Проклятие старой усадьбы

На этот раз её заметили. Выбравшись на берег, водолазы, шлёпая ластами, неуклюже побежали к Диляре.

– Нашли! Жива!

Диляру положили на носилки и укрыли одеялами. Её била дрожь. Невдалеке стояла карета скорой помощи, двери её были распахнуты.

«Удар молнией – это небанальный детский ушиб, после которого максимум укол от столбняка поставят. После удара молнией мало кто выживал», – доносился со стороны чей-то голос. Диляра смотрела на заплаканную мать, подружек, обступивших носилки со всех сторон, на доктора, натягивающего на её руку манжетку тонометра. И никого не видела. Ей было всё равно. Диляра думала о том мужчине, боге реки, что спас её, а теперь требовал за спасение нешуточную плату…

Следующие три дня она провела в больнице. Анализы, обследования. Врачи удивлялись и говорили, что это просто чудо какое-то. Рекомендовали матери славить Бога за то, что удар молнии на здоровье девочки никак не отразился.

Частое упоминание бога начинало вызывать у Диляры неприятие: «Почему взрослые так часто его вспоминают? По поводу и без».

Первые дни после выписки она не находила себе места, выглядела подавленной и отсутствующей в кругу подруг, часто пропускала мимо ушей сказанные в её сторону слова. Встреча с Су-Анасы не выходила из головы, злобный оскал речных нимф и фраза, не терпящая возражений: «…Ты вернёшься ко мне в качестве невесты… или умрёшь!»

Подружки, казалось, искренне поддерживали её, сюсюкались, как с маленькой, отчего Диляру аж тошнило: «Никогда не вошкались и не стоило начинать...» Но слащавая забота подруг всё равно лучше, чем придирки отца.

Характер у Диляры был сложный. До девятого класса она чувствовала одиночество среди людей. Но два года назад в школе появилась молодая женщина, только что окончившая университет – психолог. Она с энтузиазмом развила бурную деятельность, а потом резко «свинтила», как выразилась Алька. В город вернулась. Поступать в аспирантуру. Но до этого всё-таки успела немного поработать с Дилярой индивидуально. После общего тестирования «психологиня» несколько раз вызывала её к себе на «допрос», единственную из всех девятиклашек, и долго с ней разговаривала. На пятой такой встрече Диляра даже смогла открыться...

Так вот, психолог сказала, что в инстинктивных попытках защититься Диляра держится слишком высокомерно и холодно, отталкивая от себя людей. Это сильно усугубляет тот психологический дискомфорт, что она постоянно испытывает дома. В любом случае психолог посоветовала ей чаще улыбаться людям и не отталкивать их при попытке вступить с ней в контакт. А ещё вести дневник, в который записывать ситуации, вызвавшие у неё особенно сильные эмоции.

Дневник вести Диляра не стала, но улыбаться попробовала. Так, у неё появились подружки. Чаще она их терпела, но иногда, находясь в кругу подруг, всё-таки испытывала моменты истинного счастья и ощущала себя самой обычной девочкой, а не «тупоголовой бездарностью», как иногда называл её отец. Диляра подозревала, что и в самом деле недостаточно умна. Некоторые вещи она не могла ни понять, ни вызубрить. Выше головы не прыгнешь. Почему она не может просто учиться, как Алька и другие дети? Они не напрягаются как Диляра. Ну, Эльмира – да, но она хотела быть во всём первой – «заучка».

В глубине души девчонок Диляра ценила. Они приносили реальную пользу. Все вместе готовились к экзаменам с утра до поздней ночи, решая сложные задачки. Эльмира, как учительница, терпеливо объясняла ей самые трудные места в тестах. И репетитора не нужно.

Предстоящие экзамены не оставили Диляре выбора: пришлось сосредоточиться. А потом... бывали дни, когда она совсем не вспоминала встречу с Су-Анасы. Память о встрече тускнела, стало казаться, что всё это произошло будто бы и не с ней. А через некоторое время Диляра убедила себя в том, что речной бог ей просто привиделся, пока она была без сознания.

ЕГЭ школьники из Малиновки сдавали в городской школе. Выходя из класса после первого экзамена, Диляра впервые почувствовала бодрость – как будто камень с души упал. Была надежда, что тест написан хорошо. Внутри маленьким огоньком затеплилась гордость. В школьной уборной, умыв лицо и всмотревшись в зеркало уставшими глазами, она довольно улыбнулась и вдруг... Увидела его! Речной бог, холодный и прекрасный, смотрел на неё из Зазеркалья, словно напоминая об уговоре.

