Битва… Интеллекта с Разумом. [Роман]

Напарив в жаркой русской баньке, обдав чистой горной водицей, и, натерев ароматными маслами гостя, мы стали пить горячий, настоянный на горных травах чай, в этой самой комнате, где мы сейчас и беседуем, Лариса Генриховна. Андрей Александрович, как тогда я ощутил, сбросил со своих могучих плеч копившуюся годами усталость, непомерную простому человеку. Тогда он сам спросил меня, что за образы горы меня тревожат во снах… Я рассказал, что есть у нас в районе гора Лысая, сейчас её зовут кто-как, а в детстве моём старики, иначе как Сабырова, или Саборова, не звали, поведал ему я и виденья свои.

Утром следующего дня Световит в лучах солнца, опёршись на резной посох волхва, стоял на вершине Сабыр-горы, молча, смотря в линию горизонта, а может и далее, мне было об этом неведомо. Я смотрел и наблюдал, вопросов не задавал, зная, что Световит в работе, во времени и пространстве неведомых, недосягаемых для меня. На синем небе стали вырисовываться мягкие белёсые, еле заметные облака, создавая спираль, центром которой был Андрей Световит, соединивший Русскую землю и Русское небо, стояла небывалая завораживающая тишина, вся природа застыла, ожидая слов и действий его.

– К тому времени, Лариса Генриховна, я уже не удивлялся чудесам, происходившим, когда Андрей Александрович был в работе.

– А я, Валерий Васильевич, хоть и знаю, как всё происходит, так и не привыкла за всё время нашего знакомства, так и открываю рот от удивления, любуюсь и радуюсь чудесам. – Так что же было дальше, Валерий Васильевич?

– А дальше, словно в сказке, долго или коротко это было, я запамятовал, но когда мы снова оказались здесь в баньке, так мне Световит и поведал, хранящуюся веками тайну о Сабыр горе:

– Тысячелетия назад, когда закончилась планетарная война, описанная в индийских ведах и скандинавских эпосах, планета Земля была повержена в хаос, инфраструктура поддержания высокотехнологической жизни людей исчезла, оставив уцелевших, наедине с природой. Основные силы тьмы были разбиты Арийскими народами, но малые группы нежити, паразитов скрылись, маскируя свои личины. Тогда на просторах континента люди Света, арии стали самоорганизовываться, в новую цивилизацию Русских, отстраивая заново города и селения, возрождая Родовые традиции, Славя Соборных Богов, своих прародителей, исполняя завет, оставленный ими на все времена: РУССКИЕ ЛЮДИ, РЕАЛИЗУЙТЕСЬ САМИ!

Враги РОДЪА, человечества время так же не тратили, живя набегами, грабежом и работорговлею, создав новый оплот зла на острове в море Балтики. Творили они тёмные мессы кровавых жертвоприношений, наполняя пространство скорбью, энергиями страха и смерти, пытаясь закрыть снова свет Великого Солнца. Вот именно тогда, вдоль всех континентальных путей, уже новые Русские люди стали возводить сакральные сооружения для защиты своих людей и земель от набегов работорговцев. Дело было это не простым, требовались сильные, смелые… готовые отдать свою жизнь, мужчины, могущие заносить и рубить мечом в Доброте Душевной и стратегической безжалостности. Мало было снести врагу голову, нужно было прекратить перерождение Тьмы и Волхвы знали, что делать, сжигая отрубленные головы врага в очистительном культовом огне, оставляя тлеть тела в глубоких рукотворных колодцах сакральных сооружений, так было и здесь, на насыпной горе, именуемой в крышенском наречии Сабыр гора, что означает «спокойствие, успокаивать». Там, на горе Андрей Световит в наше время увидел растущую могильную траву, которая поведала о тысячах упокоенных работорговцев.

– Ну, вот как-то так, Лариса Генриховна, мне было рассказано.

– Валера, от твоего рассказа всё стало предельно ясно… Записывая музыку, я видела нечётко, фрагментами сцены событий седой старины, а сейчас у меня полная красочная картина.

– Сегодня ты сама ощутишь мощь этой горы, когда мы там будем. Снова наполняя кружку кофеём, Валерий добавил к сказанному:

– После открытия тайны, мы в самый долгий день, когда сменял он ночь, возожгли костры на Сабыр горе, воздав должное Славою Слов, и поднесением треб далёким нашим предкам, а может даже и себе.

– Проявились тогда из неведомого мне Мира Соборные Боги, запечатлевшиеся на фотографии, и я тебе, Лариса Генриховна, эти снимки покажу, как ты прибудешь к нам снова, в следующий раз, сейчас пока не время.

