Путешествие к Краю

Введение

Чувство не понять словами – его надо испытать.

Я живу. Я чувствую. Я доверяю. Я есть. Я есть часть Вселенной. Я – такая маленькая и такая огромная, ведь все относительно в этом мире. Я относительно себя то большая, то маленькая. И я – источник любви и добра. Это не аффирмация, это ощущение, это чувство. Чувство безграничной любви внутри меня. Я делюсь этой любовью с миром и наполняюсь ещё больше через природу, Космос, Вселенную. Моя сила в моей слабости.

Есть уникальная возможность у человека – начинать жизнь с чистого листа.

Глава 1

И сегодня я начала жизнь с чистого листа. Я расправила крылья и полетела. Ветерок был попутный и подгонял меня в дальние края. А края были, все о них рассказывали. И я решила сама все увидеть и узнать, что же там – за Краем.

Ветер иногда залетал в мою голову, путался в извилинах и вырывался наружу с громким шипением. Я к этому привыкла, мне смешно от его попытки прочистить мне мозг.

Свой рюкзак с детскими обидами, переживаниями, ограничениями, контролем я оставила сегодня у ручья. Эту историю я ещё расскажу позже, а сейчас меня ждёт мой Край или не мой, но путь должен быть интересным. Мое сердце колотилось бисерным тактом в предвкушении.

Солнце только встало, и бесконечные стрекозы кружили над ромашковым полем. Я опустилась на одну из ромашек, чтобы попрощаться с этими болтушками. Я объявила о своём решении сгонять до Края. Стрекозы заволновались, зашуршали своими прозрачными крылышками, сжали меня в тесный круг, что означало, по видимому, протест с их стороны, мне нечем стало дышать, и мне пришлось громко чихнуть (все знают – стрекозы бояться вирусов). Они разлетелись врассыпную, и я продолжила свой путь. Хотела заскочить к кузнечику, но передумала, потому что этот зануда нашёл бы тысячу доводов против путешествий в принципе.

После ветра, мыслей в голове не было, и я просто наслаждалась видами цветочных полей, капельками росы на листьях и хороводом прекрасных бабочек. «Они такие красивые, – думала я, – почему я не родилась бабочкой?» Они были бархатистые, разных размеров и цветов. И там была особенно красивая голубая бабочка (я восхищалась ее красотой и грацией). Немного понаблюдав за ней, я вздохнула и полетела дальше. Перелетев ромашковое поле, а затем и васильковое, я решила подкрепиться и уселась на колокольчик. Знаете ли, для Феечек такие расстояния достаточно велики. Колокольчик только сбросил росу и поднял голову к солнышку. Я попила нектар из него (все знают, что у колокольчика самый сладкий нектар). А сладкое я люблю, как все Феи. Свесив ножки с цветка, я потянулась, зевнула и подумала: «А может мне не нужен этот край? Что там может быть интересного? А здесь солнышко, нектар, друзья – все знакомое и родное!». Посидев несколько минут, я чуть было не полетела назад, но во время вспомнила про свой рюкзак у ручья, который не давал мне свободно летать, и поняла, что я просто боюсь неизвестности и перемен. Я решительно утёрла лицо кулачками и рванула с колокольчика ввысь. Сердце опять заколотилось, а я хватала воздух ртом, как будто я не могла дышать. И тут я вспомнила, как Ёжик учил меня дышать, когда я боялась (Ёжик, кстати, это мой друг). Я замерла в воздухе, замедляя взмахи своих крыльев, закрыла глаза и сделала медленный вдох, задержала дыхание, досчитала до десяти и медленно выдохнула. Открыв глаза, я поняла, что готова к путешествию, к приключениям, к переменам. Я была уверена в том, что это будут перемены к лучшему. Сделав феечковую петлю, я захохотала и помчалась в дальние дали. Я сделала выбор изменить свою жизнь и решила сделать что-то, что никогда не делала. И мне пришла идея в мою проветренную голову. Я увидела внизу скошенный луг и решила пойти пешком какое-то время, на сколько хватит хрупких волшебных сил. Это было ужасно страшно. Все внутри меня дрожало и ликовало одновременно. Эмоции переполняли меня.

