Под красным знаменем революции. Факты и размышления
- -
- 100%
- +
"Но решающий вопрос, – выдвигают противники восстания свой последний и сильнейший довод, – заключается в том, действительно ли среди рабочих и солдат столицы настроение таково, что они сами видят спасение уже только в уличном бою, рвутся на улицу. Нет. Этого настроения нет… Существование в глубоких массах столичной бедноты боевого, рвущегося на улицу настроения могло бы служить гарантией того, что ее инициативное выступление увлечет за собой и те крупнейшие и важнейшие организации (железнодорожный и почтово-телеграфный союзы и т. п.), в которых влияние нашей партии слабо. Но так как этого-то настроения нет даже на заводах и в казармах, то строить здесь какие-либо расчеты было бы самообманом" ("К текущему моменту"). …
Решение о вооруженном восстании было вынесено Центральным Комитетом 10 октября. 11 октября разослано было важнейшим организациям партии разобранное выше письмо "К текущему моменту". 18 октября, т.-е. за неделю до переворота, появилось в "Новой Жизни" письмо Каменева. "Не только я и тов. Зиновьев, – говорится в этом письме, – но и ряд товарищей-практиков находят, что взять на себя инициативу вооруженного восстания в настоящий момент, при данном соотношении сил, независимо и за несколько дней до Съезда Советов, было бы недопустимым, гибельным для пролетариата и революции шагом" ("Новая Жизнь", N 156, 18 октября 1917 года). 25 октября власть была захвачена в Петербурге, создано Советское правительство. 4 ноября ряд ответственных работников вышел из состава Центрального Комитета партии и Совнаркома, выдвинув ультимативное требование создания коалиционного правительства из советских партий. "…Вне этого – писали они – есть только один путь: сохранение чисто большевистского правительства средствами политического террора". И в другом документе того же момента: "Мы не можем нести ответственность за эту гибельную политику Ц.К., проводимую вопреки воле громадной части пролетариата и солдат, жаждущих скорейшего прекращения кровопролития между отдельными частями демократии. Мы складываем с себя поэтому звание членов Ц.К., чтобы иметь право откровенно сказать свое мнение массе рабочих и солдат и призвать их поддержать наш клич: "Да здравствует правительство из советских партий! Немедленное соглашение на этом условии!" ("Октябрьский переворот", – "Архив революции" 1917 г., стр. 407 – 410). Таким образом те, кто были против вооруженного восстания и захвата власти, как против авантюры, после того как восстание победоносно совершилось, выступили за возвращение власти тем партиям, в борьбе с которыми власть была пролетариатом завоевана. Во имя чего же победоносная большевистская партия должна была вернуть власть – а речь шла именно о возвращении власти! – меньшевикам и эсерам? На это оппозиционеры отвечали: "Мы считаем, что создание такого правительства необходимо ради предотвращения дальнейшего кровопролития, надвигающегося голода, разгрома революции калединцами, обеспечения созыва Учредительного Собрания в назначенный срок и действительного проведения программы мира, принятой Всероссийским Съездом С. Р. и С. Депутатов" ("Октябрьский переворот", – "Архив революции" 1917 года, стр. 407 – 410). Дело шло, другими словами, о том, чтобы через советские ворота найти путь к буржуазному парламентаризму. Если революция отказалась идти через Предпарламент и пробила себе русло через Октябрь, то задача, как ее формулировала оппозиция, состояла в том, чтобы, при содействии меньшевиков и эсеров, спасти революцию от диктатуры, введя ее в русло буржуазного режима. Дело шло не больше и не меньше, как о ликвидации Октября. О соглашении на таких условиях не могло быть, разумеется, и речи.
