Немой голос

© Василий Минский, 2026

ISBN 978-5-0069-0479-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

– Почему ты все еще не спишь? – спросил мужчина девушку, нежно поглаживая ту по лежащей у него на груди голове. Пальцы его приятно зарывались в кудри ее черных волос, массируя кожу и изредка лаская ушко.

– Глупый вопрос, – нежно потянувшись, промурлыкала та, – Как только я усну, этот день закончится и придет время расставаться.

– Но… этот момент же неотвратим, – осторожно заметил тот, – А так ты еще и невыспавшейся поедешь в этот свой Ейсенрейх.

– Ты так говоришь, как будто это мое решение, – недовольно тряхнула головой девушка, привстав и уставив на него немигающий взгляд своих голубых глаз. – Будь моя воля, я бы навсегда осталась здесь, с тобой.

Глава 1

Стоял обычный зимний день. Начинало смеркаться, стрелки часов медленно приближались к четырем дня. Крупные хлопья снега кружились и неохотно приземлялись на меховой воротник кожаной куртки мужчины. «Электрический туман» – гласила мерцающая в свете зажигающихся фонарей, вывеска бара. Бросив быстрый взгляд влево и вправо, мужчина не заметил ничего выбивающегося из привычного распорядка города. Вдоль по улице шли рабочие. Одни только закончили изнурительную смену на сталелитейном заводе, другие же наоборот спешили не опоздать на начало работ на машиностроительном. Одним словом, город жил своей жизнью. Мужчина медленно, не привлекая внимания проверил пистолет, снял тот с предохранителя и вернул обратно в плечевую кобуру. Затем глубоко вдохнул, выдохнул и потянул на себя тяжелую металлическую дверь.

Когда дверь распахнулась, то в лицо ему ударил привычный запах дешевого табака и такого же дешевого алкоголя. Внутри бара было темно, только слабый свет от свечей и нескольких электрических лампочек на потолке озарял тусклые стены и изношенную мебель. Тихо играл граммофон, напевая популярную патриотическую мелодию о любви к родине.

За стойкой стоял хозяин бара, вытирая стаканы. Когда он заметил нового гостя его грубое лицо искривилось в усмешке.

– Чего желаешь, парень? – спросил он грубым голосом. «Он не может знать, что я полицейский» – продумал про себя мужчина – «Не надо нервничать раньше времени». Затем, молча снял шапку и перчатки, и чтобы не привлекать внимания, оставил их на вешалке рядом с дверью. Медленно подходя к барной стойке, он проскочил глазами по посетителям бара, пытаясь найти свою цель.

– Кофе без сахара, – бросил полицейский, садясь за барную стойку.

– Будет сделано, – ухмыльнулся бармен, кладя недокуренную сигарету на столешницу. – Кого-то ищешь?

– Не твое дело, – ответил мужчина, доставая из кармана несколько монет. – 20 крон, верно?

– Верно, – насупившись ответил хозяин, явно огорченный несложившимся диалогом.

– Без сдачи, – коротко ответил полицейский, продолжая свой поиск. Его взгляд зацепился за темную фигуру в углу. Это был то ли парень, то ли девушка, в темных очках, потрепанной куртке и глубоко надвинутой кепке. Это сразу напрягло младшего лейтенанта. Все-таки в баре было довольно душно и жарко, а этот тип закутался так, что явно был готов в любую минуту сорваться с места. Фигура с наклоненной головой неотступно смотрела в свой полупустой стакан. Или полуполный, это как посмотреть.

– Если хочешь устроить тут разборки, то только снаружи, нечего мне мебель крушить, – вернул его в реальность бас бармена. – Знаю я вас, ищеек.

Мужчина покачал головой, сделал два больших глотка, обжог себе язык, затем встал и направился в сторону подозреваемого.

– Я присяду? – безапелляционно бросил лейтенант, садясь на стул. Человек, находящийся перед ним не дрогнул ни единым мускулом, даже не поднял голову на нового собеседника. Лейтенант откинулся на спинку стула, распахнув куртку и явно продемонстрировав орудие закона в этом городе – пистолет в кобуре. Сделал он это специально, чтобы придать самому себе уверенности.

– Меня зовут Айден, для тебя лейтенант Айден, городская служба полиции Новограда, – представился офицер, не сводя взгляда с человека, – как тебя зовут?

Человек не ответил, лишь его правая рука медленно потянулась к карману куртки.

