Единственная для цербера

Пролог

– Я скоро буду, – Зеки улыбнулся и опустился, присев на корточки, чтобы обуться. – Вечером постараюсь выбраться. Ты справляешься?

– Да, – ответила. – Спасибо тебе. Я не знаю… не знаю, как бы смогла сама… со всем…

– Все в порядке, – тут же оборвал меня мужчина и накинул на плечи куртку.

– Ты точно можешь приезжать так часто? – обеспокоенно спросила у него, потому что в последнее время он приезжал каждый день, а иногда и по несколько раз.

– Все в порядке, – заверил меня. – Тимур больше не нуждается во мне так, как раньше.

– Что будет, если он узнает, что ты знал, где я… знал и скрывал все это время?

Мужчина поджал губы и тяжело вздохнул. Я и сама понимала, что будет. Тимур убьет его. И это будет на моей совести.

– Не приезжай сегодня, хорошо? Мне ничего не нужно. Я сама справлюсь. У нас все есть. Ты привез продукты и…

– Аня, – Зеки тут же одернул меня, но я лишь замотала головой.

– Нет, не приезжай. Ни сегодня, никогда. Я сама справлюсь, Зеки. Сама со всем справлюсь. Деньги у меня есть, я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось из-за меня. Я тогда буду виновата в твоей гибели.

Он лишь кивнул. Я надеялась, что смогла донести до него эту мысль, что смогла вразумить его хотя бы в этот раз. Зеки здорово помог мне после перелета. Все обустроил и даже нашел небольшой домик. Спрятал.

Поначалу он приезжал несколько раз в месяц. Интересовался, все ли хорошо, не нужна ли мне помощь. Ближе к сроку стал приезжать каждую неделю, потом через день и вот сейчас.

Я вздохнула и провела мужчину до автомобиля взглядом, после прикрыла дверь, заперла ее на несколько замков и прошла внутрь, кутаясь в теплую вязаную кофту. Прошла в детскую и быстро подошла к кроватке, потому что сыночек начал ворочаться и кряхтеть.

Подошла к нему и взяла его на руки.

– Ну что? Проголодался, маленький? – села с ним на кровать, расстегнула лифчик, и малыш тут же потянулся головкой к груди.

Улыбнулась и чуть ойкнула, когда Давид припал ротиком к соску. Погладила его маленькую головку и в который раз поразилась тому, как за эти три месяца он вырос и изменился. Стал похож на своего отца. Глазки, взгляд, которым он на меня смотрел, темные волосики. Вспомнила, каким он родился. Как я тогда обрадовалась, что малыш похож на меня, а не на Тимура.

И вот он изменился, каждый день напоминая мне о том, о ком я старалась забыть.

Время после родов было самым тяжелым. Я сомневалась, что справлюсь, что смогу и выдержу. Была апатия, нежелание что-либо делать, депрессия, из которой меня буквально выволакивал Зеки. Я была благодарна ему за помощь, но боялась, что стану причиной его смерти. Что в один из дней вместо него на пороге появится Тимур. Злобно оскалится и скажет, что Зеки больше нет… и заберет Давида.

– Мамочка никому тебя не отдаст, родной, – тихо шепнула малышу и улыбнулась, когда он крепче сжал мой палец.

На глаза навернулись слезы, но я старалась их сдерживать. Я должна быть сильной. Ради малыша. Ради нашего будущего, которое нас ждет. Из слов Зеки я знала, что Тимуру было слишком сложно, и что он узнал, что я не замужем за Адемом. Время поисков было слишком напряженным для меня. Я никуда не выходила. Гуляла с малышом только по ночам, да и то, когда необходимость преодолевала страх.

И вот все закончилось.

Я так и не поняла, что случилось, но Тимур свернул поиски. Сказал Зеки, что искать меня больше нет необходимости. Я боялась первые месяцы, а сейчас успокоилась. Два месяца меня никто не ищет, никто за мной не гонится. И это было лучшее, что я могла попросить у судьбы.

