Все пышечки делают ЭТО

Выруливаю со двора только спустя десять минут. Пока коробку закрепила, чтобы не слетела в сиденья, пока отчистила стекло от инея. Придется спешить и нервничать. Водитель из меня аховый, но деваться некуда. Боковым зрением замечаю несущийся огромный джип. И даже рот открываю, но орать не получается. Давлю на тормоз, совсем забыв, что при гололеде этого делать категорически нельзя. Машина потеряв управление начинает бешеное скольжение, будто вальс какой-то чудовищный танцует. И коробка с кексами летит на пол, разлетается ярким кремом по салону. Господи, помоги. Я даже зажмуриться успеваю, когда бешеное кручение наконец прекращается, прерванное мерзким жестяным скрежетом и ударом.

– Овца, блядь, – слыышу яростный рык, даже сквозь закрытое наглухо стекло. Слышу. Но не вижу злобного придурка. Потому что мне на лицо сползла моя шапочка с помпоном, пряом на глаза. – Понасосоут на машины.

И я чувствую, как дверца водительская резко открывается. И кто-то тянет меня за шкирку на свет божий. Да уж, сглазил меня кто-то что ли, а может проклял?

– А, нет, такие, как ты не насасывают. Эй ты…

– Что вы себе позволяете? – я задыхаюсь от обиды, и голос разъяренный мне кажется громом. Я ведь не виновата даже. Этот гад гнал как на пожар, превышал скорость, чувствуя свою безнаказанность. На такой машине ездят только сильные мира сего. – А ну поставьте меня. И скажите в лицо все.

– В шапку что ли твою уродскую? Дура, мартышка с гранатой, мать твою. Я из-за тебя опоздал на важную встречу. А час моего времени стоит дороже твоей колымаги раза в три. И моя невеста теперь останется без желаемого, – голос кажется мне знакомым. Да нет, это все нервы. Просто испугалась. Ничего, у меня машина застрахована, у этого нахала, наверняка страховка полный фарш. Спасибо господи, что взял… Дергаю шапочку вверх. Да ну на фиг. И… нет, господи, лучше бы меня размазало гребаными огромным джипом. Но так ведь не бывает, не бывает…

– Ты что, меня пасешь что ли? – прямо мне в душу смотрит злой, насмешливый взгляд синих льдистых глаз. – Плюшка-непорочная шлюшка.

– Ты… – я даже не сразу понимаю, что делаю. Рука действует отдельно от разума. Врезается в самодовольное лицо мерзавца звонко. И пальцы обжигает болью. А глаза заливают слезы. – Ну ты подонок. Мало тебе того, что ты разрушил мою семью, отец мой при смерти. Мало тебе этого?

– Мало, Булочка, – скалится Лавр Яров, собственной персоной.

– Чего же ты еще хочешь? – я задыхаюсь теперь от ужаса. Он демон, Румпельштильцхен. Он…

– Это мне самому интересно. Что могу я хотеть от тебя? Может ты мне расскажешь, пухляшка?

Еще немного и я упаду в обморок. Совсем чуть чуть. Если, конечно, чуда не случится, и меня не убьет на месте какой-нибудь заплутавший метеорит. Я не знаю, куда деться от слишком внимательного взглляда отца моей дочери, проникающего под кожу ледяными проволоками. И мне до одури страшно.