Глава 2

Я спустилась на землю, осмотрелась, и самое удивительное – оказалось, что скошенная трава была намного выше меня! Земля была сырой и пахла влагой и чем-то незнакомым. Балетки мои сразу же намокли, но это было даже интересно. Вы когда-нибудь видели Фею в мокрых балетках? Трава оказалась жесткой и мокрой, пробираться было нелегко сквозь неё. И как только жуки и насекомые бегают тут резво? Я видела это с высоты. Пробиралась я с огромным трудом, и платьице мое уже совсем намокло. И тут, раздвигая траву, я порезала ладошку. От боли и обиды на саму себя я села на камешек и заплакала. А Феи знаете как плачут? Весь мир готов слететься на помощь. Так и случилось. Со всех сторон набежали жуки разные, муравьи и странные насекомые. Самый страшный огромный чёрный Жук подошёл ближе. У меня сердце закатилось за левую пятку, и я перестала дышать (и даже Ёжик здесь мне уже не помог бы). Я зажмурилась (почему то я решила, что Жук хочет меня съесть). И вдруг я услышала добрый тихий голос: «Ну что, девчуля, долеталась? Нужна помощь?». Я обернулась, ища девчулю, которой надо было помочь, но сзади были только муравьи. Меня осенило, что девчуля – это была я. Но мне было непривычно то, что помощь предложили мне, обычно я помогала всем на своём пути, просили меня об этом или нет. Жук с таким приятным голосом уже не казался мне таким страшным. И чего это я на него повесила этикетку, как говорит Ёжик? Я же его совсем не знаю, но стала судить о нем по внешнему виду. «Да! Да! – сказала я, – мне нужна помощь. Я совсем промокла и не смогу взлететь, а уже вечер. Мне бы где-нибудь согреться и еще вот!» – я протянула руку и показала раненую ладошку. «Маршал! – позвал Жук, – ну-ка прояви свои чудеса!». Ко мне подлетел странный жук – наполовину красный, наполовину чёрный (как я потом узнала, все называли его Пожарник). Не знаю, почему, но так повелось давно, и никто уже и не помнит, почему он носит на спине это прозвище.

Маршал замотал мою ладошку травинкой, и мне показалось, что, пока я болтала с Жуком, он плюнул мне на рану. Ну пусть это будет на его совести.

Жук взял меня на руки и понёс в укрытие, похожее на шалаш. Меня ещё никто никогда не носил на руках, особенно кто-то мужского пола, и это было так приятно и так удивительно. Я прислушалась к себе, я с благодарностью принимала помощь. Я чувствовала себя слабой, и мне это нравилось. Те ограничения и контроль, которые я оставила в рюкзаке у ручья, ни за что бы не дали мне испытать удовольствие от принятия чужой помощи.

Глава 3

Шалаш был прикрытием – входом в роскошную норку, или как там это называется у Жуков. Хозяйка дома Леди Жук встретила меня с обворожительной улыбкой и дружественными объятиями, чем смутила меня безмерно (ведь в мире Фей не принято обниматься – мы чистюли и брезгуши). А тут такое! И это почему-то понравилось мне. Понравилось то, что можно схватить в охапку дорогого тебе жука просто так – без причины, в любое время, не по расписанию. Я лыбилась, как наш чудной Ёжик, – он тоже всегда тянулся обниматься, но все шарахались от него как от огня. И мне очень понравилось это чувство теплоты, которое излучало сердце Леди Жук. Теперь я понимала Ёжика, и уже не думала, что он «чудной», он просто знал жизнь и все ее радости.

Я прижалась ещё крепче и затаила дыхание, я чувствовала себя в безопасности, хотя я – Фея, и чего мне бояться? Но это объятие я положила в копилку воспоминаний (у Фей есть такая способность). Мы складываем эмоции, состояния, мысли в потайной кармашек и потом можем поделиться с другими Феями этими эмоциями. Поэтому мы, Феи, очень много чего испытываем, даже то, что надо было бы пропустить.

Итак, Леди Жук усадила меня за стол и наложила гору салата из лепестков одуванчиков и семян мака (наверное, чтобы я крепко спала после такого тяжёлого путешествия). Ведь все знают, что на нас, Феечек, мак действует как снотворное. Поэтому Феи облетают маковые поля очень аккуратно и внимательно, особенно после одного случая…

