Победы не будет. Апокалипсис

Кровный заговор

13 мая 2036 год (по летоисчислению «изначальных»)

Время местное: 23:59

Место: великая объединённая империя «изначальных», Махтэфиа

Точное местоположение: верховная научная палата «младшего брата»

Ночь…

Прекрасный парк…

Переливистое пение насекомых и многочисленных птиц…

Казалось, насекомые соревновались на звание лучшего квартета, с птицами, намного развитым видом пернатых представителей здешнего ареала. Пернатые хоть и имели весомое преимущество, но, насекомые, тоже были не лыком шиты, они буквально «пожирали» местных птиц своим многообразием тембров и созвучий, так как на их стороне, было – число!

Вы никогда бы не подумали и не поверили, что этот гигантский и прекраснейший парк, что распростёрся на двести акров у подножия искусственной и благоустроенной горы, с именем – «научная», был центральной обитель науки «брата младшего». Но, ведь так оно и было!

Двухэтажные, с тёмно-коричневым обрамлением и редкими стенами цвета слоновой кости – дома, располагались на приличном, друг от друга – расстоянии. Крохотные, по меркам «среднего брата» – здания, прямоугольные формы которых, воеводы, обидно обзывали – сараями, на самом деле были весьма симпатичные, но – да, не скроешь, очень уж скромными, по сравнению с величием братьев воинственных. Жилища были в основном стеклянные, но всё же были и исключения. В основном, привычных нам каменных стен, было мало в процентном соотношении. В подавляющем числе были высокотехнологичные, из сверхпрозрачного кварца – панели, в не которых местах даже несущие (настолько они были прочные). И так было везде и повсюду. Если бы вы увидели это место без гида, то, подумали бы: обычный спальный район для вилл богатеев, с живописными местами и широкими гольф полями, но – нет… Это было – именно, и что не наесть, настоящее – сердце, «младшего брата», а именно: его центральное научное ядро. А трёх километровую гору – «научная», венчала небольшая астрономическая обсерватория, что подобно детской вязаной шапочке, стремилась к мерцающим россыпям небесных светил.

Зато, было весьма не сложно отыскать контрольные отделы «мировой стражи4», «брата среднего». Они, прям таки – выпячивались…, на общем фоне, особым величием и эпичностью.

Напротив каждой стометровой бело-золотой пирамиды, на всех её четырёх сторонах света, стояли грозные, десяти метровые – монументы. Тот самый «титан» в бело-золотых доспехах, что крепко держит цепь, на которой, монументальным магнитным кольцом за ужасный ошейник, был прикован тот самый, грозно оскалившийся кибернетический волк, и истинное имя ему – «хищник».

Этот монумент, служил двум целям: являл собой характер «братьев средних»; мощь армии и угрозу тем, кто всё-таки решиться внести хаос и раздор в огромную семью «изначальных».

Но, не обольщайтесь эпичным пафосом, что царил над блаженной тишиной, волей и потрясающими пейзажами этих мест. Мы с тобой, мой друг, минуя двери скромной виллы, пролетаем её насквозь, и…, проникаем сквозь толщу суровой и холодной брони защитных дверей первого уровня. После, пронзаем двери строгого, но современного скоростного лифта, и…, проваливаясь сквозь его пол, несёмся по лифтовой тёмной шахте будто падая в преисподнюю, на тысячу метров вглубь утроби нашей матушки земли…

Красные, дежурные – фонари…, фонари…, фонари…, фонари – проносятся по обе стороны около нас, а мы всё падаем и падаем…

Ну вот, уже начала проясняться маленькая точка дна шахты…

И вот, резкий поворот! И…, мы попадаем в иной мир… Плотно набитый, человеческий «муравейник»… Суровое научное братство, суетящиеся без устали, днями и ночами. Ночными и дневными сменами. Совещательные комнаты, столовые, кино, театры, логистические центры, обширные склады и, пожалуй, самое главное – поистине гигантские, практические лаборатории. Ультрасовременные гигацеха, напичканные самым ультрасовременным оборудованием и инструментами. И по принципу «выше перечисленному», был создан весь мир «младшего брата». Вот теперь, вы то – понимаете, каким образом появилась гора «научная», и она была не одна, их были сотни! Просто у каждой была своя приставка, а у «научной», только коренное название, так как она – первая.

А наш «полёт» – продолжается, по многочисленным извилистым коридорам, ловко минуя столкновений с многотысячным персоналом, даже сказать точнее – жителями, этого научного царства государства.