– Это всё морок! Морок! – закричала Диля, плеснув на зеркало горсть воды. Вода медленно стекала по гладкой зеркальной поверхности, из которой всё яснее проступали черты синеглазого мужчины. Он протянул руку и погладил её по щеке:

– Я уже скучаю по тебе, красавица. Помни срок: до осени ты должна вернуться в мои владения или же… Я найду тебя повсюду, где есть вода-а-а…

– Диля! Мы уже заждались! Сколько можно любоваться на себя в зеркало? – сказала заглянувшая в уборную Гуля.

Диляра повернулась к ней сама не своя: бледная, с широко раскрытыми в ужасе глазами.

– Господи, на тебе лица нет! С тобой всё хорошо? – испугалась Гуля, подбежала и, придерживая подругу за локоть, вывела в коридор.

– На, водички хлебни… – протянула бутылку минералки Алька.

«Повсюду, где есть вода» – полыхнуло в голове у Диляры. Грубо оттолкнув от себя бутылку, она побежала прочь. К выходу.

– Нет. Нет. Этого не может быть. Я, наверное, схожу с ума, – шептала она.

Город мелькал перед глазами ярками красками рекламных щитов, цветочных газонов, мигающими глазами светофоров, сливаясь в общую бесформенную массу цветов и звуков, которые вибрировали, гудели, визжали. Диляра выскочила на дорогу, и перед ней резко затормозила машина.

– Куда прёшь! Совсем жить надоело? – выкрикнул водитель, высовываясь из окна автомобиля.

– Диля... – зашипела на неё Эльмира. Она почему-то оказалась рядом, оттаскивая подружку на тротуар.

Нервозность нарастала с каждым днём.

Каждую ночь Диляре видела во сне, как она тонет в реке… Как холодная вода коконом опутывает всё её существо, мокрая одежда липнет к телу, цепляется за склизкие чёрные коряги, а губ касается тёплый роковой поцелуй речного божества. Она просыпалась, долго смотрела по сторонам, вглядываясь в тёмные силуэты цветочных горшков на подоконнике, в полки с книгами, в большой старинный гардероб – она дома. Диляра не высыпалась, голова днём болела до невозможности. А ещё эти галлюцинации… Везде: в зеркале, в ванне, в огородной бочке, везде Диляре мерещился высокомерный усмехающийся образ Су-Анасы.

– Слушай, Диля, после того происшествия с молнией ты сама не своя. Может, в больницу сходим. Удар всё-таки не прошёл бесследно. Голова не болит? – волновалась мать. – Поехали в город, сделаем МРТ, что ли? Потратимся. Много ли мы на тебя тратились?

– А про золотую побрякушку забыла? Кто ей цепь на выпуск подарил. Говорил же, что не нужно этой кобыле ничего дарить. Поступит, тогда... – резко включился в разговор отец.

– Ну, ты уж... – повысила было голос мать, но сразу заткнулась от одного взгляда мужа. Он был до безобразия скуп, и спорить с ним всегда оказывалось себе дороже. На цепочку с кулончиком согласился, только чтобы все видели – он может себе это позволить. Вещи покупались только в случае крайней необходимости. О брендах можно было вообще забыть.

Агроном копил на приличный внедорожник. И был почти у цели. Старая «Волга» уже не соответствовала его представлениям о престиже.

– Потом. После экзаменов. Поступлю, тогда подумаю насчёт МРТ. Может, само, как-нибудь рассосётся... – со злой усмешкой ответила Диляра. Но отец понял это по-своему и посмеялся шутке.

***

Вот и второй экзамен сдан. Надежды не оправдались: результаты тестов не радовали. Диляра рассчитывала на большее. Эльмира по баллам уже после первого экзамена значительно её опережала. А теперь и вовсе ушла в отрыв. Оставалась биология…

Они с Эльмирой ещё с первого класса соревновались в оценках, тогда Диляра умудрялась выходить победительницей. Но продолжалось это недолго. В седьмом классе появилась физика, алгебра с её дурацкими факториалами, синусами и косинусами... Потом – химия. Да и биологию Эльмира знает много лучше, у неё миллион шансов обойти Диляру по всем статьям. Количество бюджетных мест ограничено. Набегут льготники, целевики, и она может продуть последний шанс выглядеть в глазах отца не такой уж «полной дурой».

«Будет стыдно, если эта «заучка» Элька поступит, а я нет», – хмуро взирая на подругу, думала Диляра, страшась упрёков родителей. Отец примется кричать на неё, обзывая бесполезной тупицей, а мать – дуться и смотреть на дочь исподлобья, ведь ей тоже «прилетало» от отца, когда он был недоволен дочерью.

«Что же теперь? А может…» – врезалась в голову неожиданно тёмная, глубоко кощунственная мысль... Но Диляра тут же отбросила её прочь.

«Нет. Это, пожалуй, слишком!»

