Королевство Драконов. Начало новой эпохи

Глава 3. Уроки истории и сказки на ночь

Дворец изгнанного короля вблизи оказался не просто большим – огромным. Понятно теперь, почему его видно со всех концов города. Привычного дворцового сада вокруг архитектурного ансамбля не наблюдалось, может, он был позади дворца. Принцу и его Тени это ещё только предстояло выяснить, сейчас перед ними встала во весь рост проблема – как войти во дворец? От высоченной стены с тяжёлыми воротами до главного здания они благополучно добрались, пройдя через широкий, выложенный каменными плитами двор. А вот гигантские двери самого дворца были заперты. Только ни навесных замков, ни даже замочной скважины на гладких каменных же плитах не было. Не было и никаких надписей, рисунков или рун, по которым можно было хотя бы предположить, как сдвинуть с места эти внушительные дверные створки с едва намеченной щелью проёма между ними.

– Может, плюнем и залезем в окно? – Альена задрала голову. На первом этаже окон не было, а до второго добраться мог только Человек-Паук, да и то после обработки своей паутины каким-нибудь суперклеем. Идеально отполированная гранитная стена, казалось, даже поблёскивала как-то издевательски, типа «ну-ну, попробуй, покатаемся!» Окна на втором этаже и выше были стрельчатыми и забранными ажурными решётками. Матиас прикинул, получится ли забросить на завитушки решётки верёвку с петлёй, чтобы потом забраться по ней. А для оценки расстояния поднял с земли камушек и зашвырнул в окно. Эффект получился совсем не тот, которого ожидал принц – камешек не разбил стекло и не щёлкнул звонко о металл решётки. Он вспыхнул, не долетев до окна пару сантиметров, и даже пылинки не упало вниз. Принц и Тень переглянулись. Вариант с окнами отпадал однозначно.

– Он же не просто король-дракон. Он маг, помнишь? – Альена уважительно обвела глазами огромные здания и уходящие высоко к небу башни. – Интересно, весь дворец так зачарован? Кстати, Матиас, а почему его не называют по имени? Только король-дракон и всё… Он скрывал своё имя?

– Не знаю. Все ответы внутри дворца, надо полагать. Ещё бы понять, как туда пробраться…

Принц подошёл к каменной двери и прикоснулся к створкам – с некоторой опаской, памятуя о судьбе, постигшей камушек. Камень двери был гладким на ощупь и тёплым. Матиас плотнее прижал ладонь и закрыл глаза. Внутренний голос, которому принц привык доверять больше, чем любым доводам разума, одобрительно хмыкнул и посоветовал эмоций не сдерживать и отпустить мысли на волю. То есть думать о чём угодно. Принц послушался. И первым делом в памяти всплыли совсем не те воспоминания, которыми Матиас хотел делиться с кем бы то ни было. Даже с каменной дверью.

От Матиасовой ладони по каменной створке двери во все стороны побежала мелкая рябь, словно гранит неожиданно превратился в воду. Маленькие волны становились всё крупнее, закручивались в спирали, сплетались между собой, и вдруг огромная дверь преобразилась – гладкая поверхность покрылась выпуклыми узорами. Альена ахнула и вытаращила глаза. Розовато-серый гранит, из которого были вытесаны дверные створки, превратился в белый мрамор, а на белоснежном фоне распахнула выложенные ярко-синими сапфирами крылья огромная бабочка. Дверь бесшумно отворилась. Принц оторвал ладонь и открыл глаза.

– Матиас… Как ты это сделал?! И почему бабочка… синяя… Матиас?

– Аль…

Принц наконец оторвал взгляд от преобразившейся двери и посмотрел на изумлённое лицо Тени. Потом снова повернулся к дворцу, который теперь был открыт для них, и низко поклонился. Альена совершенно ничего не понимала. Губы Матиаса беззвучно шевелились, словно он молился или произносил заклинание. Выждав несколько мгновений, Тень решительно дёрнула принца за рукав, собираясь потребовать объяснений, но принц не дал ей ничего сказать. Альена не успела опомниться, как Матиас подхватил её на руки и шагнул через порог в широко распахнувшиеся створки двери.