На следующий день, 5 ноября, было опубликовано еще одно письмо того же направления: "Я не могу, во имя партийной дисциплины, молчать, когда марксисты, рассудку вопреки и наперекор стихиям, не хотят считаться с объективными условиями, повелительно диктующими нам, под угрозой краха, соглашение со всеми социалистическими партиями… Я не могу, во имя партийной дисциплины, предаваться культу личности и ставить политическое соглашение со всеми социалистическими партиями, закрепляющими наши основные требования, в зависимость от пребывания того или иного лица в министерстве, и затягивать из-за этого хотя бы на одну минуту кровопролитие" ("Рабочая Газета", N 204, 5 ноября 1917 г.). В заключение автор письма (Лозовский) объявляет необходимым бороться за партийный съезд для решения вопроса о том, "останется ли Р. С.-Д. Р. П. большевиков марксистской партией рабочего класса, или она окончательно вступит на путь, ничего общего с революционным марксизмом не имеющий" ("Рабочая Газета", N 204, 5 ноября 1917 года). …
Принять требования оппозиции значило ликвидировать Октябрь. Но тогда незачем было и совершать его. Оставалось одно: идти вперед в расчете на революционную волю масс. 7 ноября в "Правде" появляется решающее заявление Центрального Комитета нашей партии, написанное Лениным … Воззвание это полагает конец каким бы то ни было сомнениям насчет дальнейшей политики партии и ее Центрального Комитета: "Пусть же устыдятся все маловеры, все колеблющиеся, все сомневающиеся, все давшие себя запугать буржуазии или поддавшиеся крикам ее прямых и косвенных пособников. Ни тени колебаний в массах петроградских, московских и др. рабочих и солдат нет. Наша партия стоит дружно и твердо как один человек на страже Советской власти, на страже интересов всех трудящихся, прежде всего рабочих и беднейших крестьян ("Правда", N 182 (113), 20 (7) ноября 1917 года).
Наиболее острый партийный кризис был преодолен. Однако внутренняя борьба все еще не прекращалась. Линия борьбы оставалась той же. Но политическое значение ее все более и более шло на убыль. Чрезвычайно интересное свидетельство находим мы в докладе, прочитанном Урицким на заседании Петроградского Комитета нашей партии 12 декабря по поводу созыва Учредительного Собрания: "Разногласия в нашей партийной среде не новы. Это то же течение, которое наблюдалось раньше в вопросе восстания. Сейчас некоторые товарищи смотрят на Учредительное Собрание, как на нечто такое, что должно увенчать революцию. Они стоят на позиции обыденщины, они говорят, чтобы мы не совершали бестактностей и пр. Они против того, что члены Учредительного Собрания, большевики, контролируют созыв, соотношение сил и пр. Они смотрят чисто формально, не учитывая того, что из данных такого контроля выявляется картина того, что происходит вокруг Учредительного Собрания, а, сообразуясь с этим, мы имеем возможность наметить позицию отношения к Учредительному Собранию… Мы сейчас стоим на той точке зрения, что боремся за интересы пролетариата и беднейшего крестьянства, а те немногие товарищи смотрят, что мы делаем буржуазную революцию, которая должна увенчаться Учредительным Собранием".
Роспуском Учредительного Собрания можно считать завершенной не только большую главу в истории России, но и не менее значительную главу в истории нашей партии. Преодолев внутренние противодействия, партия пролетариата не только овладела властью, но и сохранила ее в своих руках."
Кто же «решительно высказался против явки Ленина на суд»?
Известно, что после разгона и расстрела июльской (1917 г.) демонстрации Временное правительство приказало арестовать В.И.Ленина и (об этом мало кто знает) Г.Е.Зиновьева.
Они были вынуждены уйти в подполье.
В «Истории ВКП(б). Краткий курс» (М., 1954, с.190) указывается, что И.В.Сталин «решительно высказался против явки Ленина на суд, считая, что это будет не суд, а расправа».
А так ли это? Давайте прочитаем протоколы заседаний VI съезде РСДРП (б) …
На VI съезде РСДРП (б) И.В.Сталин предложил «принять определенное решение об уклонении тт. Ленина и Зиновьева от явки к властям», сказав перед этим следующее: «В данный момент все еще не ясно, в чьих руках власть. Нет гарантии, что, если их арестуют, они не будут подвергнуты грубому насилию. Другое дело, если суд будет демократически организован, и будет дана гарантия, что их не растерзают. На вопрос об этом нам отвечали в Ц. И. К.: «Мы не знаем, что может случиться». Пока положение еще не выяснилось, пока еще идет глухая борьба между властью официальной и властью фактической, нет для товарищей никакого смысла являться к властям. Если же во главе будет стоять власть, которая сможет гарантировать наших товарищей от насилий, они явятся».