Аккуратно уложила сына обратно в колыбельную и пошла готовить ужин для себя. Отварила мясо и гречку, вскипятила молока и вернулась в спальню. Свет не стала включать, чтобы Давид подольше поспал, а когда услышала стук в дверь, вздрогнула.

Не послушал. Приехал.

Быстро отворила дверь и замерла. Не Зеки.

Тимур.

Мокрый от дождя, небритый, с глазами как у голодного зверя. Он стоял на пороге и смотрел на меня. Без злости, ненависти или ярости. В его взгляде я читала дикое желание и тоску, которая сжигала меня изнутри все это время.

Опомнилась и попыталась быстро отгородиться, но куда мне. Я не успела даже наполовину закрыть деревянную дверь, как Тимур перехватил ее и толкнул. Вошел в дом, и я тут же заметила, как влага скатилась по его одежде и лужицей растеклась по полу.

– Не меня ждала, полагаю, – горько сказал он. – Друга моего. Брата.

– Нет, – мотнула головой, но тут же замолкла, осознав, что он все знает.

– Что же ты за баба такая, Аня? – склонил голову, будто изучая меня. – И хочу тебя пиздец как, и убить бы тебя, – прижал меня к стене и накрыл ладонью мою шею. – Удавить, как змею неверную. За то, что сбежать посмела. Что ребенка моего забрала. Да не могу. Смотрю на тебя и не могу.

Поцеловал. Властно. Жестко. Впился в мой рот поцелуем, не давая возможности ни оттолкнуть его, ни пошевелиться.

И я ответила на его поцелуй. Обвила руками его шею и прижалась как могла. Тело истосковалось по нему, а в голове творилась полная неразбериха. Одна часть меня радовалась ему, ликовала и кричала, что вот он – любимый мужчина. Тот, по которому ты плакала все это время, кого хотела увидеть и на кого похож твой сын. А вторая кричала, что все неправильно, что мужчина, так жадно целующий, зверь, не человек. Тот, кому нельзя доверять и с кем невозможно жить спокойно.

И я не поверила второй части. Отдалась первой. Целовала его, а по лицу стекали слезы отчаяния и облегчения, что нашел, что рядом, что не собирается ничего делать. Что, возможно, я так же дорога ему. Молилась, чтобы это было так. Просила для судьбы крупинку счастья и частичку человечности тому, по кому горело мое сердце.

Глава 1

– Смотри, а то самое интересное пропустишь, – хохотнул Филиппов, указав на небольшой дом, расположенный в какой-то деревне.

Тимур повернул голову и пригляделся. На первый взгляд ничего примечательного: обычный дом, небольшая территория, окна, правда, зашторены. Он и поверить не мог, что здесь его Аня. Внутри все горело от предвкушения встречи. Да и держался он только потому, что мужчина, сидевший рядом, не давал ему выйти.

– Что я тут должен увидеть? – повернулся к Вадиму.

– Предателя, – коротко бросил он.

Тимуру было плевать, кто его предал, кто скрывает его Аню. Друг или враг. Это не имело значения. Не тогда, когда она находилась так близко, буквально в шаговой доступности. Оставалось только выйти и постучать в дверь. Пройти внутрь и увидеть ее, вдохнуть запах, утонуть в волнистых темных волосах.

Она вышла так неожиданно, что Тимур тут же ухватился за ручку и попытался открыть дверцу, но она не открылась. Метнул злой взгляд на Филиппова, а затем снова на нее.

– Рано еще, – услышал сквозь пелену.

Плевать, что рано, что где-то там есть тот, кто предал его. Плевать. Дал бы ему имя, да и все. С предателями разговор короткий.