Добирались до села молча. Автобус в послеобеденный час ехал из города полупустой. Алсу и Гуля сели вместе. Маринка подсела к неизвестному, но очень симпатичному парнишке и всю дорогу заглядывала ему в лицо. Сильно тем смущая. Они перекинулись парой слов, и Маринка узнала, что он едет к бабушке. И ещё, что он на три года младше её. Просто за последний год сильно вытянулся.

– Так ты бабы Маши внук? Тот самый мелкий паршивец, что всегда дразнил меня с компанией таких же оболтусов: Тёмкой, Ильдаром и Азизом? Вот это номер! И зовут тебя... Равшан? Рамиз? Равиль…– перебирала она, закрывая ладошкой рот парня, и тот каждый раз отрицательно качал головой.

– Тимур, – сказал он, отводя её руку в сторону.

– Аааа! Помню, что в имени была «ррр».

Парень захихикал. Ему польстило внимание взрослой девушки.

Эльмира и Диляра уселись поодиночке и тупо смотрели в окна. Диляра до сих пор злилась, все это чувствовали, но никто не мог понять, в чём дело. Марина, уловив напряжённый взгляд подруги, примолкла и дальше только коротко отвечала на вопросы Тимура.

Когда автобус подъехал к остановке, все нехотя поднялись.

– Вот ехать бы и ехать куда глаза глядят. И к чёрту экзамены! К чёрту свидания, взрослую жизнь, – неожиданно для подруг воскликнула Эльмира.

– Да ну вас, девчонки. Хватит хандрить. Айда на наше место? К реке. Айда... – недолго уговаривая, Алсу побежала вниз с пригорка. От остановки ближе всего получалось по берегу.

Все вместе спустились к реке. Практически в идеальной тишине раздавались редкие визгливые крики стрижей, отдалённый гул мотора. Лёгкие волны от катера монотонно бились об берег, шурша и вынося на гальку пену и мелкий речной мусор. Сильно веселиться не получалось. Настроение не то. Но посидеть у реки, тихонечко разговаривая, опустив в прохладную воду уставшие ступни, покидать блинчики – вполне. Марина и Алсу достали из рюкзаков печенье и шоколад, устроив спонтанный пикничок.

– Девчонки, налетайте! Только вода своя. У нас с водой напряг. Всё от волнения на экзамене выхлестали...

Однако Диляру такой отдых нисколько не радовал. Она оставалась зажатой и настороженной. В какой-то момент вдали среди камыша ей привиделся силуэт мужчины в пышном старинном камзоле. Волосы, перевитые зелёными водорослями, развевались на ветру тяжёлыми плетями. Для Диляры он давно перестал быть богом. Злобный дух, демон! Он долго смотрел на неё, всем видом призывая следовать за ним… Он жаждал жертвы.

– Кого ты там увидела? – спросила удивлённая её напряжённым видом, Алсу.

– Вон там мужчина в необычной одежде. Словно из мира фейри…

– Где? Вы кого-то видите? – бросила Эльмира подружкам.

– Нет. А кто там может быть? – обернулась Алсу.

«Может, я потихоньку схожу с ума?» – подумала Диляра, и глаза её сразу окаменели, наполнились равнодушием. В них поселилась зима. Алсу отпрянула от неё, словно почувствовала этот холод...

***

Биологию Диляра сдала плохо. На многие вопросы теста отвечала как придётся, что называется, «тыкая пальцем в небо». Мысли путались, а сердце металось в ожидании грядущего позора: «Дура! Дура! Дура!» – стучало в голове.

Экзамен опять проходил в одной из городских школ. Поехали с Эльмирой – у них же предметы одинаковые. Эльмира опаздывала. Она показалась на остановке, когда водитель уже завёл двигатель.

– Где ты пропадаешь? Договорились же в восемь! – рявкнула Диляра, хмурясь, и они заскочили в уже отъезжающий автобус.

– Мама в последний момент решила впихнуть мне свои пирожки, – улыбалась запыхавшаяся Эльмира.

– Всё из-за тебя, – снова рыкнула Диляра, когда автобусной дверью прижало подол её платья. Не повезло Эльмире. Именно на ней Диляра вымещала всю свою злость. Ей оставалось только догадываться, что творится с подругой?

После экзамена они с Эльмирой не торопились домой. Долго болтались по торговому центру, опоздали на свой автобус, и Диляра предложила доехать до моста, а дальше пешком, чтобы не ждать. Сели на автобус, что идёт через мост до развилки в соседний посёлок. Там идти уже не больше километра.

На светофоре они с Элькой встретились взглядами: «У меня просто нет выхода. Или я, или она!» – неожиданно приняла решение Диляра. То, что раньше казалось кощунственным и недопустимым, стало вдруг приемлемым. Эльмира увидела в глазах подруги красную вспышку...

