Разбитое отражение. Круговорот. Часть 4

Глава 5

Запах вишни и жженого сахара щекотал ноздри. Марк открыл окно, впуская в кабинет свежий воздух, но избавиться от приторного аромата никак не удавалось. Казалось, что он пропитал всю мебель, въелся в стены и просачивался сквозь щели между старых скрипучих половиц.

Ольга, хлопотавшая вокруг него все утро, наконец ушла, оставив его в одиночестве. Вчерашний день стал для Марка предупреждением: время на исходе. Он надеялся, что ему удалось успокоить Яну, хотя сам прекрасно понимал, что дни его в этом мире сочтены, поэтому нужно спешить: он не сможет умереть, пока не будет уверен, что Яна не будет в безопасности.

Марк посмотрел на мигающий огонек на экране телефона. По дороге из больницы он отправил Кулешову предполагаемый адрес ведьмы, и тот пообещал выяснить все, что получится. Решив, что не будет тратить время на переписку, Марк набрал номер майора и стал ждать ответа.

– Яновский, ты же вроде представитель поколения, которое использует телефон исключительно для переписки, почему же ты мне постоянно названиваешь? – раздался в трубке веселый голос Кулешова.

– Хотел услышать твой голос, – усмехнулся Марк.

– Тогда устраивайся поудобнее и наслаждайся, – хохотнул майор, но тут же посерьезнел: – вообще, конечно, странная история с этим адресом. Несколько месяцев назад здание было продано, новый собственник сейчас делает там ремонт, планирует открыть салон красоты. Предыдущим владельцем была фирма «Авант», которая закрылась аккурат после завершения сделки по продаже.

– Но в этом же нет ничего подозрительного, – заметил Марк.

– Конечно, потому, что ты со своим ценным комментарием влез на самом интересном месте, – съязвил Кулешов. – ООО «Авант» осуществляло деятельность по предоставлению персональных услуг, каких именно не уточняется. По налогам все чисто, не подкопаешься.

– Но? – подтолкнул его Марк.

– …но владелец фирмы понятия не имел, что несколько лет был владельцем бизнеса.

– Это как?

– А вот так. Более того, дед – тяжелый инвалид, лежачий. Я связался с его родственниками, они ни о какой фирме слыхом не слыхивали. Его семья понятия не имеет, кто и как мог открыть на его имя компанию и какие делишки там проворачивались.

– Интересно, – задумчиво протянул Марк. – Я так понимаю, что отзывов в интернете тоже нет?

– Верно, – мрачно заметил Кулешов. – Но есть одно любопытное совпадение.

– Какое?

– Одновременно с закрытием ООО «Авант» было открыто ООО «Пятнадцатый аркан», владелицей которого является хорошо нам знакомая Литвинова Маргарита Андреевна.

– Совпадение?

– Не думаю. Видишь ли, деятельность по предоставлению прочих персональных услуг как раз и может включать в себя работу гадалок, магов и экстрасенсов. Те, кто хотят легализоваться, пользуются именно этой формулировкой, поскольку наше законодательство напрямую их деятельность не запрещает, а значит – разрешает. Вот такой вот фокус. Так что, вероятно, ты прав, по этому адресу действительно могла принимать ведьма, но кто она и где ее искать сейчас, нам по-прежнему неизвестно.

– Тупик, – заключил Марк.

– Чем дольше я работаю над этим делом, тем сильнее убеждаюсь в том, что за преступлениями стоит кто-то очень влиятельный. Убийства совершались в разных точках страны, почти все – «глухари». Пока мы знаем имена только двух преступников, и то исключительно потому, что сами их и поймали. Правда, оба убийцы, скорее всего, будут признаны невменяемыми и отправлены на принудительное лечение, а в протоколах допросов в данный момент по какой-то причине нет никаких указаний на то, что у них были сообщники или кураторы. Даже упоминание о ведьме, которая подсказала Арсению ритуал воскрешения, чудесным образом испарилось из материалов дела. А я, как ты понимаешь, передал следствию всю информацию.

– Все выглядит так, будто кто-то очень хочет замять эти преступления.

