- -
- 100%
- +
– Давай, – прыснула женщина. – Это что, дичь? – удивилась она, попробовав мясо.
– Специально для тебя домашнего гуся разозлили! – Эвелина, заразившись юмором, тоже отпустила шутку. – Ну да, дикий, у охотников купили. Ешь пока, я тоже помоюсь после лошадей, – Тринадцатая пошла в ванную.
– Значит, излагаю, так сказать, диспозицию, – начала Лариса. – Квартира – одной нашей подруги, она сейчас живёт не здесь. Одну комнату снимает Инесса, две – для вас с малышом. Кто у тебя – парень, девка?
– Девочка, – Злата печально улыбнулась, вспомнив, как злился отец её мужа, узнав об этом. – А что?
– Прекрасно, а то все вещи или на девочку, или «гермафродитные» – у Даши тоже дочь. Кроватка, ванночка – всё есть, и хорошего качества. Со стиркой и с малышом поможет Инесса, она и Даше помогала.
– Ой, спасибо! А то я сама ничего не умею, даже не стирала никогда.
– Ну, прислуги, конечно, не будет, но в остальном ты в уровне жизни не потеряешь. А в качестве таковой, между прочим, даже приобретёшь! По той же причине – нет прислуги, то есть никаких лишних людей в доме. Ну зачем эта прислуга, между нами? Только пялится на хозяев почём зря и доносит чадам на домочадцев.
– Ты тоже с прислугой жила? – вздохнула Злата. – Ну да, так и есть. Это хозяину они угождают, а невестку – даже ниже себя ставят! Как там у Шарлотты Бронте было? «Нет, вы хуже прислуги, вы не работаете, вы дармоедка!»7
– Вот-вот! Наглы вообще настолько паскудный народ, что быть английским писателем – проще некуда. Тупо пиши о том, что видишь, – и ты уже пламенный трибун! Нет, я из простонародья, но мне рассказывали. Да, насколько ты прихотлива насчёт еды? С поварами у нас сейчас не очень, так что, может быть, сама сможешь?
– Попробую, – женщина с сожалением посмотрела на свои длинные ногти. – А будет из чего готовить? Я могу обойтись без изысков, но молочного ничего не ем – от одного запаха тошнит.
– Насчёт молочки – всё понятно, её многие терпеть не могут, а что такое для тебя «без изысков»? Не пустая каша ведь, так?
– Мясо, рыба, хороших фруктов побольше, ну и чтобы приготовлено было нормально. Это очень дорого?
– Нет, более чем нормально. То есть, конечно, дороже, чем стандартное советско-постсоветское меню, но не на порядок.
– У меня всё равно денег нет, – Злата, спохватившись, начала снимать бриллиантовое кольцо. – Поможете продать?
– Оставь ты эти глупости! – в комнату, на ходу заматывая полотенцем мокрые волосы, вошла Эвелина. – Бриллианты надо было снимать, когда ты попутки ловила, а теперь-то зачем? Ты их постоянно носишь, что ли?
– Ну да, потому и не сообразила снять, – женщина испуганно побледнела. – И сумочку, наверное, не надо было брать?
– Сумочка – не так опасно, в них мужчины не разбираются, – заговорщическим тоном произнесла Тринадцатая. – Лара, вы всё обсудили?
– Да вроде всё, – фея Воды действительно не видела больше ничего недосказанного. – Разве что показать осталось, где что лежит, но это уже Несси знает.
«До сих пор так и не спросили, от кого и почему я сбежала!» – ужаснулась Злата. – «А ведь службе безопасности холдинга Сергея Трофимовича даже не надо искать меня по всей стране – достаточно будет московские роддома обзвонить!» – от испуга она даже не заметила, что сказала последние слова почти вслух.
– Лара, я с тебя тащусь, как удав по стекловате! – раздражённо вскинулась Эвелина. – Ты вообще женщина или кто? «Слона-то я и не приметил», то есть роды! Злата, когда примерно?