– Без фокусов, – посерьезнел Айден, кладя руку на рукоятку пистолета, готовый выхватить его в любой момент. – Немой что ли?

Фигура кивнула, затем вопросительно указала пальцем на свой карман.

– Документы? Ну показывай, – кивнул мужчина. Человек медленно достал сложенную пополам помятую бумагу и также медленно протянул его полицейскому.

– Равенна де Беш, – развернув белый картон, вслух прочитал Айден. – Чужеземка, что ли?

Девушка опять кивнула.

– Кепку и очки снять, – повелительным тоном приказал лейтенант. Равенна отрицательно помотала головой и постучала указательным пальцем по своим документам, лежащим на столе, явно призывая к ответному действию. – Ах, хочешь увидеть мои документы. Ну смотри.

Парень правой рукой отогнул ворот своей куртки, с обратной стороны которой заблестел жетон полицейского. Пока девушка внимательно осматривала жетон, офицер решил не терять времени зря и детально разглядеть свою подозреваемую. Все сходилось: рост, одежда и эти дурацкие солнечные очки, которые ни один уважающий себя человек не стал бы надевать в такое время. Последнее, что очень сильно цепляло его взгляд была прядь абсолютно белых волос, выбивающаяся из-под кепки. Таких уж точно не могло быть у обитателей этих земель. А ведь именно их описал ему охранник завода, который и составил заявление о краже. «Надо забирать ее в отдел и на этом моя работа будет выполнена». Девушка усмехнулась.

– Чего это ты? – осекся мужчина. Равенна пожала плечами и указала пальцем на имя, выбитое на жетоне – «Лейтенант полиции города Новоград, Иван Вукоевич» – гласило удостоверение.

– Чего тут смешного? – неожиданно обиделся молодой офицер. – Я же понял, что ты не местная, решил сразу для тебе транслитерировать. И вообще, вставай и на выход. Я тебя задерживаю по подозрению в краже имущества роботостроительного завода. Посидишь ночь в камере, станешь уже не такой веселой, а на утро уже проведем опознание с охранниками.

Только сказав это, Иван заметил, как стихла музыка и замолчали голоса посетителей.

– Никуда она с тобой не пойдет, – как гром среди ясного неба прогремел бас бармена. Бросив взгляд по сторонам, офицер понял, что почти добрая половина посетителей сконцентрировалась недалеко от их столика, наблюдая за происходящим. Со всех сторон раздались одобряющие возгласы. Иван потянулся за пистолетом, но бармен осек его. – Не дури, парнишка, патронов на всех не хватит.

– С чего бы вам так рьяно защищать эту чужачку, – полицейский убрал вспотевшую ладонь от рукоятки пистолета. – Вы в доле что ли? Вместе сбагриваете наворованное?

– Ты за языком-то своим следи, – осадил его хозяин. – Не воровка она, даже наоборот, хотя по ее виду так и не скажешь. Она действительно была на заводе, да только по нашей просьбе. Пойдем-ка лучше во двор, там сам все увидишь.

– Хорошо, – Ивану оставалось лишь безропотно согласиться. Осознавая всю хрупкость своего положения, тот готовился к яростной и короткой драке.

Окруженный посетителями, он вышел во внутренний двор заведения. На улице уже давно стемнело, а снегопад только усилился. Подойдя к ящикам с бутылками, находящимися под навесом, Иван увидел нечто, покрытое брезентом, на котором виднелись черные масляные разводы и бурые пятна крови. «Если я сейчас что-нибудь не придумаю, то, кажется, окажусь под точно таким же брезентом» – его размышления прервал густой голос хозяина бара.

– Гляди, офицер, – бармен одним движением скинул прикрывавшую мертвый механизм, ткань. Лейтенант инстинктивно сделал шаг назад, увиденное его сильно потрясло. Было понятно, что до этого он не видел ничего подобного. Механическое тело, состоящее из тяжелых металлических деталей и зубчатых колес, на корпусе которого было множество выступов и тепловых труб. Механизм имел несколько пар конечностей, каждая из которых была оборудована острыми когтями, способными нанести серьезный урон незащищенному человеку. Небольшая относительно остального тела голова лежала отдельно, угрожающе смотря немигающими, обесточенными глазами лампочками. Но самое страшное, из тела, кроме самого масла, сочилась кровь. А кое где, где броня была окончательно сломана, можно было заметить искореженные части тела с торчащими обломками костей. По всей видимости, человеческие.

