Обретая облик. Сбрасывая маски. Книга 2

– Александра, хватит! Что с тобой происходит? Я знаю, что потерял твое расположение, что подвел и предал тебя. Но Тора? Зачем ты сделала это? Почему именно так? Почему ты позволила эмоциям взять верх? – он говорил так открыто, словно мы снова старые друзья.

– Какое ты имеешь право мне тыкать и так со мной разговаривать? – все же психанула я и показала тем самым, что ему удалось меня зацепить.

– И что ты со мной сделаешь? Тоже отрубишь голову? Подать тебе меч? Или ты научилась убивать людей любыми подручными средствами? – переходя на крик, закончил он.

Я резко развернулась к нему лицом. Я готова была кричать в ответ. Но если я начну, это будет первый шаг к примирению. А этому точно не бывать. Он долго смотрел на мое лицо. Мы сверлили друг друга взглядом. Но он первый сдался. Опустил глаза в пол. Я видела боль на его лице. И отвернулась, чтоб не смягчиться. Теперь это непозволительная роскошь.

– Прости. Я не имел права так себя вести и говорить такое. Прости меня.

И, поставив баночку с медом возле моей чашки, удалился.

Я смотрела на любимую сладость, которую не смогла найти самостоятельно. И меня осенила мысль, больно уколов где-то глубоко. Я гость здесь больше, чем он, чем кто-либо обитавший в этом Дворце.

С тех пор я не прикасалась к меду. Это было напоминанием, что я потеряла ощущение родного дома. Надеюсь, не навсегда.

***

Шло время. Каждый вечер, после тяжелого дня я связывалась с Лемми. Мы обменивались новостями, рассказывали, что происходит в наших Королевствах. Как всегда, держался он молодцом. Лишь иногда показывал эмоции, говорил, как скучает. Герцог Коултер остался с ним, чтобы помочь восстановить город и наладить магическую защиту Королевства. Он обучал Лемми и за это я была ему безгранично благодарна. Лишь один раз они вместе вышли на связь. По ту сторону зеркала мужчина рассматривал меня, словно хотел запомнить каждый миллиметр моей внешности. Но иногда он так увлекался, что не замечал мое к нему обращение. И в эти неловкие моменты, Лемми закатывал глаза, а герцог смущенно извинялся и просил повторить вопрос. Я же делала вид, словно ничего не произошло.

Тот факт, что теперь моя внешность открыта, что нет былой защиты, что все могут помнить мое лицо и эмоции, не принес ожидаемой радости или облегчения. Всю свою жизнь я мечтала об этом – быть, как все. Но теперь, мне мешало это жить. Надеюсь, со временем я привыкну.

С Ариной мы виделись лишь на завтраках. Потом я уходила на совещания и возвращалась лишь поздней ночью, чтобы принять душ, помедитировать и забыться сном на пару часов. Это продолжалось уже неделю. Она несколько раз просила уделить ей минутку, но я словно искала причину, чтобы отказать. Я понимала, что долго это продолжаться не может. Но с ней я разберусь потом. Есть дела поважнее.

Пока нападения “плащей” прекратились. По крайней мере, я не слышала о них ничего. А значит, они собираются с силами. Возможно, их предводитель впал в бешенство, после того, что произошло в Золотой Глади. Тэя его подвела. Все его солдаты пали. И я уверена, что он не заставит себя долго ждать. Очень скоро он нанесет удар. Столь агрессивный и мощный, что я представить себе боюсь.

Но у меня тоже есть несколько козырей. Главное, чтоб я успела довести все до конца, продумать все детали, но и удача тоже не будет лишней…

Интересно, где сейчас Тэя? В том, что она жива, я даже не сомневаюсь. Вряд ли она вернется к своему “другу” в плаще. У нее теперь есть смысл жить и бороться. И, как я думаю, бороться она будет теперь на моей стороне. Хотя, кто ее знает, возможно она не простит мне моего поведения и захочет хитростью выудить всю необходимую информацию о ее племени, а после – поквитаться со мной. Но, в любом случае, она не сможет их пробудить. Никто не сможет, кроме меня. А она не так глупа, чтобы не понимать этого.