Ну конечно, этот случай произошёл со мной, потому что я ооочень любопытная Фея. Я часто летала на закате к маковому полю любоваться тем моментом, когда красная земля сливалась с красным небом. В тот раз я хотела побыть одна и собраться с мыслями, глазея на закат над маковым полем. И вдруг неожиданно этот противный ветер швырнул меня с высоты вниз. Я не успела сохранить равновесие (как говорит этот уже не чудной Ёжик, равновесие должно быть внутри, но я пока не понимаю, как это делать. Ведь эмоции швыряют моё тельце из стороны в сторону, но с этим я ещё разберусь) и свалилась прямо в мак. Вдохнула пыльцу, а это для Феечек жуть как неприятно, поэтому мы сразу засыпаем беспробудным сном. Так и случилось, одного вдоха было достаточно, и я ушла в объятия почти вечных снов. Помню, что просыпалась несколько раз и, вдыхая вредоносную пыльцу, опять проваливалась в кипучую жизнь несуществующих созданий. Меня нашли через три дня (тогда все Феи прилетели со спасательной операцией). Кстати, это Ёжик забеспокоился о моем отсутствии (его никто не донимал дурацкими вопросами). А учить он любил, может это его предназначение? Вот так меня и нашли – всю в пыльце, с улыбкой до ушей. Феи предусмотрительно зажимали носики, чтобы не дышать пыльцой, и вытащили мое тельце из цветка. Потом, конечно, пришлось платье сдать в химчистку майскому жуку. У нас в Цветополье он самый лучший чильстильщик платьев для Феечек. Да! Кстати, Цветополье – это мой адрес. Там всегда солнечно и весело. Там Феечкам раздолье. Мы там волшебим и помогаем нуждающимся. У нас есть разные волшебные штучки. Ну, например, перламутровый волшебный порошок и зажелательные нити. Что? Вы не знаете, что такое зажелательные нити? Это ниточки для исполнения желаний, мы завязываем их на запястье тем, кому просто необходимо исполнить желание. И даже людям. Видели на запястьях у людей ниточки разноцветные? Так это Феечки, наши сестрички городские, завязывают на любое желание. У каждого человека есть своя Феечка, просто они не показываются на глаза людям. Но самое главное, что надо в нас верить, и тогда мы исполняем любые желания. Да, да, это в наших силах. Да в общем-то и в ваших.

Так вот, после салатика я проснулась уже утром, в чистом платье и чистых балетках. Мы, Феи, никогда не снимаем балетки, так уж у нас повелось. Мои крылышки светились розовым цветом (у Фей при хорошем настроении крылышки розовые, а вот когда мы в страхе, в обиде или злимся – становятся голубыми). И поэтому со стороны всегда видно, в каком мы настроении.

– Ты почему не летаешь, а идёшь пешком? – спросил Жук, входя в комнату.

– Это я путешествую до Края! А пешком – это эксперимент. Никогда не ходила ножками так далеко. – ответила я.

– Ого! – удивился Жук, – А дальше как? Пешком? Или своим ходом?

– Пешком конечно, – выпучила я глаза на Жука, – столько приключений! Я бы не узнала, что бывают такие тёплые объятья и столько заботы!

– Может тебе проводника? – спросил Жук.

– Проводника? Можно! – обрадовалась я.

– Тяма! – крикнул Жук.

В комнату вошёл зелёный кузнечик с грустным лицом. Я опешила – вот так проводник! Все знают, что кузнечики большие зануды и ябеды, хотя выглядят они прыткими и энергичными. Мне всегда казалось, что их просто вспучивало от обид и откидывало в разные стороны. Но отказываться уже было поздно. Кузнечик вяло улыбнулся и прогундосил (сказал сквозь зубы):

– Привет! Пошли! Я специалист, не бойся!

Не бойся! Ага! Мои крылышки уже были голубыми. Жук спрятал улыбку, он то все понял, но ждал моего решения.

– Ну пошли! – неуверенно ответила я (что мне вообще несвойственно – я всегда уверена в себе).

Глава 4

На улице ещё было темно и прохладно. Мы направились на Закатье, в сторону Края. Мы шли молча. Мне было не по себе (у Феечек это значит, что хочется забиться в бутон розы, зажмуриться и обсыпать себя волшебным порошком). Но я стойко следовала за кузнечиком. Не могла же я показывать свою слабость перед ним. Я же волшебница, я же все могу. Хотя от страха мне хотелось схватить его за лапку, я сдержалась.

– Зачем тебе это? – вдруг спросил он. Я поняла, что кузнечик спрашивает меня.

– Ну… Изучаю жизнь, получаю опыт. – неуверенно ответила я.

И правда, зачем мне это? И тут я почувствовала, что какое – то неприятное чувство начинает зажимать меня в тиски. Так же я чувствовала, что мои крылышки и так голубого цвета начали покрываться фиолетовыми пятнами. Я впала в задумчивость и загрустила.

