Милик в параллельном мире. Хроники Милика после возрождения Фердинанда. Книга шестая

– Осмий! Я взрывчатку нашел! Сейчас она рванет! Кинь ее от нас подальше, в море.

Тот спокойно взял у меня ее, швырнул в воду. Раздался нехилый взрыв. Мелькнул огонь.

– Их план по убийству Нэры провалился.

На нас опять налетели те ублюдки. Мы дальше принялись обороняться. А я кинулся обратно в дом. Понимая: Эрнест пока не разберется с противником окончательно, будет так. Но наконец-то он потерял к Элле интерес!

Опять звон мечей, и все остальное. Снова со мной кто-то там сцепился.

– Да ты просто сумасшедший! Представляешь, ЧТО тут начнется, если убьешь меня?! Я – конец мира! – Завыл Карк.

– Ну, тогда скорей всего это тебе конец придет! Не ври! – Ответил я ему, опять нанеся удар.

Тем временем влюбленный сын прикончил одного бессмертного, снеся ему голову. Он, конечно, получил его силу, и лишь после этого кинулся к милой. Подхватил на руки.

– Пошли отсюда в укромное местечко!

Теперь к нему не подходил никто. Абсолютно. Он запер Нэру в комнате и пообещал вернуться, когда все кончится.

Карк тем временем ушел на мост, где все сражались. Там и умер – Митиней обезглавил его. Также получив его силу. Осталось двое уродов. И тут произошло непонятное: на нас с неба стали падать молнии. Меня и Эрнеста толкнул Скарагус. Мы оба перевалились через перила и полетели в море. Только вот сын был с крыльями и вспорхнул. А я – нет.

– Нет… Милик!!!

Я с мечом летел в море. Битва остановилась. Никто такого исхода не ожидал. – Где твой отец? Где Милик?

– Там. – Эрнест указал пальцем в море.

– Я сейчас убью его! Все! – Вскричал один бессмертный враг и прыгнул следом с мечом. Откуда-то пришли еще бессмертные. Десять.

Полуэльфы, как завороженные, смотрели на волны. Плюнув на все и всех. Переживая за меня.

– О нет… Милик!!! Он убьет его!

– Не убьет. Милик сильнее в разы.

Я упал в воду. Холодная вода свела мышцы поначалу и кожу, и я стал тонуть. Но нырнул. И тут услышал плеск. Сразу понял – меня хотят докончить. Молния ударила в спину. Я хотел всплыть. Но противник быстро подплыл и ударил кулаком по шее. Я отшатнулся. Не больно даже. Он уловил момент и хотел снести мне голову. Я увидел это. Выхватил нож из-за пояса и всадил ему в сердце. Тот отшатнулся. Синеус.

Он же удивил: вырвал нож из раны и решил меня зарезать. Я мечом убил его. В меня снова ударила молния. Я потерял сознание и. выронив меч. Пошел камнем на дно. Весь посинел. Шутка ли – электричество в воде вырубит любого! Вода пошла в легкие. Но я не погиб. Последнее, что подумал: «Снова буду лежать на дне лет двадцать пять»…

Этим временем моя родня убила еще троих бессмертных, остальные быстро скрылись.

Эрнест рванул в комнату и освободил Нэру. Поцеловал, обнял. Она от нервного срыва и слабости лишилась чувств. Вынес ее на мост, посмотрел на убитых. Положил осторожно милую, а сам прыгнул в море. Нырял, нырял, но меня не нашел. Еще бы – глубина сто пятьдесят метров! Толща воды может придавить нехило. Вызвав болезнь ныряльщиков. Вернувшись, объявил всем: меня нет.

– Его убили. – Как во сне, без эмоций произнес Миней. – Сынок! Зачем ты умер?!

– Где тогда Синеус? Они что, оба друг-друга прикончили?

– Видимо, да. Никто не выплыл.