– Это что еще за херня? – испуганно воскликнул Иван. – Это, рабочего зажевало боевым роботом? Что вообще здесь происходит?

– Вот и мы с ребятами задались точно таким же вопросом, когда один из наших, задержавшись после ночной смены, так и не вернулся домой.

– Он что, убил его? А тело внутри, что это? – офицер был в ужасе. Конечно, он встречал боевых роботов. Сейчас вся страна производила их в бешенных количествах, готовясь к Великой войне. Однако, за свою короткую жизнь он еще не встречал такого, чтобы боевой робот поглощал человека целиком. Пулеметы, гарпуны, лезвия – это еще ладно, это можно представить и осознать.

– А это, – бармен склонился над отрубленной головой, и ловким движением снял защитную маску робота, открыв искривленное в ужасе человеческое лицо, – Это другой наш товарищ, царствие ему небесное.

– Это ничего не объясняет, – вспылил полицейский, – что тело человека делает внутри робота? Как он там оказался? Это же не…

– Оно самое, – подтвердил его самые страшные опасения бармен, – этого бедолагу замуровали внутри, подключив его к железу.

Лейтенант потянулся в нагрудный карман за сигаретой с зажигалкой. Кажется, увиденное будет теперь приходить к нему по ночам, в неясных очертаниях квартиры, формируясь из мебели и разбросанных вещей. Равенна, стоящая рядом, требовательно протянула руку в сторону офицера.

– Это мужские, – на автомате ответил тот, протягивая девушке пачку, – Без фильтра.

Та лишь опять пожала плечами, закуривая. Посетители медленно расходились, оставляя троицу наедине. Пару минут те просто молча курили в тишине, выдыхая табачный дым и смотрели в пустоту перед собой.

– Меня зовут Дмитрий, – первым начал говорить хозяин, – Когда заявили о краже с завода?

– Несколько часов назад, – медленно произнес Иван, – Позвонили в управление и дали адрес, где может скрываться преступник.

– Тебе самому не кажется это подозрительным, – мужчина самостоятельно подкидывал полицейскому пищу для размышлений. – Позвонили, заявили, да еще и сказали где искать? Может еще фотокарточку выслали почтой?

– Это не мое дело, – сухо бросил лейтенант, – Наверху не дураки сидят, разберутся самостоятельно. Телефон в баре есть? Мне нужно позвонить, чтоб вызвать экспертов, пусть осмотрят этого робота.

– Как угодно, – согласился мужчина, – Только девочку не тронь. Она спасла жизнь моему сыну.

– Не могу ничего обещать, – когда они остались втроем, Иван снова начал ощущать прилив смелости. – Она пока что главный свидетель.

– Ну хотя бы уже не подозреваемый, – подытожил бармен, поглаживая седую, но ухоженную бороду.

– Я сказал – пока что.

За дверью бара послышались невнятные выкрики, грохот, а затем последовали пистолетные выстрелы. Через секунду дверь была выбита ввалившимся посетителем с окровавленной головой и пулевым ранением в живот.

– Да что опять началось-то? – оба мужчины только и успели, что выругаться, пока Равенна де Беш, выхватив из-за голенища сапога длинный нож, а из-за пояса шестизарядный револьвер, распихнув их в стороны, бросилась в самый разгар драки.

У девушки было лишь пара секунд на принятие решения и даже не успев оценить количество врагов, их оружие и расположение она клацнула кнопкой выключателя, погружая поле сражения в тьму. Остался лишь тусклый свет луны, пробивавшийся через грязные окна и позволявший нападающим видеть только неясные очертания силуэтов. Пока вокруг происходила полная неразбериха и нападавшие были дезориентированы, девушка как будто чувствовала себя в своей тарелке, уворачиваясь от слепых выпадов ножей и как будто предсказывая кто и когда будет стрелять. С грацией кошки та перемещалась от одного нападающего к другому, нанося удары длинным клинком в незащищенные шеи людей. Кто-то попытался было включить фонарик, но она точным попаданием из револьвера выбила тот из рук мужчины. Не стихающие крики раненных товарищей заставили оставшихся нападающих стушеваться и скучковаться у входной двери, и просто палить во все подряд. Приближаться к ним казалось полным безумием и самоубийством, поэтому Равенна решила спрятаться за барной стойкой и выждать подходящего момента для атаки, а также перевести дух.

