Заповедник страха

*       *       *

Упыря не было долго. Он появился внезапно, в полной тишине. Вдруг вынырнул перед Хмелем прямо из темноты. Хмель испугался и забился, но закричать не смог ― кляп был во рту.

Упырь остановился перед ним. В одной руке держал какой-то узел, в другой бутылку. Из бутылки отхлебнул. Хмель смотрел со страхом. Упырь снова отхлебнул. Сейчас Хмелю показалось, что он в темноте разглядел, что это за бутылка. Коньячная. Такой коньяк, какой они позавчера пили на хуторе. Упырь, похоже, был сильно нетрезв. Качало его. С добычей, стало быть, вернулся. Охота удалась.

– Смотри сюда! ― сказал упырь.

Точно, пьяный.

Полез в свой узел.

– Ты его знаешь?

Сунул под нос Хмелю то, что из котомки своей достал.

Это была голова. Того белобрысого, который участвовал в охоте. Упырь держал голову за волосы. Ничего более ужасного в своей жизни Хмель до сих пор не испытывал. Он обмяк и повис на веревках, которыми был привязан к дереву.

– Тоже вроде негра получился, ― пробормотал упырь.

Это он о белобрысом, наверное, сказал.

Бросил голову на землю. Получилось, что к ногам Хмеля. Хмель пытался смотреть куда-нибудь в сторону, но не смог себя пересилить, все время взгляд возвращался к страшной этой голове. Он не выдержал, взвыл, забился, умоляя его пощадить или хотя бы освободить от созерцания этой жути.

Упырь смилостивился, пнул голову, словно это был мяч, и голова откатилась в сторону.

*       *       *

Этой ночью упырь не убил Хмеля. Достаточно, наверное, ему было крови белобрысого. Напился.

– Ты не шуми, ― посоветовал мрачно упырь. ― А не то будет, как с этим вот.

Он показал на голову.

Оставив Хмеля привязанным к дереву, упырь ушел. В темноте было не видно, что он делает. Хмелю показалось, что упырь устроился на ночлег в машине. Стало тихо. Никого вокруг. Только страшно белеет на земле мертвое лицо.

Хмель извелся за ночь. Силы его оставляли. Невозможно было пережить ожидание собственной смерти и он медленно сходил с ума.

Когда занялся рассвет, стало еще хуже. Голова ужасная видна отчетливо. И жизнь стала короче на целую ночь. В этот день он наверняка умрет. И жизни, значит, в запасе почти не осталось.

*       *       *

С рассветом появился упырь. Он отхлебывал коньяк из бутылки и кашлял. В груди у него клокотало, словно варилось там, внутри него, какое-то варево ужасное. Он подошел, посмотрел на голову, потом на Хмеля взгляд перевел, словно примерялся, не пора ли уже и тому голову отрезать. Страшный взгляд был, красные глаза. Он так и не успел ничего придумать, потому что они одновременно с Хмелем услышали шум. Это автомобили ехали через лес. Сначала были далеко, потом приблизились. Смолкли где-то в той стороне, где была деревня. Крики. Такие громкие, что даже здесь их было слышно. Упырь побежал в ту сторону. Бежал пружинисто и был похож на зверя. Он был своим в этом глухом лесу. Словно родился здесь. Может, он и есть один из тех, про кого рассказывала Маша?

Тот, кто живет на болотах.

Не ходи, сказала Маша, пропадешь.

Пропал.

*       *       *

Упыря долго не было.

Вернулся без добычи.

Шел быстро, почти бежал. Часто оглядывался, будто ожидал погони.

– Они его ищут, ― сказал Хмелю и кивнул на голову несчастного белобрысого.

– Кто? ― спросил Хмель одними глазами, потому что рот его был заткнут кляпом.

– Эти, про которых ты рассказывал.

Хмель смотрел на него со страхом. Он был единственным свидетелем происшедшего. Поэтому умрет. Он ждал смерти.

– Ты мне скажи! ― потребовал упырь. ― Ты мент? ― выдернул кляп.

– Нет!

Хмель перекрестился бы, если бы мог.

– Ты тут зачем? ― спросил упырь.

Действительно, зачем? Самому себе Хмель сейчас не смог бы ответить.

– А они? ― спросил упырь. ― Зачем вы все здесь?

Он приблизил свое лицо к Хмелю. Хмель зажмурился от ужаса. Боялся смотреть в эти красные глаза.

– Ты мне все соврал! ― шипел упырь. ― Игра! Ты прячешься! Они ищут!

С ненавистью выплевывал фразы.

– Зачем вы здесь? Что вам тут нужно?

Он вдруг воткнул кляп и стал бить Хмеля, боль была такой невыносимой, что Хмель, обезумев, был готов признаться в чем угодно, но только не знал, в чем именно надо признаваться, чтобы прекратился этот кошмар.

Упырь очень скоро превратил Хмеля в животное, и мог его уже не бить, достаточно было глянуть строго, чтобы напугать до полусмерти. Обнаружив, что Хмель целиком в его власти и не способен на лукавство, упырь повторил свой вопрос:

– Зачем вы здесь?

И любой ответ, кроме правдивого, предполагал новые мучения. Хмель это понял и слезы сами собой покатились по его лицу. Он рыдал и не мог остановиться. Упырь выдернул кляп.

– Мы играли! ― в отчаянии выпалил Хмель. ― Мне сказали, что это будет просто игра! Я клянусь!

*       *       *

Потом упырь достал свой нож. Пошел к Хмелю. Хмель рванулся, но веревки не пускали. Он мычал и бился.

– Тихо! ― прошипел упырь и острием ножа коснулся шеи обезумевшего Хмеля. ― Будет тихо ― будешь жить.

Хмель не поверил, но обездвижел.

Упырь споро перерезал веревки и Хмель рухнул на землю. Тогда упырь перерезал и те веревки, которыми были связаны руки-ноги. Хмель не мог пошевелиться. Все затекло.