Сначала я лежал на дне, но течение вынесло меня на берег. Я остался там, где-то между жизнью и смертью. Выполз на песчаную отмель. Прокашлялся, выблевывая воду из всего, что можно. Стало настолько плохо – я вообще не мог встать. Перед глазами шли круги. Тошнило. Долго. Приподнялся, увидел серый рассвет. Поднималось солнце. Промокший до костей, я думал. Как теперь быть. Над городом стелился густой туман. Я, стуча зубами от холода, вновь потерял сознание.

7

ПОЛУЭЛЬФ НИОТКУДА

Сарай, где я очнулся, оказался маленьким и грязным. Незнакомый мужчина сидел рядом, сжимая мне руку.

– Как вы себя чувствуете?

Насколько я помню, ответил, что чувствую себя хорошо.

– Выпейте. – Сказал мой собеседник, протягивая фляжку с водой. Хотя я напился ее столько – на всю жизнь бы хватило. Но стала мучить жажда. Либо от слабости так началось. Осушив ее, мне полегчало. Я успокоился.

– Где я…?

– Вы за городом.

– Как я сюда попал?

– Лежал на берегу. Как труп. Во всем черном. Я сначала подумал – умерли. Прощупал пульс. Решил помочь. Это мой сарай. Здесь вас никто не найдет, не тронет, вы пробыли с момента нахождения без сознания тридцать четыре часа. Как так угораздило-то?

– Всего лишь свалился с моста. – Слабым голосом произнес я. – Помню лишь, как улетел в воду и потерял сознание. Чего было дальше – не знаю. Вода ледяная. Долго в ней не пробудешь. Камнем на дно пойдешь. Стянуло всю кожу, сосуды сжало. Сейчас я отогрелся. Благодарю вас за мое спасение. – Я закрыл глаза. Но почувствовал боль и опять открыл. – Что это со мной? Рука…

Мой собеседник разорвал мою рубашку и увидел кровоточащую рану.

– Вот это ранение! Где же ты так, друг? – Ножом порезался.

– А когда именно упал в воду?

– Получается, два дня назад. С моста столкнули какие-то ублюдки. Не знаю их. Напали, избили. Главное, свалился не на землю.

– Очень повезло. Сколько тебе лет?

Не хотелось мне говорить правду, что мне сто семьдесят с чем-то, и назвал цифру – тридцать пять.

– Очень, очень молод! Но выглядишь в разы моложе! Как твое имя?

Я назвал себя. Конечно, бессмертные не стареют никогда.

– Мое имя Монтгомери. – Ответ на мое имя был таким. Мы стали разговаривать. Делать все равно нечего. Мужчина тем временем перевязывал руку. Я поблагодарил его. – Сейчас по моему приказанию для тебя жарится свинина.

– Я с удовольствием съем кусочек.

– Сейчас выйду и посмотрю, что же делается с ней.

Он ушел, вернулся с мясом. И этот кусок показался мне до того аппетитным, что я его съел, практически не глядя. Хозяин улыбнулся. Прошло восемь дней, прежде чем я смог набраться сил и встать со своей койки. Свежий воздух с улицы придавал сил. Я взял в тот день расческу и причесался. Они у меня были до пояса. Иссиня-черные. Черным бантом завязал их в хвост. Кончики немного вились. Монтгомери был несказанно рад, что я прихожу в себя.

– Милик, ты поправился!

– Мне хорошо у тебя. Главное, – есть чистый воздух без выхлопов и выбросов.

8

«МИЛИК МЕРТВ!»

Митиней с тяжелым сердцем вернулся домой, сел за стол и зажег свечу. Вид у него был убитый. Он рухнул в кресло и закрыл лицо руками. По лицу катились слезы. Горе коснулось всех.

– Не может быть такого, чтобы Милик умер! Я чувствую: он где-то рядом! Где-то здесь! Хотя бы душа!

К отцу подошел Миней и стал ему рассказывать про меня.

– Мой сын Милик был юным красавцем. Когда он родился двадцать восьмого марта 1726 года, я прыгал от счастья. Его ждало блестящее будущее – правление Силирией. Империя, которую я построил. Он с самого рождения отличался неслыханной красотой. Но летать не мог. Долго. Забирался на деревья, пытался оттуда взлетать, но не выходило, и он получал раны, ссадины. Наконец, с огромным трудом научился полету. Осторожно поначалу парил в воздухе, но внезапно полет выровнялся.

