Щуки в море

От автора

На то и щука в море, чтобы карась не дремал.

Пословица

Первое явление Стихиалей автору произошло ещё на границе веков, но изначальные наброски, к сожалению, были утеряны и лишь через два года восстановлены по памяти, и тогда же, в 2002 году, были отчасти написаны, а отчасти просто продуманы остальные моменты, которые теперь вошли в главы 5 и 6 данной книги. Исходно предполагалась строго хронологическая последовательность изложения, и «Щуки в море» было названием первой книги цикла. Но – не писалось… Лишь в 2008 году автор решил, что напишет хотя бы рассказ, и у него получился «Мир за мир» – теперь это первая глава книги, которая открыла цикл вместо «Щук в море».

Затем всё опять надолго заглохло – «Мир за мир» оставался законченным рассказом, «Щуки в море» всё откладывались… В 2019 году автор окончательно понял, что не может оставить повествование о Стихиалях без продолжения, но только в самом конце 2021 года плотину наконец прорвало, и первая книга цикла была за полтора месяца завершена. Естественно, встал вопрос и о второй – и она тоже пошла. А дальше автор осознал, что просто обязан дописать и самое начало – первые эпизоды, по которым эта книга и названа «Щуки в море», ибо, как выражался Ницше, «не сила, а продолжительность высших ощущений создаёт высших людей».

P.S. Стихиали сразу пришли со своими именами, автор их не подбирал.

Глава 1. Посланница Симелана

9–11 сентября 2005

Где начало того конца, которым оканчивается начало?

Козьма Прутков

Сентябрь Ната любила даже больше, чем весну. Когда ещё можно наслаждаться таким прозрачным, чуть придымленным утром – с хрустальной лазурью неба, звонко хрустящей, как холодное яблоко на зубах? «И с неизменными астрами», – она полюбовалась на роскошный букет в вазе. Было именно такое утро.

– Привет! А где все ваши? – Леренна появилась, когда Первая сестра как раз заканчивала наглаживать блузку. – Ой, это утюг такой? Без углей? Здорово! А то у нас и постирать – целое дело, и глажка тоже. И платье дымом пахнуть будет.

– Вы что, сами всё это делаете? – удивилась Ната. – Без слуг?

– Конечно. Слуги – слишком большая роскошь, а Лесные Сёстры должны жить без роскоши. Даже у нашего… не знаю, как точно – царя, короля, князя? В общем, у нашего мирета и то считанное число слуг.

– Понятно. А где все наши, спрашиваешь? Кто учится, кто на работе.

– И Белка тоже? – теперь удивляться пришлось Леренне. – Шестилетняя девочка ходит в школу? Как же вы богато живёте! Знаешь, я даже не так завидую вашему… электричеству, как тому, что все читать умеют, да ещё в шесть лет! Всегда учиться любила, но девочек у нас редко учат даже читать, да и парней не всех. Меня вот Меллеан не смогла сразу научить – сама еле умела.

– Почему? Традиции не позволяют?

– Если бы традиции! Жизнь не позволяет! Книги рукописные, бумага дорогая, учителю тоже платить надо, да и мало кто может себе позволить девочку от хозяйства отрывать. И это если только читать-писать, а учёность посерьёзнее – так это девушка замуж не выйдет, детей не родит, а нас и так мало, в смысле вообще всех людей. А земли дикой много, расселяться надо! Младшие сыновья миретов, когда вырастают, иногда берут добровольцев и идут основывать новый… миретар, не соображу, как это по-русски. А где им людей-то взять?

– «Княжество», если я правильно поняла. То есть у вас не выходят замуж только Лесные Сёстры?

– Ещё жрицы и магини, но их тоже очень мало.

– Что, и магия есть?

– Да так, бытовая. Доски там просушить побыстрее или связаться с соседним… княжеством, правильно? Но вот звук записать, как вы тогда делали, – уже никак. Может быть, и получилось бы, но наши маги даже не пытаются искать – не могут вообразить, что такое вообще возможно, а магия – это прежде всего воображение, как любая поэзия. Слушай, покажи мне ваш мир, а то я только у тебя дома бывала! Хотя бы просто на улицу выйдем – мы ведь в городе?

– Да, и в очень большом. Двенадцать миллионов человек, а то и все пятнадцать.

– Сколько?.. У нас во всех княжествах столько людей не наберётся! Нет, мне обязательно надо посмотреть, как вы живёте! – Леренна дрожала от любопытства. – Нам же ещё девочку к вам посылать в ученицы – как-то ей будет здесь?