Не правда ли, противоречивая позиция?
Вот как ответил на это С.Орджоникидзе: «… являться ли тт. Ленину и Зиновьеву на суд, – покажет будущее, но очевидно, очень уж интересует, волнует многих товарищей вопрос, почему Ленин и Зиновьев не дали себя арестовать. Мы должны прежде поставить вопрос: в чем обвиняют этих товарищей? Известно, что нашим товарищам предъявлено обвинение по тем самым статьям, по которым предъявлялось и при старом режиме. И теперь тот Керенский, который когда-то, выступая в качестве защитника, к своим горячим речам заставлял прислушиваться всю Россию, привлекает по тем же статьям наших товарищей, Ленина и Зиновьева, чтобы их держать сначала в тюрьме, а затем сослать на каторгу. Как же большинство Совета отнеслось к этому обвинению? Церетели заявил, что грязной клевете на Ленина, брошенной Алексинским, конечно, никто не может поверить, и она будет снята с т. Ленина. В нем еще говорила совесть бывшего каторжанина. Когда же он поговорил с Даном и Либером, он замолчал. Чхеидзе при встрече со мною на мой вопрос сказал: «Я отношусь так: если сегодня арестовали Ленина, то завтра будут арестовывать меня». Я сказал, что арест т. Ленина произведен вами, меньшевиками и эсерами. Чхеидзе был возмущен и не хотел больше со мною говорить. Я вдогонку все-таки сказал ему, что он – тюремщик. Таким образом, вожди меньшевиков и эсеров не верили в вину Ленина. Меньшевистская газета «Вперед» в Москве тоже недоумевает, за что арестовывают рабочих вождей. … Мы ни в коем случае не должны выдавать т. Ленина, ибо мы будем помогать этим тюремщику Александрову. Из дела т. Ленина хотят создать второе дело Бейлиса, следствие по всем делам большевиков передано Александрову, – тому Александрову, которому было передано для разбора дело Керенского, защищавшего Бейлиса. Относительно Зарудного тоже не может быть никаких иллюзий. Таким образом, мы должны приложить все усилия к тому, чтобы сохранить в безопасности наших товарищей до тех пор, когда будут даны гарантии справедливого суда».
Еще более определенно выступил Ф.Э.Дзержинский: «Мы должны ясно и определенно сказать, что хорошо сделали те товарищи, которые посоветовали тт. Ленину и Зиновьеву не арестовываться. Мы должны ясно ответить на травлю буржуазной прессы, которая хочет расстроить ряды рабочих. Травля против Ленина и Зиновьева – это травля против нас, против партии, против революционной демократии. Мы должны разъяснить товарищам, что мы не доверяем Временному правительству и буржуазии, что мы не выдадим Ленина и Зиновьева до тех пор, пока не восторжествует справедливость, т. е. до тех пор, пока этого позорного суда не будет. Мы должны от имени съезда одобрить поведение тт. Ленина и Зиновьева».
Н. Скрыпник заявил: «В резолюции, предложенной т. Сталиным, было известное условие, при котором наши товарищи могли бы пойти в республиканскую тюрьму, – это гарантия безопасности. Я думаю, что в основу резолюции должны лечь иные положения. Мы одобряем поведение наших вождей. Мы должны сказать, что мы протестуем против клеветнической кампании против партии и наших вождей. Мы не отдадим их на классовый пристрастный суд контрреволюционной банды».
В свою очередь В.Володарский высказался за то, что: «Наша партия в этом вопросе должна высказаться вполне ясно и определенно. Она должна сказать, что она отвергает клевету и берет на себя ответственность за товарищей. … Один пункт резолюции т. Сталина неприемлем: честный буржуазный суд».
