Я больше не играю

– Во–вторых, – продолжает Михаил, – я не делал вид. Ты мне действительно понравилась. И до сих пор нравишься!

Ого, вот это откровения.

– Но ты распрощался со мной так, будто я последняя, с кем бы хотелось иметь что–то общее. До свадьбы Марсо ты никак себя не проявлял, ни искал встреч, ни звонил, ни–че–го, – не желаю сдаваться, пусть и поверила относительно бывшей.

– Потому что сомневался. Я недавно развёлся и не планировал начинать новые отношения, на первом плане должен быть бизнес… Да и тебе решил, что не нужен. Ты ведь ушла, гордо вздёрнув подбородок. Это теперь я понимаю почему, но тогда–то не знал. Все эти четыре недели боролся с собой, каждый раз одёргивал себя, как только рука тянулась к телефону. А когда увидел тебя на свадьбе, понял – всё бесполезно. Бесполезно бежать от судьбы… И сейчас я официально заявляю, хочешь ты этого или нет, но мы будем вместе!

– Мишенька, ты здесь? – слышу, как в комнату персонала входит Алевтина Матвеевна, и пока она не вышла из–за угла, спешу отпрыгнуть от Силаева. Мужчина не успевает среагировать, и я с лёгкостью выскальзываю из объятий.

– Мы ещё обязательно увидимся, – бросает с прищуром и идёт навстречу матери, на полпути перехватывает женщину, не дав возможности разглядеть, с кем общался, уводит хозяйку дома обратно в зал…

Глава 13

Стою глядя на закрывшуюся за семьёй Силаевых дверь, и пытаюсь переварить полученную только что информацию.

Признания Михаила настолько шокировали, что я просто не понимаю, как хотя бы попробовать, перестать его ненавидеть. Ну сердце, конечно, и до этого испытывало тёплые чувства, тело так и вовсе плавилось от близости, но мозг–то сопротивлялся. И я действовала согласно установке извилин. Полагалась на то, что слышала, и видела в день нашего расставания в Сочи. Поверила Алине и даже не пыталась узнать правду из первых уст, так сказать.

А сейчас? Сейчас выясняется, что половину моя фантазия дорисовала сама. Секса с бывшей не было, пренебрежительного отношения тоже. Да, Михаил не вышел на связь, но я могу это понять. Сама ведь отчаянно всю неделю подработки твердила себе, что между нами лишь работа, держалась отстранённо и разговоры не очень–то разговаривала.

Блин, мне же ещё предстоит рассказать о беременности, которую я скрыла. Ещё не факт, что мне поверят и не заставят делать тест ДНК. Унизительно. Если не поверит, не стану ничего доказывать!

Внутри так всё запуталось. Одновременно облегчение, но и злость не отступила.

В таком нестабильном состоянии сложно принимать правильные жизненные решения, но мне нужно это сделать.

С одной стороны меня дико тянет к Силаеву, а с другой стороны, он никак не проявлял себя несколько недель.

И как быть?

Если поддаться искушению, можно как следует насладиться обществом Михаила, но гарантировать долгую семейную жизнь невозможно.

А если продолжить избегать общения, можно сильно пожалеть, что не попробовала и расстаться с огромным количеством нервных клеток.

Чёрт, какое–то нерешаемое уравнение.

Ладно, не буду зацикливаться на эмоциях. Пока я принимаю решение – не отталкивать Силаева, а дальше будет видно.

Определившись, поправляю свой внешний вид у зеркала и спешу выйти в зал. Девочки работают, а я что левая, что ли. Деньги зарабатывать надо, а не дурью голову забивать.

– О, выспалась? – хихикает Ксюха, когда я присоединюсь к их шеренге у той же стены, что и в начале вечера.

– Угу, – мычу и осматриваю гостей. Особо ничего не изменилось, только, кажется, стало немного меньше пафоса. Видимо, выпили, освоились, расслабились. – А чего это опять стоять заставили? – спрашиваю у горничной шёпотом.

– Распоряжение хозяйки, чтобы в случае необходимости сразу реагировали. Олеська вон как раз разбитый стакан убирает, – кивает в центр зала.

Смотрю, куда указала девушка и действительно замечаю фанатку Силаева, кстати, очень близко к предмету своего обожания, убирающую осколки с пола.

– А меня чего не разбудили? – вновь обращаюсь к собеседнице.

– Алина сказала, что ты плохо выглядишь и будешь своим видом смущать гостей, – пожав плечами отвечает.

