- -
- 100%
- +
– Ты бы могла голенькой плавать, я иногда так делала.
– Кхм, – услышала сдавленный смешок, и мы с Леной вместе обернули головы к двери, где стоял уже одетый Алексей.
– Что за гадость! – возмутилась я и, скомкав полотенце, швырнула его в мужчину.
И все было бы здорово, если бы я сильно не махала руками, ибо перевес вышел не хилый, даже с моим-то маленьким весом. Итог – я сижу на попе прямо на плитке, а на мою спину удобно опирается шезлонг, перевернувшийся при моем падение. Круто, что я сидела поперек, иначе по голове бы бахнуло, а мозгов-то и так не много.
– Калинка-Калинка, тебе больно?
– Карина, с Вами все нормально?
Услышала сразу два взволнованных голоса, но мне стало так смешно от сложившейся ситуации, что я громко расхохоталась, откидывая назад давивший в спину пластик.
– Такого у меня еще не было на практике, – еле выдавила из себя, хохоча и хлопая ладонями по коленям.
– Дядя Леша, Калинке не больно, – радостно отмахнулась крошка и маленькой ручкой поправила мои волосы, выбившиеся из пучка.
– У меня попа мягкая, потому и не больно, Ленточка! – сообщила я, принимая из рук охранника свое полотенце: – Ты, кстати, не против, если я тоже буду так тебя называть?
– Нет, что ты, мне нлавится.
– Вот и познакомились, дай «пять», – я выставила ладошку вперед и дождалась, когда девочка хлопнет по ней своей ручкой.
– Дядя Леша, а плинесите нам с Калинкой молочные коктейли, – нифига себе, малышка меня удивила! Ну-ка, и что ответит дядя Леша?
– Ленточка, у тебя теперь есть няня, и она может тебе сделать все, что попросишь, – ответил Алексей, жадно рассматривая мой оголенный живот. Козел, сразу видно его бл*дский взгляд, небось ни одной юбки пропустить не может.
– Вообще-то, Калинка пелвый день, и сегодня мы отдыхаем, так что не отвлекайте нас!
Я повернула голову, следя за тем, как Лена, пройдя мимо меня, улеглась на стоящий рядом шезлонг, а потом вспомнив, схватила с маленького столика солнцезащитный очки и, сложив на груди ручки, довольно улыбнулась.
– Пожа-а-алу-йста, – добавила она, и я перевела взгляд на Алексея, который, цокнув языком, с улыбкой ушел готовить для нас коктейли.
– Ничего себе! Да ты строгая! – заметила я, потерев висок и очень надеясь, что девчонка не будет сильно меня гонять.
– Нет, что ты, плосто чуток пошутила. Ложись со мной лядом.
Я кивнула и, перевернув свой лежак, умостилась рядом с Леной, и блаженно вздохнула, радуясь теплым лучам солнца.
– Я люблю заголать, только самой иногда скучно. А ты любишь?
– Люблю, правда удается это крайне редко.
– Ну, тепель-то будем часто заголать, к тому же лето уже сколо. А у тебя есть детки?
– Нет, но я очень люблю малышей. И ты замечательная девочка, уверена, нам будет весело.
– Весело точно будет! Мы с тобой как загудим!
Ленточка раскинула ручки в стороны, показывая, насколько сильно мы будем с ней «гудеть», а я поняла, что ее отец точно вышвырнет меня из этого дома, так и не узнав, насколько я прекрасная няня.
– А откуда ты знаешь такие слова?
– Слышала, как папа по телефону говолил, ну вот и подумала, лаз папа говолит такое, то и мне можно.
– Ваши коктейли, девушки, – сообщил Леша, оставляя на столике два высоких бокала, наполненных молочными коктейлями, с трубочками.
– Спасибо, дядя Леша, Вы свободны, – ответил Ленточка и, опустив очки на нос, послала ему воздушный поцелуй.