– Именно. И, разумеется, связать два последних убийства никому не пришло в голову, поскольку ни жертвы, ни убийцы не имеют между собой ничего общего.

– Кроме того, что оба они проводили ритуал.

– Да, но в деле об этом говорится только в контексте того, что убийца был не в себе, – вздохнул Кулешов. – Яна считает, что двадцать первого декабря будет еще одно убийство, – добавил он после паузы. – Это День зимнего солнцестояния, в прошлом году в эту же дату погибла Анна Некрасова, студентка. Все выглядело так, будто она покончила жизнь самоубийством – выбросилась из окна одиннадцатого этажа. Судя по показаниям свидетелей, девушка увлекалась магией и эзотерикой, поэтому начерченная на полу ее комнаты пентаграмма и оплавившиеся свечи, не натолкнули следствие на мысль, что девушка могла стать жертвой убийства. Честно говоря, если бы ее адрес не фигурировал в списке твоей невесты, я бы тоже не связал ее смерть с серией ритуальных убийств.

– Пока она единственная девушка, которая погибла не в лесу и не на безлюдном пустыре, а в собственной квартире, – заметил Марк.

– И может оказаться, что ее смерть вообще не связана с нашей серией, – согласился Кулешов.

– Или Яна все-таки права, и девушка на самом деле стала жертвой смертельного ритуала, но раз в отчете ничего не сказано про следы борьбы, это может значить лишь одно: она знала убийцу и впустила его в дом добровольно.

– Не знаю, – с сомнением протянул Кулешов. – Слишком много допущений: могла знать убийцу, а могла и не знать, могла стать жертвой ритуала, а могла пытаться самостоятельно вызвать в своей комнате демона… Не забывай, что девчонка интересовалась всей этой магической темой.

– В любом случае предлагаю проверить эту версию, – твердо сказал Марк. – Я могу съездить завтра к ее дому, попробую расспросить соседей, вдруг кто-то что-то видел.

– Только без глупостей, Яновский, – предупредил Кулешов. – Помни, что официального расследования нет, ты лицо гражданское и не имеешь права никого допрашивать.

– Майор, я взрослый человек, – Марк закатил глаза, – скажу, что блогер, снимаю сюжет о загадочных смертях.

– Да кто ж тебе поверит? – рассмеялся Кулешов. – Яновский, у тебя на лице написано, что ты богатый московский мажор.

– Таким меня считаешь только ты, – усмехнулся Марк, – и сильно заблуждаешься.

– Ладно, – сдался майор, – но постарайся действовать аккуратно.

– Обещаю, – сказал Марк и сбросил вызов.

Кулешов, очевидно, недостаточно верил в актерские способности Марка, потому что убедил Яну поехать к дому Анны Некрасовой вместе с ним.

– Интересно, почему этот дом оказался в списке Карины? – поинтересовался Марк, разглядывая обычную серую многоэтажку. – На первый взгляд дом как дом в типичном спальном районе.

– Да, – кивнула Яна, – но дело в том, что на месте этого и нескольких соседних домов раньше было большое деревенское кладбище.

– Но в списке только этот адрес, – Марк вопросительно посмотрел на Яну.

– Мне удалось найти старые карты и наложить их на план современной застройки, и оказалось, что этот дом стоит чуть в стороне, на самой границе старого кладбища.

– А за границей кладбища хоронили утопленников и самоубийц, – догадался Марк.

– Именно. Поговаривают, что их неупокоенные души все еще здесь. Я читала, что жильцы этого дома постоянно жалуются на странные звуки, шорохи и скрипы. А еще в этом доме довольно часто происходят загадочные смерти.

– Как в случае с Анной Некрасовой? – уточнил Марк.

– Да, но я уверена, что ее смерть никак не связана с присутствием здесь призраков утопленников и самоубийц. Ее убили, и убийца все еще на свободе.

– Тогда пойдем попробуем его отыскать, – Марк вышел из машины и помог выбраться Яне.