– А давай, в самом деле! – загорелась Ната. – Только не в таком же виде, – иномирная фея была в длинном платье и при полных регалиях. – Сними всё, кроме колец, и оденься как горожанка нашего мира. И пойдём в кафе, тут недалеко.

* * *

– Забавно, – заметила Леренна, когда им принесли пиццу. – У нас нечто подобное бедняки готовят из всяких остатков.

– Да у нас тоже исходно так и было, – улыбнулась Ната. – Это общий принцип – то, что было вынужденностью для бедных, потом становится модой для богатых. Видишь ту девушку в рваных штанах? Тоже мода.

– Ужас! Я ещё тогда, когда Алину вашу увидела в первый раз, хотела полюбопытствовать – как женщины вообще могут в брюках ходить? А если…

– А если это, то… – Первая сестра открыла сумочку и показала упаковку прокладок. – Юля разве не рассказывала?

– О Лаонет1! – Леренна быстро сообразила, что это такое. – Манелиссе, может быть, и рассказывала, а я с ней только по делу общалась – язык ваш учила. Как же нам не хватает таких вот мелочей! Особенно женщинам, – она горько усмехнулась. – И ты ещё удивляешься, почему на Тарлаоне девочки в школе не учатся? Да потому что любую мелочь – или сама делай, или терпи. Когда учиться-то?

– Печально… – вздохнула Ната. – А Тарлаон – это ваше княжество?

– Нет, это наш мир так называется. А моё княжество – Ниметар. Меллеан помнишь? Она родом из другой страны, из Тинистара.

– Да, я заметила, что вы с ней из разных народов. Кстати, а почему она вместе с тобой не появилась?

– Ещё появится, но сначала ваша Первая ученица должна нанести визит на Тарлаон. Когда станет сестрой двух колец, конечно.

– Так стала уже! Нас две теперь! – Ната даже разозлилась на себя за то, что забыла сказать самое главное.

* * *

– Что, уже завтра? – нервно сцепила пальцы Даша. – И я одна? Хоть бы Алина со мной отправилась – с сестрой повидаться! Она же тоже может, – юная фея уже знала историю Юли.

– Юля скоро сама сможет появиться в родном мире, – мягко произнесла Леренна. – Не волнуйся так, ну чем тебе Алина поможет, если наш язык пока учила только ты? Тем более что ты учёная дама – кому же отправляться на Тарлаон первой, как не тебе? А если боишься, что не получится перейти к нам, давай я твой кулон сейчас возьму с собой. К своему камню ты сможешь перенестись куда угодно, даже в другой мир.

– Хорошо, – девушка немного успокоилась. – Кстати, у вас один язык или много?

– Один, общий тарлаонский. Диалектов много, но они разошлись не настолько сильно, чтобы понять было нельзя. Ты учишь ниметарский диалект, это наше княжество так называется – Ниметар.

– А в других княжествах Лесные Сёстры есть?

– Есть, конечно, но мы с Манелиссой из Ниметара, и Юля тоже там живёт. Понятно, ты ещё не так хорошо знаешь тарлаонский, как я русский, но я помогу.

– Будешь представлять меня Меллеан и другим сёстрам?

– Не только. Ещё учёным из… академии, по-вашему, – им давно не терпится поговорить с коллегой из другого мира. И нашему мирету, конечно.

– Князю? – смутилась Даша. – Может быть, не надо? Тебя же нашему президенту не представляли?

– Ваш президент, насколько я понимаю, о Лесных Сёстрах совершенно не в курсе, так ведь? А князь Ниметара нас хорошо знает и часто приглашает, даже роды у княгини и то Меллеан принимала.

– И как, успешно? – заинтересовалась Ната, сама когда-то работавшая акушеркой.

– Да, все три раза, – Леренна тепло улыбнулась. – У него два сына и дочь. Даша, ну не нервничай ты – никаких больших приёмов! Просто появимся у князя в кабинете, поговорим немного – ему ведь тоже очень интересно. А тебе разве не любопытно с настоящим князем познакомиться? Ты же историк!

– Да-а… – Даша восхищённо подняла вверх глаза. – Настоящий средневековый князь! Он хоть один будет? А то я опозориться очень боюсь – даже не знаю ведь, как к нему обращаться.

– Вот это я тебе и расскажу – как к кому обращаться и как держаться. Тикет, я правильно говорю?

– Этикет, – поправила Ната.