А в это время я правил с женой Лимой страной. Изначально, как ты знаешь и помнишь, Силирия была очень маленькая, надо было расширить владения. В результате я захватил аж сорок малюсеньких государств, и слепил из всего гигантскую Империю, тянущуюся на двадцать тысяч километров. Всякий раз, когда я что-нибудь захватывал, сын говорил друзьям, мрачнея: «Мне ничего вообще не останется». Разобиделся настолько на меня – ушел в лес.

Много месяцев его не было дома. Лима болела от переживаний. В результате Милик пришел в дом с невестой. Ее звали Крими. Первая любовь и все остальное. Я очень обрадовался его возвращению. Мне и невеста понравилась. Я ей пообещал: свадьба состоится. Милик был очень этому счастлив. Но в это время отец девушки – граф Калимастро – успел сосватать дочь Парису. Та была категорически против. И на балу он оскорбил моего сына. Увидел его с Крими, и решил: та Парису изменяет. Схватил прямо там ее за руку и собирался было уходить, но тут цесаревич приказал его остановить. Граф снова нагрубил в ответ, а тот в итоге вызвал его на дуэль, и убил. На похоронах Калимастро все узнали, что тот – вампир. И этот кровосос украл мои сокровища. Вот его и настигло Возмездие.

Но появилась параллельно еще одна проблема. В Силирию прилетел овод, поубивал многих, кого-то даже сожрал. Я его убил. Однако он в подвале дворца успел оставить много коконов. Я этого даже не знал. И, женив сына, ушел с женой в Цветочную страну. Власть перешла в его руки. Милик узнал о коконах, и устроил там такую бойню, в том подвале, какую Силирия и не видела. Сам получил тяжелейшую рану первой степени, в ногу его укусил овод. До кости прокусил. Глубоко. Из-за такого рода травмы император еле ходил, целый год. У него остался шрам – на всю жизнь.

А Крими должна была родить наследника. И родила. Фердинанд родился в июне 1730 года. Император был очень рад. Ведь это – его первый сын! Он устроил бал, с песнями и танцами. Только покормить нектаром Лотоса Милик сына забыл! Потом удивлялся: почему сын так быстро не растет, а как обычный ребенок? Прошло пятнадцать лет. И всех нас постигло страшное горе. Напал Крамер. Неизвестно, откуда он явился, может, из другого мира. Но до него случилась еще одна беда – причем сокрушительная – Антарктида. Ты познакомился с моим сыном в 1735 году. Тот обещал помочь, и помог. На том обледеневшем материке со всеми нами случилось невесть что.

– Да, я помню!

– И вот, в 1745 году налетел Крамер. Милику в ту пору минуло семнадцать, наследнику – пятнадцать. Оба ушли на фронт. Фердинанд погиб в 1765 году, в последний год той бойни. Погибли и Крими, и Лима. Император остался совсем один. Потом, помню, как мы все вместе разрушили последний оплот крамеристов. Дальше – Египет. Там Милик хлебнул лиха: его били, душили, но он выжил. Россия. Он влюбился в Екатерину в 1883 году. Но и до этого также влюблялся. Ненадолго. Женился на последней, у них родилась дочка.

В Силирии мы все встретились. Полетели на «Сламару-12999» в Инотаврию. Улетели оттуда из-за монстров. Что случилось с Миликом и инопланетянами на Милари – не знаю. А сейчас мы в Транзистории. Теперь мой сын мертв. Лежит на дне без головы. Если его найдут – то я это почувствую. Прощай, мой любимый сын! – Миней закончил, зарыдав. Остальные молчали, опустив головы.

Объявили минуту молчания.

– Милик был самим совершенством!

– Мне его так жаль!

– Он был таким красавцем…

– Да, но он мертв.

– Что я скажу Крими и Лиме?! Что?!

Все опустили головы.