Внутри дворец был не менее внушительным, чем снаружи, но намного более изящным. Первый этаж, надо полагать, король-дракон специально приспособил для встреч с драконами – гигантские залы сменяли друг друга, на стенах чередовались барельефы, гобелены и фрески, изображающие драконов во всех видах. Принц шагал по гулким коридорам, не останавливаясь и не спуская с рук Альену, и той оставалось только вертеть во все стороны головой, поражаясь пышности и богатству интерьера. В конце последнего коридора обнаружилась лестница, ведущая вверх. Принц легко взбежал по ступенькам на второй этаж и остановился перед дверью обычного размера, на этот раз сделанной из светлого дерева. Через мгновение после того, как Матиас замер перед дверью со своей драгоценной ношей на руках, на гладких створках мягко засияли синие бабочки – целая стайка. Дверь сама собой открылась, и взору Тени предстал новый коридор с длинной анфиладой комнат.

– Добро пожаловать в наш новый дом, Аль.

– Матти…

– Мы ещё не стали правителями и не принесли мир в это королевство. Но ушедший король благословляет нас и нашу любовь.

– Откуда ты знаешь?

– Потом объясню, ладно? Сейчас есть одно очень важное дело…

Тень была настолько ошарашена чередой этих непонятных событий, что последующие действия принца наблюдала будто со стороны, не оказывая никакого сопротивления и даже почти не принимая в них участия. Матиас толкнул плечом десятую по счёту дверь и внёс Альену в большую комнату, в которой царил полумрак из-за наполовину задёрнутых тяжёлых портьер. В центре комнаты возвышалось нечто, в чём Альена с трудом опознала кровать. Таких огромных Тень никогда в жизни не видела, даже в голливудских фильмах. Матиас бухнул Альену в центр безбрежного ложа и принялся торопливо разматывать ремешки своих доспехов.

– Матиас… Ты чего это собрался делать?

– Аль, молчи, ладно? Так надо. Ты просто лежи и молчи.

Когда на принце не осталось никакой одежды, он забрался на кровать и принялся раздевать Тень. Та молчала, послушно поднимая руки и поворачиваясь. Сам принц разделся очень быстро, а вот Альену извлекал из одежды медленно и вдумчиво. Губы принца продолжали еле заметно шевелиться. Тень не могла отделаться от ощущения, что Матиас разговаривает с кем-то невидимым.

– Матти…

– Тс-с… Всё хорошо. Не бойся. Просто доверься мне и ни о чём пока не спрашивай, ладно?

Нарастающая тревога не позволяла Альене расслабиться. Даже полная нагота принца, обычно лишавшая Королевскую Тень любых других мыслей, кроме всепоглощающего желания, сейчас занимала её куда меньше, чем странное поведение любимого. Его будто заколдовали. В какой-то момент Альене даже показалось, что глаза принца стали другого цвета – вместо карих с золотинкой глаз из-под нахмуренных бровей на миг сверкнули ярко-синие.

– Матти… Что происходит? Ты меня пугаешь!

– Не бойся. Закрой глаза. Скоро сама всё поймёшь.

Постепенно Альена успокоилась. Пусть у Матиаса глаза внезапно поменяли цвет – всё другое у принца не изменилось. И губы принца, жадно ласкавшие её тело, были такими же нежными и мягкими, как всегда. И точно такими же чуткими были длинные сильные пальцы. Огромная кровать вдруг стала маленькой и тесной. Альене не хватало воздуха, ставшее горячим и сладким сердце тяжело колотилось прямо в горле, мешая дышать.