Аня. Тимур сжал руки в кулаки и стал ждать. Смотрел на нее, такую хрупкую и нежную, одетую в какие-то лохмотья. Прячется от него. Боится. Тимуру стало не по себе. Он не мог простить себе того, как тогда отозвался о ребенке. Но и ее побег подкосил его. Да так, что едва держался, чтобы не выбить окно и не свалить из этой машины, чтобы не оттолкнуть врага и не заставить его открыть дверь. Ему хотелось к ней прикоснуться, притронуться к ее хрупким плечам и забрать к себе. Навсегда.

Она вернулась в дом, а зверь внутри него тут же заскулил, желая возвратить ее назад, чтобы дольше насладиться образом, внешностью, движениями.

– Смотри внимательно, – Тимур услышал сквозь пелену голос врага и перевел взгляд на дверь, откуда показалась массивная мужская фигура.

Он не сразу понял, в чем дело и на что именно нужно было смотреть, но как только понял… зверь внутри больше не рвался наружу к Ане. Он рвался, чтобы разорвать на куски самого преданного человека. Зеки. Того, кто видел, в какой агонии он сгорает, ища свою женщину, того, что в глаза врал, что не знает, где она, что не может найти.

Тимур не знал, почему Зеки так поступил, да и не хотел знать. Даже предполагать не хотелось, что его верный друг так же, как и родной брат, стал заложником чар его женщины. Тем, кто ради любви предаст своего близкого друга. Всех предполагал, но только не Зеки.

– Вижу, ты впечатлен, – злорадно ухмыльнулся Вадим. – Я сам недавно узнал. Удивился, как такой верный пес, как твой Зеки, смог…

Договорить ему Тимур не дал: впечатал кулак в челюсть и с удовольствием улыбнулся.

– Давно хотел это сделать, – честно признался. – Рад, что ты мне глаза открыл, а теперь заводи тачку и поехали обратно.

– Что, и к бабе своей не пойдешь? – вытерев кровь, хлынувшую из носа, спросил Вадим.

– Не твоего ума дело. Поехали.

Больно ли ему? Адски. Но перед врагом чувства свои показывать не собирался. Он ждал, что Филиппов тут же попросит его подписать документы, но Вадим уехал, едва привез его по указанному адресу. Даже удачи пожелал. Мразь.

Зеки.

Тимур прикрыл глаза. Не знал он, как с ним поступить. Не знал. В том, что он в любом случае понесет наказание, он не сомневался, но какое? Не хотелось просто избить его и выкинуть с работы и из своей жизни, забыв о его существовании. Тимур хотел, чтобы ему было больно точно так же. Чтобы каждый день Зеки сгорал, как и он, когда ушла Аня. Вот чего он хотел.

К Ане хотелось жутко. Настолько, что внутри все переворачивалось. Увидеть ее хотел снова, коснуться, впиться в пухлые губы и забыть обо всем на свете.

Но нельзя.

Не сейчас, когда он узнал, кто именно предатель. Он мог забыть обо всем. О предательстве брата, с которым они не были столь близки, о предательстве матери, поступившей так, как велел ее бывший муж, о том, как ушла Аня, бросив его один на один со своими демонами, бросив и не подумав о том, каково ему.

Усмехнулся.

Что Зеки говорил ей? Тимур справляется? Или… «он уже забыл о тебе»? Мысли терзали и не давали покоя. И даже элитный алкоголь, заказанный в баре собственного клуба, не помогал.

Он обвел взглядом заведение и пьяно посмотрел на толпу танцующих. У каждого свои проблемы: кто-то пришел сюда забыться, другой – отдаться чувствам, третий – чтобы справиться с предательством. Он купил клуб сразу же, как забрал отсюда Аню. Клубы, бары, дискотеки. Все это было не его, но он купил, чтобы была возможность приходить сюда с ней. Отдыхать и чувствовать, что его женщина в безопасности.

– Тимур Эмирович, машина готова, – проинформировали его.

– Жди меня, я скоро буду, – бросил водителю и опрокинул в себя стакан.