– Да, точно, спасибо! Так вот, к князю на людях так и полагается обращаться – «мирет», то есть «Владыка». Наедине можно по имени, но только если он сам предложит. Вообще обратиться к кому-нибудь по имени без титула – это соответствует вашему «ты», а с титулом – «Вы». К княгине – «миретль», но с ней тебя завтра знакомить точно не будут.

– То есть просто добавляется женское окончание?

– Да. Например, к учёному, магу или жрецу – «ханисет такой-то» или просто «ханисет», если не знаешь по имени. «Ханис» – на современном тарлаонском языке «мантия», но исходный смысл этого слова – «знание», так что смысл – «Владеющий знанием». А к жрице или магине, соответственно, обращаются «ханисетль», и к Лесным Сёстрам так же стали.

– А как узнать, кто маг, а кто учёный?

– А как вы своих священников узнаёте? Облачение и крест, так? Вот и наши жрецы тоже носят на груди что-то похожее. Маги – перстень с камнем на левой руке. Ну а Лесные Сёстры – это уж вы знаете! – Леренна рассмеялась. – Так что тебя, Даша, полагается титуловать «ханисетль Даррия».

– Почему именно «Даррия»? – девушка сразу уловила нестыковку. – Ты же вроде нормально моё имя произносишь.

– Я – да, я специально учила ваш язык. Но кто не учил, тому «Даша» просто не произнести – нет у нас шипящих звуков.

– А «Дарья»? Полное?

– А вот здесь тонкость. Обычно же именование замужних и незамужних женщин различается, правильно?

– У нашего народа – нет, – уточнила Ната. – Замужем ли женщина – по одной фамилии понять нельзя. Хотя на Земле есть и такие народы, у которых различается.

– Кстати! – вспомнила Леренна. – Ваш мир по-тарлаонски стал называться «Симелан», потому что «Земля» нам трудно выговорить. Даже учёным – и то трудно.

– Симелан так Симелан! – улыбнулась Даша. – Хорошо хоть, не «Хррз’ызх» какое-нибудь.

– Ну что ты, мы не такие… извратисты! Ну так вот, на Тарлаоне ещё нет фамилий в вашем понимании – все пишутся просто «такой-то, сын такого-то». Поэтому у девушек и замужних женщин различаются имена – в девичьем имени всегда есть двойной звук, который потом заменяется на первый звук имени мужа.

– Двойной звук? Разве они есть в тарлаонском языке? В том учебнике, который ты дала, ни разу не попадалось.

– Есть, но только в девичьих именах и нигде больше. Моего отца, например, звали Канит, а девичье имя матери было Хелисса, поэтому она стала Хеликой. Теперь понятно, почему «Даррия»? Все Лесные Сёстры, конечно же, не замужем.

– Ага, понятно. А если ученица? Юля та же?

– Ханиседисль. Сможешь перевести?

– «Дис» – это «потом», то есть получается будущее время. «Будущая владеющая знанием», то есть?

– Правильно! А сообразишь, какой титул у старшего сына мирета?

– Миредис? «Будущий владыка»?

– Ну да, именно так, – кивнула Леренна. – Мне пора уже, давай твой кулон! Завтра утром появляйся у меня. При полных регалиях Лесной Сестры, конечно.

– Ой, подожди, я вспомнила! Князю же полагается преподнести какие-то дары?

– Авторучку перьевую, например, как мне Ната подарила сегодня, – тарлаонка показала «Паркер». – Поверь, он очень обрадуется!

* * *

Даша всё-таки сильно нервничала и никак не могла справиться с застёжкой правого браслета. Ещё бы – первое появление в ином мире, да ещё в качестве посланницы! Не всей Земли, понятно, и даже не России, а только Стихиалей и зарождающегося земного ордена Лесных Сестёр, но всё равно… Наконец она решила взять браслет с собой – Леренна поможет надеть.

«Стрёмно оставлять дома два камня», – внезапно сообразила девушка, бросив взгляд на лежавшие на столе серьги ученицы. – «Я так могу и раздвоиться, когда буду возвращаться!» Она положила одну серёжку в сумку рядом с браслетом и подарочным «Паркером» и попыталась представить себе зелёный самоцвет и ажурную оправу своего кулона. Да вот же он – у неё в руке!

– Получилось! – подняла глаза сидевшая за столом Леренна. – Собственно, и без кулона получилось бы – нужно было просто представить меня. Запомни комнату – в следующий будешь появляться именно здесь, я-то могу быть где угодно. А вот и Юля!

