Свободная воля и законы природы, или Занимательная философия

1.5.1.

––

Наивное и ошибочное рассуждение

––

Нет, рассудок и функционально, и генетически следует после способности желания. Вряд ли кто-нибудь станет утверждать, что человек сначала рассуждает о слишком холодной погоде или о красивой девушке, а уже потом желает зайти в теплое помещение или обнять девушку. Само возникновение рассудка связано с несовершенством способности желания. Желания побуждают человека производить действия, которые довольно часто приводят к неожиданным и совсем нежелательным результатам (или даже к заранее известным результатам, но все-таки нежелательным: например, похмелье после веселой пирушки). Рассудок первоначально и сформировался как инстанция, пытающаяся регулировать желания, но это удается ему далеко не всегда и только частично. Достоевский оценивал эффективность работы рассудка в этом плане в 5% .

Прямо-таки чертовщина какая-то. Нет, эта проблема мне явно не по зубам.

Кант, однако же, справляется с ней слишком даже успешно. Забегая вперед, сразу же замечу, что самая главная ошибка в моем рассуждении заключалась в том, что я предполагал такую схему эволюции сознания:

__

_"Созерцательная____|

__способность"______|___>__"Рассудок"

____________________|

_"Способность_______|

__желания"__________|

__

А это предположение, по Канту, в корне ошибочно: в любой душе любого живого существа нашего мира изначально были заложены (хотя сначала и в неразвитом виде) сразу все эти способности. И именно рассудок умудряется-таки помогать созерцательной способности в разделении созерцаний на образы отдельных предметов, но не посредством размышления, а другим, весьма, весьма экзотическим способом (см. Глава 2 "Рассудок").

1.6.

––

Подобны ли образы предметов "вещам самим по себе"?

––

Итак, воздействия "вещей самих по себе" на органы чувств вызывают в сознании образы. Тут опять возникает важный вопрос: насколько адекватны (подобны) образы "вещам самим по себе"? Созерцательную способность часто называют зеркалом, но так ли это? Обычно люди в массе уверены, что образы сознания вполне адекватны "вещам самим по себе", ну, может быть, с некоторыми аберрациями (т.е. искажениями: например, прямая палочка, частично погруженная в воду, кажется переломленной), которые успешно корректируются рассудком. Но Кант считает, что цена этой уверенности – чистый ноль. Сознание – это как бы кинотеатр. Но если в настоящем кинотеатре человеку что-то покажется неясным (например, в пейзаже), он может выйти из кинотеатра, найти место съемки фильма, и уточнить детали в натуре, то из такого кинотеатра, как свое сознание, выйти в принципе невозможно. Говорят, что за достоверность созерцаний, образов ручается рассудок. Это несостоятельный аргумент. Рассудок может только синтезировать, анализировать, сопоставлять образы; он работает с уже готовыми созерцаниями, и ни прямо, ни косвенно не может повысить достоверность заключенной в них информации. За это ручается здравый смысл и 2-й постулат Шеннона: "Никакая система, обрабатывающая информацию, не может дать на выходе больше полезной информации, чем она получила на входе (а может только придать ей другую форму)". Это ясно, как божий день. Люди, верящие в способность рассудка контролировать соответствие образов "вещам самим по себе", с таким же успехом могут верить рассказу барона Мюнхгаузена, как он сам себя вместе с лошадью вытащил из болота, ухватившись рукой за собственные волосы. Человек с головой погружен в мир образов, явлений. Чтобы сличить эти образы с оригиналами, "вещами самими по себе", ему нужно выйти из этого мира, а для этого необходима точка опоры, какая-то зацепка, находящаяся вне мира явлений. Но ясно, что такой зацепки не существует. Даже допустим невозможное: человек чудесным образом вышел из мира явлений в мир "вещей самих по себе". Что это дает? Да ничего, все равно он сможет ощутить эти "вещи" лишь с помощью тех же органов чувств, и увидит те же явления, получит все те же образы, которые были у него и раньше. Поэтому Кант категорически утверждает, что не только образы не являются зеркальными отражениями "вещей самих по себе", но даже более того: человеческое сознание в принципе не способно к сопоставлению явлений с их оригиналами, "вещами самими по себе". Человек существует в мире явлений, и предмет человеческого познания – это исключительно явления и связи явлений между собой, а отнюдь не с "вещами самими по себе".