– Со дня на день, я чувствую, – женщина буквально затряслась от страха. – Только бы не сегодня!
– Не успеешь уже, – Лариса посмотрела на часы. – А чем плохо сегодня?
– «День был субботний: Иоанн Богослов»8, – Злата поёжилась, вновь переживая детские впечатления. – Зацепило это стихотворение, но когда я биографию Цветаевой прочитала – неделю рыдала! А сегодня как раз Иоанн Богослов и суббота. Не хочу для дочки…
* * *
Ната, шумно выдохнув, схватила кусок пиццы:
– Вы только одну, что ли, заказали?.. Ага, спасибо! – кивнула она, когда Инесса поставила перед ней вторую коробку. – Всё, заснула наконец. И где вы её только нашли – такую оранжерейную фиалку? Только то и знает, что беременна, даже свою группу крови еле вспомнила! Хорошо хоть, самая удачная оказалась – «четвёрка с плюсом». И как так получилось, что у неё с собой обменной карты нет?
– А её и не было, – махнула рукой Эвелина. – То есть была, конечно, но не у Златы – всем домашний доктор заведовал. Ты бы стала кошке рассказывать, чем она болеет? Ну так Злату в доме за такую кошку и держали, и всех это устраивало.
– Между прочим, «подарочный пациент» для белохалатников, – язвительно заметила Лариса. – Делает, что скажут, и не требует никаких разъяснений, не говоря уже о возражениях.
– Нет в мире совершенства! – усмехнулась Ната. – Если бы такой пациент ещё и воображаемым был – тогда да, совсем хорошо. А в реальности у них обычно куча собственно медицинских проблем, как у той же Златы.
– Так что, она сможет сама родить? – нетерпеливо спросила Инесса.
– Если «сама» в смысле «без кесарева сечения», то на грани, – поморщилась Первая сестра. – А если «дома, с одной только акушеркой» – однозначно нет, тем более что она к этому не готовилась, в отличие, например, от Даши. И это только то, что касается её самой, а ведь будет ещё и девочка! Моё мнение – нужно кесарево, иначе родовая травма практически гарантирована.
– Вот этого как раз и нельзя, – возразила фея Воды. – Знаешь, почему она сбежала? Дочку у неё после родов отобрали бы и отдали нянькам, не дали бы самой кормить и заниматься с ней, чтобы Злата сразу смогла забеременеть ещё раз. И насчёт родовой травмы она тоже сообразила – не полная дура всё-таки.
– Непременно сын нужен, что ли? Ну понятно, но почему нельзя было спокойно родить девочку и года через два «идти за вторым»?
– Да нет у её мужа этих двух лет! Болен он, того и гляди умрёт. Нет, не рак – болезнь наследственная, так что мы не справимся.
– Ох… А девочке-то не передастся?
– Не должно. Носительницей будет, это да, но сама болезнь – нет.
– Так что делать-то будем, а? – Ната озабоченно посмотрела на подруг. – Без медицинских документов роженицу только в обсервацию возьмут. Нет, с точки зрения чистой медицины там может быть и нормально, но – поражение в правах, не уйдёшь под расписку, да и состояние у Златы с дочкой наверняка будет такое, что уйти – никак, только уползти. А за неделю муж её точно разыщет – он, насколько я понимаю, человек богатый и влиятельный.
– Непременно разыщет, – согласилась Тринадцатая. – Я бы на его месте вообще не дёргалась, а просто «зарядила» бы ментов, чтобы они все обсервации предупредили. Только искать, скорее всего, будет не муж, а его отец – он вообще какой-то региональный олигарх.
– Злата откуда, не знаешь?.. Из Брянска?! Тогда я догадываюсь, о ком ты говоришь, – это же соседняя область с Орловской. Кунчин9 его фамилия, правильно? Сергей Трофимович?
– Он самый, – Лариса вспомнила обмолвку Златы. – Что, сатрап?