– И чего вам не сидится дома? Что вы ищете, подвергая себя опасности? Что есть там, чего нет у тебя здесь? – он все бухтел, и мне становилось ещё грустнее. Я уже совсем пожалела, что согласилась на проводника, лучше бы пошла одна.

И тут первый луч солнца прорвался через травинки и осветил наш путь. У меня защекотало в горле от радости, и сердце забилось чаще. Я хотела взмахнуть ввысь и улететь далеко отсюда, но что-то остановило меня. Кузнечик обернулся на меня – он улыбался. «Что? Что случилось?» – подумала я, он уже не выглядел занудой, его глаза излучали свет и тепло. Я встала в оцепенении.

– Ты что застряла? – хохотнул он, – Сейчас самое время познавать мир! Ты же этого хотела?

А я уже познавала мир – наблюдала, как меняются живые существа и природа под лучами солнца, как все преображается и меняет форму и свою структуру. Это было очень интересно.

– Ну? Что стоишь? Пойдём, что покажу! – он подмигнул и пошёл уверенной походкой, у него даже осанка изменилась. Куда делся зануда и нытик? Я помчалась за ним.

Кузнечик привёл меня к роднику. Вода била из-под земли и переливалась на солнце разноцветными бриллиантами. Я уже любовалась красотой и разнообразием красок, но кузнечик присел на камешек и сказал:

– Сейчас начнётся!

– Что начнётся? – начала крутить головой я.

– Тише! Садись! – он подвинулся и похлопал лапкой по камешку.

Я села рядом, и вдруг начался такой шум, что я заткнула уши. Это была красная жужжащая туча из божьих коровок. Живое облако зависло над родником, и они начали падать в родник бомбочкой беспрерывным потоком. Мы сидели и любовались живым водопадом из божьих коровок. От их падения разлетались брызги во все стороны холодными каплями. Затем, выскакивая из воды, они через рот выпускали тонкие струйки в сторону огромного гриба. И это действие превратилось в фонтан из чистейшей воды. Далее они взмывали вверх, выстраивались в очередь и опять падали вниз в родник. Это было потрясающе! Я даже не дышала, но сердце при этом билось с бешеной скоростью.

И вдруг одна божья коровка вынырнула и пустила струйку воды в меня. От неожиданности я свалилась с камня и замерла. Божья коровка подмигнула кузнечику и рванула в небо. Кузнечик засмеялся:

– Это Камила! Она всегда так делает! Шкодница!

Я прям обиделась, он знал и не сказал, да ещё и смеётся надо мной. Я встала, надула губы и скрестила руки на груди, строго посмотрев на кузнечика. Он хохотал так задорно, что я не выдержала и покатилась со смеху, упав обратно в мягкую траву. Я каталась по траве, хохотала и поняла, что смеюсь над собой – это было новое пережитое мной впечатление. Я удивилась тому, что это приносит мне удовольствие, ведь у нас (среди Фей) не принято быть смешной. Фея должна быть идеальной. А кстати, кто сказал, что я должна быть идеальной? Я задумалась и решила, что когда вернусь, загляну в книготеку к Фее Флоре. Она всю жизнь работает в книготеке, и ещё она жутко умная, знает все правила и этикет.

Я отвлеклась от своих мыслей и увидела, что кузнечик весь светится на солнышке, он улыбался и выглядел очень милым.

– Я знал что тебе понравится. Это и есть жизнь со всеми ее радостями и печалями, – выдал кузнечик и вдруг взгрустнул. И почему их называют занудами? Сейчас он казался счастливее меня.

– Ты чего загрустил? – спросила я.

– Их так много, им весело вместе. А я один. Все шарахаются от кузнечиков. Все думают, что мы зануды, а мы – философы. Мы много знаем и много видим, мы очень чувствительны, и поэтому мы делаем кислую мину – так мы защищаемся. Но знаешь как тяжело жить с маской, не показывая своего лица и не выражая своих чувств? На это уходит много энергии и сил, а это, знаешь ли, нересурсно – так теперь формулируют это состояние в миру.

«Нересурсно!» – подумала я, интересно. Надо запомнить, потом Фее Флоре сказать: «Не ресурсно, знаете ли, держать спину прямой, когда тебе хочется валяться на траве и хохотать просто так без причины!». Ну и мысли у меня… Я сама себе удивилась, улыбнулась своим мыслям и спросила:

– Тогда почему ты один?

