- -
- 100%
- +
Дети часто приезжали к бабушке на отдых, и каждый раз Елена приглашала Веронику на недельку-две пожить у них и заниматься воспитанием и развлечением внучек. Для Вероники была выделена «гостевая» – так называли внучки комнату, где останавливались на кратковременный отдых друзья писательницы, приезжавшие к ней иногда в гости. Впрочем, давно эту комнату они переименовали в «Вероникину».
– Наша Еленочка Викторовна приехала! – раздался весёлый голос Даши.
Всё, пора дальше двигаться! Елена встала с дивана. Подошла к столику, где стояли сумки, оставленные Генрихом. Стала разбирать их.
Улыбаясь, подошла Даша. Это была пухленькая невысокая женщина с круглым лицом. Как и Генрих, она была «домработницей и поваром при Павле», приехала с ним также из Москвы. Ей было сорок восемь лет, но выглядела она гораздо моложе. У Павла проработала последние пять лет. Уезжая, хозяин дал и ей, и Генриху отличную рекомендацию.
При покупке дома Елена недоумевала, что ей делать с этими людьми? Но, когда риелтор показал рекомендацию, отпечатанную на красивой лощёной бумаге с подписью и личной печатью Павла, это её впечатлило. Подумав немного, она решила оставить их. И, не пожалела.
Даша была спокойной, доброжелательной хозяюшкой. Она успевала столько дел сделать за день, что у Елены часто возникала мысль: как эта женщина со всем управляется? Вставала Даша рано, и к восьми утра завтрак уже был готов. Изучив характер и привычки новой хозяйки, она быстро научилась готовить здоровую, нежирную пищу, но иногда баловала её кулинарными изысками, за что Елена ей была благодарна.
Расписание работы Даша устанавливала себе сама, об этом они договорились сразу. Когда и что делала домработница, как могла содержать такой большой дом в чистоте и при этом вовремя готовить и подавать еду, Елене было непонятно, но она была довольна всем.
В первые месяцы, подумав о том, что Даше будет трудно одной выполнять всю работу, она хотела взять ей помощницу. Но женщина воспротивилась:
– Чужой человек в доме! Зачем?
– Я и сама справлюсь, Елена Викторовна. Не волнуйтесь!
И Елена отступила.
И, действительно, у Даши во всём был порядок, «ни пылинки, ни соринки», вещи разложены и расставлены по местам, зеркала и стёкла оконные сияли блеском и чистотой, еда была отменной, а сама домработница всегда была чисто одета, русые волосы убраны в пучок, на лице сияла приветливая улыбка.
И только, когда приезжали гости или дочки со своими семействами, Елена, жалея Дашу, приглашала женщину, живущую неподалеку, на дневную работу по дому. И тогда тон у Даши становился командирским, она распоряжалась умело своей помощницей, впрочем, не обижая её. Работа спорилась, все дела делались незаметно для гостей, стол ломился от угощений, гости были сыты, хвалили Дашины золотые руки, а хозяйка была рада, что всё идёт «тип-топ».
Сама Елена, в отличие от её творческих коллег, не любила хаоса и беспорядка, ей нравилось, когда вокруг неё была чистота и красота. Поэтому, труд Даши она ценила и в деньгах, оплачивая дорого её работу, и в заботе о ней: поздравляла с праздниками и днём рождения, покупала подарки, старалась предоставить ей максимальные удобства в доме.
Жила Даша в отдельной комнате на первом этаже недалеко от кухни. Это было очень удобно ей, поскольку она никому не мешала, рано вставая и занимаясь своими ежедневными хлопотами.
Даша, как и Генрих, была одиночкой. Что-то не сложилось в её судьбе: вырастив дочку одна, она так и не вышла замуж, хотя мужчинам нравилась и приглашения руки и сердца получала часто. Но, то ли не встретила «того единственного», то ли в молодости обожглась и, поэтому, предпочитала жить самостоятельно.
Даша не боялась никакой работы. Как она сама о себе рассказывала, «ходила по домам, была в домработницах уже двадцать лет». Дочь выросла, окончила институт с дипломом экономиста, работала в хорошей торговой компании, вышла замуж, жила в Москве с семьёй. Хотела забрать мать к себе, но Даша отказалась, не привыкла сидеть, сложа руки! Хотя, по дочке и внучке скучала, с гордостью показывала хозяйке их новые фото.