Ворвавшийся вслед за Равенной полицейский не нашел ничего умнее, чем громко крикнуть:

– Ни с места, всем бросить оружие, полиция! – мало что понимающий Иван клацнул выключателем второй раз, проливая свет на происходящее. Бар лежал в руинах, повсюду лежали трупы людей: посетителей и бандитов. На полу валялась поломанная мебель, а столы перевернуты для обороны. «Что за кровавую баню они тут устроили?» – только и мелькнуло в голове у лейтенанта, когда раздался очередной пистолетный выстрел, предназначенный для него. Однако уверенная рука Равенны успела схватить парня и повалить за барную стойку раньше, чем пуля пробила бы грудь парня насквозь. Пока Иван был в замешательстве и приходил в себя, Равенна продолжала отстреливаться, попутно продумывая план побега. Врагов оставалось еще довольно много, около пяти человек, точнее ей не удалось посчитать. Нападающие снова начали рассредотачиваться по заведению, кто-то пытался обойти стойку с боку. Времени оставалось все меньше, а что делать было непонятно. В этот момент дверь черного входа распахнулась в третий раз и пистолетные выстрелы прервала очередь из тяжелого пулемета.

«Откуда только он его вытащил?» – подумала про себя Равенна, вставая в полный рост и начиная прицельную стрельбу по подавленным пулеметным огнем противникам. К ней присоединился наконец-то очнувшийся Иван. Револьвер два раза щелкнул вхолостую, девушка присела и начала судорожно хлопать себя по карманам, пытаясь нащупать патроны. Их больше не было.

– Валим отсюда нахрен, – выкрикнул один из нападающих, и нос Равенны резанул запах бензина. Иван не успел ничего сделать, когда точно о барную стойку разбился коктейль с зажигательной смесью, мгновенно охватывая часть заведения огнем. Пулемет замолчал, а нападавшие бросились прочь из начинающего гореть бара. Властно схватив Ивана за руку, девушка бросилась в сторону выхода во внутренний двор. Там, у двери, осел истекающий кровью Дмитрий, пытающийся зажать руками раны на груди и животе. Вдвоем они смогли кое-как вытащить бармена на улицу и усадили того, оперев спиной на стену здания.

– Надо, надо срочно звонить в полицию и вызвать врача! – начал громко причитать Иван. – Дмитрий, где тут рядом телефон?

– Вниз по улице, – прохрипел бармен в ответ, кашляя кровью. – Но только врача вызывать уже не стоит. Зачем человека зря дергать так поздно?

– Не говори глупостей, надо…

– У меня пробиты кишки, тут штопай не штопай, а все равно зря время терять. Поверь мне, я три года провел в окопах на последней войне. Лучше дай закурить, да и сваливайте отсюда, не равен час они опять сюда заявятся.

– Кто это был вообще? Какого черта они тут всех поубивали? – не переставая сыпать вопросами, полицейский безуспешно пытался чиркать зажигалкой, но у него дрожали руки. Девушка аккуратно взяла у него из рук зажигалку, чиркнула кремнем один раз и передала зажженную сигарету Дмитрию. Тот благодарно посмотрел на нее, улыбнулся и сделав первую затяжку, раскашлялся. Равенна села рядом с ним и положила свою руку на его огромную ладонь.

– Кажется, они пришли сюда за ним, – бармен тяжело поднял свою руку и указал куда-то за спину офицера. Обернувшись, Иван замер. На месте, где только что лежало бездвижное тело боевого робота, не было ничего. Лишь грязный от крови и масла снег напоминал о том чудовище, что там находилось какое-то время назад.

– Я ничего не понимаю, – опять запричитал Иван, пытаясь осмотреть место, где лежал робот. – Зачем кто-то его украл? Зачем они хотели нас убить? Устроили такую резню, подожгли бар, может мне кто-то ответить?

Ответом ему была гробовая тишина, обернувшись, он увидел, как девушка беззвучно плакала, прижавшись к телу своего друга. Офицер замер.

– Надо уходить, – выдавил он из себя через несколько секунд, – Если они вернутся, то нам нечего будет им противопоставить. Надо добраться до конспиративной квартиры и оттуда позвонить в участок. Лучше поспешить. Тут явно происходит что-то не то.

Он подошел к сидящей девушке и подал руку, помогая ей подняться.

– Где тут выход? – спросил Иван, оглядываясь вокруг. Девушка указала рукой на покрытую снегом стремянку, стоявшую в углу. – По крышам, что ли выбираться?