Лариса, заваривая новую порцию напитка, как-то печально произнесла, словно говоря с собой:

– Да, страшные тяжёлые времена были тогда…., – сделав паузу добавила:

– Да и сейчас всё так же, просто уму непостижимо, что они творят, к чему ведут Мир.

– И не говори, Лариса Генриховна, нежить заползла во все структуры власти, паразитируя на всём, на чём может только получить живительную энергию света жизни, безмерно поглощая и перерабатывая свет в чёрную черноту…

– Я что-то пропустил, – спросил спутник Ларисы Сергей, входя в комнату.

До этого он спал в гостевом домике, видя во сне своём яркие картины Уральских гор, и ту самую Ладью с белоснежным парусом, наполненным Ветром Перемен… Ладья плыла в Небесной сини, сверкая яркими огнями света, завораживая Сергея своей реальностью существования, стирая грань между сном и явью…

– Всё хорошо, ты как раз вовремя, кофе готово, тебе наливать? – спросила Лариса.

– С большим удовольствием, Лариса Генриховна, – ответил Сергей и тут же спросил, – Валерий Васильевич, а ты знаешь, чем так удостоились каменные россыпи Таганая, что Андрей Александрович написал стихотворение, Каменная речка?..

Вопрос Сергея относился к другой эпохе с большим объёмом славных событий, прославляющих древних предков. Валерий был в россыпях Каменной реки не раз, она захватывала своим величием, застывшего в камнях течения Времени Тысячелетий, среди вековых Таёжных Елей, которые создавали подобие высокой береговой линии. Сопровождая Световита в потоке Каменной реки, Валерий был посвящён…., а также было поведано ему Световитом, о Древнем Городище, сокрытом в седых громадных глыбах камня.

– Там, Сергей, Древний Город, в котором был упокоен, взятый в плен чёрный пророк и полководец Тьмы последней планетарной войны, описанной в индийском произведении древности, Махабхарате.

Валерий не хотел углубляться в повествования о Каменной реке, дабы не нарушать создаваемый им настрой работы на Сабыр горе, добавил:

– Этому повествованию о тайнах Таганая ещё не пришло время проявится в полной красе Величия деяний древних наших соплеменников. Андрей Световит сам поведает миру новые забытые события гор, стоящих у самого Солнца.

В это время подошёл Александр Иванович, смещая вектор разговора к предстоящему пути на Сабыр гору.

Александр, всегда очень скрупулёзно подходил к таким вопросам подготовки к работе в местах силы. Как-то негласно он взял на себя ответственность во всех делах и путешествиях собрать всё и даже более, что может потребоваться. Валерий знал это и доверял Александру больше, чем кому-либо, так как их отношения были очень давними, с раннего детства, и прошли испытания временем, которое было наполнено и тяготами лишений, и радостями жизни… Одним словом, они были близкими, как братья, друзьями, при этом никогда не выпячивали свои отношения на обозрение. Каждый жил своей жизнью, помогая друг другу в трудные минуты, словом и делом. За кружкой горячего напитка Александр Иванович, рассказав, как всё будет, стал повествовать о своей жизни, отвечая на расспросы Ларисы Генриховны. На вид он был простым русским деревенским мужиком, но стоило с ним заговорить, как простота тут же скрывалась в житейской мудрости суждения о жизни, к тому же он очень хорошо пел и играл на народных инструментах, гармошке и балалайке, а это было для Ларисы, посвятившей всю свою жизнь музыке, живительным бальзамом, вызывающим глубокое уважение к Александру. Сергей слушал Александра внимательно, не вмешиваясь в беседу… Со стороны наблюдая за спутником Ларисы, можно было подумать, что он всё сказанное глубоко анализирует и складывает в глубины долгосрочной памяти для дальнейшего применения житейских мужицких мудростей в своей жизни. Шум шуршания шин автомобиля известил, что прибыла семейная пара Макошевых.

– Всё, все собрались, время пришло быть на Сабыр горе, – оповестил Валерий.

Священный культовый огонь костра, закрученный в движенье Коловрата, в потоке света солнечного дня соединял песнь Сабыр гора с чистым бирюзовым небом Урала необъятной Руси. Вольный ветер Российских просторов нежно подхватывал слова песни, исходившие из сердца и души Владислава, тихо, едва слышно подпевая, уносил в далёкую даль мощь русского слова, воспевающего наступления времени очистительных культовых пожаров. Открывающиеся с вершины Сабыр горы горизонты гордых гористых просторов Седого Урала были чисты и наполнены Солнечным светом. Окончились слова, стихла музыка… Всё замерло… и только ветер, шелестя осеннею листвой берёзы русской всё повторял: «Сабыр, Сабыр… Сабыр-гора…».

В небесной выси, над горою, Орёл могучий скользил, спиралью расширяя пространства для взора своего, а слёзы радости… и горя векового, текли по щекам композитора Ларисы Колокольной.