В первое время, когда Елена только приобрела дом, она хотела и Дашу, и Генриха называть по имени-отчеству. Ей казалось, что это более уважительно, но оба воспротивились, привыкшие к тому, что Павел всегда их называл на «ты» и по имени. Поэтому, хозяйка оставила все попытки изменить форму общения с прислугой. Единственное, к чему она постепенно смогла их приучить, это обращаться к ним на "вы".
Сейчас, пока Елена отдыхала, Даша что-то готовила на кухне, оттуда выплыли в раскрытую дверь ароматно-пьянящие запахи.
– Елена Викторовна, обед уже готов, минут через десять можно кушать, – Даша приветливо улыбнулась, вытирая руки о полотенце, перекинутое через правое плечо.
Это было её привычкой – держать полотенце при себе и, по необходимости, сразу вытирать руки.
– Хорошо, Даша, спасибо! Возьмите вот, пожалуйста, пакеты. Здесь мясо, овощи, фрукты. Там, в маленькой упаковке, соус новый, не разлейте его. В коробке пирожные.
– Елена Викторовна, ну, зачем вы себя утруждаете? Мы с Генрихом вчера были в городе, всё купили, вон, холодильник забит.
– Ничего, Даша, мне это не в тягость, а в радость. Вот, ещё пакет для вас. Там фартук новый и удобный.
– Ой, спасибушки, Елена Викторовна! И, как вы заметили, что я свой фартук прожгла на днях? – Даша удивлённо покачала головой.
Несколько дней назад, по случаю приезда дочек с детьми, Елена устроила пикник во дворе. Вечером на маленькой лужайке были расставлены стол и стулья. Даша хлопотала над столом, устанавливая тарелки с едой, а Генрих занялся мангалом. Когда домработница близко подошла к огню, искры от костра прожгли ей фартук.
Конечно, фартуков у Даши было несколько, один красивее другого. Но, именно этим она дорожила сильнее всего, – его подарила ей на Восьмое марта хозяйка, и на боковом кармане была вышита надпись: «Даше с пожеланиями счастья от Елены Викторовны».
Елена тогда заметила, как Даша расстроилась. И, сегодня, увидев в отделе товаров для дома этот симпатичный фартук, не удержалась и купила, решив порадовать свою домработницу. Впрочем, никогда она так ни в глаза, ни за глаза Дашу не называла. Ей больше нравилось слово «домоправительница», так как эта женщина, действительно, умело и по-хозяйски управлялась с домом, содержа его в надлежащем порядке.
Даша, поблагодарив хозяйку и забрав сумки, ушла в кухню.
– Бабушка Лена уже дома! – услышала Елена радостный возглас своей средней внучки Насти.
Затем послышался топот ног по лестнице, и через пять минут три внучки уже обнимали бабушку, заглядывали в пакеты и вели себя, как все дети, шумя и любопытствуя.
Елена любила своих внучек, радовалась каждому их приезду, старалась приготовить для них приятные сюрпризы, баловала подарками и всякими вкусняшками. Но, часто спрашивала себя: как так быстро пролетело время, и она стала бабушкой? И каждый раз удивлялась, слыша, как внучки называют её этим словом «бабушка».
– Тише, внучки. Не торопитесь! – Елена, улыбаясь, заглядывала в их лица.
– Как ваш день проходит? Чем сегодня занимались, пока меня не было?
– Нам Вероника дала такие книги, там можно, и рисовать, и писать, и рисунки раскрашивать. А, ещё мы в саду играли, потом в бассейне плавали, – наперебой рассказывали внучки.
– А, Софи капризничала, а потом Вероника дала ей такой пластилин. Он мягкий, яркий, сам лепится и к рукам не пристаёт! Софи до сих пор с ним играет.
– И, как же пластилин может сам лепиться? – весело спросила Елена.
– Ну, не сам, конечно, Софийка его лепила. Но, понимаешь, бабушка, он такой классный, так и хочется с ним что-то сделать! – это уже старшая подала голос.
Кате было восемь лет. Не по годам рассудительная, она была серьёзнее своих сестёр. И, прежде чем что-то делать, сначала думала, а потом уже выполняла. Она посмотрела на Елену своими большими голубыми глазами, и сердце бабушки дрогнуло. Она любила старшую внучку той особенной любовью, которою всегда испытывают к первенцу.
– А, ты что-нибудь вылепила, Катюша?
– Да, котёнка. Сейчас покажу, – Катя поскакала по лестнице, поднимаясь на второй этаж в детскую комнату.
– Бабулечка, а, что там, в пакетах? – спросила любопытная Лиза.
