватую воду. Пастухи их не торопили, терпеливо ожидая, когда все напьются. К Мише подбежал их дворовый пёс Мухтар и игриво завилял хвостом. Мальчик ласково потрепал его по холке, а пёс старался подпрыгнуть и лизнуть его в лицо. Мухтар никогда не упускал случая, чтобы отправиться на луга стеречь с хозяевами скотину. Молодой пёс был сообразительным и хорошим помощником. Играя с собакой, Миша увидел отца, который подошёл к нему, внимательно посмотрел на вдруг повзрослевшего сынишку от свалившейся на него ответственности и сказал:

– Сегодня погоним стадо пасти на дальние луга, к лесу, там трава сочней и гуще.

Многие из сельчан пасли сельское стадо на ближних лугах, не желая утруждать себя дальним перегоном, потому трава здесь из-за частого выпаса была хуже, и скоту было сложнее насытиться. Недовольны были и многие хозяйки, которые надаивали меньше молока от полуголодных животных.

Когда животные вдоволь напились, отец с сыном и весело лающим Мухтаром погнали стадо на пастбище.

При перегоне стада папа шёл впереди, выбирая правильный путь и нужный темп, а Мишка шёл сзади и следил, чтобы ни одно животное не отстало. Стадо двигалось неторопливо, выхватывая пучки травы и с наслаждением её пережёвывая, тем не менее Мише показалось, что они как-то незаметно пришли на дальнее пастбище. Как и говорил папа, трава здесь была сочной и густой. Стояла утренняя прохлада, и животные спокойно паслись на заливных лугах.

Ранний подъём и дальняя прогулка по свежему воздуху пробудили чувство голода. Михаил расположился на небольшой возвышенности, откуда было хорошо видно всё стадо, достал из походной сумки припасы, приготовленные мамой, и разложил на белоснежном с вышивкой рушнике. Вскоре подошёл папа, оглядел округу и шутливо, но с одобрением произнёс:

– Молодец, правильное место выбрал, всё стадо как на ладони!

Миша любил и уважал отца, его одобрение для него много значило! Тяжело сложилась жизнь отца – воевал с 1941-го по 1945 год. Вернулся с подорванным здоровьем, и его – фронтовика, проливавшего кровь за Родину, оговорили злые языки. Десять лет он был оторван от семьи и работал в спецлагерях для «врагов народа». Несправедливое наказание не озлобило его душу, он никого не винил и, вернувшись, добросовестно трудился в колхозе. Отец работал хлебовозом и развозил на телеге, запряжённой лошадкой, хлеб по сёлам и деревням. Был человеком ответственным и, чтобы сельчане ели свежий горячий хлеб, выезжал на работу в три утра.

Пастушок с отцом ели варёные яйца с белым хлебом и запивали молоком из бутылки. Мишке казалось, что вкусней этой еды нет на всём белом свете!

Пока животные мирно паслись, Михаил нашёл земляничную поляну и стал наслаждаться ягодами. Мухтар тем временем бегал вокруг и, как настоящий охотничий пёс, всё время что-то вынюхивал. Вскоре он радостно взвизгнул, а затем громко залаял, и в этот момент Миша заметил, как перед Мухтаром из зарослей дикого шиповника выскочили и разбежались в разные стороны несколько маленьких птичек.

Это, как определил Михаил, были птенцы куропаток, которые взлетать ещё не умели, но уже проворно бегали. Мухтар на миг растерялся – не мог определиться, за какой птичкой бежать. Но тут из кустов шиповника выпорхнула мама-куропатка. Она опустилась на землю недалеко от собаки и стала изображать подранка, отвлекая «врага» от своих птенцов. Михаил с улыбкой и интересом наблюдал, как Мухтар поддался на эту хитрость и погнался за куропаткой. Когда птица убедилась, что её детки находятся в безопасности, прекратила игру в догонялки с собакой и отправилась к своим птенцам.

Незаметно время близилось к полудню, животные насытились травой и стали заходить на поле с зелёными посевами. Михаил знал, что поедание «зелёнки» было очень опасно для животных, особенно для коров, потому что она плохо переваривалась организмом крупного рогатого скота, что приводило к вздутию живота и порой к смертельному исходу. Миша без устали носился с одного края стада на другой, выгоняя коров с посевов.

Однажды их корова Милка объелась таких зелёных посевов и от боли стала жалобно мычать, бока раздулись, как будто в животе у неё был телёночек. Папа сразу понял, в чём дело, и долго гонял Милку по кругу, пока она не пришла в норму.