Уже темнело, и с неба сыпалась мелкая ледяная крупа, которую сильные порывы ветра яростно бросали прямо в лицо. Яна поежилась и накинула капюшон, жалея, что нельзя его затянуть так, чтобы остались видны одни лишь глаза. Марк стоял рядом с ней в легком пальто, на его волосах оседали крупинки снега, а он как будто не чувствовал холода.

– На Новый год подарю тебе шапку и шарф, – сказала Яна, поднимая на него глаза.

– Я в порядке, – улыбнулся Марк. – Но ты права, в такую погоду, пожалуй, глупо надеяться встретить кого-нибудь на улице.

– Думаешь, мы зря приехали? – с надеждой спросила Яна, желая как можно скорее снова оказаться в теплом салоне автомобиля.

– Разумеется, нет, – улыбка Марка стала еще шире. – Яна, вспомни себя студенткой. Неужели ты проводила все вечера дома?

– Нет, – Яна смутилась. – Чаще всего я по вечерам занималась у Лики, либо сидела в университетской библиотеке до закрытия.

– Ты не ходила в кафе и клубы? – удивился Марк.

– У меня не было денег, – Яна пожала плечами. – Но я знаю, что многие подростки в нашем районе собирались в дешевой пивной или в гараже, который принадлежал отцу одного из соседских ребят.

– Так, гаражей здесь я не наблюдаю, – Марк внимательно смотрел по сторонам, пока они шли между рядами однотипных домов, – но, похоже, вон там, – он указал в сторону темнеющего леса, – стоит какая-то заброшка.

От ледяного ветра слезились глаза, и Яна с трудом различала в темноте силуэт невысокого недостроенного здания. В одном из темнеющих окон мелькнул огонек, как будто кто-то чиркнул зажигалкой.

– Похоже, ты прав, – удивленно сказала она и потянула Марка в сторону леса.

– Не спеши, – он уверенно перехватил ее руку, – мы же не можем заявиться к подросткам с пустыми руками, они даже разговаривать с нами не станут.

– И что ты предлагаешь?

– Сюда, – Марк подтолкнул ее к магазину с красно-белой вывеской.

– Я не позволю покупать детям алкоголь, – твердо сказала Яна, когда они остановились перед длинным стеллажом с напитками.

– И в мыслях не было, – невинно взглянул на нее Марк. – Газировка и чипсы подойдут?

– Не самая полезная еда, – скривилась Яна.

– Согласен, но на яблоки и зерновые батончики нам вряд ли удастся выменять много информации.

Яна не могла не признать его правоту и со вздохом кивнула.

Еще на подходе к заброшенному зданию они услышали громкий взрыв смеха. Марк подал Яне руку, помогая перебраться через груду битых кирпичей.

– Держись за меня, здесь может быть опасно, – тихо сказал он, и Яна крепче вцепилась в его руку. Запах пыли и сырости щекотал нос, и, не удержавшись, она громко чихнула. Смех тут же стих, и в наступившей тишине послышались чьи-то тихие осторожные шаги.

Марк вышел вперед, заслоняя собой Яну. В темноте они видели пляшущий луч фонарика, который обшаривал стены, медленно приближаясь к ним.

– Есть тут кто? – Судя по голосу, говорившему не было и двадцати.

– Мы пришли с миром, – выкрикнул Марк и для чего-то поднял руки, с трудом удерживая в одной из них тяжелый пакет.

– Дядь, здесь занято, – из темноты появился щуплый паренек в безразмерной куртке.

– Мы ищем друзей Анны Некрасовой, девушки, погибшей в прошлом году.

– Копы, что ли? – парень заметно напрягся и отступил, готовый броситься наутек в любой момент.

– Нет, – Марк поморщился, услышав иностранное обращение к сотрудникам полиции, и живо представил себе выражение лица Кулешова, если бы подросток посмел так назвать майора, – мы блогеры.

– А не староват ты для блогера? – осклабился наглец.

– Не знал, что в этой профессии есть ограничения по возрасту, – невозмутимо ответил Марк.

– А в пакете что? – парень кивнул на пакет.

– Еда и напитки.

– Напитки говоришь...– в темноте глаза парня жадно блеснули, – ну пойдем, познакомлю вас с остальными. – Меня Кос зовут, если что.