Ей было шесть лет. Шустрая непоседа и всеобщая любимица, Лиза отличалась своей добротой и доверчивостью, а также неуёмным любопытством.
– Подарки вам, шалунишки, если вы хорошо себя вели.
– Ой, бабулечка, мы хорошо, хорошо себя вели! Честное-пречестное слово! Вот, у Даши спроси или у Вероники! Ну, можно заглянуть? – Лиза, как лисёнок, смотрела умоляющими, хитрыми глазками на бабушку. А одна её рука уже была в пакете.
– Я тоже хочу поглядеть! – руки Насти ухватились за другой пакет.
Младшая внучка обладала удивительно ангельской внешностью, так подходящей к её имени. Стоила ей взглянуть своими голубыми глазищами на кого-то, как у того таяло всё в груди, и сладости и подарки бросались тут же к ногам Насти. Пятилетняя внучка быстро поняла выгодность такой позиции и часто пользовалась этим приёмом, когда что-то желала получить. Но, на Елену такой трюк не действовал.
– Подожди, Настенька! Сейчас Катя и Вероника с Софией придут. Тогда всё покажу.
На лестнице уже слышен был топот ног Кати. Она торопливо спускалась вниз по ступенькам, бережно держа в руках поднос со своими работами.
– Вот, бабушка, посмотри – это я котёнка слепила, а это вот Лиза сделала, – показала Катя на фигурку собачки.
Фигурки были забавными, но аккуратно выполненными детскими руками. И котёнок, и собачка получились, словно живые. Елена не удивилась этому, она давно уже заметила во внучках этот талант – они могли слепить фигуру любого животного и точно выразить его характер и повадки.
– А, это я придумала! – похвасталась Настя, не любившая оставаться в тени.
Её фигурка напоминала скорее какую-то фарфоровую статуэтку – то ли кукла, то ли женщина в длинном платье с короной на голове.
– О, это, наверное, королева, – улыбнулась Елена.
– Бабушка, ты что! Это принцесса! Ты мультики не смотришь, что ли? – возмутилась Настя, обидевшись, что её работу сразу не узнали.
– Ну, извини, пожалуйста, не поняла сразу, – Елена обняла внучку и поцеловала.
Настя радостно прижалась к бабушке, её обида мигом прошла.
– Какие вы у меня умницы, так поработали хорошо! Какие мастерицы! – от души хвалила бабушка Лена своих внучек.
– А, нас похвалить забыли? – раздался голос Вероники.
Она спускалась по лестнице с Софи на руках. Софи держала книжку-раскраску в левой руке, а в правой два цветных карандаша. Подойдя к дивану, Вероника посадила девочку на мягкое покрывало.
– А, мы бабушке подарок приготовили! Правда, Софи? – малышка улыбнулась, кивнула головой и потянулась к бабушке.
Она единственная из внучек была похожа на Елену, её карие глаза глядели внимательно и пытливо.
– Бабуля, посмотли, как я налисовала! – София говорила отлично для своих трёх лет, но букву «р» ещё не выговаривала. И, хотя Вероника три раза в неделю возила её к логопеду, «р» внучке пока не давалась.
Елена внимательно рассматривала рисунки Софи. Фантазии у малышки хватало и своего ощущения цвета тоже, – цвета были яркими, сочными.
Книжка была задумана со смыслом – на левой стороне был изображён рисунок в цвете. А, на правой этот же рисунок, но в чёрно-белом варианте. Ребёнок, глядя на картинку в левой части, должен был раскрасить картинку в правой части точно так же.
Елена была уверена, – Вероника всё объяснила Софи, что и как делать. Но, можно было заранее догадаться о результате творчества Софии – цветовая палитра была совершенно другой на её рисунке!
Девочка не любила повторять то, что уже сделано другими, ей нравилось творить, фантазировать и сочинять. Она часто на ходу придумывала какие-то песенки или истории про себя и рассказывала взрослым или старшим сестрёнкам.
Все снисходительно относились к её выдумкам, и только бабушка понимала лучше всех, что так проявляется талант ребенка. Она вспоминала себя в детские годы, когда, играя в куклы с подружками, сочиняла сказки о кукле Юле или о кукле Тане. «В бабушку пошла!» – подумала с гордостью о младшей внучке.
– Ой, какой хороший подарок! Ты – моё солнышко! Спасибо, моя дорогая! – Елена поцеловала маленькую Софи, благодарно улыбнулась Веронике.