Его поддержал и Н.Бухарин: «В вопросе о выдаче и невыдаче тт. Ленина и Зиновьева мы не можем стать на почву схоластики. Что значит «честный буржуазный суд»? Разве честный буржуазный суд не будет стремиться прежде всего отсечь нам головы? Если результатом революции у нас будет паршивая мещанская республика, то о каких гарантиях может идти речь? Если же будет республика советов, то суд отпадает. Сейчас уже все ясно. Керенский, бывший ренегат, постарается обставить дело с внешней стороны. … Мы должны … категорически требовать не суда присяжных, а суда и следствия из представителей революционных партий. Предлагаю принять такую резолюцию: «Считая, что устанавливающиеся теперь приемы полицейски-охранных преследований и деятельности прокуратуры восстанавливают, как то признано и ЦИК советов р. и с. депутатов, нравы щегловитовского режима, полагая, что при таких условиях нет абсолютно никаких гарантий не только беспристрастного судопроизводства, но и элементарной безопасности привлекаемых к суду, съезд РСДРП выражает свой горячий протест против возмутительной прокурорско-шпионско-полицейской травли вождей революционного пролетариата, шлет свой привет тт. Ленину и Зиновьеву, Троцкому и др. и надеется увидеть их снова в рядах партии революционного пролетариата».
Своего рода итог обсуждению подвел Шлихтер: «… вопрос: имеет ли партия право лишать себя указаний главных вождей? На этом съезде нет с нами т. Ленина и нет надежды, что все будет исчерпывающим образом освещено. Может быть, это плохо, что мы так связаны, но это факт. Поскольку мы считаем, что революция не закончилась, и мы боремся за нее, каждая крупица нам дорога. Ленин и Зиновьев, являясь одной из дорогих крупиц наших, не будут нами уступлены. Необходимо, чтобы Ленин, и живя в подполье, давал свои указания. В резолюции мы должны сказать, что мы, с презрением отбрасывая клевету, говорим – не как обыватели, боясь репрессий, – не отдадим Ленина, а как представители пролетариата – не отдаем потому, что Ленин нам нужен, что революция не закончена. … теперь, в революционный момент, в интересах партии, во имя охраны революционных сил мы Ленина не отдаем».
В связи с тем, что было предложено несколько проектов резолюций по данному вопросу, по ним было проведено голосование. В результате огромным большинством была принята за основу резолюция, предложенная Н. Бухариным.
После чего В.Володарский, Мануильский, Шлихтер сняли свои резолюции, и резолюция Бухарина была принята единогласно.
Не кажется ли вам, что теперь ясно, кто же «решительно высказался против явки Ленина на суд»?
В. И. Ленин о характере революции в России в октябре 1917 г.
Каждый учившийся в учебных заведениях СССР знал и знает, что 7 ноября (25 октября по ст. стилю) – это День Великой Октябрьской социалистической революции. Но вряд ли подавляющее большинство знает, что в произведениях В.И.Ленина нет этого термина: Великая Октябрьская социалистическая революция.
В.И.Ленин указывал, "что именно 25 октября власть взята", при этом "у нас" "пролетарская, Октябрьская" "революция одержала блестящий успех, не выходя сразу из рамок буржуазной революции", таким образом: "У нас есть практический опыт осуществления первых шагов по разрушению капитализма в стране с особым отношением пролетариата и крестьянства" и выделил два этапа "русской революции", "пролетарской революции", "социалистической революции".
"В октябре 1917 г. мы брали власть вместе с крестьянством в целом. Это была революция буржуазная, поскольку классовая борьба в деревне еще не развернулась", и "пролетариату пришлось взять власть при помощи крестьянства, … пролетариату выпала роль агента мелкобуржуазной революции".
"Первым этапом было взятие власти в городе, установление советской формы правления." Это была "рабочая и крестьянская революция"
"Вторым этапом было … выделение в деревне пролетарских и полупролетарских элементов, сплочение их с городским пролетариатом для борьбы с буржуазией в деревне", в связи с чем "наша революция до организации комитетов бедноты, т.е. до лета и даже осени 1918 года, была в значительной мере революцией буржуазной", "только летом 1918 г. началась настоящая пролетарская революция в деревне", "когда стали организовываться комитеты бедноты, – с этого момента наша революция стала революцией пролетарской… ", поскольку " когда мы увидели, что в деревне летом 1918 года началась и произошла Октябрьская революция, только тогда мы стали на свой настоящий пролетарский базис, только тогда наша революция не по прокламациям, не по обещаниям и заявлениям, а на деле стала пролетарской". "Те организации, которые мы первоначально для этого создали, комитеты бедноты, настолько упрочились, что мы нашли возможным заменить их правильно выбранными Советами, т.е. реорганизовать сельские Советы так, чтобы они стали органами классового господства, органами пролетарской власти в деревне."