Он вздохнул:

– Ну как тебе сказать, Философы – одиночки. У нас у каждого своё философское течение и часто некоторым тяжело принять чужую точку зрения, хотя, странно. Вот ты спросила, и правда, почему? Почему каждый настаивает на правильности своей точки зрения и не принимает другую? А ведь у них может быть просто другое мировоззрение, другой опыт, другая жизнь. Надо поразмышлять об этом и поделиться этим наблюдением.

– А как насчёт семьи? У тебя есть кто рядом? Ну там, девушка? Дети? – любопытничала я.

Кузнечик стал меняться на глазах. Щеки его стали пунцовыми, глаза наполнились слезами.

– Что? Что такое? Ты плачешь? – недоумевала я и пожалела, что спросила.

«Вот кто меня вечно тянет за язык?» – ругала я себя.

– Есть одно Божественное создание! Стрекозка – желтохвостка, ее зовут Кристи. Здесь живет, недалеко – около гриба, на васильке. Я хожу туда и любуюсь на нее каждое утро.

– И? – спросила я.

– Что «И»? – он выпучил на меня глаза.

– Что? Что? Она тебе нравится? – я уже нетерпеливо перебирала ножками.

– Да! – ответил кузнечик.

– А ты ей? – не могла угомониться я.

– Ты что? Она же стрекозка! Мы совсем разные, мы не пара. И никогда не сможем быть вместе. – грустно ответил он.

– Почему? – негодовала я.

– Ты не понимаешь, мы разные. Совсем! Никакое общество не примет нас как пару – ни моё, ни её.

– А зачем вам общество, если вам хорошо вместе? – я не могла понять.

– Ты Фея, у вас все по-другому. А нам нельзя, у нас обязательства, установки и правила.

Он мне напомнил нашу Фею Флору со своими правилами (по секрету скажу, терпеть не могу правила и никогда их не выполняла).

– А кто сказал, что надо следовать общепринятым правилам? – угомониться я уже не могла, меня зацепила несправедливость этого мира.

– Мы живём в сообществе, где есть обязательства и права у каждой единицы данного сообщества.

– А право выбора есть? – спросила я.

– Есть конечно. Ты можешь выбрать себе цветок, где жить, питание – пыльцевое или цветочное, ну или капельно – растительное, можешь выбрать из своего сообщества идентичного союзника для продолжения рода. Сплошная свобода!

– А как же любовь? Как же чувства? Я так много читала об этом, о приземлённой любви. (мы то, Феи, любим всех просто так, безмерно)

– Я храню их в своем сердце! – ответил кузнечик и как-то загадочно улыбнулся.

– В сердце? – удивилась я, – а это не тяжело для сердца? Такая ноша! (просто феи носят свою любовь в каждой клеточке, и поэтому нагрузка распределяется по телу равномерно)

Ну почему нагрузка? Это не ноша для нас, это счастье, которое мы привносим в этот мир и получаем от мира ещё больше любви. Как этот процесс работает, я не знаю, но это было всегда. Ещё один вопрос к Фее Флоре (ну и накопила я вопросов, интересно, а почему раньше я никогда их не задавала? Значит, время ответов наступило только сейчас).

– Нет, не тяжело! Совсем нет! Это же свет и тепло в моем сердце. Свет не может быть тяжелым. Он освещает мою душу изнутри и иногда мне кажется, что я излучаю этот свет наружу, когда любуюсь её прозрачными крылышками и ее жёлтым хвостиком. – он улыбался и явно мыслями был не здесь. И я видела, что он был счастлив.

– Ты сказал ей? – спросила я, бесцеремонно прервав его поток сладостных мыслей.

– Кто, яяя? Ей? Что сказал? – стал запинаться мой зелёный дружок.

– Ты сказал ей, что любишь её? Что жить без неё не можешь? – я смотрела на него в упор.

– Яяя? – растерялся он, – Да как я могу? Кто она! И кто я? – плечи его упали, и он тяжело вздохнул.

– Ну? И кто она? И кто ты? – не могла угомониться я.

– Я не достоин её. – совсем сник Кузнечик.

– Я не понимаю, как кто-то не может быть достоин кого-то! Кто это придумал? Что за разделение и несправедливость? Это она сказала тебе?

– Нет. – опять выпучил на меня глаза мой дружок.

– А кто?

– Нуу, никто. Я сам так подумал. Она такая красивая и воздушная…

– А ты умный и отзывчивый.

– Да, я сам придумал, что её недостоин. И ещё я боюсь, что она посмеётся надо мной, если я признаюсь.