– Ну, а теперь подарки от меня.
Елена стала доставать из пакетов игрушки, игры, книги, – всё то, что всегда вызывало у внучек восторг. Вот и сейчас они с интересом рассматривали подарки, нетерпеливо вырывали их из рук друг у друга.
Для Софи был приготовлен особый подарок – белый медведь. Он был гораздо выше девочки и казался таким большим и сильным! Елена достала его из коробки и посадила на ковер.
– Софи, это тебе. Его зовут Умка. Пожми ему лапу.
Софи медленно подошла к подарку. С опаской глядела она на новую игрушку. Медведь пугал её своей величиной и в то же время притягивал к себе ласковой улыбкой. Глаза у Умки, словно пуговицы, переливались синевой, чёрный нос был поднят вверх, словно мишка нюхал воздух. Сквозь губы, раздвинутые в улыбке, выглядывал маленький красный язычок.
Младшая внучка протянула руку и дотронулась до лапы медведя. Умка заурчал ласково и раздвинул лапы ещё шире, словно приглашая девочку в свои объятия.
– Не бойся, Софи! Он тебя не укусит, – на правах старшей сестры подбодрила малышку Катя.
В своём восьмилетнем возрасте она казалась самой себе уже взрослой и, любя своих сестрёнок, всё же не уставала их воспитывать там, где нужно, или поддерживать, если им было страшно или их кто-то обидел.
Умка продолжал урчать, и Софи, уже не боясь, прижалась к мягкому животу мишки и охватила его руками.
– Мой Умка! – пропела она, и было ясно, что этот подарок станет её лучшим другом.
– Вероника, это вам, – хозяйка протянула небольшой пакет няне. В пакете лежал красивый шёлковый шарф.
Елена любила дарить подарки близким, а Веронику она уже давно считала «своей». К тому же, недавно у девушки умерла мать, и писательнице хотелось поддержать Веронику и ненавязчиво согреть её своей заботой.
– Ой, спасибо вам, Елена Викторовна! – вспыхнула от смущения девушка.
– Право, не стоило!
– Стоило, стоило, – ответила Елена.
– Ну, что же, подарки получили, пора обедать!
– Даша, обед готов?
– Готов, готов, – раздался из столовой голос Даши. Она уже накрывала на стол.
– Ну, раз готов, бегом руки мыть! – рассмеялась бабушка Лена.
Внучки радостно бросились в ванную. И, только Софи не хотела расставаться с Умкой. Вероника никак не могла её оторвать от нового друга.
– Софи, я посажу Умку вот сюда, на диван. После обеда ты его здесь и найдёшь, – только после такого обещания внучка согласилась отпустить медведя и пойти мыть руки.
Глава 3
В это время зазвонил телефон. По привычке Елена глянула на сотовый. Нет, звонил домашний. Хозяйка пользовалась им редко, но для Даши и Генриха он был удобен. Она взяла трубку:
– Алло!
– Елена Викторовна? – это был голос её литературного агента.
– Да, здравствуйте, Сергей Эдуардович, – улыбнулась писательница. – Рада вас слышать.
– И, я рад, Елена Викторовна! Вам удобно сейчас говорить?
– Ну, вообще-то, мы с детьми сейчас садимся обедать. Но, минут пять я могу вам уделить.
– Отлично. У меня хорошие новости для вас!
– Слушаю внимательно, – Елена сосредоточилась.
Сергей Эдуардович был для неё даром с небес, – он заключал выгодные договоры с издательствами, держал её в курсе всех новостей и по пустякам не беспокоил. Свой процент с её гонораров он отрабатывал с лихвой, и Елена была довольна их сотрудничеством. Виделись они редко, поскольку он жил в Москве, но часто общались по сотовой связи.
– Елена Викторовна, я договорился об издании вашей новой книги, как только она будет закончена, – он назвал издательство. Оно было одним из самых серьёзных и крупных в стране.
– Первоначальный тираж небольшой. Но, при повторном переиздании тираж увеличивается в несколько раз. Редактор – мой старый знакомый. Он читал ваши книги, считает вас сильным писателем. При успешных продажах и хороших отзывах они готовы подписать с вами контракт на пять лет с изданием двух ваших книг в год!
Елена помолчала. Новость была, действительно, отличной и достаточно серьёзной, чтобы вот так, второпях, по телефону, об этом говорить.
– Сергей Эдуардович, это просто здорово! Вы молодец! Спасибо вам большое!
– Да, подождите с благодарностью, – рассмеялся агент. – Договор-то ещё не заключён.