В этой связи В.И.Ленин сделал следующий вывод: "октябрьская победа трудящихся над эксплуататорами" стала возможной, т.к. "отсталость России своеобразно слила пролетарскую революцию против буржуазии с крестьянской революцией против помещиков. Мы с этого начали в Октябре 1917 года, и мы не победили бы тогда так легко, если бы не начали с этого." Для этого "мы узаконили 26 октября 1917 г. то, что требовали крестьяне в эсеровских резолюциях… .... Мы не менее, чем до лета 1918 г., до создания комитетов бедноты," "как пролетарских организаций", "держались как власть, потому что опирались на все крестьянство в целом" и ""чем дальше будут двигаться завоевания Октябрьской революции, чем глубже пойдет этот переворот, который начат ею, чем прочнее будут закладываться основы завоеваний социалистической революции и упрочение социалистического строя".
Величайший эксперимент
Вступление
Почему СССР – "социалистическое общенародное государство" (V, 1262, 1258, 396, 922) развитого, зрелого социализма, (V, 1263) в котором середине 30-х годов XX века социализм был построен в основном, (V, 1258) а в середине 50-х годов XX века социализм победил полностью и окончательно, (V, 396, 922) прекратило свое существование? Этим вопросом уже почти тридцать лет задаются многие, и ответы на него разные, т.к. до сих пор нет окончательного, всесторонне и документально подтвержденного обоснования краха СССР – величайшего всемирно-исторического эксперимента, результаты которого еще чрезвычайно долго в различной степени будут влиять на все: идеологические, политические, социально-экономические, психологические и т.п. аспекты жизнедеятельности человечества.
Союз Советских Социалистических Республик был и остается величайшим государством, о котором помнят, но о котором по мере того как проходит время все меньше и меньше знают. При этом подавляющее большинство не стремится понять суть происходившего в истории СССР, ограничиваясь набором тех сведений, который оно получило в учебных заведениях, в разговорах родных и близких, друзей и знакомых, из кинематографа и средств массовой информации, различных по своей политической принадлежности. Чтение книг и анализ их содержания для получения знаний о СССР – удел немногих.
А, что как не книги, особенно те, авторами которых были те, кто своими теоретическими и практическими действиями в 1917 – 1991 г.г. создавал историю величайшего государства, могут и должны стать первоисточниками для понимания происходившего?
И важнейший такой первоисточник – это главным образом периода 1917-1923 г.г. произведения В.И.Ленина, о которых, отнеся их к "творениям великих людей", в докладе "Политическое завещание Ленина" Бухарин Н.И. сказал, что они "представляют собою чудесную сокровищницу идей"; (VI, 465) В.И.Ленина, который по словам Сокольникова Г.Я., выступавшего на XIV съезде ВКП(б) "не был ни председателем Политбюро, ни генеральным секретарем и т.Ленин тем не менее имел у нас в партии решающее политическое слово." (VII, 85)
"Ленин был верным последователем Маркса и Энгельса. Он, по собственному его признанию. терпеть не мог ни малейшей хулы на своих великих учителей. … он поднял марксизм на новую, высшую ступень. … Ленинизм – это марксизм эпохи империализма и пролетарских революций. крушения колониальной системы, эпохи перехода человечества от капитализма к социализму. Вне и помимо ленинизма марксизм в наше время попросту невозможен". (IV, 233)
Поэтому, а также потому, что даже среди тех, кто получил образование в Советском Союзе вряд ли найдётся достаточно большое количество людей, которые не ограничились изучением обязательных ленинских работ, вышли за рамки учебных программ, действительно глубоко погрузились в ленинское творческое наследие, открывая для себя всю кладезь гениального предвидения вождя мирового пролетариата, неожиданное, разрушающее привычные представления о Великой Октябрьской социалистической революции и Союзе Советских Социалистических Республик; читая и размышляя над прочитанным, зачастую по-новому понимая глубинный смысл казалось бы известных и привычных ленинских формулировок, вновь и вновь удивляясь гениальной прозорливости В.И.Ленина, тому, насколько написанное В.И.Лениным созвучно происходившему в нашей стране в период с 1924 г. по 1991 г.