Ещё больше прибавилось работы у пастухов, когда стало совсем жарко и оводы стали сильно жалить коровок, отчего они разбегались, стремясь зайти поглубже в лес и спрятаться в зарослях орешника. Некоторые коровы даже попытались убежать домой, особенно рябая корова тёти Маши. Тут уж Мухтар был незаменимым помощником. Он громко лаял при попытке любой из коров улизнуть из стада, преграждал ей путь, давая возможность пастуху подойти и вернуть животное назад. Бывали случаи, когда непослушных и ретивых коров пёс догонял уже на полпути домой, тогда он подпрыгивал, ловил за ноздри провинившихся бурёнок, и они в испуге останавливались. При этом умный пёс не наносил ни малейшей травмы животным.

Овцы, спасаясь от жгучего солнца, сбивались в стадо, создавая тень друг другу, иногда укрывались от жары в тени среди деревьев или под обрывом. Но солнышко поворачивало, и там, где была тень, вскоре становилось солнечно и жарко. Михаил с любопытством наблюдал, как стоило только одной овечке перебежать в другое место, как за ней одна за другой следовали остальные, и всё стадо перемещалось на новое место.

Было жарко не только животным, но и людям, пасшим животных. Миша с папой пили воду из походной фляжки, привезённой папой с фронта. Каждый раз, когда мальчишка брал её в руки, он с любопытством рассматривал глубокую вмятину на боку, как будто оставшуюся от удара тупым топором. Папа долго не рассказывал, как появилась эта отметина, ему было тяжело вспоминать военные годы. Но однажды поведал, что эта отметина осталась от осколка снаряда, разорвавшегося рядом во время боя. Осколок задел флягу по касательной, оставив надолго в памяти тот страшный бой и счастливое спасение.

В полдень стадо не спеша погнали в стойло к тому самому пруду, за окраиной села, где животные утром утоляли жажду. Коров на дойку надо пригнать вовремя, иначе животных, вымя которых наполнено молоком, невозможно будет удержать. Когда стадо оказалось у пруда, бурёнки с неимоверной скоростью бросились к воде и стали утолять жажду. Несколько коров, спасаясь от назойливых мух и оводов, залезли в пруд. Пришедшим их доить хозяйкам стоило большого труда выгнать их оттуда, а некоторым женщинам пришлось заходить в воду и хворостинкой выгонять своих коров.

Пока пастушок по просьбе тёти Нюры помогал выгонять из пруда её комолую корову, мама подоила Милку. Миша с мамой пошёл домой пообедать, помогая ей нести ведро с молоком, а папа остался сторожить стадо.

Пока сын мыл руки и умывался, мама поставила на стол холодную вкусную окрошку, какую могла делать только она, а рядом варёную картошку. Миша принялся с большим аппетитом уплетать обед, размышляя: «Как мама всё успевает: корову подоить, обед приготовить, на работу сходить?»

Мама, ласково поглядывала на сына – на лице, загоревшем от солнышка, проступили конопушки, радостно сияли глаза и белоснежные зубы, казалось, он совсем не устал! Процеживая молоко из подойника через марлю в глиняные крынки, она тоже размышляла о том, что деревенским детишкам некогда отдохнуть, трудятся наравне со взрослыми, затем налила в кружку парного молока и поставила на стол для сына.

Миша уже наелся, но всё же с наслаждением выпил молоко, на верхней губе остались усы от пенки. Немного передохнув, мальчик пришёл в стойло сторожить стадо, а папу отпустил домой обедать.

После того как немного спала полуденная жара, стадо вновь погнали на дальнее пастбище. Но в этот раз они прошли ещё дальше того места, где пасли скот до обеда. Остановили стадо в лощине с густой и сочной травой между лесом и лесопосадкой на краю поля, насаженной для задержания снега зимой.

Отец поручил Мише следить, чтобы животные не заходили на колхозное поле через узкую лесополосу, а сам смотрел, чтобы коровы не ушли в лес, где они надеялись спрятаться от оводов. Неутомимый Мухтар помогал следить за порядком, постоянно обегая вокруг стада, обозначая своё присутствие громким лаем.

Вдруг что-то насторожило Мухтара, принюхиваясь, он побежал в лесопосадку. Вскоре раздался громкий лай, затем пёс взвизгнул, как щенок, и замолк, а через минуту прибежал и бросился Мише под ноги, будто искал защиты. Тут Миша увидел, как совсем близко из зарослей посадки вышла большая собака.

– Откуда она тут взялась? – подумал мальчик.

Приглядевшись, понял, что это волк. Зверь, не обращая внимания на Михаила, направился к пасущимся недалеко овцам с ягнятами, намереваясь, по всей видимости, схватить ягнёнка. Михаил, недолго думая, щёлкнул кнутом изо всей силы. Звук получился громким, похожим на выстрел. От неожиданности волк остановился и даже пригнулся к земле. Пока зверь определял, откуда может исходить опасность, Михаил приблизился на расстояние длины своего кнута и стеганул по волку так, что на шкуре мгновенно проступил красный рубец. Волк взвизгнул и, поджав хвост, бросился бежать к лесу, едва увернувшись от удара кнута папы, и скрылся в чаще.