Вы, может быть, думаете, что я утрирую Канта? Ни черта подобного. Наоборот, я даже смягчил. Сам Кант выражается еще хлеще[8]:

"С помощью чувственности мы не то что неясно познаем свойства "вещей самих по себе", а вообще не познаем их, и, как только мы устраним наши субъективные свойства, окажется, что представляемый объект с качествами, приписываемыми ему чувственным созерцанием, нигде не встречается, да и не может встретиться, так как именно наши субъективные свойства определяют форму его как явления".

"Каковы вещи сами по себе, я не знаю, и мне незачем это знать, потому что вещь никогда не может предстать мне иначе как в явлении".

"Отношения чувственности к объекту, без сомнения, скрыты слишком глубоко…"

"…мы, познающие даже и самих себя… как явление…"

И т.д., и т.п.

1.7.

––

Человек – и феномен, и ноумен

––

И все же Кант делает небольшую оговорку, все-таки, оказывается, у человека есть небольшая зацепка: сам он в мире явлений тоже фигурирует как явление (феномен), но это не мешает ему быть и ноуменом. Т.е. не только не мешает, а совсем наоборот: из концепции Канта неизбежно следует, что любой феномен есть явление некоего ноумена. Правда, с человеком ситуация несколько сложнее, чем с предметами: ведь у него есть не только тело, но и душа. К сожалению, Кант не вдается в такие подробности, он просто говорит, что человеку как феномену соответствует некий ноумен, так что приходится самому домысливать. Такие недоговорки вообще являются характерной особенностью книги Канта, но их нельзя квалифицировать как непродуманность или недостаток изложения. Дело тут совсем в другом. (Я поясню несколько ниже.)

Тело человека есть чувственный образ, порождаемый миром "вещей самих по себе". Но этого мало. У человека еще есть душа. Душа существует вне пространства, но она существует во времени. Она не есть явление, ее нельзя наблюдать, но она, подвергаясь действиям "вещей самих по себе", дает человеку возможность наблюдать явления. Из концепции Канта неизбежно следует вывод, что существующая во времени живая человеческая душа – это тоже феномен, хотя и качественно отличающийся от феноменов – явлений предметов. И каждой душе в мире ноуменальных личностей (это не мир "вещей самих по себе", это другой мир) соответствует некая "личность-ноумен", или "ноуменальная личность", или "личность сама по себе", для которой живая душа является лишь временным воплощением, т.е. тоже своего рода явлением, но не в пространстве, а во времени. Именно то обстоятельство, что человек есть временное воплощение "ноуменальной личности", и дает ему возможность смутно догадываться (но не более того) об устройстве других миров, в первую очередь мира "вещей самих по себе", по отношению к которому наш мир явлений – всего лишь слабое и несовершенное отражение… Нет, отражение – не то слово. Не отражение, а очень своеобразное и очень неполное воплощение. Мир явлений – как бы игрушечный или экспериментальный мир, создаваемый кем-то или чем-то для неизвестных нам целей. И при этом не надо забывать, что все явления, а значит и весь наш мир явлений – это всего лишь образы сознания, и вне субъектов, наделенных сознанием, мир явлений вообще не существует.

Могут ли быть другие сознания, не такие, как у нас, которые воспринимали бы мир "вещей самих по себе" совсем в другом виде? Кант считает, что это вполне возможно.

А может ли быть такое сознание, которое способно воспринимать мир "вещей самих по себе" в его настоящем виде? Кант уклоняется от ответа, не говорит ни "да", ни "нет". Во всяком случае, – говорит Кант, – если это и возможно, то лишь для сознания, высшего по отношению к человеческому (по терминологии Канта – "первосущности"), у которого нет разделения на созерцательную и рассудочную способность, которое познает вещи интуитивно. Что подразумевает Кант под первосущностью? Вероятно, бога. Но почему-то он нигде не говорит об этом открытым текстом.