– Спасибо! Но я хотел бы поинтересоваться у Карины, можно?
– Но только быстло.
– Ладно. Карина, я мог бы для Вас лично выбрать купальник, если бы Вы захотели…
– Что вы, Алексей, не стоить портить себе зрение! – отмахнулась я и, взяв свой бокал, протянула его к малышкиному, слегка ударяя и создавая глухой звук.
– За знакомство, – произнесла Ленточка и, маленькими губками обхватив трубочку, с наслаждением отпила сладость.
– Не понял, а чем я могу испортить себе зрение? – удивленно спросил Леша, почесав лоб в раздумьях.
– Ну это же очевидно, дядя Леша! – совершенно не по-детски произнесла Леночка, и тут же добавила: – Калинка класивая, а ты ослепнешь от ее класоты!
– Вот! – взмахнула рукой, выставив указательный палец к верху.
– Господи, как же тяжело с женщинами…
Тяжело запричитал мужчинка, а мы с Ленточкой весело расхохотались, соглашаясь с его словами. Так и есть, с нами очень тяжело, а еще небезопасно, и потому лучше не приставать, а то однажды утром можно лысым проснуться. Это в лучшем случае. А в худшем… а в худшем ему знать не обязательно.
Вот в таком настроении и проходил наш день. Кроха рассказывала мне, чем любит заниматься, что кушает, во что играет, как развлекается, а я в свою очередь ее предупредила, что с завтрашнего дня у нас в расписание будут занятия. Лена с удовольствием согласилась, но попросила, чтобы за каждый ее успех, папа покупал ей новую заколочку, резиночку или любой фрукт, какой она только попросит. Я улыбнулась ее запросам, прекрасно понимая, что в ее арсенале и так предостаточно разной красоты, а ультиматумы она ставит для того, чтобы папка не расслаблялся. А еще рассказала, как они с отцом по вечерам смотрят мультики или играют в игры, и он никогда ей ни в чем не отказывает, потому что очень любит ее. И я его понимала, ведь Ленточка была прекрасным, умным и смышленым ребенком, а еще очень милой девочкой, которую постоянно хотелось тискать.
После сытного обеда, приготовленного моими заботливыми руками, мы по очереди приняли душ, ребенок, конечно же, с моей помощью. Потом я сделала ей много хвостиков на голове, и волосики торчали словно пальмы, жаль только без бананов.
– А вот тут засада, Калинка… – расстроена произнесла крошка, забравшись с ногами на кровать и рассевшись на ней по центру.
– Что случилось? Что за грусть?
– Класиться нечем. У меня одна помада только, и ту я спелла у бывшей няни.
– Давай договоримся, если тебе что-то надо будет чисто девичье, то попросишь у меня, только без спросу ничего не бери.
– Договолились.
– Ну и отлично! А теперь за работу. Моей косметики хватит на сто макияжей, мы с тобой еще и боевой раскрас крутой забабахаем.
И мы забабахали! Лена попросила накрасить ее черными тенями, которые мощно выделялись на ее светлом личике, и добавить на щечки румяна, да так ярко, словно бурячком помазали. Как в старые, добрые времена.
– Какая же ты класивая, тебе и класиться так не надо, – произнесла Леночка, когда я докрасила ей губки розовым цветом.
– Ну да, скажешь тоже. А теперь – смотри.
И я подставила ей зеркальце, от чего мы вместе во весь голос заржали, потому что это было настоящее чудо природы, с черными веками и краснючими щеками! Я очень надеялась, что ее папашка не скоро заявится домой, иначе мне точно настанет конец, а ведь я еще такая молодая и красивая. Умирать мне еще совершенно не хочется.
– Калинка, папка нас плибьет. Дело говолю!
– Не переживай, прорвемся, – отсмеявшись, немного нервно ответила я, кого Влас прибьет, так это точно не дочку.