– Светофор! Представляешь? Он отразился в твоих глазах. Это было мощно. Словно сам дьявол в тебя вселился. Я даже испугалась на секунду! – вдруг выпалила Эльмира весело.

– Да уж... Я посланница Ада. Берегись! – сымпровизировала Диляра. Но прозвучало это жутко.

Автобус, как и в прошлый раз, шёл полупустой, а желающих пройтись до Малиновки не было вовсе. Можно было идти по дороге, но Диляра неожиданно предложила спуститься и пойти по берегу реки.

– Комарья поди, мерено-немерено, но… ладно, давай, – согласилась подруга, надеясь, что Диляра вдруг смягчится.

И здесь совсем не вовремя у Эльмиры зазвонил телефон.

– Да, мам. Да. Я уже рядом, почти пришла, не волнуйся, – ответила Эльмира на звонок и засунула телефон в карман. Диляра вздохнула с облегчением: про неё Эльмира не упомянула. «К удаче».

Когда девушки проходили мимо того самого места, где они обычно сидели у воды, Эльмира спросила:

– А что ты всё-таки увидела там? – она указала рукой в камыши.

– Не могу сказать точно. А хочешь взглянуть сама? – предложила Диляра. – Ещё в прошлый раз, когда я почти утонула, выбираясь из реки... вон там, увидела на дне нечто потрясающее…

Диляра посмотрела по сторонам и, взяв Эльмиру за рукав, потянула в заросли камыша.

– Где это?

– Пару метров от берега... – сказала Диляра.

– Разувайся, нужно зайти в воду… – сказала Диляра остановившись.

Подруги разулись, и Диляра первая зашла в реку. Она аккуратно ступала по скользкому илистому дну, всматриваясь в своё отражение, как вдруг вместо себя увидела в воде Су – речного бога.

– Вот здесь. Иди сюда скорее…

Эльвира, держа сандалии в руках, осторожно подошла к подруге, стоящей почти по пояс в воде.

– Где?

– Присмотрись получше. Вон там, на дне, – показала ей Диляра.

– Ничего не вижу… – Эльмира наклонилась так низко, что волосы опустились на поверхность воды, распустившись веером и…

Диля резко нажала на голову подруги, окуная её в жёлто-зелёный омут. Из воды вырвался сноп пузырей. Эльмира пыталась сопротивляться, но какая-то дьявольская сила поселилась в её подруге, которая топила, топила и топила её…

В какой-то момент Эльмира перестала сопротивляться, тело её обмякло и стало оседать, медленно уходя на глубину, в кромешную темноту небытия. В царство речного бога…

Диляру потрясло произошедшее. Она не ожидала, что в ней таится столько силы! Что она способна пойти на такое!

Но вместе с ощущением внутреннего подъёма в душе проснулся страх возмездия: «Вдруг кто узнает? Не видел ли кто?» Девушка заметалась по прибрежной гальке туда-сюда как безумная: «Что делать дальше?» Она схватила сумку, оставленную на берегу, и побежала прочь, падая и загребая руками глину обрывистого склона. Но вдруг остановилась и оглянулась. На гальке лежал пакет Эльмиры.

– Она утонула. Утонула. А пакет остался на берегу, как доказательство того, что она была здесь… одна!

По берегу, через редкий лесок Диляра вышла обратно к автобусной остановке. Тонкое вискозное платье почти высохло на жаре, но Диляра продолжала трепать его за подол, сушить, оглядываться, нервно кусая костяшки указательного и среднего пальцев.

Быстро пошла к селу по дороге, к поселковому магазинчику. Купила молочный коктейль, поздоровавшись с бабой Сафой, живущей на соседней с ней улице, и выйдя из магазина, не торопясь, пошла к дому. Она встречала знакомых, и, кивая, приветливо улыбалась. Как ни в чём не бывало.

Знакомые удивлялись, кивая ей в ответ: обычно она ни с кем не здоровалась. С седьмого класса в ней сидел подростковый бунтарь: «Не дождётесь!»

***

Кончилось лето. Осень прошла по улицам большого села мокрыми грязными сапогами. Началась зима. Диляра всё-таки поступила в институт, получила комнату в общежитии и теперь жила в городе. Подальше от Су-Анасы и гнетущих воспоминаний. Даже на выходные домой приезжать наотрез отказывалась. Её пугала одна только мысль, что придётся встретиться со старыми подругами, посмотреть им в глаза, увидеть заплаканное лицо мамы Эльмиры. Та привечала её искренне... Даже окаменевшее сердце помнило сердечную доброту и могло растаять под напором слёз... Она и своим родителям не смела на глаза показаться: боялась случайным словом выдать себя. Быть обнаруженной. Преступницей! Опозорить их на всё село. Диляра удалила из контактов всех своих деревенских знакомых, удалила аккаунты в соцсетях. Всё! Теперь она спряталась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.