И вот, наша дверь приближается…

Кварцевая, набело затонированная – дверь. В районе таблички светиться надпись: «научный магистрат центрально-исследовательского округа, Миллергардо».

Пролетаем её насквозь, и…

Строгий, светло-серый, идеально чистый кабинет научного Магистра. Убранство помещения максимально скромное, но, в тоже время, максимально эффективное.

За столом сидит человек, в одежде научного персонала. Элегантный, плотный китель и брюки цвета слоновая кость с золотыми узорами подчёркивающие прекрасную мужскую фигуру. Рядом, по правую руку, лежит такая же «гордая» фуражка, являющая собою высокую честь рода «изначальных».

Научный муж, о чём-то думает…

Нервничает…, легко прикусывая щеку (о чём сообщала едва подрагивающая правая скула).

Вдруг, его взгляд застыл. Рука дрогнула, и поползла к полке, что была в столе прямо пред его животом…

Сейф, пиликнул зуммером и, шуфлядка плавно подалась к животу Магистра. В открывшемся пространстве показался два предмета: плоский, небольшой, но бронированный кейс-сейф, в котором переносили важные документы, что были выполнены из специальной термостойкой плёнки, и второй, ещё более таинственный предмет – чёрная сфера, с пугающими красными символами.

Научный магистр, с каким-то тяжким взором, глянул на неё, замер на секунду…

После, посмотрев на сенсорную поверхность высокотехнологичного стола, надавил на изображение иконки: «информационно-энергетическая изоляция помещения». Сие действие, значило – то, что: кабинет полностью изолируется от внешнего мира и переходит на внутренний источник питания. Также, отключается и от информационной сети «изначальных». Проще говоря, погружает данный кабинет, в персональный микрокосмос.

Конечно, сие действие не ускользнёт от пристально внимания «мировой стражи» «среднего брата», но, и сам научный магистр был не абы кто. Где слукавит, а где и само его звание накатом продавит.

Научный Магистр, плавно «словно опасаясь» положил правую кисть на чёрно-красную таинственную сферу…

Ладонь, тут же «обожгло» не естественным холодом…

Пальцы обхватили сферу крепче, и…

Сознание человека, будто провалилось в бездну бытия! Мир, перед глазами научного Магистра, воистину покачнулся «подобно волнам от упавшего в воду булыжника», и!..

Наступил тотальный штиль…

Стены, перестали устрашающе колыхаться «подобно гардинам на лёгком ветру». Твердыня стала снова незыблемой как прежде…

Но на этом галлюциногенное шоу, обещало только начинаться…

Вдруг, с право налево, около стены напротив, прямо в воздухе, начали появляться шесть величественных фигур, неизвестных, по сему видимо – людей…

Сначала показались чёрные мантии, до самого пола. Следующими, явились устрашающие алые узоры и неизвестные пентаграммы на их одеяниях. Далее, появились плечи, и, плавно снизошли в широкий капюшон. И последней, из бесконечной тьмы покрова, показались воистину ужасающе-безразличные гримасы глянцево-чёрных масок…

Безжизненные, монолитно-кварцевые – глаза, криогенными взорами, туго сковали сидящего за столом научного Магистра, обжигающим холодом. Разрывающий холод начал медленно расползаться по телу, с болью растекаясь по жилам…

Научный магистр ещё держится, отчаянно делая вид, что он совсем не боится…

– Не стоит бояться, Магистрат…, – задрожала душа Миллергардо, от сухого, грубого голоса одного из тёмных фигур.

Высокорослые, по меркам имперцев – фигуры, стояли не подвижно, подобно гранитным суровым монументам древности.

И снова голос, но уже от другой фигуры:

– Грозы, стоит бояться, Миллергардо. Но лишь до наступления тьмы.

– Зачем же ты вызвал нас?.. – произнесла третья фигура.

Страх Миллергардо, тут же трансформировался в желчную ненависть.

– Сыты уже, по горло…, – желчно процедил магистрат, не размыкая сжавшихся уст.

– Почему? – произнесла четвёртая фигура.

– Хватит с них. Хватит, восседать на вершине олимпа и вкушать всю благодать. Купаться в лучах славы, – его челюсть так сжалась, что зубы заскрипели. Скулы, губы и брови озлобленно напряглись. В глазах чиркнул кремень, и, вспыхло что-то очень нехорошее. – Пора уж, поменяться нам ролями. Пусть, теперь они посидят под землёю, как гномы…, – желчная, жгучая злоба начала плавно разгораться в его сердце и глазах. – Пусть теперь – они, будут кузнецами – чужой, славы. Довольно! Наш народ, уже сыт по горло их лживыми сказками о воздаянии почестей, и золотой пылью надежд. Пришёл уж час…, – его спина распрямилась, грудь расширилась, подбородок цинично поднялся, а сквозь недвусмысленный взгляд, уже проглядывалось то самое, ужасающее, адское, сатанинское пламя.