И ее я считала еще одним тузом в рукаве, хоть я пока и не знаю, где она, когда появится и как мне ее использовать в своих целях.

Я вспомнила нашу встречу с Роном на кухне. И, конечно, я понимала, что рано или поздно с ним мне тоже придется расставить все точки над и. Хоть я и не хотела признавать, но мне казалось, что я уже простила его. Простила за то, что он послушал Тору, оставил меня одну. Но не могла простить то, что он позволил мне думать, что я убила его. Он должен был дать мне знак, что жив. Должен был. Но он этого не сделал.

Как я устала. Устала держать все в себе. Устала оглядываться по сторонам, не забывая держать лицо для любопытных глаз, что окружают меня всюду. Устала чувствовать себя так, словно весь мир сговорился против меня! Подозревать всех вокруг! Устала изворачиваться и… Больше всего я устала хранить в себе ту боль, что с каждым днем все больше рвалась наружу. Я знала больше, чем давала понять остальным. И это сводило меня с ума. Эти знания, словно вбитые гвозди в мою измученную душу… А они… самые близкие люди… будто выкорчевывают ржавое железо, чтобы снова вколотить в меня поглубже!

Голова от всех этих мыслей раскалывается. А больше всего меня убивали мысли о том, что единственные мои друзья, люди, которым я могу доверять, это не старый друг Рон и, даже, не родная сестра. А почти незнакомый мне мужчина и ребенок, находящиеся в другом Королевстве, за тысячи километров от меня. Но… Даже с ними я не могу быть полностью откровенна. По крайней мере, не сейчас.

Я хоть частично рассказала о себе герцогу Коултеру, тогда на берегу моря. Я вкратце дала понять, что представляю из себя. Но он – нет. Я даже не спросила, почему он тогда оказался в деревне, где жила Тора. Зачем он туда приехал? И почему “плащи”, которые преследуют лишь правителей и наследников, охотились за ним? Конечно, я знала его родословную. Он из уважаемой, очень богатой семьи. Но отношения к трону никакого не имеет. Да, он сильный маг. Ну и все. Возможно, они хотели завербовать его? А он дал отпор? Или у него есть тайны, о которых не известно мне, но известно “плащу”?

Спать я снова легла под утро. И снова мне в который раз приснится сон, где мама беременная Ариной, а отец качает меня на качелях. Но на утро я снова забуду о нем.

***

– Ты добралась? Все прошло тихо, без происшествий?

– Да, все в полном порядке, как мы и задумали.

– Отлично. Делай, что должна. Держись в тени. Если будут неприятности, дай знать, но аккуратно.

– Да помню я, Александра. Я справлюсь. Не переживай. А что в Королевстве? Все поверили? Ничего не заподозрили?

– Все повелись на наш спектакль. Ты сыграла идеально. А Рон напился и высказал мне… В общем, все идет по плану.

– Ты уже сделала, что собиралась?

– Нет. Но скоро…

– Александра, будь аккуратна и внимательна. Тебе нельзя расслабляться…

– Знаю. Просто чувствую себя в западне.

– Правильно. Ведь так и есть…

***

– С кем ты общалась? – раздался позади меня голос сестры.

– Что ты здесь делаешь, Арина? – разозлилась я. Какого черта в мою спальню устроили проходной двор?!

– Ну я стучала, ты не ответила. И я вошла.

– Не надо входить и подкрадываться, – говорила я недовольно. Арина стало неловко пятиться назад.

– Ладно, прости…

– Не обижайся, я не хотела быть грубой. Просто не хочу, чтобы без моего ведома сюда могли входить. Это мое личное пространство, понимаешь? – пыталась я говорить более мягче.

– Понимаю. Ладно, смотрю сейчас не самый подходящий момент. В другой раз поговорим, – тихо проговорила она и быстро вышла.

– Арина, стой… – поспешила я, но дверь закрылась.

Черт. Еще этого мне не хватало!

Настроение было в корне испорчено на весь день. Я пыталась вести себя уравновешенно. Реагировать объективно на все. Но не вооруженным глазом было видно, что я сегодня не в духе.

