- -
- 100%
- +
− Какое у меня молодое лицо! Ах, какие розовые щёчки и нет ни единой морщинки или отёков под глазами. Мелисса − волшебница! Нельзя её отпускать от себя никогда, − подумала Заура, а вслух сказала: − Справилась. Но хвалить я тебя не буду. Сегодня бал, проверим мои новые духи.
В этот момент как раз две рыжеволосые служанки принесли бальное платье, расшитое лентами и кружевами из золотых нитей.
− Ах, − сначала восхищённо сказала Заура, увидев свой наряд, а потом гневно добавила:
− Следите, чтобы в складки моего платья не заползли тараканы. Как же мне надоели эти хищные, усатые чудовища.
Мелисса достала горсть сухих цветков персидской ромашки1111 и насыпала их на пол в комнате.
− Тараканы исчезнут и никогда Вас больше не потревожат. Эти цветы пиретрума своим ароматом уничтожат их во всём дворце, − сказала она.
Глава 8
Бертолдо
Король Бертолдо крепко спал. Его благородный профиль – суровый и вместе с тем добрый, величественный и мягкий, несмотря на болезнь, был естественно красив. Ещё не старик, но уже и не молодой с лицом, испещрённым морщинами, носом с горбинкой, синими кругами под глазами и слегка поседевшими усами, он мог бы ещё нравиться дамам. В изголовье на маленьком выступе в стене стоял мартин. Лучи солнечного утреннего света, проникающие через не плотно закрытые портьеры на окнах, играли разноцветными искрами в кусочке кварца заключённого в золотой додекаэдр. Засыпая, король задал мартину лишь один вопрос: − Где мой старший сын Гуерино?
Он спал и снился ему сон. Он видел в подземелье своего сына, прикованного к колонне цепями и ночь, вокруг кромешная темнота. Бертолдо проснулся, открыл глаза. Перед ним стоял лекарь Лиям с подносом, на котором сверкал полный воды стеклянный скифос1112.
− Доброе утро. Выпейте эту живительную воду, ваше величество, − с поклоном сказал лекарь.
Король выпил воду и потянулся. Лиям открыл тяжёлые вишнёвые портьеры с позолотой, и комната захлебнулась солнцем. Стены, искусно инкрустированные кусочками янтаря, горели, словно сами излучали дивный яркий свет. Вся спальня заиграла красками. Коврики перед кроватью и большие ковры перед креслами, обтянутые кожей крокодила, были великолепны. Здесь лежали шкуры тигра, ягуара, медведя со сверкающими жёлтыми глазами из цитрина и всё ещё грозно оскаленной пастью.
Стены были увешаны всевозможным оружием: луками, ножами, колчанами со стрелами.
Лиям позвонил в колокольчик. Два высоких слуги вошли в спальню короля через боковую дверь. Поклонившись Его Величеству, они сняли с него ночную рубаху и положили его худое и измотанное тело на стол, вырезанный из большого куска зелёного нефрита.
– Приступим, − сказал Лиям, втирая в кожу рук миндальное масло.
Похлопав ладонями по спине короля, он приступил к массажу.
− Расслабьтесь Ваше Величество. Пусть Ваше тело будет как у молодого юноши. Пусть кровь течёт спокойно и уверенно по вашим сосудам.
Приняв ванну с отваром лаванды, король, лёжа в кровати, отведав лёгкий завтрак из перепелиных яиц и варёных артишоков, приступил к приёму посетителей.
Первым в комнату вошёл вельможа весьма преклонных лет с длинной бородой подвязанной зелёной лентой, в одежде из орехового атласа и лиловой шёлковой накидке. Тихо ступая длинноносыми туфлями без задников по коврам, он подошёл к ложу короля и поклонившись тихо сказал: − Ваше Величество, я сделал так, как Вы просили. Я сказал Джакомо, что есть тайная казна полная золотых монет. Он ищет, сбился с ног.
− Благодарю, Алоис. Я знаю, что Гуэрино ещё жив. Теперь мы сможем выиграть время. Джакомо ради того, чтобы найти казну не станет убивать брата. Мне больно слышать, что мой сын Джакомо меня ненавидит и мечтает лишь о власти. Он очень похож на свою мать Эпихору. Ты ведь знаешь Алоис, что после смерти матери Гуерино Элизы, я был в отчаянии. Я думал, что Эпихора меня любит. Надеялся её полюбить. Но ей нужны были лишь власть и богатство, а не я. Как же я ошибался! – горько вздохнул король.