Когда мы обе были готовы, со всеми собранными крутыми вещами малышки отправились в огромную гостиную, где она тут же включила большой музыкальный центр. Музыка сразу полилась из больших прямоугольных динамиков, и Лена тут же вошла в раж, переодевшись в первый понравившийся наряд и сдвинув в сторону кофейный столик, принялась выхаживать по импровизированному подиуму. Я в который раз удивилась тому, какой умной и грамотной девочкой росла дочка Власа, которая о чем-то вспомнив, хлопнула ладошкой себе по лбу и с размаху скинула с ножек свои сандалики.
– В чем дело, кроха?
– Ну, какая же нолмальная модель выступает в таких калошах?
– Почему же? Ты же показываешь летнюю одежду!
– Не хочу. Можно я обую твои туфельки?
– Ленточка, у меня слишком высокие каблуки! А вдруг ножку подвернешь?
– Я буду остоложно, – пообещала она, сложив ручки в умоляющем жесте.
– Ну, разве только очень-очень осторожно.
– Ула! Ты такая замечательная!
Лена бросилась мне на шею и оставила звонкий поцелуй на щеке. Наблюдая за ней со стороны, я радовалась, что попала именно в этот дом и к этой малютке. Девчонка поистине оказалась замечательной, а еще было заметно, что ей очень не хватало женского внимания. И у меня появилось желание сделать все, чтобы ей было комфортно рядом со мной, и весело.
Обув высоченные желтые туфли, Ленточка медленно прошла к началу «подиума», а возвращаясь обратно, уже более уверено переставляла маленькие ножки в огромных для нее лодках. Я с переживанием смотрела на ноги, понимая, что ребенку негоже в таком ходить, но отказать не смогла. Но мысленно обещаю, что больше не позволю ей обуть такие «корабли», лодки с пляжу, не ваш причал. А еще мне нравилось, что рядом с девочкой я становилась совершенно другой, от которой бы ее отец пришел в шок. С ним я так не любезничала. Да и признаться честно, я жутко начинала нервничать, потому что, если ее папашка увидит, с каким макияжем ходит дочь, казнь в первую очередь будет ждать меня. Так что… мда уж, лучше купальник продемонстрировать на своем теле для него, чем оказаться распятой на ближайшей поверхности. Хотя… Если он вздумает обмазать меня сливками и слизать их языком, особенно в тех местах, в которых больше всего захочу я, тогда да, я согласна. Распятью быть.
– Какому распятью, Карина? Или ты себе наказание придумала?
– Влас?
Я ошарашено посмотрела на близко стоящего мужчину и тут же принялась искать глазами Лену, оказавшуюся спрятанной за стеной, отделяющей кухню от гостиной. Неужели ей удалось вовремя скрыться от отца?
– Чем вы занимаетесь?
– Эм… мы это… Музыку слушаем, – быстро нашлась я, тяжело сглотнув слюну, ибо босс стоял слишком близко. Слишком близко своим пахом к моему лицу.
– Маленькая проказница, выходи…
– Не, пап, не выйду, – услышала со стороны и хихикнула, вспомнив макияж ребенка.
– А чего, доча?
– А ты лугаться будешь, – пояснила она, все так же скрываясь за углом.
– Я буду ругаться? – спросил у меня мужчина, отставляя на диван большой пакет с покупками.
– Ну, я же не знаю, что тебя в этой жизни бесит. Может, ты обижен, что родился мужиком и не можешь делать себе макияж. Так я хочу тебе сообщить прекраснейшую новость – ты можешь стать трансом. Ныне это очень модно.
– Я что, по-твоему, на пидора похож? – зло прошипел Влас, склонившись к моему лицу.
– Папуль, а что такое пи…
– Ленточка! – прервала ее на полуслове, в ужасе выкатив глаза.
– О, Боже! Доча, что с тобой? – офигев от вида Лены, удивленно спроси босс, и я поняла, что сейчас мне будет хана.