– Ну и что? Ты же посмеялся надо мной после этой чудной коровки, я посмеялась над собой, ну и что! А так ты никогда не узнаешь истину, а вдруг ваши чувства взаимны! Он улыбнулся:

– Я боюсь!

– Знаешь что? Я помогу тебе! Я же Фея, в конце концов. Я повяжу тебе на запястье зажелательную нить на желание, но только желание должно быть для тебя, на других она не действует. Хочешь? – я уставилась на него.

Он явно растерялся. Я всегда наблюдаю это явление, когда твоя мечта стоит на пороге, и надо только протянуть руку и взять, вот тут у всех начинаются сомнения. «А достоин ли я? А что так можно? А что так просто? А что я буду с этим делать?» (ох уж эти потоки мыслей в этот момент – голова идёт кругом. А! Я забыла сказать, что Феи читают мысли). Я ждала. Это всегда минута – три. О, Великая Фея Цветополья, дай мне терпения (да, с терпением у меня незачёт)!

– Да! Я хочу! – наконец-то ответил он, – Хочу избавиться от страха, сомнений, неуверенности в себе!

Я хотела закатить глаза к небу, но сдержалась. Всё одно и тоже.

– Хорошо, когда ты проводишь меня и будешь возвращаться назад, я повяжу тебе зажелательную нить. Она действует сутки, и ты должен быть рядом со своей красавицей, чтобы решиться сказать. Здесь главное не тянуть, замечтал – сразу действуй! Иначе никак! Не работает! Понял?

– Понял. – выдохнул мой проводник.

– А покажешь мне её? – подмигнула я.

– Пошли. – расплылся в улыбке кузнечик и рванул с места, будто его ошпарили кипятком.

О! Так быстро я никогда ещё не бегала. Все бывает в первый раз, подумала я, и заулыбалась ещё шире.

Мы подбежали к грибу. Он был огромен. Божьих коровок уже не было. Над родником появилась Радуга, она переливалась и подмигивала мне. Я подмигнула ей в ответ. Феи обожают радуги, они наши подружки. Это души феечек, которые решили вернуться продолжать свой земной путь. Да! И Феи уходят, но не так, как насекомые и люди. Мы выбираем, как нам дальше проживать свой век – можем появляться радугой, можем стать звездой (но это холодно, бррр!), можем быть северным сиянием или просто раствориться в безусловной любви и жить в вечном блаженстве. Я пока не решила. Я пока только изучаю новые для себя состояния, эмоции, ощущения!

И вдруг что-то блеснула на солнышке. Это была она – стрекозка Кристи! Она действительно была божественна. Я любовалась её красотой, грацией, женственностью. Она парила над родничком, крылышки её так быстро двигались, что создавали ореол вокруг неё. Это было чудесное зрелище! Кристи подлетела к нам, улыбнулась мне и чмокнула кузнечика в щеку. У меня отвалилась челюсть, кузнечик остолбенел, скорее всего забыл, как дышать. А эта шалунья захохотала и улетела. Прошла вечность, прежде чем я пришла в себя. Я посмотрела на кузнечика и спросила:

– Тебе ещё нужна нить?

– Неее… – протянул он. И я решила, что путь продолжу дальше одна.

Глава 5

Как странно любить кого-то одного или что-то одно, ведь мы, феи, любим всех и все, что попадается у нас на пути. Ох уж эти странные создания!

Но я была счастлива за кузнечика. Я шагала налегке в неизвестность и была абсолютно спокойна. Я думала про свой Край, к которому я стремилась. И вдруг я испугалась, представила, что это может оказаться чёрной бездной или ещё чем-нибудь страшным! Но я вовремя осекла свои мысли. Я тут же поняла, что мы сами загоняем себя в страхи и придумываем ужасы, а действительность может быть совсем не такой. Ох уж эти извилины, Ветер – то, оказывается, прав, когда пытается выветрить лишнее из моей головы. И я решила почаще пускать его для чистки, лёгкости и просветления. И вообще заземление мне на пользу, поймала я себя на мысли, а разве я бы размышляла об этом, паря в небесах, в беззаботности? Да! Это очень полезно! Надо сказать всем остальным, никто раньше этого никогда не делал. Может не было необходимости? Или всех это устраивает быть в привычной обстановке и не впускать новое, неожиданное в свою жизнь. Я была первой и мне это нравилось.

Я так замечталась, что ступала не глядя, и опомнилась, только когда почувствовала, что не могу двигаться, что что-то крепко держит мои руки, ноги и даже крылышки.