Девушка кивнула, затем направилась к лестнице и приставив ее к соседнему зданию, выжидательно уставилась на полицейского. Все еще находясь в какой-то прострации, он медленно взобрался на соседнюю крышу и подал руку Равенне, помогая взобраться.

Девушка чувствовала себя как в своей тарелке, кошкой перепрыгивая с одной крыши на другую, в то время как неуклюжий Иван еле поспевал за ней, постоянно норовя сорваться вниз. Он никогда еще не видел свой родной город с такого ракурса. Ночной Новоград был прекрасен и ужасен одновременно. Тусклый свет электрических фонарей вычерчивал во тьме силуэты промышленного квартала. Бедные, малоэтажные обшарпанные дома, в которых горели газовые лампы и свечи, соседствовали здесь со сверкающими всеми огнями увеселительными заведениями, по которым давно плакали полицейские рейды. Фабриканты, казалось, специально строили их так близко к рабочим кварталам, чтобы простые люди, заработавшие за день нелепые крохи на тяжелом производстве, сами несли их обратно в цепкие лапы предпринимателей: сутенеров и держателей дешевых баров. Особенно выделялось здание роботостроительного завода. Старое, кирпичное здание, построенное еще в прошлом веке, оно было обнесено высоченным забором с колючей проволокой по всему периметру. Отсюда было видно, как ярко горят прожекторы сторожевых вышек, выслеживая в ночи незваных гостей, решивших присвоить себе имущество завода. Еще дальше, гораздо дальше, за заводом, виднелся центр города. Где-то вдалеке послышалась сирена пожарной машины. Наверное, кто-то из добропорядочных соседей уже позвонил куда следует. Если пожар не потушить вовремя, то пламя легко могло бы перекинуться на стоящие рядом дома. Часть из них по-прежнему была деревянной.

– И долго нам так еще шарахаться? Я так, не ровен час, навернусь! – наконец произнес Иван. Мужчина совсем выдохся от бесконечных перепрыгиваний через различные препятствия. Он согнулся, уперев ладони повыше коленей, пытаясь отдышаться. Девушка обернулась и бросила на офицера одновременно и удивленный и разочарованный взгляд.

– Ну что ты так смотришь, – начал злиться Иван. – Не каждый день надо нормативы сдавать по бегу с препятствиями.

Девушка опять лишь меланхолично пожала плечами, постучала указательным пальцем по запястью левой руки, там где должны были бы красоваться наручные часы, а затем показала три пальца. Наконец отдышавшись, парень продолжил вынужденный забег.

Ровно через три минуты, а Иван засекал время, они наконец доскакали таким образом до какой-то решетчатой двери, ведущей, по всей видимости, в подъезд многоквартирного дома. Равенна пару раз дернула ту за ручку, дверь оказалась запертой. Она в растерянности замерла, оглядываясь по сторонам в поисках подручного инструмента.

– Ты же знаешь, что проникновение со взломом – это серьезное преступление? – полицейский самодовольно ухмыльнулся, словно радуясь неудаче девушки, надеясь компенсировать свой конфуз во время забега. Однако, та даже не обратила внимания на его реплику, продолжая копаться в различном хламе, которого на крыше оказалось в избытке.

– Ладно, – словно немного погодя произнес Иван, доставая из внутреннего кармана куртки пару отмычек. – Смотри, я может помедленнее тебя бегаю, но тоже кое-чего могу.

Он в несколько движений, явно пытаясь впечатлить девушку, открыл простой замок. Та лишь похлопала его по плечу, протискиваясь вперед него. Лестница была освещена электрическими лампами, которые висели по одной на каждой лестничной клетке. Они неторопливо спустились – спешить больше было некуда. Они уже были довольно далеко от сгоревшего бара.

– Нам на проспект Мира, дом шесть. – сообщил ей офицер, когда они вышли на улицу. – Отсюда минут семь. Иди за мной.

Пока они шли по ночному городу, Иван все прокручивал в голове события последних двух дней, все таки что-то не клеилось. Сначала заявление о проникновении на завод от директора, затем, по почте, без обратного адреса пришло письмо с подробным описанием преступника и места его нахождения, без фотокарточки, к сожалению. Затем, встреча с посетителями «Электрического тумана», странный диалог с барменом, этот робот… Человек-робот, если быть точнее. Офицер вздрогнул. Перестрелка в баре, спасение его от пули, смерть бармена и похищение останков тела. Вроде он ничего не упустил.