– Привет! – появившаяся в комнате девушка была ужасно рада. – Ты Даша, с Земли? Ученица Наты? А Линка появится?

– Ханиседисль Юллия, имей терпение! – Леренна шутливо погрозила пальцем. – Ты скоро увидишься и с сестрой, и с отцом.

– Скорее бы! – нетерпеливо вздохнула Юля.

– Только помни, что ты очень нужна здесь! Мы будем искать девочку, чтобы отправить её в ученицы на Землю, и как найдём – сначала ты будешь с ней заниматься.

– Русским языком?

– Не только. У вас очень развитая… забыла слово…

– Цивилизация?

– Да, точно. Нужно же бедную девочку как-то подготовить!

– А знаете, что я думаю? – предложила Даша. – Ищите девочку, которая внутренне уже в будущем и сама пытается что-то техническое изобретать. У вас же тоже есть прогресс – значит, есть и изобретатели.

– Есть, – вспомнила Леренна. – Но исключительно мужчины. Хотя, не спорю, и девочка такая найдётся, если поискать. Но ведь нужен ещё дар феи Земли, не забывай! Ну что, отправляемся в академию?

* * *

– Лесная Сестра с Симелана? Наконец-то! – обрадовался сухонький старичок в мантии.

– Добрый день, о-ханисетль2! – кивнул мужчина средних лет, на левой руке которого выделялся перстень с крупным чёрным камнем.

– Добрый день! Позвольте представить вам ханисетль Даррию, – начала Леренна. – Даша, это ханисет Коберин, мироописатель, и ханисет Летраль, маг.

– Давайте уж просто по именам, без церемоний, – предложил Коберин. – Даррия, а ты случайно не учёная? Леренна рассказывала, что на Симелане и женщины-учёные есть.

– Пока нет, я ещё сама учусь, – ответила Даша, с трудом подбирая слова. – Буду…

– Летоописателем, – подсказала Леренна. – Даррия ещё плохо знает тарлаонский.

– Жалко, – огорчился старичок. – Но учишь?

– Да, конечно, – виновато потупилась девушка. – Ханисет, а ты можешь немного рассказать мне историю Тарлаона?

– Летоописание? Даррия, не надо так церемонно, это мне надлежит титуловать тебя «ханисетль» – в вашем мире столько знают! Итак, наша писаная история началась тысячу с небольшим лет назад… А знаешь, давай лучше я тебе книгу дам, – Коберин, заметив, что Даша не понимает половину слов, взял с полки нетолстый манускрипт.

* * *

– Добрый день, мирет! – поклонились феи.

– Добрый день, о-ханисетль! – улыбнулся князь. – Прошу садиться, – он показал на скамью около резного столика, на котором стояли серебряные чарки, глиняный кувшин с каким-то напитком и блюдо с копчёным мясом. – Ханисетль Даррия, верно?

– Да, мирет, – кивнула Даша.

– Надо же, Лесная Сестра из такого развитого мира! – князь разлил по чаркам напиток, оказавшийся лёгким вином. – Даррия, давай просто по имени, меня зовут Нисталь.

– Хорошо, ми… Нисталь. Позволь преподнести тебе дар, – девушка достала из сумки авторучку.

– Это чтобы писать? – догадался князь. – Чернила внутрь заливаются? – поднявшись и подойдя к письменному столу, он с помощью Леренны заправил ручку и вывел несколько загогулин на листе какого-то материала, напоминавшего грубую бумагу. – Как пишет быстро, даже не надо быть мастером-писцом! Благодарю, Даррия! А я тоже приготовил дар для посланницы Симелана – домик в Касаме. Теперь у тебя в нашем мире есть свой дом.

– Благодарю, мирет! – смущённо покраснела Даша – подарок по меркам российской горожанки был поистине княжеским. – А «в Касаме» – это где?

– Леренна! – укоризненно посмотрел Нисталь. – Небось во все тонкости языка Даррию посвятила, а азы мироописания забыла? И вообще я на тебя очень сержусь, между прочим, – у нас почти три года живёт ещё одна девушка с Симелана, а ты мне только неделю назад об этом сказала! Касама – это столица Ниметара, тот город, где мы сейчас, – объяснил он Даше.

– Большой город? – поинтересовалась девушка.