Бертолдо посмотрел в открытое окно. Спальня находилась высоко в главной башне и поэтому он увидел лишь сапфировое небо и лицо Элизы нарисованное его воображением.
− Когда я понял, что кроме Элизы я никогда никого не полюблю, было уже поздно. Эпихора родила Джакомо, а потом Зауру. Поняв, что в сердце у меня по-прежнему Элиза, она решила делать мне козни и покинула дворец. Я скрыл от детей, что у них разные матери. Всё, что ты мне рассказываешь о Джакомо, больно ранит моё сердце. Это моя кровь, но видимо, дурная кровь. Как брат может уничтожить брата? Как сын может не любить отца? Это мне наказание за то, что не сохранил верность к моей единственной возлюбленной, к моей Элизе.
− Ваше Величество, не стоит очень строго себя судить. Эпихора Вас не любила. А то, что её коварный замысел не удался, говорит о том, что Вы мудрый и сильный человек, − ответил Алоис.
Бертолдо задумался: − Знать бы наверняка, что движет Джакомо. Нельзя судить людей, по их словам, а по делам, только спустя время. Джакомо напорист, целеустремлён, любит власть. Но не такой правитель нужен этой стране. Если Джакомо сядет на трон нескончаемые войны разорят мою землю. Я был не справедлив к Гуерино. Он проводил время на охоте, в библиотеке, состязаниях не проявляя интерес к государственным делам. А я видел только его правителем Латурии. Мартин мне показал, что Гуерино жив, а значит, есть надежда, что он одумается и станет наследником трона.
Окинув внимательным взглядом стены спальни, король сказал мудрецу: − Нужно заставить Джакомо привести брата в тронный зал. А там, Алоис, ты знаешь, что делать.
− Да, Ваше Величество, я приведу Гуерино по тайному лабиринту к Вам.
− Скажи, Алоис, как ты относишься ко лжи? – задумчиво спросил Бертолдо.
− Ложь во имя восхваления себя и унижения другого человека гнусна. Ложь, которая убивает опасна. Лживый человек искажает правду, наводит хаос и сам же запутывается в паутине неправды. Вся ложь, приносящая зло возвращается рано или поздно двойным ударом лгуну. Настигает его. Гадкой грязью сплетен и интриг затягивает его в трясину. И чем больше лгун изворачивается и мечется, тем сильнее его бьёт жизнь. Все события закономерны, идут чередой, одно порождает другое, и слово и дело и мысль имеют вес и значимость.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Зверобой (лат. Hypericum perforatum) – медонос. Лекарственная трава от ста болезней.
2
Ятрышник (лат. Orchis). – молодые клубни съедобны, применяют для восстановления сил у ослабленных больных.
3
Плакун трава (лат. Lythrum salicaria) – медонос. Другое название Дербень. Порошком травы посыпают долго незаживающие раны.
4
Ферула (лат. Ferula) – используется в качестве специи. В Германии XIX века служила пряной добавкой к ливерной и кровяным колбасам.
5
Мускус (лат. Muscus) – сильно пахнущее вещество, вырабатываемое железами некоторых животных (кабарги, ондатры, мускусной утки).
6
Фиалковый корень (лат. Iris florentina) – корень ириса германского при сушке и выдержке в течение трёх лет накапливает эфирные масла и приобретает приятный запах. Используют в парфюмерии.
7
Масло мелиссы – получают из листьев, стеблей и цветов мелиссы обыкновенной (лат. Melissa officinalis L.).
8
Томпак – сплав цинка и меди.
9
Валериана (лат. Valeriana officinalis.) – медонос. Из корня в медицине готовят успокоительные препараты.
10
Артишок (лат. Cynara) – вытяжку из листьев используют в медицине и косметологии, листья стебли и корни для приготовления артишокового чая. В пищу употребляют варёные соцветия (нераскрывшуюся корзинку будущего цветка).
11
Пиретрум – персидская ромашка (лат. Pyrethrum) – для человека порошок высушенных цветов безопасен, но губителен для насекомых (тараканов, мух, блох).
12
Скифос – питьевой сосуд из прозрачного стекла.