– Так сильно… хочу тебя… Матти…

– Аль… Моя Аль… Любимая моя…

Это было так же прекрасно, как во все их предыдущие разы. Это было абсолютно не похоже ни на один из их предыдущих разов. Ещё никогда в жизни Альена не ощущала себя настолько цельной. Не осталось ни капли страха, ни даже намёка на сомнение в правильности происходящего. Они были едины – одна душа, живущая в двух телах, одно на двоих сердце. Альене теперь было непонятно, как она могла когда-то не верить в их с Матиасом любовь. Их любовь родилась гораздо раньше них обоих и даже когда они умрут, она никуда не денется. Пока не погаснут звёзды и не родятся новые. А сейчас они такие же вечные, как звёзды. И такие же неистово горящие в вечном мраке. Только вот пусть это всё же когда-нибудь закончится. Человеческое тело не такое крепкое, как звёзды.

– Матти… Сейчас умру… Я сейчас правда умру…

– Ты никогда не умрёшь… Никогда…

Тень с трудом открыла глаза. Голос, который произнёс эти слова, не был голосом принца. Такой же низкий и глубокий, как голос Матиаса, но совершенно другой. И глаза, что смотрели сейчас на Альену с любимого, до мельчайшей чёрточки знакомого лица, тоже не были глазами принца. Они сияли как те самые звёзды, о которых бессвязно думала Тень, растворяясь в океане сладкой неги. Они сияли так же ярко, как синие бабочки, непонятно откуда появившиеся на дверях зачарованного королевского дворца. Такие же ярко-синие, как эти бабочки…

– Матиас… Что с тобой, Матиас?! Что это…

– Я люблю тебя, Аль. Я всегда буду любить только тебя!

Альена поняла, что даже непонятное преображение принца сейчас не в состоянии её напугать. Страху и тревоге не было места в захлёстывающем их тела сапфировом океане. Только нарастающее блаженство. Острое и сладкое, острее сотен кинжалов и слаще любых придуманных людьми сладостей. Оно обрушилось на них и раздавило, раскрошило их тела на мелкие кусочки, раздробило кости и высушило кровь. И тут же возродило снова, наполнило жилы жидким огнём, которому теперь гореть до скончания веков, не давая им разомкнуть сплетённые пальцы, слившиеся губы, навсегда сросшиеся воедино сердца.

– Матти… Я люблю тебя, Матти… Так сильно люблю тебя…

– Аль… А-а-а-аль…

Альена уже не слышала любимого голоса, не чувствовала прикосновений нежных сильных рук. Она проваливалась в сон, больше похожий на обморок, такой же беспросветно-чёрный, только совсем не страшный. Ведь теперь Тень знала, что в любом мраке есть звёзды, ярко-синие, как сапфиры, и если сейчас она их не видит, значит, просто нужно немного подождать.

Солнечный луч, настойчиво и нахально щекотавший ресницы Тени, явно был родственником какой-нибудь шаловливой зверушки. Сколько Альена ни жмурилась, сколько ни отворачивалась, настырный луч продолжал свои игры, и в конце концов выиграл. Альена открыла глаза и сладко потянулась. Ей было так уютно и тепло, вставать совершенно не хотелось, но настоятельные потребности выспавшегося тела игнорировать уже не получалось. Тело требовало избавления от излишков жидкости и наполнения себя питательными веществами. Желательно белковыми, например, парой котлет с картошечкой в густом мясном соусе. И котлетки чтоб побольше были!

Удобства во дворце присутствовали, что радовало. Рядом с гигантской кроватью Альена обнаружила аккуратно сложенную одежду, в которую её нарядила Злата. Влезать в неё Тень посчитала излишним, стянула с кровати простыню и соорудила себе нечто вроде римской тоги. Простыня была тёмно-синей, выгодно оттенявшей золотые волосы Тени, и, оценив получившееся великолепие на сто баллов по собственной стобалльной шкале привлекательности, Альена показала язык красотке в большом тусклом зеркале и отправилась искать принца. Напрягаться в поисках не пришлось. Принц обнаружился именно там, куда безошибочно привело Тень её великолепно развитое обоняние. Там, где вкусно пахнет едой, Матиас всегда обнаруживался со стопроцентной вероятностью. В большом зале, явно некогда служившем столовой, был накрыт стол, точнее, плотно заставлен тарелками, графинами и чашками. Матиас удобно устроился в мягком кресле, в одной руке у него была толстая книга, а в другой – нога, куриная, зажаренная до золотистой корочки. От своей привычки читать за едой и жевать во время чтения Матиас точно никогда не избавится, даже когда станет королем драконов.