– Я Марк, а это Яна, – она выглянула из-за его спины и приветливо помахала.

– А отчество? – нахмурился подросток.

– Имени будет достаточно, – подавив страдальческий вздох, ответил Марк.

Кос окинул его недоверчивым взглядом, развернулся и, ловко проскочив через провал в стене, скрылся из виду. После секундного колебания Марк и Яна последовали за ним.

За очередным поворотом Кос остановился, дожидаясь, пока они его нагонят, а потом не спеша направился по коридору туда, где мерцал огонь.

– Ребят, – громко сказал он, заходя в тесную комнату, – у нас гости.

Как по команде несколько человек, расположившихся вокруг импровизированного стола, заставленного бутылками и заваленного упаковками от чипсов и шоколадных батончиков, вскочили на ноги, настороженно глядя на Яну и Марка.

– Спокойно, – скомандовал Кос, – это блогеры. Хотят о самоубийстве Аньки узнать.

– Не будем мы вам ничего рассказывать, валите отсюда, – выкрикнула густо накрашенная девица. Ее черные волосы свисали у лица грязными сосульками, отчего она напоминала героиню из фильма ужасов.

– Да не кипятись, Мах, – стоявший рядом лысый парень в черной толстовке и такой же безразмерной, как у Коса куртке, схватил ее за руку, возвращая на место. – Что узнать хотели? – с вызовом спросил он, глядя на Марка и Яну.

– Для начала, добрый вечер, – спокойно сказал Марк, смахивая со стола бутылки и обертки и расставляя на освободившемся месте закуски и напитки из пакета. Подростки все это время с любопытством наблюдали за ним.

– Дядь, на улице холод собачий, а ты нам ледяную газировку принес. Ты нормальный вообще? – хохотнул Лысый, тем не менее хватая со стола банку и делая жадный глоток.

– Простите, горячего чая не было, – сказал Марк, присаживаясь на перевернутый деревянный ящик. Яна пристроилась рядом, с любопытством разглядывая собравшихся.

– Чая? – Лысый громко расхохотался и закашлялся, подавившись газировкой. – Ну ты и сказанул!

– Так зачем вам про Аньку знать? – Маху угощения нисколько не заинтересовали, она все так же буравила испепеляющим взглядом Марка.

– Есть подозрение, что ее смерть носила насильственный характер, – осторожно сказал Марк.

– Я уже год всем это твержу! – яростно выкрикнула Маха, а потом ко всеобщему удивлению громко всхлипнула. – Мы с Анькой лучшими подругами были. Она бы никогда из окна не шагнула добровольно! Никогда!

Яна потянулась и накрыла руку девушки своей. Та дернулась, но не отстранилась.

– Расскажите нам, что произошло? Что заставляет вас думать, что Анна не добровольно ушла из жизни, – спокойно спросила она, глядя девушке в глаза.

– Родители Аньки в тот день уезжали, поэтому мы договорились с ней устроить девичник: накупить еды и всю ночь смотреть ужастики. Я звонила ей перед выходом из дома, спрашивала, что принести. Пока разговаривали, к ней кто-то пришел, я слышала в трубке звонок в дверь. Она попрощалась со мной и пошла открывать. Я не знаю, кто это был, она не сказала, но, когда через час я пришла к ней, дома ее уже не было. Простояла полчаса на морозе, звонила в домофон и на мобильный, но она не отвечала. Я так разозлилась на нее, решила, что кинула меня ради хмыря своего, а утром узнала, что Анька умерла. Выбросилась из окна.

– Вы говорили об этом полиции? – мягко спросила Яна.

– Да, но они как будто не хотели слушать. Сказали, что Анька была в депрессии, увлекалась сатанизмом, а значит, имела проблемы с психикой, вот и решила в какой-то момент свести счеты с жизнью. Но не было у нее никакой депрессии, понимаете?

Глаза Махи горели лихорадочным огнем, ее заметно трясло, поэтому сидевший рядом Лысый стащил с себя куртку и набросил на плечи девушки. Та благодарно взглянула на него и плотнее закуталась в пуховик.