Убрал руки от ограждения и спустился вниз, где его уже ждал автомобиль. Зеки он видеть не хотел, но знал, что тот ждет его дома. Строит из себя верного пса, готового служить верой и правдой.

Переступил порог собственного дома с тяжелым сердцем, обвел взглядом присутствующих и встретился глазами с предателем.

– Зайди ко мне через десять минут, Зеки, есть дело.

Мужчина, как и полагалось, пришел вовремя. Постучал в дверь и вошел в кабинет, остановившись недалеко от стола.

– Я подумал, что тебе нужен отпуск, – спокойно произнес Тимур, стараясь держаться так, чтобы его лицо не выражало ни единой эмоции.

– Что вы, – тут же произнес Зеки. – Мне ничего не нужно.

– Я собираюсь отойти от дел, – ошарашил его. – На время можешь быть свободен. Скажем, на пару недель.

– Что происходит? – Зеки заподозрил неладное. – Я в чем-то провинился?

– Все нормально, Зеки. Мне нужен отдых, ты можешь полететь к семье, – пожал плечами. – Насколько я помню, ты давно был у матери, да и у сына тоже…

– Вы же знаете, что после смерти Эмине мы с сыном не слишком дружны. Он винит во всем меня и…

– Езжай, Зеки. Я хочу побыть один, да и ты заслужил отдых.

Мужчина кивнул, и Тимур махнул рукой, отпустив его. Было больно говорить с ним, невыносимо трудно смотреть на друга, которого считал ближе брата и который оказался предателем. Но еще больнее было вспоминать то, что однажды этот человек спас его от верной смерти ценой жизни собственной жены.

Глава 2

Положила руку на живот и улыбнулась, почувствовав сильный и уверенный толчок. Малыш стал брыкаться настолько сильно, что иногда это приносило дискомфорт. А ведь только восемь месяцев. А что же будет дальше? Я не представляла, но мне было в радость чувствовать своего малыша, ведь я знала, что его движения – залог здоровья.

Вздрогнула, когда в дверь постучали, и встала, поспешив открыть. Взглянула в глазок и, убедившись, что там Зеки, отворила дверь.

– Привет, – мужчина прошел в помещение с несколькими увесистыми пакетами и тут же разместил их на столе в прихожей.

– Привет, – ответила и быстро закрыла дверь. – Зеки, ты снова что-то принес, – я прикрыла глаза и вздохнула, не зная, как объяснить мужчине, что его появление на моем пороге – лишнее.

Что я сама могу пойти в магазин или попросить соседку купить продукты. Что меня не нужно нянчить, потому что я беременная, а не больная. Я пыталась поговорить, но он не слушал и продолжал упорно приходить. Не понимала только одного – почему? В один из моментов появилась мысль, что его посылает Тимур. Что он на самом деле все знает, просто не приходит.

Конечно, я не стала говорить об этом Зеки, но иногда позволяла себе думать об этом. Представляла коварные замыслы врагов и составляла предположения, что именно из-за угроз Тимур не приезжает, а присылает Зеки. Глупо, но какая-то часть меня верила в это. А вот вторая знала, что все не так, и каждый раз, когда Зеки появлялся на моем пороге, на его плечи ложилась огромнейшая ответственность и угроза.

– Я купил одежду для новорожденного и пакет в роддом. Все по тому списку, что я увидел на тумбочке.

– Ох, а я думала, куда он делся? – выдала, вспоминая, как безрезультатно пыталась найти листок, но так и не смогла.

– Я его забрал, – произнес Зеки. – Хотел сфотографировать, но не успел.

– Не нужно было, – сказала ему, а сама подумала о том, что я все еще не знаю причин, по которым он продолжает помогать мне.

– Я привез продуктов, – полностью проигнорировав мой выпад, продолжил Зеки. – Молоко взял, фрукты, ананас купил и клубнику. Ты любишь?