– Как пожелаешь, Магистрат, – ответила пятая фигура женским голосом «словно кобра самого дьявола». – Но, что за семя сомненья я чувствую в тебе? Разве ты не готов заплатить великую цену, за великую цель? Разве великая цена, дороже воли для твоего народа? Дороже – олимпа?.. Или ты…, ты сомневаешься в нас?.. – последнее, прозвучало подобно угрожающему шипению.

И тут же, натянутую самоуверенность мгновенно испепелило не шипение, и даже не сам вопрос, а то, что фигура вдруг ожила, и крайне пристально…, уставилась на «восседающего» в своём кресле, будто в троне.

– А…, – растерялся на секунду, но тут же собрался магистрат. – Нет, нет! Как вы могли такое даже подумать!

– Ну а что же тогда?..

Вдруг ни с того ни с сего, фигура с лёгкостью пера, чуть воспарила над полом, и, пристально прожигая мёртвым взглядом маски – ужаснувшегося, начала плавно сближаться со столом, буквально и насквозь пролетая мебель…

– Мы…, – прошипела она голосом нежити уже находясь в четырёх шагах. – Не потерпим недосказанности…, – положив сухие, явно нечеловеческие пальцы, что показались из-под широких рукавов на стол, она – наклонилась, заглядывая в его глаза «будто на прямую, в душу». – Не играй с нами…, – она застыла совсем рядом с его уже посеревшим лицом. Казалось, он начал бояться её, уже даже пуще смерти.

– Нет, – вывалилось «подобно камню» слово с его мыслей. Тело содрогалось в изредка накатывающих криогенных волнах непонятного ужаса. – Нет. Я не чего не таю от вас, – закачалась его грудь, когда судороги отпустили его лёгкие. – Я не сомневаюсь в…, – не успел он закончить начатую фразу.

– Сомневаешшшшся…, – буквально выдохнула она.

Магистрат, будто почувствовал дыхание самой смерти, хотя он понимал, что это всего лишь иллюзия.

– Я боюсь.

– Чего же ты боишшшшся?..

– Того, что их сила слишком крепка. Мы не успеем начать, как они нас уже – подавят, на корню. А после, всех старших – казнят, или сошлют. Но скорее всего – первое, – «подобно камню» он застыл в неподвижной позе с гримасой истинного страха. Смотря в её мёртвые черные глаза, «подобно зачарованному».

– Ты смеешь сомневаться в насссс?.. – её голова слегка, но очень плавно наклонилась к правому плечу.

На этот раз, Магистрат решил промолчать, так как она – его, воистину загнала в тупик. Но она решила его проблему, следующим вопросом:

– Готов ли ты, заплатить цену?.. Непомерную, цееееенуууууу…, – жестоко выдохнула она, и снова переложила свою голову к другому плечу «словно считывала» его по отражениям сетчатки в уже содрогающихся глазах.

– Так…, – какое-то не хорошее и отчаянное удивление мелькнуло в его глазах.

– Непомерная ценааааааа…, за бесценный олиииииимп…

Миллергардо ожидал высокой цены, но – не на столько! А вот напряжение в его теле возросло на столько, что местные судороги начали пробивать его тело подобно электрическим разрядам.

– Я…, – слегка подкосило его спазмом боли в правом боку.

– А что же ты думал?.. Как же ты хотел? Не чего не даётся дааааром…, – продолжала она раздавливать его морально «подобно безжалостному, бездушному, холодному прессу».

– Я…, аааххххааап, – как-то не хорошо склонившись, жадно вдохнул он. – Прошу вас…, – прошипел он, схватившись за горло левой, а правой рукой, на отмажь, вцепившись в полотно стола.

Грозная, нависшая фигура, с особой жестокостью и цинизмом наблюдая за процессом ментального удушения, ослабила свой натиск.

– Аааааххх!.. – глубоко вдохнул Магистрат. – Я готов заплатить цену, – пытался успокоить дыхание он. – Пусть, ели это даже будет моя смерть.

– Хм, – хмыкнула «она» и плавно распрямилась, не сводя с него взора. – Хм-ха-ха-ха-ха-ха…, – сдержано и крайне снисходительно засмеялась она. После, как-то недвусмысленно выдохнула. Далее, так же снисходительно наклонила голову, всё продолжая взирать на него.