– Можно и так сказать, – Первая сестра чуть призадумалась. – Нет, хозяин неплохой, область они с губернатором успешно развивают, и в политику не лезет, но его хозяйство – это его вотчина! Мне как-то попалось интервью с ним – очень прагматичный человек, не занимается никакой благотворительностью и терпеть не может «золотую молодёжь» и всяких бедных родственников. Стипендии будущим агрономам – это пожалуйста, и зарплаты у него в холдинге хорошие, но бесполезным или на бесполезное – ни копейки!
– Всё сходится, у него и дома то же самое, – Эвелина начала пересказывать состоявшийся полчаса назад разговор. – Дом с прислугой и охраной содержит, ибо «положение обязывает», жене с невесткой всё оплачивает, но никаких им живых денег – еле отбился в своё время от родственников жены, понимаешь? С сына делами холдинга заниматься требует – ну да, болен этот Альберт, но голова-то работает у него! А тому бы всё по бабам да по компаниям: «И так недолго жить осталось, так хоть в своё удовольствие!» Ну и кому дело-то оставлять? Внук, понятно, нужен – именно внук, а не внучка. Не то чтобы Трофимыч женщин ни во что не ставил, наоборот, очень ценит деловых, но вырастить деловую внучку – всё равно что в лотерею выиграть, наша сестра же в основном в сторону колыбельки смотрит, так ведь? Как бы то ни было, а без жены Альберту никак! Чтобы законная была, из своего круга и желательно сирота. А тут Злата удачно подвернулась – и сынок на неё глаз положил, и главное, фирме её отца грозило недружественное поглощение «Кунча-холдингом». Ну, папаша и заявил дочке: «В дела вникать не хочешь? Богатой бездельницей хочешь быть? Тогда, раз не желаешь работать головой, так отрабатывай маткой!» Теперь вот стал хоть и миноритарным, но акционером холдинга, а не разорившимся купчиком.
– И что, Злате нравилась такая жизнь?
– Не совсем, конечно, но всё у неё было, а работы никакой не требовали…
– Кроме траха и тибидоха, – уточнила Лариса.
– Ну Лара! – Тринадцатая непроизвольно прыснула. – Надеюсь, ты самой Злате этого не озвучивала?.. Так что, мы сможем провести её через этот самый «тибидох» и спрятать на год вместе с девочкой? Потом, понятно, обратно к Трофимычу – зачем нам богатая бездельница?
Первая сестра, недовольно нахмурившись, протестующе подняла ладонь:
– Птица, ты себя-то вспомни! И Злата пройдёт тем же путём, раз сделала первый шаг. Бездельница-то она бездельница, но смогла ведь сохранить живую душу в этом бриллиантовом болоте – не ради себя сбежала в неизвестность, а ради дочери!
– Да уж вспоминаю… – потупилась Эвелина. – Так что, переправляем её в обитель, как Таню? И приглашаем Ивана Алексеевича? А Люся потом всё зачистит, чтобы никаких рубцов.
– Только не в обитель! Туда уже нельзя, я и так теперь жалею, что Андрей с Лизой там бывали и Ася Афонина. Но они хоть наши друзья, а Злата наверняка растреплет.
– Натали, а зачем вообще нужно резать и потом магией заживлять? – неожиданно подключилась напряжённо размышлявшая всё это время Инесса. – Почему нельзя применить магию вместо операции?
* * *
– Переместить телекинезом человека в принципе можно, и само перемещение ему не вредит, – задумалась метресса Ортелла. – Если, конечно, у мага достаточно силы и мастерства. Но чтобы таким способом принимали роды? Никогда не слышала.
– Но теоретически это возможно? – начала размышлять Ната. – Предмет должен быть виден, правильно?
– Не только. Главное – это наличие чёткой границы между перемещаемым предметом и его окружением. Вот так, например, – ничего невозможного, только опыт! – Ортелла озорно подмигнула и показала раскрытую ладонь, на которой лежала застёгнутая серёжка.