– Упс! – произнесли мы с Ленточкой в один голос, и она, мгновенно отшвырнув ногами мои бедненькие туфельки, тут же выбежала на улицу, оставляя меня наедине со своим отцом извергом.
– Значит в модельки играли…
– Не играли, попрошу заметить, а дефилировали!
Влас немного грубо схватил меня за руки и, подняв с дивана, приблизил лицом к своему лицу. В нос тут же ударил ахренительно вкусный запах его парфюма, сердечко предательски дрогнуло и пустилось в пляс, а внизу живота сладко заныло, отчего я едва ли не застонала. Нафиг он так смотрит пронзительно своими яркими голубыми глазами? Зараза, и, если бы только в глаза, так нет же, периодически опускает взгляд на губы, которые я тут же облизнула, потому что они неожиданно стали сухими. Ну поцелуй же, поцелуй…
– Дефилировать ты мне сегодня будешь наедине, когда наденешь купальник, который я купил специально для тебя.
– Боюсь, Влас Викторович, что ничего не получится, – хрипло произнесла я, оправдывая свой голос тем, что это всего лишь от желания смочить горло водой, а не от его близости.
– Боишься, что не сдержишься и набросишься на меня? Ты уже мокрая, Карина? Скажи, уже влажно у тебя в трусиках и ты готова принять меня прямо сейчас?
– Очень влажно, Влас Гениальность, настолько, что срочно хочется переодеться… – завороженно смотря на его губы, так же хрипло ответила я, уже продумывая, что скажу дальше.
– Возбуждаешься от моих слов?
– Да нет, что ты, просто описалась от страха!
– Пап, пап, папа, – мы как по щелчку обернулись на голос взволнованной малышки, а она, увидев на себе наши взгляды, замерла и мило улыбнулась: – Пап, ты бы не мог меня не лугать?
– За что, Ленточка? – поинтересовался Влас, отпуская мои руки и отходя на полметра.
– За то, что нечаянно лазбила стекло в твоей машине, – произнесла будничным тоном и ножкой поводила по ковролину, потупив глазки к полу. Ха, умора детка, молодец! Спасла меня от извращенца.
– Ты же не станешь ругать ребенка за такую ерунду? – вступилась я за малявку, прекрасно понимая, что она сделал это не специально.
– Папуль, там чуточек, всего лишь половина лобовухи, ну и там, где ты сидишь.
– Твою ж налево, Ленточка, – обреченно произнес папаша, правой рукой потирая больную голову.
– Не, пап, ты че, я ж плавша! Забыл, что ли? Ну, а лаз забыл, целовать не плиходи!
Глава 4
Карина
Я видела, как Влас тяжело вздохнул, но больше всего меня волновало, каким образом Ленточка умудрилась разбить стекло! Да еще и лобовое! Неужели меня ожидали поистине веселые деньки в доме с маленькой заводной кнопкой? Огорчало ли меня это? Конечно же, нет! Главное, что скучать нам будет некогда.
Вы только посмотрите на нее, она нашкодничала, а папе пригрозила к ней не приближаться, потому что якобы он не помнит, что его дочка правша! Это просто улет! Ну, малышка, теперь я ни минуты не сомневаюсь, что мы подружимся.
– Ленточка, я ничего не забыл. Это просто такое выражение!
– Калинка, это плавда? Или папа забыл, что я плавша?
– Нет, милая, такого выражения нет, не слушай его, – ответила я, коварно улыбаясь и смотря на босса, который удивленно уставился на меня. Ну, а кто говорил, что будет просто? Так хоть есть вероятность отмазать ребенка.
– Сегодня и завтла меня не целуешь! Калинка, пошли на улицу, покажу тебе, как стекло лазбилось.
– Пошли, – кивнула малышке и пошла за ней следом, но, когда Лена скрылась за дверью, я неожиданно была перехвачена сильной мужской рукой.