– Зеки, послушай, – пролепетала я. – Прекрати приходить! Я благодарна за все, но прекрати. Если Тимур узнает, – я замотала головой от одних лишь мыслей о том, что он сделает, – он же убьет тебя! И в этом буду виновата я. Я буду виновна в человеческой смерти, Зеки!

– Он ничего не узнает! – уверенно заявил мужчина. – И я не могу прекратить приходить. Я должен! – чуть повысив голос, произнес он.

– Кому должен? – тут же поинтересовалась я, но ответа так и не получила.

Зеки лишь пожал плечами, стиснул зубы и прошел вглубь дома. Выложил покупки на стол, бросил на меня тяжелый взгляд и произнес:

– Тимур продолжает искать, Аня, – растерянно произнес Зеки. – Не слушает меня и продолжает.

– Я не вернусь, – подняла голову и посмотрела на мужчину. – Не проси. Он не хотел этого ребенка.

– Он изменил свое мнение, – отчеканил Зеки.

– Нет, – отчаянно заявила. – Даже если и так… он не простит меня.

Зеки кивнул, видимо, поняв, что так оно и будет. Я знала, что Тимур изменил свое отношение к моей беременности, что хотел малыша, но я была уверена, что он никогда и ни за что не простит моего ухода.

Мужчина попрощался и ушел, даже не взглянув в мою сторону. Я не понимала, что происходило. Что заставляло Зеки приходить раз за разом, помогать, присматривать и скрывать. Поиски начались сразу, как Тимур узнал, что я больше не с Адемом. Я боялась, что однажды сюда войдут его люди и найдут меня, поэтому старалась прикрываться, когда выходила в магазин или просто прогуляться.

Я знала, что если меня обнаружат и выдадут Тимуру, мне уже никто не поможет. Ни Зеки, ни Адем. Да я и не хотела ничьей помощи. Ни тогда, когда Зеки буквально насильно посадил меня в автомобиль и отвез в этот дом, ни сейчас.

Вспомнила, как отказывалась от любой помощи, как просила Зеки оставить меня в покое и позволить самой найти себе убежище.

– Ты не понимаешь, что ли? – крикнул тогда на меня. – Если я тебя оставлю, через неделю найду и верну ему. Давай тогда сразу, – он схватил меня за руку и потащил к двери. – Сразу отвезу к Тимуру, да и все дела.

– Прекрати, – вырвала руку. – Он не будет знать, что я не с Адемом. Это даст мне время.

– Сколько? – усмехнулся мужчина. – Месяц, два, ну полгода, а дальше? Что дальше? Мы найдем тебя за неделю!

– Я не хочу, чтобы мне кто-то помогал!

Но он все равно помог. Не спросил, хочу ли я этого, просто взял и помог. Снял дом, дал денег, которые передал Адем, и приезжал. Даже нашел меня, когда я попыталась сбежать. Нашел и вернул обратно. И вот тогда я успокоилась и перестала сбегать. Я попыталась. Мне не дали возможности. Я сняла с себя ответственность за жизнь Зеки, но все равно переживала, осознав, что все равно буду чувствовать вину, если вдруг что-то произойдет.

Я сложила продукты в холодильник, взяла пакет с вещами и прошла в комнату. Достала из пакета несколько комплектов с детской одеждой: костюмы, человечки, шапочки и носочки. Открыла одну из коробок и с удовольствием втянула запах.

– Мама ждет тебя, сыночек, – погладила животик и пошла на кухню, чтобы взять несколько мандаринок и съесть.

Забралась с мандаринками на кровать и с удовольствием проглотила лакомство. Телевизора у меня не было, компьютера тоже, так что я развлекала себя вязанием. Готовила для малыша теплый костюмчик и пинетки, чтобы ему было не холодно. В доме, конечно, было тепло, но не настолько, чтобы ходить в тонком свитере, так что я решила заранее подготовиться, да и денег, что у меня остались от Адема, было не так много.