– Ну ты жук… Сам жрёшь, а меня подождать?

– Ты так хорошо спала, жалко было будить.

– А ты не спал?

– Не. Я нашёл хроники. Погоди минутку, уже дочитываю.

Альена предпочла не ждать, а провести время с большей пользой для себя, любимой и страшно голодной. Откуда взялась вся эта еда, Тени было глубоко фиолетово, главное – её было много и все блюда были очень вкусными. Примерно на пятом куске жареного мяса с третьей порцией овощного рагу Альена оценила, как же она правильно поступила, соорудив себе одежду из подручных материалов – штаны от богини были стильными, но однозначно слишком узкими для заметно округлившегося живота Тени.

Матиас отложил книгу и встал с кресла. Альена присмотрелась – на принце тоже были не доспехи от Златы, а свободная рубаха и штаны серо-стального цвета. В глубоком вырезе рубашки виднелась гладкая загорелая кожа. Когда принц с наслаждением потянулся, края выреза разошлись в стороны, полностью обнажив грудь Матиаса с выпуклыми мышцами и тёмно-коричневыми горошинами сосков. Тень отложила вилку и схватила первую попавшуюся чашку с каким-то соком. Вот зачем она столько ела… Это же от лишней сытости ей сейчас так дышать тяжело стало, ведь правда?

– Аль, ты чего такая красная? Слишком остро получилось, да? Перца в мясе много?

– Хочешь сказать, это ты готовил?

– А кто ещё? Продукты драконы доставили, а готовил я сам.

– Когда ты успел столько наготовить?

– Так целый день же был в запасе. Я и почитать успел, и приготовить, и на завтра кое-что собрать. Одежду вот себе нашёл. Тут везде такой порядок, даже в кладовых пыли нет. Офигенно сильный маг, до сих пор все чары как новенькие.

– Почему это день «был»? А сейчас что, не день?

– Уже вечер, ты весь день проспала.

– Чего?!

Тень подскочила к окну. Так и есть, луч солнца, разбудивший её, был закатным. Солнце почти скрылось за вершинами гор, вечерний воздух над Зеркалом Рассвета был тихим и нежно-розовым.

– Ты чего меня не разбудил, балда?!

– А зачем? Завтра с утра в дорогу, когда ещё выспаться успеешь? От Водных драконов такого доброго отношения нам точно ждать не стоит.

– Откуда знаешь?

– Из хроник. Я всё прочитал, интересно. Основные моменты Ахорг нам уже рассказал, в летописях про традиции и законы всех кланов хорошо написано, я как раз про это хотел узнать побольше.

– Дашь мне тоже почитать?

– Я лучше тебе своими словами перескажу. Иди сюда.

Рассказывал Матиас хорошо, Тени действительно было интересно слушать. Вот только куда полезнее для познавательных бесед вести их в другой обстановке. Менее романтичной и возбуждающей. Например, за столом в библиотеке. Усваивать информацию, сидя на коленях любимого человека в тесноватом кресле, да ещё если на тебе только скользкая простыня, норовящая сползти от малейшего движения, тяжеловато.

– Слушай, я всё равно сейчас многого не запомню. Давай ты меня будешь просто останавливать, если не то скажу, ты же всё запомнил, да?

– Договорились. Буду затыкать тебе рот.

– Кляпом?

– Неа. Вот так.