– А про какого «хмыря» вы говорили? – подал голос Марк.

– Ой, это такой дебил, – простонал Кос. Он стоял чуть в стороне, привалившись плечом к стене. – Появился здесь года полтора назад. Он вообще не из нашего района, ошивался какое-то время возле местного колледжа. Я его сразу приметил, потому что он странный очень: тощий, бледный, патлы сальные свисают – чудик, в общем.

Марк окинул взглядом компанию, которая в его понимании тоже полностью соответствовала этому описанию, за тем исключением, что один из ее членов был лысым, но промолчал.

– Взгляд у него был странный, – продолжал Кос, – как у хищника. Я, когда его в первый раз увидел, решил, что маньяк какой-то, жертву выискивает. Но он вроде вел себя тихо, ни к кому не приставал, поэтому я через некоторое время перестал на него внимание обращать. А потом Анька привела его к нам.

– Как его звали? – напрягся Марк.

– Черный.

– Черный?

– Ну да, погоняло такое.

– А настоящее имя?

– Да откуда я знаю? Мы с ним не особенно общались, терпели только ради Аньки.

– Она с ним встречалась? – поинтересовалась Яна.

– Нет, – хрипло сказала Маха. – Он преследовал ее. Сначала она отшучивалась, говорила, что он слишком навязчивый, а потом стала бояться. Он задвигал ей какие-то стремные темы про вечную жизнь и воскрешение из мертвых.

Как по команде Яна и Марк подались вперед, жадно ловя каждое слово девушки.

– А можно поподробнее? – попросил Марк.

– Да я не знаю ничего! – всхлипнула Маха. – Мы сначала между собой с Анькой смеялись над ним, а потом она вообще отказывалась о нем говорить, потому что Черный пугал ее до жути. Мне кажется, она и меня тогда позвала к себе ночевать, потому что боялась оставаться одна. Нужно было сказать ей, чтобы не открывала дверь и дождалась меня, – Маха уже рыдала, а Лысый крепко прижимал ее к себе успокаивая.

– Думаете, это был он? – после долгой паузы задала вопрос Яна.

– Уверена, – девушка вытерла рукавом слезы, размазывая по щекам тушь. – Он ее и выбросил из окна, потому что она ему отказала. Менты не стали меня слушать, но мы выяснили, что незадолго до того, как он здесь объявился, его девушка погибла. Вроде как изменяла ему с другим, вот он и свихнулся, когда Анька тоже не захотела с ним встречаться.

– Откуда вы знаете про смерть его бывшей девушки? – Марк переводил взгляд с Махи на Лысого в ожидании ответа. Те взволнованно переглянулись, после чего парень, тяжело сглотнув, сказал:

– После похорон Аньки мы поняли, что менты расследовать ее смерть не будут. Они решили, что она поехала кукухой и сама сиганула из окна одиннадцатого этажа. Но мы-то все знали. Черный после ее смерти исчез и в нашем районе не появлялся, но мы его разыскали. Точнее, не его, а его приятеля. Он сказал, что Черный в дурке. Якобы у него случился нервный срыв, и родители отправили его на лечение. А через некоторое время этот приятель позвонил и сказал, что Черный умер. Повесился в палате.

– А телефон приятеля у тебя сохранился? – прищурился Марк.

– Дядь, – Лысый весело улыбнулся, – у вас, блогеров, денег куры не клюют, а мы бедные студенты местного колледжа, сечешь?

Марк ухмыльнулся, прекрасно поняв намек, и выложил на стол три купюры. Лысый удовлетворенно хмыкнул, достал из заднего кармана джинсов телефон и продиктовал номер.

– Последний вопрос, – сказала Яна, поднимаясь на ноги, – полиция сказала, что в комнате Анны была начерчена пентаграмма. Вы практиковали какие-нибудь вызовы или что-то в этом роде?

Маха яростно замотала головой:

– Невозможно. Вы не смотрите, что мы одеваемся так мрачно, на самом деле мы не сатанисты и не чернокнижники. Анька вообще всей этой темы боялась, поэтому и шарахалась от Черного, когда он начал ей тему про ритуалы задвигать. Не было у нее в комнате никакой пентаграммы, а если и была, то начертила ее не она, а тот, кто ее убил.