Так, давайте же вместе погрузимся в содержание ленинских работ, поскольку, как я уже ранее писал: "История богата большинству неизвестными, а часто и просто неожиданными фактами. Их узнавание заставляет по-новому взглянуть и оценить ранее известное и привычное, сделать выводы, которые ранее не были возможны. Да, эти выводы могут, даже должны быть спорными, но они побуждают интерес к узнаванию того, над чем раньше никто не думал…" (www.culture.lit.pnoi)
I
Каждый учившийся в учебных заведениях СССР знал и знает, что 7 ноября (25 октября по ст. стилю) – это День Великой Октябрьской социалистической революции. Но вряд ли подавляющее большинство знает, что в произведениях В.И.Ленина нет этого термина: Великая Октябрьская социалистическая революция.
В.И.Ленин указывал, "что именно 25 октября власть взята", (I, 38-175) "в меру исключительных условий России", (I, 39 – 387) при этом "у нас" "пролетарская, Октябрьская" (I, 38-306) "революция одержала блестящий успех, не выходя сразу из рамок буржуазной революции", (I, 38-331) таким образом : "У нас есть практический опыт осуществления первых шагов по разрушению капитализма в стране с особым отношением пролетариата и крестьянства" (I, 38-180) и выделил два этапа "русской революции", (I, 36-512) "пролетарской революции", (I, 38-187, 193) "социалистической революции" (I, 36-207)
"В октябре 1917 г. мы брали власть вместе с крестьянством в целом. Это была революция буржуазная, поскольку классовая борьба в деревне еще не развернулась", (I, 38-192) и "пролетариату пришлось взять власть при помощи крестьянства, … пролетариату выпала роль агента мелкобуржуазной революции", (I, 38-143)
"Первым этапом было взятие власти в городе, установление советской формы правления." Это была "рабочая и крестьянская революция" (I, 35-2, 38-192) "Вторым этапом было … выделение в деревне пролетарских и полупролетарских элементов, сплочение их с городским пролетариатом для борьбы с буржуазией в деревне. ." (I, 38-192) в связи с чем "наша революция до организации комитетов бедноты, т.е. до лета и даже осени 1918 года, была в значительной мере революцией буржуазной", (I, 38-143) "только летом 1918 г. началась настоящая пролетарская революция в деревне", (I, 38-192) "когда стали организовываться комитеты бедноты, – с этого момента наша революция стала революцией пролетарской… ". (I, 38-143) поскольку " когда мы увидели, что в деревне летом 1918 года началась и произошла Октябрьская революция, только тогда мы стали на свой настоящий пролетарский базис, только тогда наша революция не по прокламациям, не по обещаниям и заявлениям, а на деле стала пролетврской" (I, 38-144) "Те организации, которые мы первоначально для этого создали, комитеты бедноты, настолько упрочились, что мы нашли возможным заменить их правильно выбранными Советами, т.е. реорганизовать сельские Советы так, чтобы они стали органами классового господства, органами пролетарской власти в деревне." (I, 38-192)
В этой связи В.И.Ленин сделал следующий вывод: "октябрьская победа трудящихся над эксплуататорами" (I, 36-202) стала возможной, т.к. "отсталость России своеобразно слила пролетарскую революцию против буржуазии с крестьянской революцией против помещиков. Мы с этого начали в Октябре 1917 года, и мы не победили бы тогда так легко, если бы не начали с этого." (I, 38-306) Для этого "мы узаконили 26 октября 1917 г. то, что требовали крестьяне в эсеровских резолюциях… .... Мы не менее, чем до лета 1918 г., до создания комитетов бедноты," "как пролетарских организаций" (I, 38-143) "держались как власть, потому что опирались на все крестьянство в целом." (I, 38-178) и ""чем дальше будут двигаться завоевания Октябрьской революции, чем глубже пойдет этот переворот, который начат ею, чем прочнее будут закладываться основы завоеваний социалистической революции и упрочение социалистического строя" (I, 36-377)