Карта Шута

Исчезновение Учителя

Ты единственный, который может простить себя за всё.

Гаутама Будда

Никита, после ухода Учителя, сильно изменился. Только сейчас до него стало доходить, что делал и говорил Све тозар.

– А был ли Зар вообще? – иногда приходила спасительная мысль. – Может, это я его придумал? Может, это был мираж? Может, я его увидел во сне или просто вспомнил из прошлой жизни? Даже на фотографиях его изображения размыты.

Ум пробовал хвататься за соломинку, лишь бы сбежать от ответственности. Ответственности за самого себя. Ник всячески старался не мифологизировать Зара. Он сильно привязался к этому человеку, и его внезапный уход до сих пор сдавливал горло обидой. Он не понимал, как можно было его – Ника! – бросить.

– Так нельзя было со мною поступать. Ведь это же я, а не кто-нибудь другой. Я – преданный! Я – в огонь и воду! А он – мерзавец! Вот так взял и исчез. Я его искал столько жизней; наконец нашел, а он что творит? Что творит?! Я думал, что обрел в его лице духовную опору, как островок безопасности в этом шатком мире. Я думал, что есть настоящий человек, который бесстрашен, а он так меня подвел!

А может, Зар попал в одну из магических ловушек и не может из нее выбраться? Может, он пал жертвой своих многочисленных экспериментов, а я жую сопли вместо того, чтобы начать его искать? Ведь кроме меня его никто не станет искать. Все считают Зара сильным и даже не догадываются, что он может быть в беде. Но где? Где его искать? Он может быть там, где я даже додуматься не могу. Что же делать? Внезапно Ник вспомнил, как обижался на учителя и клял его за глаза. Как пробовал сваливать на него свои проблемы. Как он расстраивался, что Зар не берет на себя его «обезьяну» – безответственность и разгильдяйство. Ему вдруг нестерпимо стало стыдно за свое инфантильное поведение. Тогда он оправдывал расхлябанность своей избранностью и пробовал конкурировать с Заром. В подражании великим адептам Ник даже за– гурил. Благо, что другие «гуру» вовремя обломали его оптимизм, а то могло закончиться всё очень печально… Он представил себя поджаренным на вертеле где-то в подвалах инквизиции нижних миров. Поджаривали его бывшие ученики, разочарованные и пострадавшие от его «коррекции кармы».

– Б-рррр!

Иногда мысли приобретали другое направление.

– Зар ушел, чтобы я поверил в себя и перестал на него полагаться. Пока рядом был Зар, я чувствовал его силу и защиту. Мне это было выгодно. Я брал на время его конструкции и инструменты сознания; своих – еще не было. Сейчас я сам отстраиваю свою жизнь. Я сам беру на себя ответственность за себя и свой род. Раньше я больше вампирил – стремился всё за счёт других получать, а сейчас мой род держится на моих плечах! Я уже не подросток, а муж.

Ник штудировал интернет. Он заходил на всевозможные сайты школ, форумов, центров, магов, сект. Многое, что было интересным. Он даже подсел на некоторые, однако, при ближайшем рассмотрении, базовые основы ему уже были знакомы. Он стал видеть и понимать, что в этих школах происходит на самом деле. О чём просто не догадывается паства.

– Как Зар умудрился мне все это дать? Зачем? Да и сам – откуда все это вытащил? – не переставал удивляться Ник.

Он явно перерос потребность в ашраме*. Да и знания Зара были направлены на практическую реализацию при этой жизни. Какие только мысли не приходили Нику в голову о Заре. Самая навязчивая идея выглядела примерно так.

– Зар живет в параллельной реальности. Там все как на Земле, но во времени они ушли на несколько десятков лет вперед. Зар приходит в наш мир уже с более совершенным опытом и знаниями. Он выбирает себе для жизни ту вероятную реальность, где его желания и мечты уже воплощены.

Почему-то эта версия успокаивала Ника. Хотелось верить, что Зар не ангел, не вымысел и не игра воображения, а конкретный во плоти человек.

– Сейчас Зар живет со своей семьёй в некой удивительной реальности. Его окружают любимые дети и жены, – решил он. – Время от времени он раздваивается или утраивается, и его дубли живут в еще более чудесных мирах. Все они летают по воздуху и дружат между собой мирами. А может, всё не так? Может он надел одежду садху* и просто ушёл в Гималаи?