– Милик… Неужели мы этого заслужили?! Милик… Он превратился в каплю росы, и смылся с морем! Как нам быть?! Как?! Для отца нет ничего страшней потери супруга и родного ребенка! Лима с Крими возродились. А мой сын… Я не желаю, чтобы моя жена снова мучилась! Своими глазами я видел его рождение. Лима корчилась от непосильной боли, кричала, я же держал ее за руку, утешая. И все из-за того, что она тронула мои усики! Возбудила, и вот – беременность. Не желаю теперь, чтобы это снова повторилось! Я же не знал, как полуэльфы размножаются. Просто обнял ее, стали ласкаться, и началось. Потрогала. Оплодотворил. Так я узнал, для чего они нужны. Органы размножения. Почему, почему Лима мне не рассказала?! Знала же! Чтобы светиться, как ты сказал мне, Митиней, и… без усиков наша раса бы погибла! Она бы вымерла! Результатом экспериментов так размножались. Потому что анатомия несколько другая у нас. Мы – не эльфы. Мы – их потомки. Потомки девушки-цветка и Корнелия. Результат мутации в утробе матери… Пятнадцать детей прародителя… Пятнадцать основателей целой расы, в результате смешения клеток. Имеющие признаки как эльфа, так и полуэльфа. А остальное, как знаешь, само со временем через поколения атрофировалось. Усики помогают нам выжить. В те дремучие силирийские времена полуэльфы не имели бессмертия. Если бы не усики-мутация – они бы за годы, десятилетия и века бы вымерли поголовно! Усы спасли нас. А древнее предсказание гласило: если на трон Силирии сядет хоть один бессмертный полуэльф – все переменится! Предсказание сбылось. Я женился на Лиме. Я правил Силирией. Я бессмертен. И я – полуэльф. – Закончил Миней.

Тут Эрнест не выдержал:

– Мой отец погиб! От руки труса! Я найду Скарагуса, и убью его! Отомщу! За родителя!

Нэра, все выслушав, вытерла слезы и положила руку ему на плечо.

– Мы все отомстим за него.

Эрнест в ответ поцеловал милую, приобнял, чтобы хоть как-то утешить ее. И она успокоилась.

– В тебе я вижу Милика.

– Давайте завтракать. Вспомним его.

– Он был совершенством.

Миней продолжал рыдать.

– Не могу! Я не могу даже есть!!! Судьба, зачем ты мне подсказываешь, будто мой сын жив?! Зачем ты так издеваешься?! Милик мертв!

– Время не повернешь назад! Ничего не сделаешь! Придется смириться. И началась трапеза, прерываемая плачем и рыданиями.

– Ну вот, сбылась его мечта! Он хотел умереть. Сам сказал это мне. – Произнес Осмий.

9

В КАЮТЕ ПАРОМА «ЗВЕЗДА»

Прошла неделя, и я совсем поправился. Рана зажила. Монтгомери тем временем решил уехать в другой город, и захотел взять меня с собой. Я согласился. Хотя была мысль вернуться к своим, которые, наверняка, посчитали меня мертвым. Мы взяли билеты на паром «Звезда».

Было тихое утро, шесть часов, мы в порту. Ждем парома. Я смотрел на свои наручные часы. Душа рвалась к Митинею. Моему предку. Готов был сломя голову бежать к нему. Было невыразимо грустно. Душа была, как на иголках… Друг заметил это и спросил:

– Что с тобой происходит?

– Я вспомнил свой дом.

– Не волнуйся. Приедем когда в Элерест, ты будешь жить в большом доме, женишься, детей заведешь…

Я покачал головой:

– Я уже женат.

– А как зовут супругу?

– Крими.

– Красивое имя. Сколько ей?

– Двадцать пять.

– Дети есть у вас?

– Пятеро. Четверо сыновей и одна дочь.

Назвал их имена. – Средневековые имена ты им дал. А о чем в жизни мечтаешь?

– Всегда мечтал иметь крылья.

– Тоже об этом мечтаю. С детства. Это же так прекрасно бы было…

– Ты веришь в Бога? – Спросил я его в лоб.

– Да. И еще с детства верю в эльфов.

Этим он меня огорошил. Напрочь. Я ощутил ком в горле. Ведь если я открою свою тайну – что я полуэльф – Монтгомери все равно не поверит, сумасшедшим посчитает.