Если о чём и жалела сейчас Тень, так это только о лишнем съеденном куске мяса. От поцелуев Матиаса кружилась голова, хотелось большего, но так лень было шевелиться на сытый желудок…

– Мне нравится, когда ты такая.

– Какая? Обожравшаяся и ленивая?

– Ага, как кошечка. Толстая мягкая кошка с толстым брюшком.

– Оставь в покое мой живот! Не мешай пище перевариваться естественным путем, нефиг ей дополнительное вращение придавать!

– Ладно, уговорила. Живот не трогаю. Займусь хвостом.

– Где ты у меня хвост нашёл?!

– Так нет хвоста? А если найду?

Остановить Матиаса, ведущего себя примерно так же, как давешний солнечный луч – нахально и настырно – было невозможно. И Альена точно так же сдалась, растёкшись по тёплому сильному телу принца и частично по креслу. Пусть делает что хочет. Только пусть не останавливается-а-а…

– Нравится?

– Ага-а…

– Мне продолжать?

– Ага-а…

– Ты ещё какие-нибудь слова помнишь, кроме этого своего «ага-а»?

– Ага-а… Я люблю тебя, Ма-а-атти-и-и…

Окончательно впасть в нирвану прямо в кресле Матиас Альене не позволил. Взвалил себе на плечо и отнёс обратно в спальню. Там разложил окончательно осоловевшую некромантку на кровати, раскидав в стороны её безвольно повисшие руки и ноги, и принялся методично повторять недавно пройденный материал по географии расположения на теле своей Тени эрогенных зон.

– Слушай, будущий король драконов… Тебе не кажется, что ты не тем занят, а? Тебе же надо готовиться к завтрашнему дню… ох, вот здесь, только немного левее… О, да-а-а…

– Я уже всё подготовил. А вот здесь?

– Здесь не так… а можешь ещё раз, как до этого?

– Вот так?

– Ага-а…

– Эй, ты реально спишь или притворяешься?

– Сплю. Ты тоже спи, скоро уже утро.

– Я и так столько времени проспала!

– А я нет. Спи.

– Ладно, давай так. Ты спи, но притворись, что я тебе снюсь, и ты мне во сне отвечаешь на вопросы. Давай? Или ты просто разговариваешь во сне.

– Вот несносная… Спрашивай давай, кошмар мой ненаглядный.

– Почему на дверях появились бабочки? И ты сказал, король-дракон благословляет нашу любовь… И почему у тебя глаза становились синими и голос менялся? Матиас, не спи, я знаю, что ты ещё не заснул!

– Аль… Ты не поняла, да?

– Нифига не поняла! Это что, какое-то заклятие было?

– Это была любовь, Аль. Любовь, которой не было у короля-дракона.

– Что?!

Альена приподнялась на локте. В жидкой предрассветной темноте уже ясно различались их лица и мебель в спальне. Только всё было серым, как на старой фотографии. Альене на миг показалось, что они перенеслись на сотни лет назад, и мир вокруг них тот самый, каким был при легендарном короле-драконе.

– Когда я прикоснулся к двери дворца, я думал о тебе. Не словами думал. Просто я вообще почти ни о чём не думаю в последнее время, только о тебе. Даже когда что-то происходит, ты не выходишь из моих мыслей. И в тот момент было так же. Я видел тебя, всякие мимолётные картинки про тебя, как ты тогда уходила с экзамена, а бабочка у тебя над головой кружилась. И как потом я её крыло нашёл. Зря, кстати, ты его с меня убрала.

– Не зря, оно мне мешало.

– Ладно, чего уж теперь… Так вот, я про всё это вспоминал, и ещё много про что. И вдруг будто услышал его.

– Кого?

– Короля. Он будто заговорил со мной. Только опять же не словами. Он не умер, Аль, но всё равно что умер. Он где-то в такой невообразимой дали, что вернуться оттуда никогда не сможет.

– И что он тебе сказал?