Здесь фантазии и тревоги Ника заканчивались. Придумать что-ли6о еще мешала его ограниченность. Однако Ник верил, что на самом деле всё еще круче, чем он может себе вообразить.

Всевидящее око

Чтобы прорваться за пределы своих ограничений, требуется работать с тем, о чем пока даже думать невозможно. Требуется пойти туда – не знаю куда, чтобы найти то – не знаю, что.

Из дневника Дида

Нику уже казалось, что он вот-вот нащупает то бесконечно важное, что постоянно ускользает и ускользает. Это нечто было очень тонким и едва слышимым. Обнаружить мешала толстокожесть. Иногда он хватался за обрывки прозрений, но они, как зыбкий мираж, дымкой рассеивались в его сознании. Сознанию еще не хватало инструментов понимания того, что всегда существует, но что он еще не может осознать и увидеть. Здесь – в мире людей – всё было декорациями. Истинный мир был там – за этим притворством. Он это точно знал ещё с раннего детства. Однако постепенно взрослые приучили его притворяться.

– Еще чуть-чуть, и я вспомню, кто я и что я тут делаю. Хватит Великому Мистификатору водить меня за нос. Я уже понимаю, что вокруг чудовищная мистификация. Все играют чужие роли и делают вид, что вот это-то жалкое прозябание и есть жизнь! Ха-ха-ха! Пусть сами в этом живут. На самом деле всё абсолютно не так! Некий Злой Волшебник сковал меня чарами забвения. Мы – заколдованные пленники наведенных иллюзий. Хватит им всем притворяться! Им что, больше делать нечего?! Зачем они так усердно друг друга дурачат? Может, так они маскируют неуверенность в самих себе? Может, они боятся, что некто их разоблачит и покажет, что они – фальшивые; что они – марионетки?

Ник вспомнил, как в детстве он ощущал, что возле него постоянно присутствует невидимое существо. Оно всегда за ним заботливо присматривало. Во взрослом состоянии тоже были случаи, когда некто невидимый помогал ему избегать трагических случайностей. Этот невидимый не оставлял его ни на минуту. Но больше всего его впечатлял Глаз. Огромный Глаз возникал на его внутреннем экране и часами смотрел на него – не мигая. В детстве Ник в своих грезах наяву и даже во снах уносился в другое состояние. Внезапно на него ниспадало оцепенение. Механически он продолжал что-то делать, но сам был далеко-далеко. В это время он не слышал раздраженный голос матери, спешащей на работу, и не замечал окружающих. Где он был? Он не знал. Эти ощущения выпадения из обычного пространства и зависания между мирами были приятными. Здесь была некая передышка или пауза перезагрузки. В этой паузе он чувствовал, как растворяется его личность, и он просто раскрывается на всё вокруг. Здесь он сливался с Глазом и смотрел, смотрел, смотрел игры Вечности. В это время он был чистым восприятием.

Одно время Ник даже Боялся засыпать. Глаз внимательно, не мигая рассматривал его. День за днем! Ник, завороженный, часами, пока хватало духа, смотрел в него. Ему хотелось понять: кто и зачем рассматривает его? Затем он привык и отнес это явление в разряд необъяснимых. Ведь никто же не задумывается, как мы думаем, ходим, дышим, радуемся. Всевидящее Око просто наблюдает и всё! Не имея возможности объяснить своё видение, Ник отложил всё на потом. «На потом» было уже много чего отложено, что взрослые не могли вразумительно объяснить. Жаль, что это «на потом» забывается.

– Наблюдатель вне времени и пространства, или Зрящий! – решил он тогда. – Зачем и для чего он наблюдает? Наверное, просто фиксирует всё происходящее.

Позже, уже во взрослом состоянии, он обнаружил Всевидящее Око на православных иконах, на долларе и фресках Древнего Египта. В Древнем Египте это был Глаз Гора. Изображение Глаза Гора на долларе производило уже довольно зловещее впечатление. Ник инстинктивно недолюбливал масонов и старался держаться от них на пушечный выстрел. Что-то здесь было явно не так. Он даже попросил Зара разъяснить, почему он чувствует от масонов некую угрозу.

– Любая тайная организованная сила, желающая подняться на вершину власти и избранности, рано или поздно начнет «Священную войну» против людей. И всё во имя Всевышнего!

Ник задумался.

– А ведь точно! Так что, все тайные общества рано или поздно встанут на тропу войны?