– Будешь за Ленточку отрабатывать стекла с автомобиля, – прошипел он у моих губ, а я, положив руку ему на грудь, нежно царапнула ноготками сквозь рубашку, любуясь его реакцией на мои прикосновения.
– И что папочка прикажет делать? Целовать его по утру в обе щечки, в углу постоять на горохе или, может, ремнем армейским отстегает за непослушание?
– Будешь язвить, достану плетку и отстегаю по голой заднице, после того, как примеришь купленный мною купальник.
– Ничего себе, плетка имеется в арсенале? А что еще мой господин держит в своей комнате? Может, наручники или стек, а может анальную бробочку? Ммм?
– А ты что, мечтаешь, чтобы тебя тр*хнули в попку?
– Ох, я уже кончила от вашей сексуально будоражащей грубости. Но нет, такого желания не проявлялось у меня. Будут другие указания по поводу наказания?
– Я придумаю позже, ну, а пока нас ждет моя дочь, которая жутко провинилась, вместе с тобой.
– Офигеть! А нечего ставить машины там, где играет ребенок, чтобы потом женщины не были виноваты!
Показав Власу язык, я быстро выскочила на улицу, на поиски Ленточки, которая как оказалось уже вовсю резвилась с Лордом.
– Ленточка, подойди ко мне, – скомандовал совсем чуточку рассерженный отец, настолько чуточку, насколько было разбито стекло в его авто.
– Папуль, я не пличем, – сделав виноватый вид, негромко проговорила малышка, пальчиками ног играясь с крошечным камушком, лежавшим на плитке.
– А кто причем?
– Дело было так, я вышла из дома, Лолд плинес в зубах камешек, и мы давай иглаться. А когда я кинула его в столону забола для Лолда, он уже убежал, а камешек попал в машину.
– Дочь, когда кидаешь камень, надо смотреть, куда он может полететь. Ты только скажи, как же так получилось, что от одного броска, сразу два стекла?
– Ох, пап, ну ты стланный, летело же в боковое, его лазбило, а потом попало в лобовуху.
– Ты что супер человек? Откуда столько сил?
– Уметь надо, Босс Викторович! Как вы поняли, ребенка ругать не за что, значит мы пошли мыться.
– Ребенка не за что, ага, как же, зато тебя…
– Что-что? Мне послышалось?
Я подхватила Ленточку на руки и, не обращая внимания на зло шипящего Власа, прошла мимо, направляясь в ванную комнату, чтобы отмыть девочку не только от яркого макияжа, но и от ее игры с камешком и огромным псом.
– После душа я жду тебя в кухне, – донеслось мне в спину, но мы уже были увлечены разговором с ребенком, и ответить ее отцу не представлялось возможным.
Искупавшись следом за малышкой, я достала свой фен из чемодана и, обернув тело полотенцем, принялась сушить волосы, укладывая их сразу в красивую прическу. Сколько себя помнила, всегда следила за внешностью, будь то маленькой, или подростком, но выглядела я всегда на отлично. Сейчас же и вовсе красотка с длинными ногами и пышной грудью. Правда, некоторые дамы, обделенные куском мозга, считали, что сиськи у меня силиконовые, собственно, как и нарощенные волосы. В ответ я предлагала им нарастить себе мозг, чтобы в следующий раз думали, что говорят, ведь я могу и моську набить за нелесные слова в свой адрес.
Росла я в обычной семье, где никогда не было больших денег или уж тем более славы. В городке, где я родилась, в то время работы было мало, и родители вкалывали на заводе, оставляя меня на хозяйстве, а позже и нянчиться с младшим братиком. Когда я подросла, приходилось делать работу по дому, а этого я жуть как не любила и до сегодняшнего времени. Зато детки стали для меня самым важным и ценным в моей жизни, наверное, благодаря моему маленькому и задорному братику. Теперь же он конечно вырос, а любовь к нему и деткам никуда не исчезла.