Только проводив взглядом серого разбойника, Миша почувствовал, как вспотел, а по телу от напряжения пробежала мелкая дрожь. Он не успел испугаться за себя, он боялся, что зверь успеет убить маленьких беспомощных ягнят. Отец в этот момент был далеко, на опушке леса, и не мог помочь сыну, он лишь с тревогой наблюдал, как поступит в такой сложной ситуации Мишка. И вновь, уже не первый раз за этот день, с гордостью отметил, что сын вырос, стал надёжным помощником, хотя годами и росточком был ещё маловат! Он подошёл к Мише и, не выдавая своего волнения, сказал:

– Ты поступил как настоящий мужчина, не струсил! А это был волчок прошлогоднего выводка, молодой и неопытный, матёрый волк опасается людей, не подойдёт к ним близко.

Достал что-то из кармана и протянул сыну горсть лесных орехов. Миша обрадовался угощению, всё же он был ещё ребёнком, про себя подумал: «Как папа нашёл орешки, ведь они ещё только начинают созревать?» Он спросил об этом отца, но тот только загадочно улыбнулся в ответ. Папа очень любил своего сынишку и всегда старался чем-то его побаловать в это непростое время.

Мухтар, оправившись от страха, виновато завилял хвостом и в знак благодарности за своё спасение старался подпрыгнуть и лизнуть в лицо пастушка. Затем, вспомнив о своих обязанностях, пёс с лаем бросился на овец, забредших в посадку.

Незаметно наступил вечер – пора гнать стадо домой. Коровы всё чаще посматривали в сторону села, а наполненное вымя означало, что пришло время дойки. Некоторые из самых строптивых, особенно рябая корова тёти Маши, так и старались сбежать домой пораньше. Пастухам приходилось поддерживать дисциплину при помощи кнутов. Как только солнышко стало заходить за горизонт, стадо погнали домой. Входили в село, когда уже начало смеркаться. Вымя у коров было наполнено молоком, при движении излишки сочились на землю. Дорожная пыль, поднятая множеством копыт, смешивалась с запахом молока и оседала на землю. Этот волнующий запах молока, горячей пыли и вечерней прохлады Миша запомнил на всю жизнь.

Все овечки спешили к своим подворьям, где их встречали заботливые хозяйки, ласково подзывая своих питомцев по именам и угощая кусочками хлеба. Из всех дворов неслось звонкое: «Кать-Кать-Кать…», «Зин-Зин-Зин…». И овечки, узнавая голос хозяйки, бежали домой.

Коровы спешили в стойло по другой причине – переполненное вымя создавало неудобства и даже боль, и они с нетерпением ждали, когда хозяйки заберут молоко.

Только к вечеру Миша ощутил, как он устал и как доволен прошедшим днём. Мальчик бережно скрутил свой кнут и повесил на гвоздь в сарае рядом с отцовским. Выходя из сарая, обернулся и, ещё раз оглядев свой кнут, утвердился в мысли, что хорошую вещь смастерил, достойное испытание выдержал сегодня, не подвёл!

Миша по привычке помылся до пояса на улице – приятная прохлада взбодрила – и вслед за отцом вошёл в дом. На столе их уже ждал ужин, приготовленный мамой, и крынка парного молока. Перекусив, мальчик выпил на ночь молока, смахнул с губы молочную пенку и отправился спать. Скинув с себя одежду, заснул, как только коснулся головой подушки. Он уже не слышал, как мама подошла к кровати, нежно укрыла сына одеялом и сказала:

– Умаялся за день наш любимый пастушок!

Шаровая молния

Лето выдалось жарким, не был исключением и этот день. Солнце палило нещадно, местами земля высохла, и через широкие и глубокие трещины уходила последняя влага, а на деревьях от жары стали желтеть и скручиваться листочки.

Генка с утра до вечера проводил время на пруду с друзьями. В воде было спасение, и они плавали, ныряли, играли в догонялки. Передохнув и погревшись недолго на берегу, мальчишки снова бежали в воду, разноцветные радужные брызги разлетались в разные стороны.

Ребята загорели до шоколадного цвета, а Генка – темнее всех, его даже стали называть цыганёнком, но он на это не обижался, а только улыбался, его крепкие белоснежные зубы казались ещё белее на тёмном лице.