– Да, тысяч семь-восемь жителей. Я знаю, в твоей столице – в тысячу раз больше, даже не представляю себе, как такое вообще может быть? Но весь Ниметар – триста с небольшим тысяч, понимаешь? Самое большое княжество – это Тинистар, но и там население должно быть не больше миллиона. А всего на Тарлаоне живёт миллионов десять человек, примерно как в… Москове – так твой город называется, правильно? В нашем языке и слово-то такое – «миллион» – появилось только в последние сто лет! Кстати, о времени, – князь посмотрел на песочные часы. – Скоро заявится Нисемун, это мой старший сын, – ему тоже не терпится посмотреть на фею с Симелана. Старший-то он старший, но всё равно ещё мальчишка! Не надо расписывать ему чудеса вашего мира, а то загорится сам побывать у вас, а потом всю… технику без оглядки к нам перетащить. Леренна, помнишь, ты рассказывала про… попаданцев – так, кажется, их Юллия ваша называла? Которые оказывались Лаонет знает где и каким-то чудом сразу это ваше… электричество устраивали в каждом сортире? Вот этого – не надо! Да, я очень хочу процветания для Ниметара, и что-то мы от вас с благодарностью примем, но именно «что-то», и осторожно, а не всё подряд! «Прежде всего не навреди» – так на Симелане говорят? – в этот момент в дверь постучали каким-то условным стуком. – Да, Нисемун, входи! Ханисетль Даррия, помни, о чём я просил!.. Нарелимма, и ты?

Даша с любопытством смотрела на вошедших детей – впрочем, любопытство было взаимным. Очень похожий на отца юноша лет шестнадцати в добротной, но простой одежде, с коротким мечом в ножнах за спиной, и девочка не старше тринадцати в пышном платье, сразу принявшаяся восхищённо разглядывать диадемы и ожерелья фей.

– Приветствую, о-ханисетль! – поздоровался юноша.

– Привет, Ренни! – девочка подошла к Леренне. – Добрый день, ханисетль…

– Даррия, – представил Нисталь.

– Добрый день, миредис Нисемун! – улыбнулась Даша. – Добрый день, миредисль Нарелимма!

– Просто Нисемун, – слегка смутился княжич. – И это… Даррия, прошу прощения, но к дочери мирета обращаются – миретанль.

– Ах да! – вспомнила тарлаонская фея. – О-мирет3, простите, это я не сказала Даррии, как правильно. Даша, «миредисль» – это жена наследного княжича, потому что она в будущем точно станет княгиней. А дочь князя только может стать ей, если выйдет замуж за миредиса, поэтому вместо «дис» стоит «тан» – «возможно».

– Ох, как же я не сообразила! – смутилась девушка. – Учила ведь эти конструкции.

– Даррия, да я не обижаюсь, зови меня просто Лимми, без титулов! – засмеялась юная княжна. – А можно твою диадему посмотреть?

– Дай ей, пусть посмотрит, – кивнула Леренна. – Миретанль, напоминаю, что чужие регалии не надевают – можно только в руках повертеть.

– Знаю… – обиженно протянула девочка, любуясь самоцветами в розоватом золоте. – Я свои хочу!

– Нарелимма, ну сколько можно? – укоризненно посмотрел отец. – Венец ты наденешь, если станешь миретль. Ожерелье носят жрицы, но в жрицы я тебя не отпущу! Перстни подобают правителям и магам. Браслеты – только Лесным Сёстрам, и только они могут надевать всё сразу! Но дара феи у тебя нет.

– Кстати, чуть не забыла! – Леренна полезла в висевший у неё на руке мешочек и вытащила зеркало в деревянной оправе и небольшую шкатулку. – Лимми, это тебе от нас с Даррией. И ещё… – она достала свёрток в плотной ткани и начала что-то шептать на ухо девочке, на лице которой при этом проступило сначала удивление, потом страх и, наконец, восторг.

– Шепчетесь? Заговор против мирета? – Нисталь притворно нахмурился, но смеющиеся глаза выдавали его с головой.

– Да так, о девичьем, – потупила глаза фея.

– О женщины! Правитель посланницу принимает, а они прямо в кабинете – «о девичьем»! Лимми, ты можешь к себе пойти в зеркало смотреться?..

– Зеркало с Симелана? – спросил князь, когда Нарелимма, слегка обидевшись, убежала рассматривать подарки. – Даррия, ты даже представить себе не можешь, какая это роскошь для нас – хорошее зеркало! На Тарлаоне только недавно начали делать прозрачное стекло, а такое большое и такое ровное – вообще не скоро научатся. А ты просто в подарок – двенадцатилетней девочке? Да, порадовала её, благодарю! Но всё-таки предметы роскоши – последнее, что я хотел бы перенять у вашего мира. Нисемун, вот ты – будущий правитель. Скажи, что Ниметару нужно в первую очередь?