Ого, получается, не приснилось, ну или точнее, сон был настолько чутким, что я слышала каждую мелочь.

– Понятно, – произношу, но уже мало интересуюсь коллегам, ведь на возвышение, организованное в центре зала, поднимается Алевтина Матвеевна.

Она держит в руках микрофон и бокал шампанского.

У меня от чего–то сердце пускается в пляс, а ладошки начинают потеть. Гормональный сбой, что ли?

– О, счас хозяйка речь толкать будет, – озвучивает очевидный факт Олеся.

Мне абсолютно плевать на хозяйку и её речь, меня больше заботит, что рядом с Силаевой стоит её сын и вот он, совершенно не стесняясь, смотрит в мою сторону, тем самым демонстрирует свой интерес. Я, конечно, настроилась на общение, но работу терять не хотелось бы, а если хозяйка дома увидит этот гиперинтерес, то и уволить может в два счёта.

– Дорогие гости, – начинает говорить женщина, и голоса стихают, а музыка становится еле слышимой. – Я искренне рада, что сегодня вы нашли время и посетили данное мероприятие. Надеюсь, уровень сервиса вас не разочаровал. Я очень старалась…

Ага, старалась она. Все вокруг бегали как угорелые, а Алевтина Матвеевна лишь кое–что контролировала и морщила нос, если не нравилось.

– Спасибо, – женщина продолжает, поблагодарив за аплодисменты, которыми гости выразили восхищение обслуживанием. – На самом деле я взяла слово не для того, чтобы напроситься на комплименты, а для того, чтобы объявить истинную причину нашей встречи…

Все вокруг, включая меня, затаили дыхание. Большинство из–за любопытства, а я, потому что Михаил после последних слов сильно поморщился. Неужели… Закончить мысль не успеваю, потому как Силаева огорошивает новостью…

– Сегодня замечательный день, потому что мой единственный сын, наконец решил остепениться и обручился с прекрасной Камиллой… – слова звучат как удар под дых.

МИХАИЛ.

Смотрю на Женьку и по её отвисшей челюсти и гневно полыхающим глазам понимаю мне конец. Я пытался отговорить мать сообщать о помолвке во всеуслышание, но разве меня кто–нибудь слушал.

Если б женщина не заявилась в комнату персонала, мог бы успеть подготовить Краснову к новостям, но моя драгоценная мамочка опять всё испортила.

Как я теперь докажу моей рыбке, что помолвка фиктивная? Как добьюсь её расположения, если мне всё время вставляют палки в колёса?

Сначала Алина устроила спектакль, о котором я даже не подозревал, теперь ещё и родившая меня женщина, как с цепи сорвалась. Миша–то, Миша сё, и ведь не откажешь, потому что та же Камилла полностью зависима от происходящих событий и непосредственно моих решений.

Надо срочно найти точки давления на Алевтину Матвеевну, иначе Краснова опять утечёт сквозь пальцы. Хотя у меня подозрение, что именно сейчас уже запустился процесс, ведь Женька разворачивается и слегка пошатываясь, покидает общий зал.

Твою мать!

Глава 14

ЕВГЕНИЯ

– Сегодня замечательный день, потому что мой единственный сын обручился с прекрасной Камиллой… – говорит Алевтина Матвеевна, а для меня её слова звучат как удар под дых.

Я буквально три минуты назад решила дать Силаеву шанс. Решила попробовать сблизиться. Как последняя идиотка поверила в красивые слова.

"Хочешь ты этого или нет, но мы будем вместе"

Тьфу. Мерзко. Скотина! Ненавижу!

Сначала чуть ли не в любви признаётся, а сейчас выясняется, он помолвлен. И ладно бы прошло хоть какое–то время, мы бы попробовали, у нас не вышло, расстались, и я узнаю о помолвке. Нет, это слишком просто, вот спустя какие–то сраные три минуты объявить о свадьбе вполне в стиле мистера Говнючело.

Бросаю на Михаила полный ненависти взгляд. Если б глазами можно было убивать, он бы уже валялся без признаков жизни, но нет, стоит, не замечает ничего вокруг кроме меня. Смотрит, щурится и качает головой.

Что значит этот жест? Он надеется, я поверю в какую–нибудь очередную чушь, например, брак договорной? Да мне плевать, какой это брак! Я не собираюсь становиться ничьей интрижкой на стороне. Тем более эта Камилла – симпатичная девушка, вот пусть с ней и будет вместе, хочет она этого или нет.

От внутренних терзаний голова начинает кружиться, а желудок скручивает болезненный спазм.