Глава 6

– Алло, – голос звучал сдавленно и приглушенно, как будто говоривший прикрывал телефон рукой.

– Андрей? – на всякий случай уточнил Марк, не уверенный в том, что на другом конце трубки нужный ему человек.

– Подождите секунду, я в коридор выйду, – прозвучало уже чуть громче.

В трубке послышался шорох и скрип закрывающейся двери.

– Да, слушаю.

– Андрей, меня зовут Марк, я оставлял вам сообщение...

– Я помню, – перебил его собеседник, – вы из какого-то подкаста вроде, да? Расследуете загадочные самоубийства?

– Вроде того. Меня интересуют обстоятельства смерти вашего друга, Черного. Я знаю, что незадолго до гибели он пережил трагедию, которая могла спровоцировать тяжелую депрессию.

– Кирюхи-то Чернова? – мрачно пробормотал Андрей. – Да, пару лет назад телка его умерла. Он тогда совсем с катушек слетел: забил на учебу, дома почти не появлялся, никто не знает, где он был и чем занимался.

– А вы знаете, как погибла его девушка?

– Разбилась на мотоцикле. Ему сказала, что предки наказали, не выпускают гулять, а сама укатила с каким-то типом на мотике. Вот они с ним оба и влетели в дерево на полном ходу. Кир как узнал, реально обезумел: он-то ее любил, а она у него за спиной хвостом крутила.

– Но я слышал, что через некоторое время он смирился с утратой и вроде как с кем-то встречался, – осторожно сказал Марк.

– Да не, бред, – уверенно заявил Андрей. – Не верю, что он так быстро мог Катьку забыть. В день похорон на гроб бросался, кричал, что никогда ее не отпустит. Жуткое зрелище было. Родители его потом даже к психологу какому-то таскали, чтобы там ему мозги вправили.

– Помогло?

– Не знаю, – вздохнул Андрей. – Он тогда перестал со мной общаться. Я как-то встретил его незадолго до того, как его в дурку упекли, окликнул, но он сделал вид, что не заметил меня. Странный какой-то был, дерганый.

– А не помните, когда это было?

В трубке ненадолго воцарилась тишина, а потом собеседник неуверенно произнес:

– Да как будто бы ровно год назад дело было. Я еще тогда подумал, зачем ему два пакета свечей? К Новому году, что ли, так рано готовится?

Свечи. Похоже, год назад Кирилл на самом деле к чему-то готовился, только вот к празднику это не имело никакого отношения.

– Похоже, все сходится, – устало сказал Марк, садясь в машину и убирая телефон в карман. Голова раскалывалась, хотелось лишь одного: закрыть глаза и провалиться в глубокий сон.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – озабоченно спросила Яна, вглядываясь в его лицо. – Если хочешь, я поведу.

– Нет, все в порядке, – Марк попытался улыбнуться, но вышло не очень убедительно. К горлу подступила тошнота, а перед глазами заплясали черные точки. – Хотя, знаешь, пожалуй, я все-таки уступлю тебе водительское кресло.

Яна кивнула и быстро поменялась с ним местами. Снегопад набирал силу, видимость была плохой, поэтому дорога до дома заняла гораздо больше времени, чем они ожидали. Марк дремал на пассажирском сиденье, прислонившись головой к холодному окну. Когда машина остановилась у их подъезда, он дернулся и удивленно потер глаза:

– Я что, уснул?

– День был долгим, – тихо сказала Яна.

Марк кивнул и уже потянулся к ручке, чтобы открыть дверь, но Яна его остановила.

– Нам нужно поговорить, – едва слышно сказала она, глядя прямо перед собой.

– Хорошо, только давай не здесь. Поднимемся ко мне и спокойно все обсудим.

Яна кивнула и, по-прежнему избегая смотреть на Марка, вышла из машины. Она молчала до самого дома, но едва за ними закрылась дверь квартиры Марка, она бросилась к нему и, чуть не сбив с ног, крепко обхватила руками.