– Ой, моя! – Первая сестра, рассмеявшись, потрогала ухо. – А обратно можно?
– Конечно, только не шевелись… Ну вот, а с ещё не родившимся младенцем так не получится, пока пуповина не перерезана. Но для этого же надо сначала родиться, правильно?
– Телла, а если её заранее перерезать? – осведомился Артур.
– Тогда, конечно, не проблема, но опять же – как это сделать магией? Всё равно какая-то хирургия потребуется. Нет, магическое лезвие создать можно, но пользоваться им придётся точно так же, как и обычным скальпелем.
– И потом, пуповину не перерезают так рано! – рассердилась Первая сестра. – Это только на конвейере советской плодоотделительной фабрики её сразу отхватывали.
– Застопорить кровь, – предложила Алина. – Быстро вытащить из матки и опять подсоединить к младенцу. Сшивать ничего не надо – достаточно соединить патрубком.
– Хм, действительно… А ты сможешь?
– И я, и Лариса. Но «туда» мы не полезем.
– Естественно, не вы же с ней акушерки! Но перерезать-то как сначала?
– Рассуждаем так, – хмыкнул Страж Вихрей. – «Кто мы? Мясо!» Нет, серьёзно – видел я пару раз, как Александр фарш на осетинские пироги готовит.
– Точно! – ахнула Ната. – Он же плёнки магией своей удаляет, не ножом!
– Ну да, некоторые повара это умеют, – подтвердила Ортелла. – Магия довольно редкая, но вполне привычная.
– Значит, решение найдено, – подытожила Ледяная Дева. – Итак, кто у нас в бригаде – Нина, Белка, Лариса, Александр и Гражина? Да, и обязательно Лена с Дашей!
– И я, конечно, – напомнила Первая сестра.
* * *
«Повезло, что приютили меня люди отнюдь не бедные», – улыбнулась про себя проснувшаяся Злата. – «И отдельная комната нашлась, и еда хорошая. А то спала бы вповалку на полу среди тараканов и ела тюрю10 с картофельными очистками», – представления о жизни современных российских бедняков были у неё весьма туманными, незаметно залезая в литературные времена. – «Интересно, а «вповалку» – это как? И что такое тюря?»
Она осторожно привстала и осмотрелась вокруг – пол был чистым и тёплым, и рядом с кроватью стояла сушилка с аккуратно разложенным платьем. Тонкое джерси, конечно же, давно высохло, и Злата рискнула одеться и выглянуть в коридор – навстречу пробуждающимся желаниям богатой молодой женщины. Хотелось, как всегда, полакомиться чем-нибудь вкусным, и принять ванну, и посидеть с книжкой, и съездить в салон красоты, и потрепаться с подружками, обсуждая новые моды… «И больше всего – пообниматься с дочкой», – поняла она. – «Но дочку нужно сначала родить, а это, говорят, очень-очень больно», – женщина передёрнулась от нахлынувшего страха.
– Привет, как ты себя чувствуешь? – на кухне уже хлопотала Инесса. – Кофе тебе можно?
– Привет. Немного латте можно, – Злата присела за стол. – А остальные где? Эвелина, Лариса, Ната?
– Лариса в другой комнате отсыпается, но вообще-то они все живут не здесь, – Лесная Сестра поставила на стол две чашки латте. – Вечером, конечно, будут – у Даши день рожденья сегодня… Привет!
– Доброе утро, – напротив неторопливо села молодая женщина с приветливым аристократическим лицом, появившаяся вместе с очаровательной девочкой лет четырёх, которую она подхватила к себе на колени. – Я Даша, а это Оля.
«Ой, прелесть!» – залюбовалась Злата. – «Хочу такую девочку!»
– Несси, погуляете пока? – предложила тем временем Даша. – А мы поговорим на предмет дальнейшего.
– Погуляем! – выпалила Оля. – Хочу мороженое!
– Пойдём, Олечка! – рассмеявшаяся Инесса увела девочку в прихожую, и вскорости послышался звук закрываемой двери.