Вернувшись поздним вечером в свою спальню, я приняла расслабляющую горячую ванну. Думала, усну мгновенно. Но пролежала час без сна. Вертелась, сон никак не шел. Пыталась медитировать, но и это не выходило. Меня все раздражало. Я не могла найти себе места. Целый день не покидало ощущение, что я сволочь. Я люблю ее, очень. Больше всех на этом свете. Но не могу впустить внутрь. Закрылась ото всех своей наращенной броней, за эти полгода, и вылазить из нее не хочу. Но каково ей сейчас? Каково ей было все это время? Я ведь ни разу не спросила, как она справляется? Она ведь тоже была выбита из седла своей привычной жизни. Да, она оставалась в этих стенах. Но было ли легче от этого? Она была вынуждена изо дня в день просто ждать вестей и молиться, чтоб ничего плохого не принес новый день.

Выдохнула, взяла себя в руки. Встала с кровати, бродила по комнате в поисках отвлечения. Подошла к туалетному столику. На нем лежала расческа. Я вспомнила, когда мне было лет шесть, а Арине еще меньше, папа подарил нам с ней одинаковые расчески для волос. Они были выполнены на заказ у знаменитого на всю столицу мастера. Каждый вечер я расчесывала ее красивые, волнистые локоны. Столько лет мы никогда не нарушали эту негласную традицию…

Стоп… Мне было лет шесть, а ей… Я задумалась, хоть и не понимала, что за чувство меня посетило. В голове крутилась навязчивая мысль. Отрывки странного сна. Но картинка не складывалась целиком. Отмахнувшись от нее, я снова взглянула на расческу.

Мы были так близки всегда. Когда мы были вдвоем, нам принадлежал целый мир. Он был только наш.

А сейчас что с нами стало?

Я взяла расческу в руки и бросилась из своей спальни. Постучала в дверь сестры. Уже очень поздно, наверняка она давно спит… Но я не уйду, разбужу, если придется. Я снова постучала, еще громче и напористей.

– Алекса, ты что? Что случилось? Ты в порядке? – она босиком вышла в коридор ко мне, взяла меня за плечи. На ее лице была тревога.

– Нет-нет, все хорошо. Прости, что напугала и разбудила. Просто я уснуть не могла. Хотела с тобой побыть немного… – сказала я, ожидая ее реакцию.

Она улыбнулась, глаза наполнились слезами. Она закивала головой, взяв меня под руку, шире открывая дверь в свою спальню.

Мы не спали до самого рассвета. Это была хорошая ночь. Арина не лезла с расспросами. Мы просто лежали, глядя друг на друга, вспоминали смешные моменты из детства. Вспоминали родителей. Она гладила мое лицо, я заплела ей красивую косу. Вместе мы и уснули, держась за руки.

Поспав всего пару часов, мне пришлось вставать. Сегодня был очень важный день. Сегодня мне предстоит сделать то, что я так долго откладывала. Но тянуть больше нельзя.

Я снова окинула взглядом спящую сестру. Шепча слова заклинания в уме, я снова взглянула на нее. По коже пробежали мурашки. Глаза наполнились влагой. Я часто заморгала, плотно сжала челюсти и кулаки, заставляя себя прогнать эту слабость внутри. Снова и снова повторяла слова в своей голове – «я смогу, я обязана».

***

– Алекса, что все это значит? Что случилось? Почему нас силой заставили прийти сюда? – торопливо произносила Арина, заходя в зал под сопровождением Теней. Следом за ними вошел Рон, так же непонимающе озираясь на своих "подчинённых", недовольно глядя на меня.

– Почему они не выполняют моих приказов? Что происходит? – еле сдерживая злость, требовательно обратился ко мне Рон, указывая на Теней и Ищеек.

– Потому что они выполняют только мои приказы. И я сейчас объясню, почему, – отвечала я невозмутимо, поднимаясь из-за круглого стола. Мы находились в зале, где сотни лет решалась судьба Королевства. Арина и Рон недовольно разглядывали меня. А я собиралась с силами начать разговор, который вынашивала в себе все это время, как вернулась сюда. С момента, как умер мой отец.