А квартира… Ее я не могла продать, потому что там регулярно появлялись люди Тимура. Следили за ней. Вздохнула и взяла свое вязание, решив, что именно сегодня я все должна закончить. Увы, тело решило по-другому, потому что уже через полчаса меня сморило в сон, поэтому я отставила вязание, натянула плед повыше и удобно умостилась на кровати. Не знаю, сколько я так проспала, но проснулась от ощущения, что в помещении кто-то есть.

Широко распахнула глаза и удивленно уставилась в темноту. Практически ничего не было видно, поэтому я тут же потянулась к лампе, а когда включила, облегченно выдохнула и откинулась на кровать. В последнее время подобное состояние было не новостью для меня. Я стала тревожной и нервной, но это и неудивительно, если учитывать, что меня искал мужчина, забравший меня у мужа и заставивший влюбиться в него.

Улыбнулась, уставившись в потолок, а после поднялась с кровати, направившись на кухню. Набрала в стакан воды и услышала шорох. Стакан с водой выпал из рук и со звонким звуком разлетелся вдребезги. Руки задрожали, а по телу пробежал липкий пот. Неужели нашли? Неужели выследили, и я должна буду вернуться? Медленно повернулась, схватила нож и стала ждать. Но ни через минуту, ни через полчаса шорох не повторился, а у меня пропало ощущение, что в доме кто-то есть.

Включила на кухне свет и последовала в прихожую. Как вор добралась до двери, дернула ее и поняла, что она заперта. Уперлась в дверь спиной и выдохнула, поняв, что это всего лишь паранойя. Мне показалось, и никто за мной не наблюдал.

Глава 3

– Послушай, Вадим, – Тимур обратился к собеседнику, – ты не дохуя хочешь за банальное местоположение женщины?

– Поправлю тебя, – улыбнулся он. – Твоей беременной женщины.

– Да, – согласился с ним, – ты прав, но ты многого хочешь. Я согласился на дело. Передать тебе управление. А ты вместо этого впутываешь меня в сбыт наркоты. Я что, похож на того, кто будет сбывать дурь?

– Я один не справлюсь, Тимур. И у меня отличное предложение.

– Какое же?

– Я оставляю тебе твое дело. Все. Полностью. Ты помогаешь мне с партией оружия и наркоты, а я забываю о том, что сделал для тебя небольшую услугу.

Тимур ему не верил. Смотрел в его хитрые сощуренные глаза и не верил. Не мог человек, с которым они враждовали, едва он приехал в Россию, отказаться от возможности забрать у него дело. Значит, здесь было что-то другое… но что?

Тимур не знал. И возможность узнать была только одна – Зеки. У него были все каналы связи. Все. Он доверял ему, как себе. Усмехнулся. Зря, блядь, доверял. Очень зря. Но как можно было не довериться тому, кто спас вместо жены друга? Он и поверил. Доверил свое дело практически полностью, о чем сейчас откровенно жалел.

– Я подумаю, – бросил Филиппову и встал. – Разговор, я так понимаю, окончен?

Не дождавшись кивка мужчины, Тимур покинул его кабинет и направился по уже известному маршруту. Он не смог сдержаться вчера. Приехал к ней ночью. Пробрался, как вор, в комнату и наблюдал за ней спящей. Она была такой… Невероятных усилий ему стоило не подойти к ней и не обнаружить свое присутствие. Не прикоснуться к огромному животу, который она даже во сне защищала руками.

Но нельзя было. Он себе запретил. Не сейчас. Он еще не решил, что делать с Зеки, не выбрал ему наказание. И вот сейчас Тимур осознал, что поступил правильно. Зеки нужен ему. Нужен, чтобы узнать о планах Филиппова.