– Злата, ты будешь что-нибудь есть? – Даша встала и заглянула в кастрюли на плите. – Несси паровую форель приготовила, хочешь?
– Да, с твоего позволения, – женщине действительно хотелось есть. – Извини, забыла поздравить.
– Тебя уже просветили? Спасибо! Я хотела бы поинтересоваться – что ты планируешь делать после родов? Останешься здесь?
– Хотелось бы, – призналась Злата. – Но я совершенно не представляю, что делать с младенцем.
– Я тоже не представляла, но мне помогали. Проблема в том, что Несси теперь студентка, так что она не сможет всё время быть дома, и у Наты нет такой возможности. Первый месяц мы уж постараемся, чтобы кто-то постоянно с тобой был, а дальше сама, хорошо? Всё равно тебе придётся заниматься только девочкой, без всякого быта.
– А как мне от Сергея Трофимовича спрятаться? Меня же не выпишут, пока он сам не заберёт! И девочку не отдадут.
– Откуда это «не выпишут»? – Даша иронично подняла бровь. – Неужели ты думаешь, что мы тебя в казённое заведение определим? Сами и примем роды. Ты разве не догадалась, кто мы такие?
– Феи, что ли? – сообразила женщина.
– Именно так. Лесные Сёстры, если это тебе о чём-то говорит.
– Что-то слышала… – Злата наморщила лоб, пытаясь вспомнить, кто из её знакомых упоминал о Лесных Сёстрах.
* * *
– Знаешь, Лара, я раньше в Москве бывала только проездом, – щебетала Злата. – Ну и думала, как все провинциалы, что здесь одна только суета. А оказалось – так спокойно! Золотая осень, тихий район… Ох!
– Началось, что ли? – деловито осведомилась фея Воды. – Не волнуйся, сначала это должно быть раз в несколько минут и не очень больно. Терпимо пока?
– Да, просто неожиданно так схватило, – женщина боязливо улыбнулась.
– Ну и не торопись ложиться, лучше походи пока по квартире. Ната говорила, что это будет чуть ли не до вечера, – Лариса провела Злату в комнату и вытащила из шкафа свободную хлопковую тунику. – Останься только в этом, дома тепло, – она начала поглаживать спину женщины своими мягкими львиными лапами.
Ната с Дашей, обе при полных регалиях фей Земли, возникли в квартире около двух:
– Как дела?.. Давно началось? Злата, ложись, я посмотрю… Так, у нас есть минимум два часа, тебе не очень больно ещё? Тогда я останусь с тобой. Даша, собери всех, кого нужно, и Яну прихвати.
– А её-то зачем? – удивилась Первая ученица.
– Кое-что должно остаться тайной – точнее, кое-кто, – объяснила Ната. – Не завязывать же девочке глаза!
– А кто такая Яна? – полюбопытствовала Злата.
– Маг. Будет крутить тебе волшебные мультики! – Ната повернулась к появившейся Ане. – Анка, вскипяти пока воду, а то Несси ещё не скоро приедет – вторник же сегодня, рабочий день.
– Как для Оли тогда? – уточнила Аня.
– Ну да… Вот такие мы, феи! – Первая сестра подмигнула Злате, с восхищением рассматривавшей парадные наряды Лесных Сестёр.
– А сколько вас будет? – женщина вспомнила знаменитую сказку. – Семь или восемь?
– От семи и больше, смотря как считать. Но никаких уколов веретеном!11 Лара, может быть, и ты облачишься?
– Хорошо, но попозже, – отозвалась Лариса. – Белку кто притащит?
– Вот ты и притащи. Можно уже сейчас, чтобы вы обе помыться успели. «Да, только магией, как выяснилось, и можно принять такие роды», – подумала Первая сестра, вспомнив, что изложила накануне Белка. – «Косое предлежание ведь! Но об этом мы Злате не скажем – для Нины всё равно никакой разницы».