– Как-то странно, зачем кому-то давать наводку полицейскому на преступника и сразу же посылать туда каких-то головорезов для зачистки. – он не заметил, как начал говорить вслух. – Только если они действовали несогласованно, но как такое может быть? Я уверен, что два этих события напрямую связаны между собой. Только если сначала заявили о взломе, а потом недосчитались одного из этих роботов-убийц. А почему я решил, что он был одним из нескольких? Это что же получается? Если предположить, что это все связано вместе, значит это могла быть служба безопасности самого завода. Черт, понаберут головорезов! Но они же просто устроили кровавую баню в баре, наплевав на то, когда я им прокричал, что я из полиции. Может ли это значить, что у них был приказ зачистить всех посетителей? Ничего не понимаю, надо завтра позвонить капитану, да и может, сразу наведаться на завод? Но если, если нападавшие плевать хотели на меня и мои погоны, фигурально выражаясь, то может их покрывает кто-то из полиции? Ведь убийство полицейского не оставят без внимания, его будут худо-бедно расследовать. Значит ли это, что у них может быть крыша в полиции? Ну конечно может! Это же, черт побери, военный завод. Наверняка у них есть связи в полиции! Но почему не предупредили меня, если их СБ само решило заняться этим делом? Зачем втянули в это полицию? Могли же и сами придти да и вытрясти все из бармена и этой девчонки. Если только они еще не знали, что украли этого робота, а потом уже боялись потерять время. Что-то совсем голова не варит. Надо завтра утром еще подумать.

Парень замер, поняв, что все это время говорил вслух и волнуясь взглянул на девушку. Та стояла у двери подъезда, оперевшись на стенку, докуривая сигарету и внимательно слушая полицейского. На ее лице виднелись озадаченность в купе с уважением. Иван начал судорожно хлопать себя по карманам куртки в поисках ключей. Через мгновение, дверь была отперта, пройдя на третий этаж, он замер, в нерешительности перед дверью квартиры. Затем медленно достал пистолет и снял тот с предохранителя. Равенна последовала его примеру, вооружившись своим револьвером, который еще требовалось перезарядить. Она тонкими пальчиками, ловко засовывала патроны в барабан, тихим звоном металла отсчитывая мгновения. Иван вставил ключ, затем повернул его несколько раз. Лейтенант выдохнул с облегчением, дверь была заперта снаружи.

Проходя внутрь, он автоматически щелкнул выключателем справа от двери, по всей прихожей разлился тусклый, желтый электрический свет. Ботинок не оказалось, в квартире никого не было. Не теряя бдительности, он проверил туалет, кухню и небольшую комнату. Все было чисто. Выглянув на лестничную клетку, он жестом пригласил девушку войти. Спрятав револьвер, та проследовала за ним. Пропустив ее вперед, Иван запер дверь на два замка, оставив ключ в замочной скважине так, что ее нельзя было отомкнуть снаружи. Он не знал, кто мог за ними проследить, а потому решил сохранять предельную осторожность.

– Это не моя, а служебная, – виновато потупил взор офицер, видя как оценивающе осматривается его гостья. Та как обычно пожала плечами и проследовала в туалет. Иван решил дождаться ее на кухне, параллельно приготовив что-нибудь быстрое для перекуса. В запасах нашелся черный хлеб, открытая банка с малосольными огурцами – ее еще месяц назад прислала его мама из деревни. Также нашелся обрезок колбасы и овечий сыр. Не много, но хватит на то, чтобы заморить червячка. Подумав еще мгновение, он достал рюмки и остатки отцовского самогона – не больше двухсот грамм. «Может, удастся ее разговорить» – подумал офицер – «если так вообще можно сказать о немой. Странно, конечно, как можно быть немой, но прекрасно все слышать? Может, травма какая, со времен прошлой войны. Хотя, что она делала на фронте, на военного она не похожа. Да и на сестру милосердия тоже не походит. Да и вообще, с прошлой войны прошло уже лет пятнадцать. Я сам тогда был подростком, пары лет не хватило, чтобы загребли на фронт. Ей тогда должно быть уже лет под сорок. Но по ее движениям, бегу и ловкости так и не скажешь. Снять бы с нее эти очки, да посмотреть прямо в лицо, так не дается же, зараза. Может хоть перед сном снимет, там и взгляну». Его размышления прервала вышедшая из туалета Равенна. Войдя на кухню она бросила быстрый взгляд на ужин и одобрительно покачала головой, садясь на облезлый табурет.