1.8.

––

Мир "вещей самих по себе"

––

Итак, что же Кант как ноумен может сказать о мире "вещей самих по себе"?

Оказывается, мир "вещей самих по себе" существует вне времени и пространства. Располагает образы вещей в пространстве и наблюдает их, изменяя свою проекцию восприятия во времени, только созерцательная способность сознания. Сам мир "вещей самих по себе" неизменен (существует вне времени), а о его устройстве, т.е. как там расположены "вещи" и что они из себя представляют, нам знать не дано.

Вот те раз! Что за чепуха? Никогда бы мне самому ничего такого не пришло в голову. Ну, что "вещи сами по себе" непознаваемы, этому еще можно поверить: мы не можем выйти за пределы своих чувственных восприятий. Но чтобы пространство и время были только субъективными формами человеческого восприятия? Чтобы мир "вещей самих по себе" был неподвижен и неизменен, когда очевидно, что предметы движутся и изменяются с течением времени?! Да не может этого быть, это чушь собачья! Если бы услышал такую теорию на улице, ей-богу подумал бы: "Надо же, до чего может допиться человек!"

Но ведь это говорит Кант. Значит, я просто чего-то не понимаю. (Кстати, ни один современный Канту философ не принял этой идеи, да и сейчас считается, что в этом пункте у Канта просто "зашел ум за разум".)

Долго я ломал голову; пока изучал другие разделы "Критики чистого разума" (а книга очень большая), периодически возвращался к "пространству и времени как чистым формам чувственного созерцания". Можно было махнуть рукой: мало ли кто чего напишет, бумага все терпит. Но почему-то чисто эмоционально меня эта идея Канта притягивала, только очень раздражало, что не смог он этого достаточно популярно изложить. И в конце концов Кант меня убедил. Хотя и с большим скрипом, втиснул-таки я эту премудрость в свою бедную голову (и зачем мне это нужно было?). В результате сам себе создал проблему: как изложить все это популярно, чтобы могла понять даже женщина? Не одному же мне мучиться.

1.9.

––

Лейтмотив философии Канта

––

Дело оказалось вот в чем. Лейтмотив всей философии Канта: мир удивительно и непостижимо разнообразен, и если наблюдателям кажется, что все предметы, без малейшего исключения, имеют одно и то же свойство, значит это просто особенность аппарата восприятия самих наблюдателей.

Вам кажется, что все без исключения предметы определенным образом расположены в пространстве? Разуверьтесь, значит, ваша созерцательная способность просто имеет свойство из данных ощущений лепить пространственные картинки.

Все-все предметы движутся и изменяются во времени? Чепуха, наверняка предметы и не думают двигаться и изменяться. Просто сознание постоянно изменяет проекцию восприятия.

В любом созерцании можно найти отдельный предмет? Значит, человеческому рассудку прирождено понятие "единица, единство".

В любом созерцании можно найти множество предметов? Значит, человеческому рассудку прирождено понятие "множество".

В любом созерцании можно найти отдельный предмет, состоящий из частей? Значит, человеческому рассудку прирождено понятие "целокупности", т.е. множества, составляющего нечто целое, единство.

Какому-то человеку кажется, что снег имеет розоватый оттенок, и небо имеет розоватый оттенок, и листья на деревьях имеют розоватый оттенок, и все имеет розоватый оттенок? Или он постоянно носит розовые очки, или у него такой дефект зрения.

Некто наблюдает в подзорную трубу за девушками на пляже, и на какую ни посмотрит, обязательно увидит на ней пятнышко? Пусть не торопится сочинять теорию о всеобщей запятнанности девушек, а лучше поищет пятнышко на окуляре.

И т.д., и т.п.