В этот день вся ватага друзей играла в казаки-разбойники в старом заросшем колхозном саду. Солнце, как обычно, припекало, на небе не было ни облачка, но в тени старых развесистых яблонь и груш детям было не жарко.

Вдруг к полудню набежали чёрные тучи и заволокли всё небо, солнце скрылось, и потемнело, как будто наступил вечер. Запахло дождём. В небе раздались раскаты грома, всё громче и ближе, казалось, небо раскалывается у ребят над головой. Затем молния то острой стрелой вонзалась в землю, то озаряла полнеба. Упали первые редкие и крупные капли дождя. Они, ударяясь о листья деревьев, издавали громкие хлопки и разлетались на мелкие брызги. Попадая на землю, покрытую густой пылью, капли дождя оставляли вокруг себя небольшие круги, такие, как на воде, только на воде круги исчезали, а в пыли они оставались. В воздухе запахло свежестью и мокрой пылью. Затем раздался оглушающий раскат грома, всем показалось, что земля задрожала и деревья закачались. Сверкнула молния где-то совсем рядом, и хлынул ливень.

Ребята бросились врассыпную по домам. Побежал домой и Генка, но едва выбежал из сада, был уже весь мокрый.

Уставшая от зноя земля жадно впитывала воду. Ливень был такой силы, что просто стоял стеной. Вода шумными потоками устремилась в низины, превращая дороги в непроходимые болота из чернозёмной жижи. Геннадию пришлось снять сандалии, чтобы не потерять их в липкой грязи. Он бежал босиком по лужам, утопая по щиколотку в тёплой и мягкой жиже. Брызги из луж разлетались в разные стороны, а грязь из-под ног летела на спину. Радость и восторг переполняли душу мальчика, когда он бежал домой, и тёплые тугие струи дождя с силой били в лицо, грудь, спину.

Дома он скинул с себя мокрую одежду, вытерся полотенцем, надел сухую одежду и только теперь, переведя дух, почувствовал, как проголодался. Гена прошёл на кухню, где на столе, как обычно, стояла кружка парного молока, а рядом лежала краюха душистого белого хлеба. От его запаха закружилась голова! Мальчишка уселся за стол и с огромным аппетитом стал уплетать душистый свежеиспечённый каравай, корочка которого аппетитно хрустела. Хлеб он запивал вкусно пахнущим парным молоком, и, казалось, что вкусней этого хлеба и молока ничего не бывает!

Гена сидел у окна и слушал, как ливень шумит в листьях деревьев, порой на него даже попадали брызги через открытую форточку.

Пережидая непогоду, Гена сел почитать книгу, время от времени поглядывая в окно. Вдруг сверкнула молния с такой огромной силой, будто небо разрезало на половинки, и через мгновение раздался страшный раскат грома. Гена отложил книгу и заворожённо смотрел в окно на бушующую стихию.

В это время в форточку плавно, не спеша, как в замедленной съёмке, влетел огненный шар. Он был красно-жёлтого цвета с голубоватым ореолом и размером с небольшой резиновый мяч, сантиметров пятнадцать в диаметре. Огненный шар вплыл в комнату и замер в полуметре от лица мальчика, как будто разглядывая его и раздумывая, что делать дальше. Генка тоже замер и не шевелился, даже дышать стал через раз. Потрясённый невиданным зрелищем, мальчик не успел испугаться, а внимательно разглядывал шар. Ядро в этом светящемся мячике было будто переплетено из жёлтых и красных нитей, и они вращались, дальше от центра огненного шара извивались оранжево-голубоватые змейки. Мальчик успел отметить, что он не излучал тепло. Затем огненный шар не спеша облетел кухню, как будто что-то искал, но, не найдя ничего интересного, вернулся на прежнее место. На улице вновь сверкнула молния, и светящийся клубок резко сорвался с места и вылетел в форточку, не причинив вреда. Генка облегчённо вздохнул – только теперь он испугался, вытер проступивший холодный пот со лба и посмотрел в окно вслед улетевшему шару.

Поведение неизвестного объекта удивило мальчика, ему казалось, что он столкнулся с каким-то таинственным и разумным существом.

На улице дождь прекратился, последние капли дождинок стекали по стеклу.

Вечером мальчишка рассказал обо всём родителям. Они объяснили ему, что это была шаровая молния, и похвалили сына за выдержанное и спокойное поведение, что, возможно, и спасло ему жизнь. Ещё он узнал от родителей, что если гроза застала на улице, то нельзя прятаться под большими деревьями, потому что молния попадает в одиночные высокие объекты, а если дома пережидаешь грозу, то необходимо закрыть двери, окна и форточки.

Этот случай мальчик запомнил на всю жизнь и друзьям рассказал, как бывает опасна гроза, и что нужно делать, чтобы уберечься от беды.