– Люди. Народ, – не задумываясь ответил юноша.

– Вот именно! – улыбнулся довольный ответом князь. – На Тарлаоне много совершенно неизведанной земли, которая не принадлежит никакому мирету – пока не принадлежит. И кому будет потом принадлежать? Да тому, чьи подданные заселят! А ремёсла? А торговля? Больше земли, больше крестьян – значит, больше горожан, больше мастеров, больше богатства. А мы чуть ли не половину детей теряем!

– Почему? Эпидемии? – спросила Даша.

– Мор? Бывает, но не очень часто. Голод! Если два года подряд триама не уродится, то все голодают. У вас что, не так?

– У нас просто очень большая страна. Если где-то плохой урожай, то в другом месте будет хороший.

– И не просто хороший, а много? – невесело усмехнулся Нисталь. – И всё это «много» вы можете быстро привезти туда, где мало, я так понимаю?

– Угу, – девушка скомкала тему, вспомнив о просьбе не слишком распространяться о земных технологиях при Нисемуне. – А триама – это что?

– Отец, позволь мне объяснить, – княжич взял со стола пустотелую тростинку-калям, обмакнул её в чернила и нарисовал какой-то кустик, похожий на земное просо. – Вот это – триама, из неё пекут хлеб.

– Только из триамы?

– Можно ещё из хансата, – Нисемун изобразил рядом нечто смахивающее на пшеницу, – но он в Ниметаре плохо растёт, урожай только сам-три. Триама в хороший год может дать и сам-пять, да только на один хороший год – два плохих!

– А кроме хлеба что у вас едят?

– Метеланов держим, – княжич опять взялся за калям, рисуя животное, похожее на быка. – Но не на мясо – только на молоко! Ещё на них пашут и грузы возят. А на мясо – птицу всякую, ну и охота с рыбалкой.

– А лошадей на Тарлаоне разве нет? – Даша сильно удивилась, после чего ей пришлось долго объяснять, что такое лошадь. – Значит, нет, понятно. Знаете, о-мирет, мне кажется, что вы просто-напросто разведали не весь ваш мир, а только один континент, и не очень большой. Я видела карту Тарлаона – он, похоже, окружён морем, но за морем может быть ещё одна земля. Или даже не одна.

– Может быть, – согласился Нисталь. – Так море разве переплывёшь? У нас строят небольшие ладьи, но плавать-то можно только в виду берега!

«Навигации они толком не знают», – поняла девушка. – «Но не это сейчас самое срочное».

* * *

– Лера, а что такое интимное ты Нарелимме подарила? – полюбопытствовала Даша, уже познакомившись со всеми Лесными Сёстрами Тарлаона и собираясь возвращаться домой.

– Бельё, – смутилась Леренна. – Кусок вашего мыла. И это…

– Я поняла, – юная фея нервно рассмеялась. – Нет, попадать точно надо парами! Мужчины-то всё на поле брани смотрят да в кузницу, прогресс двигают, а о женщинах кто позаботится? «Сие надлежало делать, и того не оставлять»4.

– Воистину! – тарлаонка слегка рассмеялась. – Но о мужском тоже забывать нельзя. Поговори со всеми вашими – может быть, помогут Нисталю страну от голода избавить? В вашем мире наверняка знают всякие… земельные искусства.

– Сельскохозяйственные технологии? Да, конечно. Но нам нужно знать, какой у вас климат и что вы вообще выращиваете.

– Всё здесь, – Леренна показала на два манускрипта. – На более-менее современном тарлаонском языке – вот краткая история, а вот мироописание, тут и про климат есть, и про сельское хозяйство, причём с рисунками. Только… Коберин, конечно, дал тебе эти книги, но будет очень рад, если ты их вернёшь, и карты тоже. Очень уж много труда уходит на то, чтобы книгу переписать. У вас есть… машины, которые переписывают?

– Есть, конечно. А я к вам ещё попаду?

– Да когда захочешь! – улыбнулась тарлаонка. – Но мы всё-таки Лесные Сёстры, и ты нужна в своём мире, а я – в своём.

* * *

– Лара, ты где сейчас? – звонок Даши застал Ларису в тот момент, когда она, закончив обработку очередной порции свадебных фотографий, приняла предложение Алексея распить баночку пива.