– Хотел бы ты его увидеть? Эльфа? – Спросил я.

– Хотел бы. Но разве такое возможно?

– Возможно. Прищурь глаза, посмотри на меня.

Друг послушался.

– Крылья?! Ты крылатый?!

Такая видимость могла быть у меня. Если так сделать.

– Да. Долгие годы держал в тайне. Но не думай, что я эльф.

– Я и не обиделся. Но мне сразу показалось: ты особенный. Не такой, как все. И взгляд неземной. Радужка очень правильной формы и яркого цвета. Такие качества есть только у этих существ. Выходит, что ты – один из них. Неужто я эльфа спас?!

От последнего предложения у меня сперло дыхание. Он сказал правду. Ну почти. Больше я ничего не говорил, думая о своей родне и друзьях. И о Родине. Вот подошел паром. Мы поехали. Когда «Звезда» проходил под тем самым мостом, где мы всем скопом сражались, пришлось вспомнить все. Не смог смотреть на этот мост, и зарыдал навзрыд, стоя на палубе. Хотелось улететь, но у меня в том мире крылья так часто не могли появляться. Хоть умею летать, да никак. Не повезло сюда попасть. В мир непонятных людей, вещей, и остального. В полную неопределенность.

Я на тот мостик больше смотреть не мог, ушел в каюту. Там уже кто-то положил свежую газету на кровать. Я принялся читать статью. Пробежал глазами вниз, и похолодел: «Две недели назад пропал мужчина по имени Милик. До настоящего времени домой не вернулся. Приметы: на вид тридцать пять лет, глаза зеленые, рост сто восемьдесят сантиметров. Волосы иссиня-черные. На правой руке шрам. Думаю, что он еще жив. Одет во все черное. Если он мертв – просьба найти его труп. Награда – восемьдесят тысяч. Очень прошу его найти.

Митиней».

– Все, кроме него, считают меня мертвым. Мда… А можно было меня поискать… – Мрачно пробурчал я.

Фотография моя красовалась возле колонки. Подписана моим именем. Классно. Родственник обо мне беспокоится! Он всегда поможет! Я спрятал газету в каюте, залился слезами. Закрылся почти на день, все обдумывая. Паром шел в город по маршруту. А душа страстно рвалась к своим. Все случилось из-за недоразумения! Полез в чужие отношения урод… И все испортил. Я подумал, решил не показывать газету Монтгомери: мало ли что.

Тут в дверь постучали. Пришел. Я выпил стакан воды, открыл.

– Милик! Куда ты запропастился? Поужинай хоть!

– Точнее, это для меня завтрак. Я целый день не ел.

Мы засмеялись, отправились в ресторан. Там спутник заказал себе кофе, я – банку компота. Нацедил себе напиток в кружку, стал пить. Мужчина удивился.

– Любишь компот?

– Да. Чисто детская привычка. В детстве его обожал.

Я поспешно ушел, осушив банку. Не зная, куда себя деть. Вернулся в каюту, заснув, как убитый. Спал слишком долго. Из открытого окна дул ветерок, шевеля на подушке мои рассыпавшиеся по ней иссиня-черные волосы. Стояло лето. Интересно, зима здесь вообще бывает? Проспал весь вечер и ночь. Утром вышел на палубу отдышаться, почувствовать холодок. И морской запах.

Никого не было. На душе заметно полегчало. Увидев восходящее солнце, повеселел. Ведь нет большей радости для моей расы, как его увидеть. И тут снова пошла трансформация: выросли крылья, точнее, появились, как и в случае с Нэрой, и я снова мог летать! Благо, меня никто не видел. Взлетел невысоко. Мечтал. Солнце освещало мои крылышки, и я был счастлив, как никогда. И тут…

– Милик! Где ты?!

Монтгомери. Не вовремя он, однако!

Я сел. Крыльев вновь не стало. Ох уж этот странный мир! Друг шел прямо ко мне.

– Что ты здесь делаешь, настолько рано?

– Вышел подышать свежим воздухом.

– Пойдем.