– Елена Викторовна, вам надо через неделю приехать в Москву, чтобы договориться обо всех условиях сотрудничества и подписать договор. Основные пункты я отработаю, но нюансы с вами нужно обсудить на месте.
– В Москву? Но, у меня сейчас внучки гостят. Я не могу.
– Но, Елена Викторовна, – настаивал агент. – Это очень важно! Ваше присутствие необходимо! Берите внучек, если их не с кем оставить, и прилетайте. Здесь найдём им няню.
– Ну, хорошо! – сдалась писательница. – Я подумаю, что делать с внучками. Когда нужно быть в Москве?
– Двадцатого июня. Дня на три.
– Я позвоню вам числа семнадцатого и скажу точно.
– Вам номер в отеле бронировать?
– Нет, пока не надо. Я сообщу.
– Хорошо, жду вашего звонка. До свидания, Елена Викторовна!
– До свидания, Сергей Эдуардович! Спасибо ещё раз!
Елена положила трубку и задумалась. Предложение очень перспективное и заманчивое.
Только она отошла от телефона, как снова раздался звонок. Пришлось опять брать трубку в руки.
– Да, слушаю вас, – рассеянно ответила она, продолжая думать о разговоре с агентом.
– Ну, привет, пропавшая! – Елена узнала голос своей подруги Юльки, живущей в Москве.
– О, привет, подружка! А, почему ты звонишь не на сотовый?
– А, почему ты не отвечаешь на звонки? Я тебе несколько раз звонила на сотовый! Голосовое сообщение даже оставила.
– Хм, странно, он всегда со мной, – Елена достала из кармана сотовый телефон и глянула на экран.
Точно. Несколько пропущенных звонков – два от Сергея Эдуардовича, пять от подруги и три от младшей дочери.
– Почему же я не слышала? А, поняла, когда в машине отдыхала, выключила звук. И, потом забыла.
– Да, мать, заработалась ты там, гляжу, если в машине уже отдыхаешь.
– Да, так знаешь, небольшой релакс себе устроила в дороге, – Елена улыбнулась.
– Ты по делу, или просто так?
Елена и Юлия знали друг друга много лет. Их дружба прошла полосу препятствий из «огня, воды и медных труб», но осталась крепкой. Пролетели годы, у обеих изменилась жизнь, но, по-прежнему, они ценили друг друга и при встречах не могли наговориться.
Хотя встречи были редкими, ведь они жили в разных городах. Впрочем, для них это было скорее привычно. Так сложилось, что за годы дружбы они частенько разъезжались и только по телефону сообщали друг другу новости о себе и советовались по каким-то важным вопросам.
Но, расстояние не мешало им, а, наоборот, помогало. Потом каждая встреча была радостью для них, и подруги, торопясь рассказать что-то важное, всегда вглядывались в лица друг друга, – что изменилось в них?
– Ну, а тебе только по делу можно звонить? – с иронией поддела её Юля. – Скажите, какая деловая стала!
– Да, ладно тебе, не цепляйся к словам, – Елена рассмеялась.
Для Юлии она была всё той же Ленкой, просто подружкой, впрочем, и для Елены Юлия была скорее Юлькой.
– Какие новости, подружка?
– Бабушка Лена, мы кушать будем? – раздался голос Насти.
– Да, я сейчас уже иду.
– О, у тебя там детский сад? – воскликнула Юлька.
– Внучки приехали. Обедать садимся.
– Ладно, я тогда быстро. Скажи, подружка, что тебе из Швейцарии привезти?
– Откуда? – удивилась Елена.
– Говорю для непонятливых – из Швей-ца-рии! Страна такая.
– А, что ты там делать будешь?
– На симпозиум лечу. Международный. По своей работе. Мировые светила опытом делиться будут. Так, что тебе привезти?
– Ну, не знаю. А, ты надолго?
– На неделю. Ну, может, дней на десять. Хочу поездить по стране, ты же знаешь, как мне нравится Швейцария.
Елена знала. Юлька уже много лет мечтала об уютном домике где-то в швейцарских Альпах.
– Алло! Ты где?
Елена оторвалась от своих мыслей:
– Я здесь! Ну, насчёт подарка я подумаю. Хочется, конечно, сувенир на память. А, когда ты летишь?
– Да, сегодня же! Самолет через два часа! Я же тебе поэтому и звонила. А, ты трубку не брала. Чёрт, опаздываю, скоро такси подъедет, а у меня ещё чемодан не собран! Всё, как прилечу, сообщу! Целую!