И еще один очень убедительный аргумент приводит Кант в пользу прирожденности пространственно-временной формы для нашей созерцательной способности. Человеку очень легко представить пустой участок пространства, или промежуток времени, в течение которого ничего не происходит. Значит, не предметы и их движения являются основой представлений о пространстве и времени.

1.10.

––

Могут ли неодушевленные вещи двигаться?

––

Неизменность и особенно неподвижность "вещей самих по себе" доходила до меня очень тяжело. Ведь предметы в природе движутся и изменяются. При желании можно понять, что это иллюзия, вызванная движением душ, постоянным изменением проекции их восприятия "вещей самих по себе". Но как это представить? Однако со временем я не только преодолел этот психологический барьер, но теперь даже удивляюсь своей прежней наивности: как может неодушевленная вещь двигаться, да еще и по определенным законам, когда ей все до Фени? Она же не живая, ничего не чувствует, ничего не понимает, для нее единственно подходящее занятие – быть неподвижной и неизменной. Неодушевленные вещи, сами собой вечно двигающиеся в мертвой природе, да еще и по определенным законам – это такая мрачная и тяжелая картина, которую сознание, если хорошенько вникнуть, в принципе не может вынести. Что такое эти законы, и какое дело вещам до этих законов? Движение – привилегия живых существ.

Мертвые вещи, никем не воспринимаемые, и, возможно, еще и движущиеся без всякого смысла – это такая чудовищная нелепость, которая не может существовать в действительности, а может быть только плодом глупого воображения.

1.11. *

––

Пространство мира "вещей самих по себе" *

––

Но это все эмоции. Попробую держаться ближе к логике. Мир "вещей самих по себе" – это совсем не то, что наше 3-х мерное пространство. По некоторым косвенным данным можно заключить, что если этот мир обладает пространственными атрибутами, то это пространство имеет очень много измерений (см. Глава 7, п.7.1.). И "вещи сами по себе" гораздо богаче и содержанием, и формой, чем предметы в мире явлений. Кроме того, нет полного соответствия между "вещами самими по себе" и предметами в мире явлений. В явлении могут присутствовать ощущения, производимые в душе многими "вещами самими по себе", и наоборот, каждая "вещь сама по себе" в данный момент вызывает ощущения, входящие в состав многих явлений. Но главное, человеческая душа не способна воспринимать "вещи сами по себе" сразу в полном объеме, а только (условно говоря) в некоторой проекции, а эти проекции в строго определенной последовательности, т.е. во времени. Собственно, само собой ясно, что человек не может воспринять объект сразу в полном объеме. Приходится осматривать предмет с разных сторон, ощупывать, поглаживать, и т.д. Иногда приходится исследовать его внутренность (возможно, с помощью приборов), а на это нужно время. Но "вещь сама по себе" – это далеко не то, что предмет в мире явлений.

Допустим, мы длительное время наблюдаем появление из земли молодого ростка ромашки, затем его рост, появление бутончика, распускание цветка, его расцвет, рост лепестков, затем увядание, и т.д. Не исключено (хотя мы никогда не можем знать, что соответствует явлениям в мире "вещей самих по себе"), что все эти явления производятся действием на душу одной и той же "вещи самой по себе" ("ромашка"), т.е. в ней заключены все эти явления, все стадии развития цветка уже в готовом виде. Эта "вещь" не меняется, но мы воспринимаем ее в разных проекциях, и эти проекции представляются нашим чувствам в определенной последовательности в виде явлений, которые мы в совокупности называем "история жизни цветка "ромашка"").

Прибегну еще к одной аналогии. Допустим, в нашем мире появилось существо со способностью восприятий качественно ниже человеческой (например, может смотреть только вниз), и находится у подножия вулкана. Оно способно созерцать только основание этой горы, но не может взглянуть вверх. Человек начинает перемещать это существо вверх по склону. Но оно не способно ни понимать этого, ни чувствовать. Оно считает, что остается на месте, а гора вытягивается вверх и сужается. Наконец, человек поднимает это существо до самого верха, и оно видит рваные края кратера, огненную лаву в жерле вулкана, и ему представляется, что вершина горы взорвалась и обнажилась огненная внутренность. Т.е. в представлении этого существа оно было неподвижно, а гора, сужаясь, вытянулась вверх, и потом ее вершина взорвалась. Хотя на самом деле вулкан за это время не изменился, а менялась только позиция этого существа, чего оно, вследствие ограниченности своей созерцательной и рассудочной способности, не может понять.