Заехал в поселок и остановил машину в лесу, чтобы ее никто не заметил. Делать так, как Филиппов сделал в прошлый раз, он не хотел. Был риск, что его автомобиль привлечет внимание, поэтому Тимур нашел нежилую дачу прямо около дома Ани и пробрался в нее. Стал ждать, когда она выйдет, и он сможет полюбоваться ею, но она не выходила. Весь день сидела в доме и только вечером осмелилась выйти наружу.

Надела теплый пуховик и присела на скамейку. Она что-то говорила. Тимур не мог слышать, но отчетливо видел, как шевелятся ее губы. Аня поглаживала живот и что-то увлеченно рассказывала их будущему малышу.

Она прекрасна.

Идеальная женщина, любовница, мать. Тимур заскулил от боли и с силой сжал челюсти, лишь бы сдержаться, лишь бы не выйти к ней, не зацеловать. Он уже был готов послать все к черту, когда увидел подъезжающую к дому машину. Он безоговорочно узнал в ней авто Зеки.

Оскалился, опустив голову и замотав ею из стороны в сторону. Приказал себе держаться и просто наблюдать, но было очень сложно. Тимур ожидал, что Зеки поедет на родину, что увидится с матерью и сыном, но никак не думал, что он променяет их на Аню. На его женщину.

Зеки вышел из машины, и от Тимура не скрылось то, как быстро Аня поднялась со скамейки и сделала шаг к нему. Ни объятий, ни поцелуев, как обычно бывает у возлюбленных. Впрочем, это хорошо, иначе в противном случае Тимур бы точно не выдержал. Не смог бы смотреть, как ее касается тот, кому он доверял так же, как и себе, а может, и больше.

Они о чем-то говорили, Зеки кивнул на живот, и Аня улыбнулась, а затем энергично закивала головой и… сделала шаг к мужчине. Тимур прикрыл глаза, но тут же открыл их, чтобы все видеть, но ничего не было. Они просто разговаривали. Теперь ему стало интересно, что же заставляет Зеки помогать Ане, если не влюбленность. Возможно, она и была, но только с его стороны, а не с ее. Тимур хотел надеяться, что все так и есть, что его Аня не отдала свое сердце другому.

Убедившись, что Зеки уехал, а Аня зашла в дом, Тимур покинул поселок и вернулся домой. Позже он приезжал к ее дому ежедневно. Наблюдал за тем, как Зеки появляется на ее пороге почти каждый день. Изредка привозит продукты и так же учтиво разговаривает без каких-либо вольностей. Ни объятий, ни робких взглядов. Ничего, что ожидал увидеть Тимур. И это было странно.

Единственное, что могло сподвигнуть его слугу на предательство, как он считал, была любовь к женщине. Но Аня явно не интересовала Зеки. Если кто-то и знал его, то только Тимур. И он не видел во взгляде Зеки заинтересованности. Не видел, чтобы он смотрел на его Аню с обожанием, как Адем, чтобы делал попытки сблизиться. С виду казалось, что он попросту выполнял свою работу. И это казалось ему странным.

Но именно это сподвигло Тимура к тому, чтобы искать причины поведения преданного друга и брата. Спустя неделю регулярных поездок Зеки приезжать перестал. От своих людей он узнал, что тот взял билет и таки полетел в Турцию, оставив Аню одну. И Тимур снова не мог сдержаться. Пробирался к ней в дом, пропитывался ее запахом, трогал вещи, которых она касалась, и рассматривал причудливые то ли носочки, то ли ботиночки, которые его Аня связала сама для их сына и которые стояли на тумбочке, как центр вселенной. Как самое важное, что существовало в ее жизни. В их жизни.

Боль так часто окутывала его, что Тимур перестал быть уверен, что выдержит. Искал выход и не находил. Филиппов – тот, кому нельзя доверять. Никогда. И после всего, что Тимуру довелось увидеть, он понял – не сможет раскрыться Ане. Не сможет быть с ней рядом до тех пор, пока не выяснит, что скрывает его враг и что заставляет друга предавать его.