– Что случилось с Королем? – на одном дыхании бросила я им, поднимая глаза от пола, пристально разглядывая их лица.

"Что? В каком смысле? Ты о чем? С тобой все в порядке?". Затараторили они. А моя злость нарастала все больше.

– Это простой вопрос. Вы не можете ответить? Как и почему он умер? Почему сильный маг умер, когда ему даже сотни не исполнилось? Отец мог спокойно дожить до двухсот лет.

– Алекса, ну ты же знаешь… Ты же видела, что он был болен… – морочила мне голову Арина, пытаясь подойти ближе, ее глаза наполнялись слезами.

–Еще шаг и я не ручаюсь за себя, – процедила я ей, стискивая зубы.

Я смотрела на их лицемерные лица и все тело начинала бить крупная дрожь. Внутри все горело огнем. Я готова была изрубить их на мелкие кусочки. Неужели они действительно сейчас не понимают, о чем я? Или же это все игра?

– Вы травили его? Как давно? – еле выговаривала я эти слова. Мне было невыносимо все это произносить вслух.

Они видели мое состояние. Рон начал аккуратно осматривать периметр зала, где плотно стояли Тени и внимательно наблюдали за любым шорохом. Арина жалобно смотрела на меня, ее плечи начали трястись, слезы струились по щекам.

– О чем ты? Что ты несёшь? Как тебе могло прийти такое в голову? – хлестал меня Рон обвинениями.

– Я. Жду. Ответа.

– Ты рехнулась?

– Это вы его убили. Да, ты, сестра убила своего отца. А ты, Рон, верный друг, убил своего Короля. Но вы не виноваты в этом. Ваша воля вам больше не принадлежит. И уже давно. Не так ли? – подойдя слишком близко к ним, с презрением выпалила я.

Рон бросился в мою сторону, вытянув руки к моей шее. Он очень зря это сделал – дал мне возможность причинить ему боль. Я увернулась, перехватила его руку, быстро заломила ее за спину, и толкнула от себя. Рон пробежал пару шагов, развернулся снова ко мне лицом и с уже нескрываемой ненавистью, бросился снова на меня. Я увернулась и, оказавшись за его спиной, со всей мочи по очереди ударила по его икрам. Он завыл от боли и рухнул на колени. Я обошла его, стала лицом к лицу. Он потянулся руками ко мне. Его лицо было перекошено от злости и боли. Я достала два маленьких лезвия из-за пояса и с размаху резанула его сухожилия на запястьях, из которых моментально хлынула алая кровь. И руки были теперь тоже обездвижены. Я со всей силы с разворота ударила его ступнёй в грудь, от чего он повалился на пол, жадно пытаясь сделать вдох.

Я обернулась к сестре. Ее лицо больше не было жалобным и сентиментальным. Оно источало угрозу и ярость. Глаза мутные, словно пелена белесая. И вдруг из ее рта полился поток чужих слов, мужским голосом.

– Я иду за тобой, моя прекрасная Королева. Я так жажду нашей встречи! Я мечтаю о тебе!

Но не дослушав до конца, я, стиснув зубы, усыпила тело моей сестры, мысленно выговорив слова заклинания.

Еле сдерживая рыдания, я отошла на несколько шагов. Обернулась, разглядывая картину в центре зала. Арина лежала без каких-либо признаков жизни на холодном мраморной полу. А ее напарник, истекая кровью хватал ртом воздух, издавая при этом жуткие хрипы. Его лицо стало очень бледным. В глазах дрожали слезы. Сломанные ребра пробили лёгкие, он умирал.

– Уберите их, – еле слышно прошептала я, глядя в пол. Изо всех сил, стараясь унять дрожь, подняла глаза к Теням, ожидающим дальнейшего приказа. Ищейки стояли в стороне, опустив головы и взгляды.

– Теперь приступайте к нашему плану. Никого не убивать. Всех делим на группы. Как я говорила. Доложить по завершению.

Кивнув в ответ, все они исчезли. И я осталась одна. Снова.