– Подожди! Я через неделю в Москве буду. У меня встреча в издательстве. Хотела у тебя остановиться.
– Да? – обрадовано воскликнула Юлька.
– Это было бы здорово! Так, давай я консьержа предупрежу. Запасные ключи ему оставлю. И, твой номер телефона. Если я к тому времени не приеду, сама зайдёшь.
– Только учти, квартира на сигнализации и видеонаблюдение у входа. Ладно, я скажу охране, чтобы, когда ты приедешь, они выключили сигнализацию.
– Ну, ты и живёшь! – удивилась Елена. – Охрана, сигнализация, видеонаблюдение! Не достаёт?
– Я уже привыкла, даже не замечаю. Всё, я поскакала! Целую! Внучек обними!
Елена услышала гудки в трубке и улыбнулась. Когда Юлька спешила, её скорость была неимоверной! Подруга знала её привычку откладывать сбор вещей при отъезде на последний час, а потом в мгновение ока побросать нужные вещи в сумки или чемоданы, сесть в такси и умчаться так быстро, словно её и не было только что здесь.
Положив телефонную трубку, Елена пошла в столовую.
– Ну, дождались, наконец! – укоризненно качая головой, проговорила Даша.
Стол уже был накрыт. Елена села на свое любимое место и оглядела детей. Они с нетерпением ждали, когда Даша начнёт подавать обед.
Столовая была небольшая, но очень уютная. Светлые стены и панорамные окна создавали эффект пространства. Солнечные лучи освещали столовую, но, благодаря сплит-системе, здесь всегда было прохладно.
Вид из окон был великолепным, – клумбы с цветами, растущими с ранней весны до поздней осени, радовали глаз. Приходящий три раза в неделю садовник с любовью ухаживал за садом и клумбами. И высаживал цветы так, чтобы они росли и цвели сезонно, то есть почти весь год.
Мебели в столовой было мало. Круглый стол, покрытый скатертью с цветочным узором, и стулья занимали центральное место. Этот стол был гордостью хозяйки, – она купила его на аукционе, куда однажды зашла по случаю. Шла распродажа антикварной мебели.
Стол привлек её своей красотой: выполненный из дерева во французском стиле времён Людовика ХIV, он хорошо сохранился, хотя, по словам аукциониста, ему было двести лет. Стол был небольшим, стоящим на изящных ножках, за ним могло разместиться всего лишь шесть человек. Елена представила, как красиво он будет смотреться в её доме!
После покупки она пригласила реставратора, который подтвердил и возраст стола, и его уникальность. После небольшого ремонта и покрытия специальным лаком стол начал свою новую жизнь в доме Елены. Специально к нему в таком же стиле были изготовлены в реставрационной мастерской стулья, застеклённые стеллажи для посуды и подставки для цветов. Купленные дизайнером настенные картины и красивая старинная хрустальная люстра добавили в интерьер столовой тепла и красоты.
Елена любила обедать в столовой, даже когда жила одна. А, сейчас, когда у неё гостили внучки, комната была наполнена детской радостью и смехом.
Даша постаралась вовсю! По случаю приезда детей она готовила много и от души. Стол украшали ваза со срезанными маками и ромашками и блюда с салатами. Елена узнала свой любимый греческий салат с фетаксой, остальные ей были незнакомы.
– Даша, а какими салатами вы нас сегодня порадуете? Вижу греческий, а остальные?
– Ой, Елена Викторовна, да, самые обычные! Вот, это французский салат.
Елена улыбнулась, Даша знала о её любви к Франции и иногда баловала хозяйку изысками французской кухни.
– А, этот? – показала Катя на другую салатницу, где видны были листья салата, ягоды свежей клубники и что-то белое между ними.
– Это летний салат с козьим сыром, – довольно улыбнулась Даша, радуясь такому вниманию к её блюдам.
– С козьим сыром? – удивлённо переспросила Елена. – Даша, откуда у нас козий сыр?
– А, тут недалеко у соседей козы есть, так сосед и молоко продаёт, и сыр у них всегда свежий. Вот, я и купила. А, завтра молочка у них возьму, вам какао сварю. Будете пить? – Даша поглядела на девочек.
– Будем! – хором ответили они, потому что очень любили её еду.
– А, это что? – задала вопрос Настя, заметив, как Вероника с интересом рассматривает стоящую посередине стола салатницу, украшенную живыми анютиными глазками.