– Мы не слишком поздно? – сопровождаемая двумя девочками Даша вернулась где-то через час. – Злата, позволь представить: Яна, Мелания.
– Вы что, тоже колдовать будете?! – ужаснулась Злата.
– У магов в каком-то смысле нет возраста, подобно тому, как у врачей нет пола, – серьёзно сказала Ната. – Лань, ты хорошо понимаешь, что становишься настоящим магом именно сейчас? Всё, что было до этого, – не более чем игрушки.
– Угу, – с совершенно взрослым видом кивнула девочка. – Надо смотреть?
– Да, и быстро обмениваться кольцами – помнишь, мы вчера тренировались? Даш, а Нина что, ещё занимается?
– Заканчивает, так что я за ней и ещё кое за кем, – Первая ученица вновь исчезла.
* * *
– Ох… Это когда-нибудь кончится? – жалобно простонала Злата.
– Как только отойдут воды, я же говорила, – попыталась успокоить её Даша. – Дальше вообще-то начнётся самый напряжённый этап, но тебя мы от него избавим. Это мне вот пришлось рожать от начала до конца. Нет, больно не было, просто жуткое напряжение…
– Деуки, смотрите! – напряжённо застывшая Лариса первой заметила, что пол под переминающейся с ноги на ногу женщиной уже стал мокрым.
– Злата, ложись, – начала распоряжаться Ната. – Рожать на спине – это, конечно, извращение в угоду конвейеру, но у нас операция, хоть и магическая… Да, хорошее раскрытие, всё в порядке. Даша, Яна, садитесь! – у изголовья кровати были приготовлены два стула.
– Что тебе показать? – поинтересовалась Яна, ставя чуть наклонную стену густого иллюзорного тумана.
– Покажи мою дочку, – улыбнулась женщина. – Какой она будет лет через пять?
– Я не знаю, но могу показать «просто девочку», – Яна представила себе годовалую малышку и начала неспешно подращивать её. – Даша, тебе видно сквозь туман?
– Нет, – Первая ученица уже держала руки с кольцами на голове Златы.
– Мне тоже не видно, – подтвердила стоявшая за её спиной Лена.
– Лань, вы кольцами обменялись? Смотрите! – на самом деле магическую операцию начинала Гражина, но Ната не могла обратиться к ней по имени. – Держи взгляд на этом месте, иначе потом не найдёшь… Анечка, заступай!
– Ага-а… – Аня перехватила у Гражины синий гранат Лани и надела на палец девочки своё кольцо с уваровитом. – Минуты две-три, ладно? Чтобы поясок был хотя бы в миллиметр толщиной.
– А можно платье не кремовое, а серебристое? – попросила в этот момент Злата, с любовью всматриваясь в иллюзорную девочку, которой на вид было уже где-то пять лет.
– Можно, – Яна вспомнила любимое платье Эмилии – точнее, платья, потому что Эмилия росла, и ей каждый год шили новое, но из той же самой серебристой тафты. – Такое?
– Да, примерно такое… Ох!
– Лань, отдохни пару минут, потом работаешь с Ларисой, – послышался голос Наты. – Несси, вытри ты наконец насухо, а то ещё поскользнётся кто… Лара, стопори кровь в пуповине! Нина, сядь с ногами на кровать, чтобы точно на пол не уронить! Белочка, видишь, где резать?
– Вижу, – Белка перевела взгляд на красного от смущения Александра, с которым они сплели левые руки с перстнями, и парень молча кивнул, удаляя выращенный Гражиной и Аней поясок жировой ткани, который пересекал пуповину.
– Господи, благослови! – перекрестилась Первая сестра. – Нина, принимай!
– Ай! – громко вскрикнула Злата. Боли как таковой она не почувствовала, но ощущение внезапно схлопнувшегося живота было весьма неприятным.
– А-а! – эхом отозвался ещё чей-то крик, и иллюзия перед её глазами исчезла, превратившись в живую девочку.