Месяц назад я попробовала устроиться в офис на должность секретаря, только мой шеф какого-то хрена не захотел платить мне зарплату за отработанный месяц. Просто-напросто запретил в бухгалтерии выдавать мне деньги, а пояснения почему лично мне не выплачивают, я не дождалась и подожгла ему дверь. Конечно, он не пострадал, ибо, выходя из офиса, я предупредила охрану о возгорании, но сама смылась, тихо хихикая с маленького костра под его дверью. А вот оставаться в маленьком городе не рискнула, да и с некоторых пор квартирка у меня имелась в Днепре от бабушки, которую, к слову, я никогда не видела. Так почему бы и не воспользоваться жилплощадью и немного не перекантоваться в другом городе? Авось и бывший шеф обо мне забудет.
– Правда на мою больную голову еще один нарисовался, но у этого доча крутая, тут я с радостью поработаю, даже за одни плюшки.
Довольно улыбнувшись, я уложила последние прядки и, отключив фен, пошла на поиски подходящей одежды. Но решив не заморачиваться, надела короткие шорты и футболку, благо вырез тут был только для шеи. Хотя мои ножки и так смутят босса, но надевать спортивки в такую жару я не собиралась, если его что не устраивает, пусть глаза себе завяжет.
Решив после разговора с Власом позвонить родителям и сообщить, что устроилась работать няней, прихватила с собой мобилку и отправилась в кухню, на поиски сексуального босса.
– Па, ну чуток позволишь посмотлеть мультики пелед сном? – услышала забавный голосок Ленточки, которой папа завязывал два веселых хвостика.
– Лен, у тебя все чуток, не заметила? Стекла в машине к херам снесла – чуток, мультики допоздна – чуток.
– А че такое к хелам?
– Э… кхм…
Вот балда, нашел при ком ругаться.
– Ленточка, а хочешь, мы вместе посмотрим мультики перед сном? – спасла я ситуацию, а точнее наглого мужика, которому бы пришлось объяснять собственной дочери, что такое хрен!
– Ух ты, хочу, Калинка!
Девочка тут же спрыгнула со стула, не позволив папе завязать второй хвостик, и волосики с правой стороны рассыпались, оставаясь болтаться при беге. Оказавшись рядом, малышка обняла меня за талию, а я, приняв из рук ее отца резиночку, завязала второй хвостик, завершая незамысловатую прическу.
– Прости, Ленточка, но сегодня тетя Карина не сможет посмотреть с тобой мультики, ибо будет очень занята вечером.
– Да? – спросили в один голос с ребенком, и тогда я вспомнила, что сегодня извращуга хочет, чтобы я примерила купальник. При нем! Ну держись, гад!
– Да! Так что, в следующий раз. А сейчас, доча, беги, на качельке покатайся пока, а мы начнем ужин готовить.
– Холошо! – радостно захлопав в ладоши, произнесла Леночка и, развернувшись, рванула на задний двор.
– Только с Лордом не обнимайся, не то снова придется купаться, – крикнул вдогонку Влас, а потом обернувшись, добавил: – Всем троим.
– Чего?
– По очереди! Ну, а вдруг, купальник будет смотреться куда эротичнее на мокром теле?
– Бедный мужик, эротики век не видал, что уже вечера дождаться не может.
– Да нет, малышка, у меня как раз эротики в жизни много было. Просто хочу дать урок тебе, как эротично выглядеть для своего жениха.
– А меня не надо учить, ты же мне не жених. Вот как появится, так мы друг друга всему и обучим.
– Не боишься, что у тебя все мхом порастет?
– А ты переживаешь за мою сексуальную жизнь?
– Очень переживаю. Боюсь, что такая красивая девушка ни разу в жизни не ощущала настоящий оргазм.
– Просто признайся, что у тебя таких красивых девушек никогда и не было.
– С чего такой вывод? – мгновенно став серьезным, спросил Влас, схватив меня за затылок.