Он взял меня за руку, как дитя, увел. Мы позавтракали чем-то. Походу это была яичница.

Я после вышел снова на палубу, запел. Меня услышали.

– Кто это так поет?

– Не знаю.

– Какое прекрасное пение!

– Какой прекрасный голос!

Пассажиры не скрывали восторга. Тоже вышли погулять из разных кают. Я замолчал. Но уже возле столпился народ, много. Кто-то кричал:

– Прекрасно, прекрасно!

Солнце припекало. Настроение заметно поднялось. Даже танцы тут устраивали. Я красиво оделся, танцевал вальс и другое. Признаюсь честно, дамам я понравился и танцевал с ними. Они благодарили за это. Одна также назвала эльфом. За один внешний вид. «Спасибо вам, прекрасный эльф, за проведенное утро». Я снова поразился. Но я не эльф. Морально и душевно растаял после танцев, вспомнил Крими и бывшую жену – Изилию. Детей. Решил твердо вернуться домой, в свой мир.

Но реальность диктовала другое. Мы с Монтгомери, приехав в город, купили там дом и стали в нем жить. Много происходило всего. Он оказался хорошим человеком. Как и у меня, у него были зеленые глаза, черные волосы. Ходил во всем черном: жилете и брюках, как и я. Издалека и вблизи нас можно было принять за братьев. Одевались то мы одинаково! Носил ботинки лакированные. Да, я не назвал его возраст: двадцать восемь лет. И я даже не знал, что этот молодой мужчина так рано угаснет. Даже не подозревал!

10

МОНТГОМЕРИ УМИРАЕТ, ИЛИ КАК ЭТО СЛУЧИЛОСЬ

Не прошло и месяца, как мы приехали в Элерест, я остался один. Погиб мой друг. Как же все случилось? Мы жили, как все. Но все равно чего-то не хватало. Однажды шли по улице. Разговаривая. Да, он оказался чересчур общительным. Расспрашивал меня обо всем, что в голову придет. Приходилось отвечать на вопросы. Также вежливый, музыкальный.

Как-то раз он один шел по улице. И к нему пристал один тип, начав просить деньги довольно настырно. Причем до того доконал и допек – мой друг убежал и бегал довольно быстро. Еще вдобавок тот непонятный человек его успел ограбить. Но, поскольку Монт был хорошо, слишком хорошо воспитан, решил мне все поведать. Я, выслушав, решил во всем разобраться.

Понял: на улице той орудует преступник. Решил сам проверить. Пошел, будто прогуляться. И точно: пристал один мужчина, прося денег.

Я ему ответил:

– Я, знаете ли, фотограф. Хотите, сделаю фото?

Тот сник сразу. Но не отказался:

– Хочу. Да.

Сделав фотографию подозреваемого, я отправился обратно. Но после караулил его, следил, и узнал – тот шпион. Шпион, и довольно опасный. Даже узнал, где тот проживает. После этого я, нафотографировав все исподтишка, дома проявил фотографии, отдал Монтгомери. Тот его опознал сразу. Мы оба решили выследить мерзавца. У его дома. Он жил вдали от города. Приехали туда на автобусе. Стоял вечер.

Нам повезло: его не оказалось дома. И дверь оказалась не заперта. Я не обратил на это внимание. А зря! Открыл дверь, мы вошли. Двухэтажное здание. И, походу, там еще имелся подвал. Решили вдвоем его исследовать. Пока позволяет возможность. Увидел лестницу, взял фонарь, и мы с другом спустились вниз. Скрипели ступени, тусклый свет не давал улететь вниз головой. Да уж, подозрительное место! И вдруг сияние вырвало из темноты дверь. Я открыл ее. Очень все странно: и входная дверь не заперта, и вход в подвал. Почему же? Или это ловушка?

Там пол был уставлен коробками крупных размеров. В таких обычно бомбы перевозят или другое оружие. Любопытство взяло верх. Я не выдержал, поставил фонарь на пол, и вскрыл одну. Похолодел, отшатнувшись в ужасе: КОСТИ. Довольно крупные, человеческие. По одному виду они пролежали тут месяц-два, а то и меньше. Стало страшновато и не по себе.