(Вдох…) – Глупец… Нет… Смерть, – снова воспарив над полом, она начала плавно разворачиваться через левое плечо. – Это слишком малая цена, за такое непомерное желание, – начала она недвусмысленно удаляться.

– Шшшш-бух, – зашипел стул отъезжая и, грохнули о мраморный пол, колени павшего. – Постой же! – воскликнул он ей вслед.

Фигура, не долетев до основного строя, что стоял полумесяцем, пару шагов – плавно остановилась…

Наклонив голову вперёд. Она, плавно обернулась через правое плечо…

– Я готов на всё, ради своего народа. Я заплачу любую цену! Чего бы мне это не стоило… Но только прошу вас, Матриарх – не уходите…, – приклонив голову, недвусмысленно закачал он ею. – Мне не сдержать этой тайны. Мне конец, в любом случае. – (тяжкое, недвусмысленное молчание).

Фигура, с любопытством смотрит… Взирает, ждёт… Выжидает, готовности блюда.

Из-под белоснежных волос падшего на колени, что слегка отвисли полупрозрачной гардиной. На кончике носа, накатилась сверкающая в лучах освещения – капелька…

– Мы устали быть грызунам в золотом колесе, – (снова тяжёлое молчание). – Я отдам всё, что у меня есть, – (дрожащий выдох). – Но положите этому – конец.

Всё ещё парящая фигура, слегка опустила голову, будто посмотрев пол.

Молчание…

Она плавно обернулась обратно, на те самые, всё ещё не подвижные фигуры, что голодали за происходящей драмой…

И опять молчание…

И снова переведён взгляд на стоящего на коленях, за столом, человека…

– Ты абсолютно уверен? – произнёс тяжёлый, но в тоже время какой-то материнский голос. И от этого становилось ещё жутче.

– Да, – ответил твёрдо дрожащий голос. – Я абсолютно уверен.

– Всё же…, – впервые, грозная фигура и её душе иссушающий голос задумался.

Зубы, синхронно с лицом падшего, сжались в недвусмысленную мучительную гримасу осознания.

– Всё же, смерть, – подняла она свой мёртвый взор и переложила на плечи падшего. – Была бы…, -задумалась она. – Самым выгодным, для тебя выбором.

– Нет! – взревел он «подорвавшись» с пола и упиревшись о стол обеими руками. – Я выбираю – свободу! – его лицо, искорёженное болью, ненавистью и залитое слезами, смело глянуло на всех присутствующих. – Свобода! Чего бы мне этого не стоило.

В ответ, фигура Матриарха – застыла, толи с жалостью, толи с пониманием…

А вот пятеро фигур, за её спиной, подняли руки над собой. После. плавно развели чёрные кисти в стороны, и…

Вспышка! Вспыхнула для человека за столом. И он, словно поражённый электрическим током – подкосился, и, рухнул без чувств, с выражением лица источающего ужас пред незримым будущим.

Руки пятерых «вечных», снова плавно опустились…

Матриарх, снова воспарив, вернулась к человеку…

Пригнулась…

Аккуратно положила свою ладонь на ту самую сферу, что всё это время было намертво зажата в руке магистрата…

И тут, сфера «словно по волшебству», плавно расщепилась на кванты света и буквально – впиталась без остатка в ладонь Матриарха…

– Даже незнаю, братья мои, – распрямившись, как-то тяжко произнесла она, всё взирая на лежащее тело. – Радоваться нам с вами, или горевать? Тяжкий вопрос, – (такой же тяжкий вздох). – Ну, всё же, выбор сделан, – закончила она, всё продолжая смотреть на это обезображенное эмоциями, лицо.

«Да Матриарх, всё будет сделано, – поклонились пятеро позади, и после, замерцав – исчезли».

Матриарх аккуратно присела, и молча, нежно, как бы погладила мученика…

После, она встала. Повернулась к столу и поднесла свою ладонь к сенсорной панели управления. Между её ладонью и пальцами проскочили стрекочущие электрические разряды, и, спустя пару секунд, её фигура замерцала, секунду спустя – исчезнув без следа.

– Изоляция помещения отключена, – возвестил приятный женский голос с динамиков.

И тут же:

«– Внимание, магистрат Миллергардо в обмороке».

«– Сканирую».

«– Давление ниже нормы на тридцать процентов. Упадок мозговой активности. Тревога. Вызываю скорую медицинскую помощь, – договорил машинный интеллект и стол заморгал все различными тревожными сигналами».

***