В аналогичном положении находится и человеческое сознание по отношению к миру "вещей самих по себе".

1.12. *

––

Движение секущей поверхности мира сознаний *

––

Все, что способно видеть и вообще чувственно воспринимать человеческое сознание (и все они вместе) в определенный момент времени, т.е. все явления нашего мира в определенный момент времени – это наше восприятие мира "вещей самих по себе" в определенной его проекции, как бы сечение мира "вещей самих по себе" некой поверхностью (не плоскостью, а очень извилистой поверхностью). Эта секущая поверхность – мир сознаний.

В следующий момент времени секущая поверхность немного сместится, и проекция мира "вещей самих по себе" на нее будет несколько другая. Значит, и созерцания у нас будут несколько другие. Но это не значит, что мир "вещей самих по себе" изменился (он никогда не меняется, это в полном смысле слова "вещь"), изменилась только проекция нашего восприятия. Движется только мир сознаний, а результат этого движения – эволюция явлений – представляется сознаниям как движение и изменение "вещей".

Но здесь надо понять один важный пункт. Не следует делать из сказанного вывод, что человеческие пространственные представления – это чистая иллюзия. Ведь наши созерцания позволяют нам достигать желаемого и избегать опасностей (я уже описывал это по отношению к одноклеточным). Значит, пространственные представления при субъективной форме имеют объективную основу, определенным образом скоррелированы с сечением мира "вещей самих по себе" миром сознаний. Вот только осмыслить эту корреляцию и выразить ее математически нам не дано, да и не нужно. Мы живем в мире явлений, и наше дело – наблюдать и осмысливать явления и их связи между собой, а не с "вещами самими по себе".

Время – это последовательность сечений мира "вещей самих по себе" миром сознаний, которой соответствует последовательность созерцаний конкретного живого существа. Хотя сечение для всего мира сознаний одно и то же, но созерцания разных людей в один и тот же момент времени отличаются друг от друга, т.к. разные люди по разному расположены в пространстве, а их души по разному расположены в мире сознаний. Души существуют вне нашего 3-х мерного пространства, но между пространственными положениями людей и расположением их душ в мире сознаний в каждый момент времени существует вполне определенное соответствие.

Огромный вопрос: чем определяется изменение положения мира сознаний с течением времени? Однако ответ на него довольно прост. Это изменение в момент времени (Т) определяется всего двумя факторами:

a.) Конкретным содержанием сечения мира "вещей самих по себе" миром сознаний в этот момент времени (Т) (т.е. физическим фактором);

b.) Совокупным действием всех живых существ, чьи души присутствуют в мире сознаний, в этот момент времени (Т) (т.е. физическим проявлением психического фактора).

Но сразу же возникает следующий вопрос: является ли психический фактор самостоятельным, независимым от физического фактора? Разумеется, нет. Поведение живых существ определяется их рассудком, желаниями, ощущениями. Рассудок и желания определяются ощущениями. А ощущения определяются сечением мира "вещей самих по себе" миром сознаний, т.е. физическим фактором. На первый взгляд кажется, что пункт b.) лишний, т.е. психический фактор на все 100% определяется физическим фактором. Это действительно почти так (действия живых существ почти полностью определяются физическими причинами), но все-таки не совсем. Все-таки свободная воля, хотя и очень небольшая, у живых существ есть. Однако подробно обсуждать проблему свободной воли пока еще рано. Это будет сделано лишь при разборе 3-й антиномии. Скажу только, что я умышленно прокомментировал пункт b.) не совсем точно, в духе казенной российской философии. На самом деле ощущения определяются не только воздействиями "вещей самих по себе", но и состоянием чувствительности этих живых существ.