– Он рассказал мне историю своей любви. Аль, знаешь… Мне кажется, Злата не просто так отправила нас сюда. Она богиня, значит, всевидящая и всеведущая. Она точно знала. И она богиня, защищающая влюблённых.

– К чему ты клонишь, никак не пойму…

– Аль, король-дракон был таким же, как мы. Он тоже был влюблён в свою лучшую подругу.

– Шутишь…

– Правда. Он любил свою подругу, её звали Тиаль. Она была человеком.

– Человеком…

– Обычным человеком, не волшебницей и не воином. Простая девушка, дочь садовника Тиаль. Когда король-дракон был ещё подростком, они познакомились и подружились. В те времена в Королевстве драконов жило много людей. В год, когда король-дракон был избран единым правителем Королевства, Тиаль исполнилось двадцать лет. Именно тогда король-дракон испросил у Покровителей дозволения на драконий век для своих советников и слуг. Тиаль стала первой, кто получил этот дар. И ещё король-дракон наложил на свою подругу заклятие вечной молодости. Он был очень сильным магом, Тиаль до самой смерти никто не давал больше двадцати.

– Она… знала о любви короля?

– Нет. Никто не знал. Во всех мирах об этом знают только сам король-дракон и мы с тобой. И Злата, наверное.

– И что было дальше?

– Ничего особенного. Тиаль вышла замуж, её муж тоже получил дар драконьего века, равно как и их дети. Они все были слугами короля, садовниками и садовницами. Каждое утро в покои короля обязательно приносили букет свежих роз. Тиаль выращивала их даже зимой. Однажды выдалась особенно холодная и снежная зима. Тиаль отправилась ночью в теплицу, растопить установленные там печи, чтобы розы для короля не замёрзли. И нечаянно заснула прямо там. Её нашли только поздним утром. Она задохнулась от угара. Когда через несколько лет Водные и Огненные драконы подняли бунт против короля-дракона, он не стал бороться за свою корону. Жизнь для него потеряла всякий смысл, и король-дракон предпочёл оставить трон. И ушёл. Вместе с ним ушли из Королевства драконов все люди. Вот такая история, Аль.

– Почему он ничего не сказал своей подруге? Такой дурак…

– Он не мог, Аль. Только подумай – король и садовница, такой мезальянс. Да ещё и не магичка, а обычный человек. Пока король старался исподволь изменить закон, запрещавший монарху самому выбирать себе жену, к Тиаль посватался другой. Тиаль была счастлива в браке. Это навеки запечатало уста королю-дракону. Разрушить счастье любимой женщины он не смог.

– Всё равно дурак. Почему так долго собирался? Эх…

– Он ни разу в жизни не поцеловал ту, кого любил больше самой жизни, Аль. Ни разу не прикоснулся к ней так, как хотел. Драконы однолюбы, ты знала? Если полюбят кого-то – это уже до самой смерти.

– Я не знала… Так всё нелепо и печально, Матти… До ужаса нелепо.

– Вот почему король-дракон услышал меня. Поэтому открылись двери, и изменился рисунок на них. Поэтому первым делом, войдя сюда, я понёс тебя в спальню. Это он меня попросил. Через меня он ощутил, каково это – быть с любимой. Потому у меня менялся голос и цвет глаз. Он словно на миг становился мной.

– Эй, получается, я была не с тобой, а с другим мужиком?!

– Не злись. Это были только доли мгновения. Твоё имя похоже на имя его возлюбленной. Он до сих пор любит её.

– Ладно, я не буду сильно злиться. Как думаешь, ему было в тот момент хорошо?

– Думаю, да. Но ещё и очень больно. Ведь это была не его Тиаль, а моя Альена. Ты ни капли на неё похожа.

– А какой она была?

– Маленькой, хрупкой, с кудрявыми тёмными волосами. Только глаза у вас одного цвета. У неё тоже были серые глаза.

– Теперь мне всё понятно. И розы тут везде, во всех видах, на кровати вон тоже. Всё поэтому, да? Только всё равно он дурак, хоть и король.