– Непременно, – ответил Зар. – Держись от всего этого подальше. Многие из них так преуспели в умении зомбировать паству, что можно и не заметить, как станешь «борцом за идею».

То, что весь мир пишется на некую ленту памяти, он знал не понаслышке. Когда он всматривался в глубину Глаза, то из зрачка проецировались удивительные видения и образы. Ник внезапно становился участником Хроник Акаши*. Он рассматривал доисторических животных, странные города и удивительных людей. Всё это где-то там жило своей жизнью. Особенно часто он видел битвы людей, богов, демонов и магов. На его экране всё шли и шли войска. Их вели суровые полководцы, исполненные верой в победу. Битвы сменялись ужасными сценами гибели тысяч людей. И не было возможности понять, кто эти люди, из какой они эпохи и какое отношение имеют к нему – Нику.

– И где они сейчас? Что делают? Как сложились ихсудьбы? Что стало с их прахом и делами?

Видения и сны сильно отличались друг от друга. Во снах Ник знал, что он спит. Там он был героем развивающегося сюжета, тогда как в видениях – зрителем. Просто его безразмерный зрительный зал размещался внутри сознания. Трансляция происходила на внутреннем экране, а диапазон событий охватывал всю вселенную. Любое событие здесь можно было рассматривать сверху, снизу, изнутри, в развитии и с будущими результатами. Режиссер мог показать и рабочие версии, и абсолютно всё, о чём приходила мысль. Осознание сразу всей сути происходящего действия воспринималось одновременно. Сознание как бы вселялось во всех героев и сюжет. Оно легко просматривало ретроспективу события, мгновенно разворачивая прошлое и будущее к данному сюжету. При желании можно было рассмотреть даже кристаллическую решетку сплавов металла, из которых изготовлялись клинки.

– Вот где живут секреты любых технологий. Разве их можно спрятать? Здесь возможно всё! Просто они до поры до времени хранятся здесь, пока их не отыщет цепкий ум очередного Кулибина.

Единственное, чего нельзя было увидеть в видениях, это то, о чём еще нельзя было знать. Здесь царила довольно жесткая цензура. Допустим, Ник задавал конкретный вопрос Режиссеру о своем будущем или будущем страны и мира, а тот отделывался мутными аллегорическими сценами. Иногда вместо ответов транслировались геометрические фигуры и символы. Чаще всего Режиссер не отвечал или отвечал выборочно.

– Доступа к информации будущего нет, – понимал Ник. – Нужна готовность. Да и непонятно, какую версию считать основной?

Будущее выборочно всё же показывали. Иногда это сбывалось до мельчайших подробностей. Чаще всего события не сбывались в этой проекции реальности, но Ник верил, что они происходят где-то рядом. Однажды, в детстве, Ник проживал сразу в двух мирах одновременно. Они мало чем отличались между собою. Просто ночью Ник пробуждался в другом мире, где у него были другие родители и друзья. Время в том измерении текло более медленно, чем в этом мире, но все аспекты его почти не отличались от этого. Во взрослом состоянии во снах он изредка возвращался в тот мир, но воспринималось это уже как поездки в гости. Считалось, что там он в отъезде. Видения сильно отличались и от осознанных путешествий Ника в астрале. В астральном мире Ник ничем не отличался от себя нынешнего, и события вращались в потоке этого поля времени. Здесь он мог сознательно обучаться, назначать встречи, собирать информацию, управлять своей жизнью и влиять на свое прошлое, настоящее и будущее на Земле. События развивались как естественное продолжение его линии жизни. Они изобиловали конкретными опасностями и требовали адекватных действий. Сами действия также происходили в реальном, но более тонком мире. Ник знал, что в это время его тело спит или находится в кресле, тогда как его сознание – путешествует в дублирующих и дополняющих наш мир измерениях. То, что изменяется в этих мирах, приводит и к смене нашего будущего в материальной вселенной.

…Когда Ник был маленьким, он упал с качелей и потерял сознание. То, что он потерял сознание, он узнал позже от перепуганной мамы. А тогда он просто летел по коридорам света. В коридорах толпилось много прозрачных силуэтов людей. Они шептались между собой, что его ждёт сам апостол Павел. Нику это ни о чём не говорило, он просто увидел бородатого дядьку в белом одеянии.

– Мал еще, – ласково сказал дядька, – не успел нагрешить!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.