– Сужу по твоему поведению. А может у тебя в штанах проблемы? Дружок двенадцать не показывает?
– А вот это мы как раз сегодня и проверим.
– Мне уже страшно! Никогда не видела импотентов.
– И не увидишь, – серьезно заверил мужчина и, проведя носом по щеке к виску, отстранился, оставляя меня одну. Одну без своего запаха. – Сегодня ужин с меня. Как на счет колбасок, поджаренных на огне?
Я молча продефилировала к столу и, усевшись на стул, принялась раскачиваться, продумывая дальнейший план.
– Мне все равно, главное, чтобы было что перекусить.
– Тогда держи овощи, нарежь. Их тоже запечем на грили.
Влас положил передо мной различные овощи: баклажаны, сладкий перец, кабачки и помидорки черри. Потом положил досточку и нож, а я, молча наблюдая за ним, продумывала о том, как бы сбить неугомонную эрекцию извращенца. Был у меня один действенный способ, и если ничего другого не вспомнится, то предприму его, как раз и момент есть подходящий.
Через несколько минут раздумий, решила не заморачиваться и подсыпать волшебный порошочек, который поможет мне избежать казни. Да и Власу от него ничего серьезного не будет, так, пару часиков попереживает, что пипирка не поднимается, а потом и сам поймет, что меня вовсе не хочет.
Мысленно порадовавшись своей затее, я ногой слишком сильно оттолкнулась от нижней перекладины стола, и через мгновение вместе со стулом улетела назад, громко падая на пол. Спасибо босс, что купил стулья с мягкими спинками, иначе ппц был бы моей шее.
– Тебе там удобно? Не сильно ушиблась? – услышала голос заботливого мужчины, который склонившись надо мной, размахивал ножом, что-то бурча под нос.
– Нет, что ты, совершенно не больно. Полет отличный, посадка вышла мягкой.
– А турбулентность?
– О турбулентности узнаешь позже, – ответила я, намекая на его сегодняшний провал в интересном деле.
– Чего ты такая хамка?
– Вовсе не хамка я, вот смотри, чего хотела узнать.
– Ну, удивляй.
– Ты трусики носишь какие? Семейки или стринги? – с любопытством поинтересовалась я, все еще лежа на стуле на полу.
– Я не понял, ты второй раз за день намекаешь на то, что я пидор?
– Ну, понимаешь, у кого, что болит, тот о том и говорит. Стринги носят и нормальные мужики, мало ли, может у них просто потеют ягодицы.
– Сомневаюсь, что ты беспокоишься о температуре моих ягодиц.
– Да еще чего не хватало. Спасибо, – добавила я, когда Влас поднял меня вместе со стулом, и я наконец-то принялась нарезать овощи.
– Боксеры я ношу, и чего дальше?
– Да? А рисунок у них какой?
– Решила подарок мне сделать? Тогда сама выберешь! – ответил босс и пошел к холодильнику за сосисками, притягательно виляя своим задом.
Я уж выберу, можешь не сомневаться, так выберу, что ты растеряешься, какие первые надеть.
Взявшись за первый овощ, коим оказался баклажан, я с подозрением посмотрела на свою руку, а после, скривилась, когда заметила на пальцах раздавленную гниль. Овощ оказался испорчен, но так, как я удобно сидела на своем стульчике и не хотела подниматься с места, просто запустила его в сторону раковины, но как говорит Ленточка, чуток не рассчитала. Длинная гнилая хрень решила перебазироваться и поднялась выше, чем я ее швырнула, и совершенно по нелепой случайности бахнулась о стеклянную дверцу шкафа, висящего над раковиной. Но блин, лучше бы она разбилась! Вся гниль от жидкой консистенции разлетелась в разные стороны оставляя после себя полнейший срач и вонь, а приличный шмат баклана прилип к щеке моего хозяина, зло взирающего на меня в эту минуту.