* * *
Даша, передав младенца Злате, вновь встала на весы:
– Три сто, нормальный вес.
– Вот интересно, а без костей сколько? – осведомилась Лариса, нервно нашаривая в кармане сигареты.
– Да ну тебя! – сверкнула глазами Ната. – Выйди, в самом деле, покурить! Несси, а ты появись, пожалуйста, в лаборатории, я уже звонила, – Первая сестра положила в пакет записку и маленькую пробирку с пуповинной кровью. – Группа, резус и всё по максимуму, они знают. Деньги есть?
– Конечно, – Инесса вышла в прихожую. – Я скоро!
– Лена, достань из холодильника пузырь со льдом, – вспомнила Первая сестра. – Так, плацента целая… Злата, ты есть хочешь?
– Её что, съедать надо? – ужаснулась женщина.
– Некоторые так и делают, но мы имели в виду бефстроганов, – улыбнулась Даша. – Да, а время-то! Никто не заметил?
– Полшестого, – доложила Лена. – Если совсем точно, то тридцать одна минута, так что все бюрократические координаты определены.
– Кроме имени, – поправила вернувшаяся с балкона фея Воды.
– Не знаю даже… – тихо отозвалась Злата, с совершенно потусторонним выражением лица поглаживавшая свою малышку. – Надо Альберту позвонить, но я номер не помню – он в телефоне остался, а я его с собой не взяла, чтобы не отследили.
– А хоть чей-нибудь помнишь?.. Тогда ешь пока, а потом маме позвонишь. Деуки, пошли на кухню! – Лариса потянула Дашу и Лену за руки. – Итак, кто у нас будет козой отпущения, то есть засветит свой номер и напишет заявление?
– Может быть, лучше справку нарисуем, как для Оли с Динарой? – предложила Аня, собиравшая для Златы поднос с поздним обедом. – И позвоним с моего телефона? Я же всё равно завтра на Тарлаон возвращаюсь.
– Не прокатит, не та ситуация, – Лена, ненадолго задумавшись, начала излагать свои соображения. – Наших девочек никто не искал, а Злату точно ищут, поэтому сразу выяснят, что справка липовая. И потом, зачем обманывать, когда можно не обманывать – просто написать заявление о родах да и всё?
– Затем, что в таком заявлении адрес указывать надо, – усмехнулась Лариса. – И по этому адресу сразу прицепятся «врачи, милиция, общественность и прочая сволочь».
– Вот именно, – кивнула Даша. – Я не такая бунтарка, как Лара, но мне тоже не хотелось, чтобы поликлиника донимала, потому и попросила сделать справку, что якобы всё было конвенционально. Но можно же написать какой-то другой адрес, нет?
– У меня как раз жильцы съехали, квартира сейчас пустая, – подхватила Лена. – А что, это мысль! Типа Злата родила в моей квартире, а потом под покровом ночи принесла девочку сюда – идти-то пять минут всего. Хотя нет, я ещё с Натой посоветуюсь. А позвонить…
– Я обеспечу, – Лариса поднялась, собираясь уходить. – Знаю одного бомжа с телефоном, который этим зарабатывает.
* * *
– Кто ты? – умильно шептала женщина, заглядывая в глаза своей дочери. – Эвелина, Инесса, Дарья, Наталия? А может быть, Лариса?
– Вот кто угодно, только не Лариса, – возразила фея Воды, наглаживавшая, как она выражалась, «пинки», то есть подгузники. – Во-первых, я чувствую, что это не её имя, а во-вторых, оно тебе надо, чтобы такая же отвязная пацанка получилась, как я?
– Но в детстве-то ты небось всё равно была маминой радостью в красивом платьице, разве нет? – улыбнулась Злата.
– Хочешь верь, хочешь нет, но с платьями я всё детство воевала, – Лариса выключила утюг и присела рядом. – И вообще со всеми этими «ты же девочка». Как-то всегда знала, что в обычную женщину не вырасту – только в одинокую львицу.