– Монтгомери, он убийца! Надо уходить отсюда! Пристает к людям, потом заманивает и убивает! Либо каннибал, жрет их. Маньяк. Ладно там мясо, но кости ему зачем?! Надо что-то делать с его пристаницем и находкой. – Прошептал я.

И тут Монтгомери резко повернул голову.

– Тихо! Кто-то сюда идет! Тьфу, он возвращается! Идем!

Пока мы бегали, хозяин, этот маньяк, нас заметил. Взял пистолет, стал по нам стрелять. Пуля попала мне в руку, но я на это не обратил внимания. Выскочили мы с Монтом на крышу. Крикнул ему:

– У тебя есть веревка! Бросай ее!

Тот прислушался. Я успел ее привязать к крыше, и она полетела вниз.

– Полезли! – Крикнул я.

– Тихо! Ее кто-то раскачивает! Я посмотрю!

Монтгомери, крикнув это, полез вниз. Никого не обнаружив, вернулся. Забравшись по ней обратно.

– Милик, я не знаю, кто ее раскачивает, или раскачивал, но она крепкая. Выдержит нас.

И тут я сделал дикую вещь. Взял друга на руки и прыгнул с крыши вниз. Глаза его от такого распахнулись, рот приоткрылся. Шутка ли – схватили как женщину, и вниз! От такого любой обалдеет! Высота – метров двадцать, о чем я сообщил. Плюс получил вопрос: не надорвусь ли.

Тут у меня появились крылья, так что я плавно спикировал вниз. Спутник глаза расширил еще больше от удивления.

– Как это вообще получилось?! – Вопрошал он.

– Кого ты так хотел увидеть, тот тебя и спас. – Ответил я ему спокойно.

– Ты – эльф?! Настоящий?! Серьезно?! А я решил – мне показалось, когда я глаза тогда прищурил!

– Да.

Но размышлять уже стало некогда. Преступник, быстро спустившись по нашей веревке, догонял нас. Я кинулся в рощу, и мы спаслись. И тут он начал:

– Надо вернуться: я пистолет там оставил.

Я обалдел:

– Ты с ума сошел?! Мы едва оттуда ноги унесли! И ты предлагаешь так рисковать жизнью?! Тебя убьют!

Думал – послушает.

– Не бойся за меня, Милик! Я сейчас вернусь.

Видя, что спорить бесполезно, я ответил ему:

– Ладно, иди! Но будь незамеченным!

Я видел, как Монтгомери, этот человек, подбежал к дому и скрылся за ним. Знал: обязательно полезет по веревке. Вначале все шло хорошо, но вдруг я почувствовал нечто нехорошее. Кинулся следом, и оказалось: предчувствие не обмануло. А произошло вот что: друг лез, и почти добрался до крыши, Вдруг на ней возник тот преступник, сверкнул нож, и все. Перерезал ту веревку, и Монтгомери разбился.

Я подбежал к нему. Он был еще жив. Не мог поверить, что человек умирает. А он этим временем приоткрыл глаза. У несчастного было множество переломов: сломаны позвоночник, руки и ноги. Встать он уже не сможет. Под ним расплывалась лужа крови.

– Вот и все… – Произнес он чуть слышно. – Смерть настигла меня раньше срока. Я все сломал. Знаю – не выживу. Спас тебя, сделал все, что мог для друга. Уезжай отсюда куда-нибудь, и никогда не возвращайся. Я желаю тебе всего хорошего… Милик, будь счастлив.

Я опустился на колени и обнял его со словами:

– Благодарю тебя за все, Монтгомери. Прощай.

– Прощай, Милик.

Тут голова его опустилась на мое плечо, он испустил глубокий вздох и умер. Я рассмотрел его лицо. Мужчина был уже синим от внутреннего кровоизлияния. Кровь уже хлынула в мозг, легкие и внутренние органы. Я взял друга на руки, и понес, плюнув на убийцу. Точно также сто пятьдесят пять лет назад я нес своего сына в гробницу. Чтобы похоронить. Я остался один.