1.13. *

––

Корреляции движения разных участков секущей поверхности мира сознаний *

––

Наше бедное 3-х мерное пространство слишком тесно для восприятия "вещей самих по себе". Поэтому созерцательной способности сознания приходится лепить ощущения от многих "вещей" в одно и то же место, в один пространственный образ. Часто бывает, что сознание созерцает несколько разных "вещей самих по себе" в одной и той же последовательности проекций в одной области пространства как образ одного предмета. Я называю это "корреляцией" разных участков секущей поверхности мира сознаний. Такие корреляции могут быть довольно устойчивы, и именно они приводят к тому, что мы можем из года в год, из десятилетия в десятилетие созерцать очень похожие предметы. Но, конечно, в отличие от "вещей самих по себе", корреляции не вечны, с течением времени могут разбалансироваться и даже совсем исчезнуть, а вместо них возникнут другие корреляции. Это может происходить и от естественных причин, и от действий живых существ, т.к. от этого зависит форма секущей поверхности мира сознаний (физический и психический фактор). Например, когда-то на Земле жили динозавры, а теперь их нет. Значит, те корреляции секущей поверхности, которые приводили к возникновению образов динозавров, с течением времени исчезли. И наоборот, раньше не было пластмассовых бутылок и компьютеров, а теперь есть. Значит, под воздействием физического и психического фактора, т.е. эволюции природы и деятельности живых существ, возникли новые корреляции.

Можно спросить: кто же созерцал когда-то динозавров, ведь людей в то время еще не было? Во-первых, сами динозавры; во-вторых, другие живые существа, которые жили в то время. А главное, сам мир сознаний, мировая душа. Мир сознаний один для всех живых существ.

1.14.

––

Для чего нужна такая сложная модель?

––

Вы можете подумать: для чего нужна такая сложная модель? Ведь есть модели гораздо проще. Например, материалистическая, в которой образы сознания считаются точными отражениями материальных вещей. Но эта простота обманчива. В материалистической философии многое приходится объяснять гораздо сложнее, чем в кантовской:

а.) Как конечное существо, т.е. человек, может извлекать понятия из бесконечно взаимосвязанных явлений? А ведь он их создает, и они во многих случаях помогают ему ориентироваться.

b.) Как объяснить существование природных закономерностей, т.е. частую повторяемость определенных рядов явлений, если материя не разделена на отдельные вещи (т.к. материя едина, и границы между вещами условны), и все в ней взаимосвязано? Следовательно, в каждом конкретном случае действует бесконечное количество причин, а результат часто бывает предсказуем.

с.) И главное, проблема свободы воли. Если человек, со всеми своими чувствами, желаниями, мыслями, есть на 100% природный объект, о какой свободе воли может идти речь? А ведь отрицать присутствие некоторой свободной составляющей в поведении человека очень трудно.

Правда, о понятиях материалисты могут рассуждать так: человек – произведение природы, поэтому он в этой природе что-то может познавать и интуитивно. Ну, это их проблемы.

Ни одна из моделей мира, предлагаемых разными философскими системами, не может быть строго доказана ни логически, ни эмпирически. И ни одна толковая модель мира не может быть опровергнута. Я считаю, что существование большого числа разных философских систем очень полезно. При внешней непримиримости они в сущности удачно дополняют друг друга. На какие-то проблемы удобнее смотреть под углом зрения одной философской системы, а в других случаях может пригодиться другая философская система. Разные философы отталкиваются от разных посылок, исходных тезисов, но идут к одной цели – к истине.

1.15.

––

А для чего вообще нужна философия?

––

Для чего вообще нужна философия? Вот, например, народное мнение. Когда говоришь с публикой о философских проблемах, возможны два варианта. Если собеседник находится в хорошем расположении духа, философия представляется ему смешной нелепостью. Те, кто посмешливее, просто покатываются со смеху (что, надо заметить, во всех отношениях хорошо, и, главное, очень полезно для здоровья).